Жрец Ночи

Гарри проводил все свое время на даче, пока мать с отчимом (хотя Дракон просил называть себя «дядя», так как не очень привык пока к «папа») отдыхали в свадебном путешествии на юге — где-то в Черногории. С удовольствием внук ходил со стариком на утреннюю или ночную рыбалку, копал огород и пил или ел свежайшие молочные продукты — молоко, масло, простоквашу, творог. Так же старик и парень вместе приводили дом в порядок — сильный снег и ветра проделали в крыше много дыр, и она стала пропускать влагу. Рогозин-старший заказал шифер, и они вместе с внуком старательно привели ее в надлежащий порядок. В середине дня Поттер-Рогозин садился за рефераты и доклады. *** Однажды, когда на небе проступили первые звезды, Гарри вспомнил о словах судьи Гильдии, Дуантии и решился спросить у деда совета: — Дедушка, — негромко позвал старика-вампира Рогозин-младший, — а можно тебя спросить… Николай Иванович только-только заканчивал читать свою еженедельную газету и, сняв очки для чтения, уставился на внука: — Что такое, Гарри? Можно, конечно же. — Госпожа Дуантия на свадьбе рассказала мне, что планируется введение нового предмета — судебного права или что-то типа того… Для чего? — с возрастающим интересом спросил Гарри у старика. — Ах вот, о чем ты… Это вынужденное нововведение, — сообщил Рогозин, отложив наконец свою газету, — мама тебе не говорила о том, что она предоставляет ежемесячный отчет про совершивших правонарушения и убийства Одаренных? Гарри отрицательно помотал головой. — Нет, — сказал он. — Эти цифры идут к нам. Недавно мы сделали статистику по годам, и пришли к неутешительному выводу: количество совершивших преступления Одаренных, использующих свои способности, неуклонно растет. А это, как ты прекрасно знаешь, чревато нам многими бедами… — Нам нельзя светиться, — сообщил сразу же Гарри, — а еще — люди никогда не будут готовы признать то, что есть кто-то сильнее их, и наиболее отличаться от них самих. — Верно. Люди никогда не будут готовы к тому, чтобы смириться с нашим пребыванием здесь, на этой планете. Мы живем вместе, и поэтому так важно научиться жить мирно, и спокойно существовать в мире людей. Одаренные просто иногда не понимают, что их ответственность превышает ответственность обычных людей. — Потому что наша богиня все видит? — Именно. Те, кто потерял с ней связь или попросту не хочет или не хотел и раньше с ней иметь каких-либо действий, оторвался от корней, и забыл о своем долге перед богиней, всегда будет наказан. Силой ли, смертями близких и родных, своей смертью, прожитыми на зоне годами — но расплата всегда горька. В любом случае — убийство это большой грех, который нести тебе по жизни. — Сказал старик. — А как же войны? — Войны на то и войны. Знаешь, их не Одаренные придумали, а люди. Мы всегда за мир. Только два раза пока, а для нас, русских — три, бил этот тревожный набат. — Мировые войны! И Великая Отечественная! — Да, там впервые мир раскололся на островки. И Одаренные бросились сражаться против Одаренных. Гильдии всех стран не могли услышать друг друга, пока сама Никс не вмешалась. Когда была война сорок первого-сорок пятого, Никс очень разгневалась на Одаренных, и то, что общая для всех тайна стала обозримой… — Голод, болезни, мор… убийства… — Да, много перечислять, но, например, Германия лишилась в одночасье и всех Домов Ночи и Одаренных. До сих пор — все Одаренные в ней лишь проездом, и надолго в ней не задерживаются, чувствуют себя неуютно. Вампирам не повезло — многих истребили, другие умерли от ран… А отсутствие Одаренных для любой страны критично. Она начинает сползать в хаос. Не сразу, но постепенно. — Я понимаю… — Наш совет, Гильдия и мировая общественность посоветовали всем Домам Ночи ввести такие вот уроки… Если произойдет дальнейший раскол, то даже боюсь представить, что с нами будет… первые ласточки уже полетели… Рогозин уставился куда-то за спину Гарри. -… и ничего хорошего, — договорил он с грустью во взгляде. Парень сглотнул. *** Неожиданно старика вызвали в гильдию в июле месяце. Рогозин-старший не стал рисковать внуком, и Гарри, пребывая в великом волнении, ехал сейчас вместе с высшим чистокровным вампиром. Никто из ребят, наверное, кроме Ольги, еще не был здесь… Здание Гильдии оказалось на самой окраине Москвы; кроме дорог и этого здания с парковкой тут ничего не было — ни растительности, ни лужайки или какой-либо клумбы. Просто царство стекла и бетона. Николай Иванович еще в машине — старик, несмотря на травму, прекрасно чувствовал себя за рулем, довез Гарри и самого себя практически до самого входа, переоделся в красивейшую мантию — черную с серебряной нитью и вышивкой богини на груди. — Мы ведем себя чуть по старинке, — сообщил ему дед. — Не помню уже, сколько лет этой вещи… — он коснулся руками ткани, — ладно, давай, пошли… Подождешь ты меня снаружи зала. Можешь походить по зданию, только никуда не заглядывай — невольно нарушишь заседания. — Хорошо, — кивнул Гарри послушно. Здание оказалось почти пустым. По дороге им встретились всего-то два человека, и больше никого. — А почему… -…здание не охраняется? — спросил, точнее продолжил за него дед, шагая по коридору второго этажа, — потому что нет таких «охотников», которые бы связались с вампирами и Одаренными сразу. Пришли. Он резко остановился перед массивной дверью. Гарри кивнул старику и сел на сиденья около двери. Старик, постучавшись, вошел в аудиторию. Двери сразу же за ним закрылись. Поттер-Рогозин по инерции взял с собой верхний учебник — это оказалась «Вампирская социология» и, раскрыв книгу на очередном параграфе, погрузился в чтение. *** Наверное, он долго бы так спокойно читал, если бы его не побеспокоил звук распахнувшейся двери. Судьи начали выходить строем — и все в капюшонах на лицах, и они не смотрели по сторонам. Его дед вышел почти последним. Судя по всему — он был весьма встревожен. — Гарри, — просто сказал Рогозин-старший, подходя к нему, — я сегодня же отправлю тебя в Дом Ночи… — Но почему?! — удивился парень, так же, как и дед, переходя на быстрый шаг — сейчас они спускались вниз по лестнице. — Куда так спешить? Каникулы еще не кончились! — В машине объясню. В машине Рогозин сообщил ему более полную информацию. — Внук, до нас дошли новости из Англии. Там из тюрьмы Азкабан сбежал опасный преступник, убивший взрывом волшебной палочки больше десяти человек. — Из Азкабана можно сбежать?! — Гарри был потрясен — все про эту магическую тюрьму они проходили на одном из занятий по истории Одаренных. Европейские Одаренные очень боялись попасть именно в нее — тех демонов, что призвали маги чтобы охранять стены тюрьмы, боялся каждый, и имя у этих существ было — дементоры. Они высасывали все позитивные эмоции, а когда наступало время смертного приговора — высасывали из приговоренного и душу, и на земле жила просто пустая оболочка, которая умирала спустя годы от старости. Каждая минута, проведенная с ними, подводила любого Одаренного к смерти. Многие и суток не могли прожить — либо кончали с собой, либо задыхались в собственной крови от повторного Превращения, кары Никс за совершенное ими злодеяние. — Как?! — Вот и маги не знают, не то что мы… Имя этому беглому преступнику — Сириус Блэк. — Блэк? Один из древнего рода Одаренных-отступников? Создатель ритуала прощения? — Да. Это те, кто раньше был верным Никс, одарен ей, а потом резко прекратил верить в нее. — Грустно улыбнулся старик. — Вероятно, свою роль сыграло то, что предок Сириуса по женской линии сочетался браком с таким волшебником, и те смогли повернуть ее веру в Никс в другое русло… Опровергнуть. А еще помнишь, как выходят замуж родовые Одаренные? По договору между родителями. — Да, мне Ольга жаловалась, что ее сосватали с каким-то парнем еще в детстве. — К сожалению, именно родители поначалу решают за нас всех, — сказал дед, — я тоже был помолвлен так с одной родовитой вампиршей, но она с родителями из-за войн и прочих событий сбежала во Францию. Помолвка не состоялась, и тогда я встретил твою бабушку, обычную девушку, человека… Конечно, мои родители были категорически против, но все-таки в итоге согласились, поняв, что делать нечего — все богатые вампирские рода либо уехали в полном составе, вывезя все ценное, либо скрывались от властей. Галя еще застала в живых своего деда, Ивана, правда уже болеющего. Он был рад ее рождению — пусть она и была слабой Одаренной, полукровкой, но факту ее рождения и возможную передачу полномочий главы рода мой отец очень радовался — как дитя. Ах, если бы и сама Галя смогла подарить мне еще одного внука, это было бы очень здорово, а то силы рода могут иссякнуть. Гарри, я не хочу тебя, конечно, обидеть, но кое-что передается только по родной крови и плоти. Ты это и сам прекрасно знаешь. Гарри кивнул и уставился в стекло. Нет, ему не было обидно за слова старика — он и мама растили его в большой любви, в доверии и заботе, но Рогозин-старший был прав: кое-что действительно передается только от родной крови к другой. Например то, что Гарри, возможно, навсегда закрыт путь в судьи — он усыновленный сын Рогозиных, и за него ни один из членов Гильдии не сможет толком поручиться. За «безродного» никто не сможет. Некоторые обряды семьи ему не доступны — они на крови, а родная кровь течет только в венах мамы и деда, но не в нем самом, а там, например, требуется два или три поколения из семьи. Еще ему много об этом рассказала Ольга — наиболее сильные Одаренные рождаются лишь в древнем роду, и она привела ему пару значимых примеров. Но все-таки главное то, что Никс очень часто сама выбирает преемников рода — например, у Ольги, опять же, есть младший брат, и ее родители именно его хотели сделать главой рода, но Никс упрямо несколько раз указала на Ольгу, менее любимую дочь из-за родного брата, и родителям ничего не оставалось, как на десятилетие сделать ее преемницей рода. Но гадость они родной дочери все-таки сделали, повенчав ее с каким-то парнем из древнего вампирского рода. В семнадцать лет этот брак либо официально подтвердят, либо опровергнут. — Значит, Сириус Блэк сбежал… Наверное, маме тоже об этом доложили? — Да, вероятнее всего. И она полностью одобрит твое местонахождение в Доме Ночи. Там охрана теперь по высшему разряду — Сыновья Эреба самые лучшие в мире охранники, они не дадут проскользнуть и мыши. Так что это более чем вынужденная мера. — Вынужденная мера? — Никто не знает, что у Блэка на уме. Когда дементоры в нескольких сантиметрах от тебя, и ты мучаешься на протяжении уже больше десяти лет в темных тюремных застенках, ты можешь сойти с ума. Возможно, он пойдет убивать, а возможно и просто будет скрываться от чужих глаз. А может и пересечет границу — еще ни одна граница в мире толком не смогла сдержать оборону. Везде есть слабые места. Ты сам будь осторожнее — возможно, маги и сами выпустили Сириуса, чтобы он добрался до тебя. Я не знаю, Гарри, для чего им ты так нужен, но они предприняли еще попытки проникнуть в школу Дома Ночи. Мать тебе не говорила, оберегая твой покой, а я скажу. — Да? — изумился парень. Старик, крутя руль, кивнул: — Нас засыпали письмами; пытались манипулировать и подставить твою мать, прислав липовый компромат на нее в министерство. Не беспокойся, сейчас все со всем разобрались, и вам с матерью больше ничего не грозит. — А покушение на вас? — Исполнителя не нашли, зато нашли брошенную волшебную палочку… после долгих поисков. Глупый артефакт. Я одно могу сказать — этот маг нынче опять заграницей, обычная шестерка. Удивительно, что его еще не зачистили. И его сюда больше не пустят… Вампиры очень злопамятны, — коварно сообщил старик, намекая голосом на слово «очень». — Это же надо так глупо подставиться! Им теперь, если высунется, закусят в ближайшей в подворотне. Или поймают и экстрадируют к нам сюда. Гильдия дала добро на смертельный укус вампира — я б не прочь полакомиться свежей кровушкой. Тридцать лет не пил нормальной живой крови, только на донорской и держался. — Круто, — сказал Гарри, — значит, Гильдия может казнить и на расстоянии? — Да, у нас есть такие полномочия, — сказал старик, поворачивая на дороге, и теперь семья Рогозиных ехала обратно в Москву. *** Мишка встретил друга с восторгом. Он выглядел на порядок лучше, чем когда Гарри с друзьями уезжал из Дома Ночи, и горячо обрадовался лучшему другу. — Наконец-то! — радостно воскликнул Миша, — ты снова здесь! А то тут вообще делать нечего, кроме как на строительство глазеть… — А что сделано? — поинтересовался мальчик. — Пошли, сам увидишь… Они ушли в противоположную сторону от их общежитий. Там был такой пригорок-холм, достаточно высокий, чтобы можно было обозреть все с воздуха. Ребята взобрались на него, и Михаил показал на котлован, огороженный сине-бронзовым мощным забором, а еще на железные штыри, торчащие из него. Рабочие, в ярко оранжевой форме, сновали там и тут: шум от всех был велик — что-то резали пилами, жарили и приваривали прутья на горелках, и стучали или били молотками. Кран, что был здесь, как и другая крупногабаритная техника, нес тяжелые бетонные блоки. — Фундамент, вроде, готов, — Гарри поднес ладонь к глазам, пытаясь защитить их от яркого солнца. — Да. Это потому, что Алекс хорошо смотрит за строительством, и требует отчет по каждой копейке, — сообщил друг, — директор тут безвылазно… Ни на сутки не отлучается. — Я чего-то фургончиков строителей не вижу… — Они не спят здесь. Я велел им спать за территорией, чтобы у вампиров не было искушений покусать их, а у людей — потревожить наш покой, — раздался позади друзей голос, и они синхронно вздрогнули: Александр Анатольевич так же, как и они, решил понаблюдать за строительством с пригорка. — Тем более, их работа нам не мешает — мы же учимся и учим только по ночам, а днем спим. — Здравствуйте, Наставник, — поздоровался Гарри с Алексом. Алекс выглядел как обычно — величественным и красивым. — Я думаю, — протянул мужчина, — спустя год тут будет полноценное, большое общежитие для Сыновей Эреба… К сожалению, пришлось выбирать между учебным корпусом и общежитием. Вот что, ребята, — обратился он к ученикам, — вы туда не ходите. Мы хоть и поставили охрану, но береженого Никс бережет… — Мы поняли, — сказал Гарри за двоих, — сами не будем, и другим запретим. — Спасибо, — горячо поблагодарил их Алекс. — Я знал, что могу на вас рассчитывать… *** Июль и август промелькнули как сон. Вместе с другом скучно не бывает, и Гарри с Михаилом веселились больше всяких других. Кажется вместе с ними ликовала и погода — стояли солнечные деньки, почти без дождей и без гроз, и было невероятно тепло и не так жарко. Двое друзей часто брали с собой еды, да двух своих котов — Тумана и Балагура, и отправились к пруду, чтобы полежать на песочке. Гарри, который сделал все задания на лето еще в первые недели, помог другу их доделать. Гарри рассказал, как прошла свадьба матери, потом поездка в Гильдию, знакомство с двумя судьями… И косвенно коснулись они темы сбежавшего преступника. — Гарри, тут в газете, ну, помнишь, магов… мы ее видели, подшивки. Там, вроде, твое имя упомянуто, — сказал однажды Михаил, и показал снимок на телефоне. Гарри, сощурившись, разглядел-таки на странице свое имя. — Насколько мне хватило моего английского — отдельные слова я различил, в газете написано, что Сириус Блэк был другом некоего Джеймса Поттера. — Моего отца? — удивился Гарри, — нет, я знаю, что Джеймс Поттер учился в Хогвартсе, но что его связывало с моим покойным отцом? — Ты год рождения своего папы помнишь? — Да… — и тут до Гарри запоздало дошло, и он еще раз вгляделся в неясное фото и строки газетной статьи, — е-мое, они ж погодки! Значит… — Значит, они вместе были в одном потоке, и соответственно учились на одном курсе… — сказал тут Михаил торжественно самый главный вывод. — А значит — и на одном факультете, — проговорил Гарри, вскакивая с места и при этом пугая Балагура так, что тот, дико мяукнув, своротил корзинку с едой, и та вывалилась на одеяло, — и точно могли быть друзьями… Нам нужна эта газетная статья! — Гарри, остынь, — сказал Миша лениво лежа на солнышке, — в библиотеке сейчас идет штрихкодирование новых и старых томов, и мы навряд ли сейчас прорвемся сквозь залежи книг, и рискуем сами быть нагруженными лишней работой Платона. Он уже выражал горячее желание запрячь меня работой, но Борей не позволила. — Значит, никак? — жалобно проговорил Поттер-Рогозин, плюхаясь обратно на одеяло, и поднимая упавшую корзинку. — Никак. Гарри, остынь, у нас будет время во всем разобраться, – сказал Михаил, силой воздуха поднимая песок в воздух. — До начала занятий еще много времени, успеем… — Наверное… *** В последнюю неделю снова начали съезжаться ученики. Настя в этот раз приехала всего за несколько часов до сбора всех учеников на церемонии, позже Ольги. Ольга за лето, что друзья ее не видели, подросла, еще больше похудела, но зато… — Ольга! Ты Превратилась! — ахнул Гарри, только взглянув на ставшими сапфировыми татуировки, вместо обычных «детских» алых. — Вот это приятное известие! Ольга приятно улыбнулась всем: — Да. Собственно говоря, это произошло всего пару дней назад. Родители и сами не думали, что это произойдет до школы… — Никс виднее, — сказал Миша, с восторгом рассматривая тату подруги. — А тебе было больно? — спросила Настя, которая мчалась на церемонию высунув язык, и на ходу натягивая мантию — новое их пополнение в школьной форме. Эмблема сменилась тоже — теперь это был символ Третьей ступени, Серебряный Лабиринт Богини Никс. — Было, — быстро отмахнулась Ольга, вставая вместе с друзьями в строй. Дарий и другие Сыновья Эреба стояли отдельно, по бокам студентов Дома Ночи. — Давайте не сейчас, — сказала она, выразительно глядя на торжественно-красивого директора, который выступил вперед как всегда с приветственной речью. Рядом с ним был Шорас, который выглядел чуточку приличнее — в этот раз кожаная жилетка была надета на черную шелковую рубашку. Судя по всему, Сыновья Эреба пока не сделали новый набор — по крайней мере, новичков Гарри среди ребят не заметил. Алекс как всегда поприветствовал вступление новичков на путь Никс, принял у всех клятву, и погнал студентов и школьников на первый учебный день в их аудитории. И первым уроком у третьекурсников стал их новый предмет: судебное право. Все студенты — теперь, начиная с третьей ступени, они все носили гордое имя «студенты», как один, по-вампирски, поприветствовали Дуантию. — О, не стоит, — весло хихикнула женщина, несмотря на свою полноту, которая ей шла, надела темно-зеленое платье с серебряной вышивкой богини Никс, — итак, студенты, перекличка… Тут, к удивлению друзей, среди них не оказалось Ольги, которая никогда не пропускала новые уроки, да и вообще — пары. Гарри и сам не знал причину отсутствия девушки, привычной партнерши ему по парте — он потерял ее в толпе, но точно запомнил — она зачем-то подходила к Алексу, их директору. Зато через буквально минуту в класс влетела крылатая записка — так обычно «говорили» свежие вести преподавателям. Дуантия, ловко поймав записку за крыло и прочитав, торжественно обратилась к классу: — Возрадуйтесь сегодня, студенты Дома Ночи! Одна из вас Превратилась, и ей, согласно всем обычаям, нужно провести в запертом храме Никс сутки. Это Ольга Вронская. Все зашушукались. Гарри тут был готов огреть себя тяжелым темно-зеленым с позолотой учебником права по голове. Как он мог про это так намертво забыть! Разумеется, сейчас она и Наставница вместе совершают обряд благодарения Никс, и Ольгу «очищают» от скверны детской жизни, жизни до Превращения. Она теперь взрослая. — Коль у нас урок начался с такой радостной ноты, продолжим, — сообщила Дуантия, вставая. — Записываем тему… Урок Дуантии оказался довольно сложным, но интересным. Даже Гарри, которому Николай Иванович разъяснил все его права юной недолетки, пару раз спрашивал женщину о механизмах действий суда Гильдии. Один раз она его даже осадила: — Придержите коней Никс, молодой человек, вы лезете в дебри! Не все сразу! После урока она его чуть задержала: — Вы не планируете пойти в судьи, молодой человек? — спросила его женщина. — Честно говоря, я не думаю что меня возьмут в Гильдию, — сказал Гарри удивленно, — я же приемный. Никто не сможет за меня поручиться… — Вижу, что вы неплохо знакомы с кодексом Гильдии. Но вы не учитываете то, что за вас уже поручились… — слегка улыбнулась Поттеру-Рогозину Дуантия. — Кто? — недоуменно спросил Гарри. — Никс. Вы носите метки богини по всему телу. Более сильного поручительства никому из нас даже не получить, — моргнула ему судья Гильдии, — идите, Жрец. Вас ждут. Сбитый с толку Гарри вышел из кабинета и затворил за собой дверь. Друзья накинулись на него с вопросами, но он отвечал им невпопад. Значит, у него есть все шансы?!