Глава 2
23 апреля 2018 г., 03:43
Какой-то особенно недалекий спортсмен с силой захлопнул позади меня металлический шкафчик, и этот скрежет отозвался болью в правой барабанной перепонке. Третий раз, твою мать, за последние пять минут, мразота!.. Поджав губы, я хрипло выдохнул и впился пальцами в скамью, на которой сидел.
— Спокойнее, Кэм, — одернул меня Отис, скидывая сырое полотенце и натягивая семейники.
— Ну как спокойнее-то, когда он, как назло, приходит и гремит этой дверцей еб… — Я закончил мысль выразительным рыком, и пара незнакомцев в другом конце раздевалки оглянулась.
— Он больше тебя втрое. Что ты намереваешься делать? Он живет в этом спортзале. Тебя ведь не это раздражает. Из-за чего бесишься?
Почесав затылок и взлохматив все еще не высохнувшие после душа короткие волосы, я погрузился в недавние воспоминания, которые, ох, как хотел бы забыть!..
***
— Это так мило! — улыбнулась мне секретарша, принимая коробочку с кексом. — С удовольствием съем его в обеденный перерыв. Порой так не хватает сладенького, — закусила нижнюю губу она. — Я понимаю! У каждого человека есть потребность в сладком! — Я раскованно облокотился на стену, и пиджак слегка затрещал по швам. Давно стоило купить на размер больше, но раз уж я в прекрасной форме, почему бы не похвастаться! Со спины ко мне приближался стук каблуков, и когда я нехотя обернулся, столкнулся нос к носу с почти-бывшей женой Отиса. — О, Сара… — только и смог сказать я. Тон хоть сколько-нибудь радостным искренне не получился. — Мы можем поговорить? — спросила она, указывая на конференц-зал. Ей там медом намазано, что ли? Только дай возможность устроить скандал в окружении директорских кресел… — Не стоит там, давай… здесь. — Я деликатно положил руку ей на талию и препроводил в помещение с громадным офисным принтером. Раньше ей не нравилось, когда я по привычке к ней притрагивался — странно, что сегодня с этим нет проблем… Сара обхватила себя за локти, как делала вчера, ругаясь с Отисом за стеклом. Вероятно, из-за этой ее позы у меня и создалось впечатление, что начатая ссора с мужем будет продолжаться, но уже со мной… — Это правда? — слишком быстро произнесла она. Ее взгляд метался: то она рассматривала стену, то мимолетом заглядывала мне в глаза и мгновенно переключалась уже на принтер, дверь, плинтус — на что угодно! — Правда — что?.. — не понял я. — Что ты и… Отис… вместе… Мои глаза округлились. За три секунды я смог вспомнить море выпивки, гейские бредни Отиса и данное ему из пьяной жалости обещание. «Мужик сказал — мужик сделал», придется выполнять, раз уж согласился… Я вдохнул поглубже и куда-то в потолок пискнул: — Мндам… — Что? — М-м-да… говорю… Сара сощурилась и подняла глаза, пытаясь понять, что же такого интересного я увидел на панельном потолке. Я случайно посмотрел на нее, и наши взгляды встретились. Никто не решался прервать зрительный контакт, чтобы не выказать слабость. Так мы и стояли, ментально тараня друг друга: она — с неловкостью в глазах, а я — с чистейшим ужасом. — И… что, давно? — продолжила она ненавязчивый допрос. — Не знаю, — честно признался я. — А Отис тебе что сказал? — Мы с ним не успели поговорить об этом так подробно… — Она обошла меня, встав ко мне спиной, и громко сглотнула. — Не скажу, что меня это сильно удивляет… Вы десять лет не разлей вода… И что, все десять лет за моей спиной… — Нет-нет-нет! — затараторил я, оббегая Сару и мягко сжимая ее плечи. — Отис любил тебя все это время, все эти годы! Он был счастлив с тобой и вашей дочкой, он не лгал и не притворялся! — А я лгала и притворялась, — печально усмехнулась Сара, глядя вверх. — Это имеешь в виду? Я знал, что должен был ее утешить, ведь это элементарные правила вежливости. Я знал, что не имел право лезть в их с Отисом семейную жизнь, даже если меня втянули в нее силой столь извращенным образом. Но обида за лучшего друга перекрыла весь здравый смысл. — Да, — ответил я, отпуская Сару. — Именно это я и имею в виду. Отис рассказал мне, что у тебя были интрижки. И поступать с ним ТАК на протяжении пяти лет — подло. Он выбивался из сил, чтобы уделять время и тебе, и Р… — Серьезно?! — вспылила Сара. — Потому что я помню другое! Помню, как он возвращался поздней ночью после посиделок в баре с тобой! Как по выходным сбегал на ваши тренировки по чему только можно, кемпинги, скалолазание и прочую чушь! Но теперь я понимаю, чем он там с тобой занимался! — Чего?! — рыкнул я, но Сару подобным тоном было не напугать. — Мы действительно выезжали на кемпинги, скалолазание, пейнтбол и многое другое! А знаешь почему?! Потому что ему это было необходимо, чтобы развеяться и не сойти с ума! Ты выпивала его своими придирками и вечными требованиями! Все забирала и ничего не давала взамен! — О, и ты дал! Вместо меня! — крикнула она на весь офис. — Дура, у нас ничего не было! — Он уходит из семьи! Из-за «ничего» не уходил бы! Черт, а она права… Если уж прикрывать задницу Отиса, то делать это как следует: придется это все же произнести… — Был поцелуй! — со скоростью автоматной очереди прошипел я. — Он сказал, что с тобой осознал себя геем! Какой к черту поцелуй?! — Пылкий! — Знаешь, что?! — толкнула она меня. — Хочешь и дальше все отрицать — продолжай! Будете вместе с Отисом жить, и тогда у вас точно все будет, потому что я этого лжеца оставлю без гроша! Она стремительно вышла в коридор и пошла к лифтам мимо офисных перегородок. Черт возьми… Я должен что-то сделать, иначе Отису конец. Он даже не сможет, разорившись, спать в машине, потому что и машину эта сука заберет. И тогда он действительно переедет ко мне, ведь именно я буду главным виновником всех его бед. Когда я догнал Сару, она яростно вжимала кнопку вызова лифта в панель. — Хорошо, я скажу правду! — Она обернулась и приготовилась слушать. Я что, серьезно собираюсь такое сказать?.. Но… ради Отиса… — Когда он узнал о твоих похождениях, мы пошли в «Четыре рюмки». Пили. Как всегда. Говорили. Что тоже не редкость… — Хватит тянуть резину — мне Рину забирать из школы. — Двери лифта открылись, поторапливая меня вместе с Сарой. — Ну, и у нас все было… — Потому что напились? Это не повод бросать семью… — Нет, хорошо, ладно! Не потому что… напились… Все потому, что между нами всегда было… было… — Господи, что обычно в таких случаях говорят женщины?.. — Был животный магнетизм. Притяжение. Родство… эм-м-м… душ… Двери лифта съехались. Сара молчала. Я ненавижу впустую тратить время, но торопить ее было страшно, как и продолжать весь этот безумный разговор. — И что будет, когда мы с Отисом разведемся? — наконец заговорила она. В ее тоне уже не было агрессии. Похоже, Отис был прав: принять такую версию событий ей почему-то легче. Возможно, потому, что так развод — словно бы не ее вина? Ведь Отис уходит не из-за ее измен… — Вы будете вместе? — Мне сложно представить жизнь, в которой мы с Отисом не проводили бы время вместе, — опять не скривил душой я. Сара кивнула, уже спокойно нажимая на кнопку. Лифт пригласил ее сразу, и Сара прошла в кабину. — Я надеюсь, ситуация с разделом имущества более-менее решена? Прошу, не отыгрывайся на нем. Я не знаю никого добрее него. И ты, думаю, тоже. Сара сдержанно кивнула, сжимая ручки сумки обеими руками. — Позаботься о нем, — напоследок сказала она. — Не прощаюсь. Ее «не прощаюсь» мне не понравилось, однако на тот момент я был несказанно рад, что отделался и от Сары, и от ее докучливых вопросов. Ненавижу лгать: всегда завираюсь так, что потом из этого болота не выбраться…
