Глава 5
2 мая 2018 г., 21:59
Разместившись на диване в комнате отдыха, я читал бумаги, выданные Отисом, под умиротворяющий шум дешевой кофеварки. Пить приготовленный в ней кофе мало кто решался, потому что гадость получалась редкостная. Даже интересно посмотреть на бедолагу, который включил ее… Широкоплечая тень скользнула по полу к моим ногам, и я поднял глаза.
— Черт возьми, Ларри, приблизишься ко мне еще хоть на шаг, я позову охрану, — гневно встряхнул я бумаги. Прошло уже два дня с того случая у принтера, но и недели будет мало, чтобы я смог избавиться от этого омерзительнейшего ощущения внизу живота.
Новичок поднял руки, словно сдавался полиции, и скромно присел на самый край дивана — я сразу же сдвинулся на другой его конец. Жаль, диванчик был сравнительно небольшой, так что значительно отдалиться от Ларри я не сумел.
— Ты не позовешь охрану, — без толики угрозы в голосе произнес он. — Ты же не подал жалобу на меня. С чего вдруг стал бы афишировать что-то еще?
— Нарываешься, Ларри. Я не могу тебя ударить на работе, но вечера нынче темные, нужно быть осторожным на улицах…
— Это мне и нравится в тебе, — вздохнул Ларри, улыбаясь кофеварке.
— Прости, что? — Я оторвался от бумаг и взглянул на него. Нет, я понимал, что происходящее в тот день точно было связано с симпатией, но в моей голове никогда по-настоящему не находила себе место мысль о том, что мужчине может что-то нравиться в другом мужчине. Так нравиться.
— Говорю, мне это в тебе и нравится: твоя честность, прямолинейность. Ты никогда не лицемеришь и не притворяешься — я это уважаю.
Никогда не притворяюсь… Я прикрыл глаза и усмехнулся.
— Тебе польстили мои слова? — расцвел новичок, записав мою усмешку на свой счет.
Меня никак не отпускало это его «нравится». Но не могу же я сказать: «Знаешь, Ларри, мне стало очень интересно, как одному мужчине может нравиться другой и чем именно. Расскажи, пожалуйста!» — ведь он считает, что я сам гей и хоть немного да разбираюсь в данном вопросе. Но что, если сделать так…
— А что тебе еще нравится во мне? — как можно более обыденным тоном спросил я, возвращая взгляд к цифрам распечатки.
— Нравится, что ты легко заводишь новые знакомства, что на тебя можно положиться, нравится, как ты выглядишь…
— А вот на этом месте поподробнее, пожалуйста. — Я опустил руки с бумагами на колени и задумчиво уставился на противоположную стену, готовый внимать.
На губы Ларри вернулась та самая туманная улыбка сомнительного назначения, но я был уверен, что запугал его достаточно, чтобы не опасаться за свою задницу, по крайней мере пока ее защищает диван.
— Мне… нравится твое лицо, — смутившись, пробормотал Ларри, но чем дольше он говорил, тем больше крепчал его голос. — Широкие плечи… узкие бедра… То, как рубашка обтягивает твою накачанную грудь…
Оторвавшись от стены, я повернулся к новичку и смерил его скептическим взглядом. Серьезно?.. То есть… как я заглядываюсь на женщин, так и он, только на мужчин?.. На меня…
Пока я старался принять данный факт и впихнуть его в структуру моего мировоззрения, рука бесстыдного Ларри с его колена переселилась на мое. Мои пальцы со страшным шумом начали сминать бумаги, чтобы получившийся ком запихнуть новичку поглубже в пасть, как вдруг в комнату отдыха стремительно влетел Отис и, заметив сцену на диване, врос в пол. Он видел совсем не то, что происходило на самом деле: когда Отис обвел пораженным взглядом лапающего меня за бедро Ларри, его правый глаз дернулся от нервного тика.
— Здесь… — Он поперхнулся и кашлянул в кулак, наконец продолжая движение к умолкнувшей кофеварке. — Здесь диван не для этого стоит…
— Очень смешно! — хмыкнул я, скидывая ладонь Ларри. — Естественно, это не то, что ты подумал…
— Нет, то! — браво выкрикнул новичок, вскакивая с дивана. Он гневно смотрел на Отиса; его кулаки были сжаты, словно он ожидал или даже планировал устроить разборки по-мужски. Отис удивленно замер у кофеварки с пустым одноразовым стаканчиком в руке. — Я официально заявляю, что буду бороться за Кэмерона.
Мои глаза округлились, но на Отиса слова Ларри впечатление не произвели. С усмешкой наливая себе отвратнейший кофе из всех, он произнес:
— Официально, говоришь… А юрист где?
— Шутите-шутите, — кивнул новичок, выстояв после подкола. — Но я считаю, что буду гораздо более подходящей парой для Кэмерона, чем Вы, холодный, безэмоциональный эгоист. Откланиваюсь.
Он развернулся на каблуках и вылетел из комнаты вон.
— Вау… — беззвучно, одними губами отреагировал Отис.
— Смотри-ка, нахамил начальству — смело. Нужно отдать ему должное… — Только когда Ларри покинул помещение, я вновь почувствовал себя комфортно и вольготно развалился на диване. Отис занял место справа от меня и сделал глубокий глоток. — Боже, — поморщился я от одного запаха этого дешевого кофе. — Зачем ты это дерьмо вообще пьешь?..
— Сегодня забыл дома бумажник.
— Так давай я тебе куплю нормальный кофе из автомата.
— Ларри лучше купи, — с ехидной улыбкой отозвался Отис, прячась за стаканчиком горячей грязи.
— Ха-ха, — сардонически ответил я. — Я бы на твоем месте больше волновался о новых слухах: мало того, что тебе рога наставила жена, так еще и бойфренд к этому стремится.
Отис подавился, засмеявшись во время глотка, но благополучно откашлялся.
— А ты решил сменить свой профиль? Был гетеро-кобелем — станешь гомо-шлюхой?
Я хохотнул в потолок, роняя голову на спинку жесткого дивана:
— Гад!.. Но 1:1. Хорошо уделал.
— Я насчитал 2:1 в мою пользу.
— Ты плохо считаешь, и данные бумаги это лишь подтверждают. — Я сунул ему на колени ком из помятых документов и поднялся, лениво потягиваясь. В спине что-то громко хрустнуло, но двигаться мне сразу же стало легче.
— На части прямо здесь не развались, старичок, — улыбнулся Отис, отставляя наполовину пустой стаканчик на пол и пытаясь разгладить распечатки.
— Собрание после обеда?
— Ага. Идешь перекусить с Ларри? — Он поднял на меня глаза, безмолвно хохоча.
— Жену твою «веду на ужин».
— Будете обсуждать моду, тортики и сериалы?
— Зараза, — рассмеялся я уже в дверях. — Завязывай бить в одни ворота.
***
Рука, подпирающая мою голову, поехала по скользкому столу, но я вовремя проснулся, избежав громоподобного удара головой о лакированную древесину. Отис все еще порхал у громоздких диаграмм, тыча в них указкой, но от скуки из десяти его слушателей загибался только я. Потерев глаза и зевнув в рукав темного пиджака, я снова подпер голову ладонью и попытался сосредоточиться хотя бы на раздаточном материале. Я окинул взглядом распечатку, первую из двенадцати. Цифры… Ну надо же… Как неожиданно… В задницу цифры… Я хотел лишь немного откинуть бумаги, но по гладкой полировке они уехали аж на середину стола. Я попытался незаметно для окружающих достать их, не вставая с места, однако пальцы так и не сумели дотянуться. Черт… В задницу… Я чувствовал, как меня опять клонит в сон, но сдаваться дремоте было слишком опасно: в любую минуту в конференц-зал может нагрянуть начальство выше Отиса, которое не будет по дружбе закрывать глаза на мое лодырничество. Надо на что-нибудь отвлечься. Тема… тема… Перед глазами всплыл образ делящегося своими предпочтениями Ларри, и тема определилась сама собой. Что же он там говорил… Бедра, плечи… лицо… грудь… Отис повысил голос, тыкая указкой в круговую диаграмму. Мой взгляд упал на него, а в ушах явственнее прозвучал голос Ларри. Странно, что новичку приглянулся я, но не Отис. У него тоже широкие плечи и узкие бедра — классическая мужественная фигура. Волевой подбородок, красивые черты лица и мягкий взгляд. Когда-то его глаза были другими: в них плескалась воля, сила, огонь и страсть — но Сара забрала эти глаза себе, оставив Отису грусть, сожаления и долю смирения, которые он умело маскирует улыбками и остротами. Раньше он внушал уважение при первом же взгляде, сейчас… Нет, я по-прежнему уважаю его. Но чувствую, как с годами он ослаб. Я не просто так бросился с обвинениями на Сару, когда она явилась в офис и устроила скандал. Я хочу защищать его. Раз уж он сам более не способен это делать. Мой взгляд опустился с лица Отиса на его рубашку, проглядывающую из-под расстегнутого пиджака. Может быть, в этом дело — в одежде? Я стараюсь подчеркивать достоинства фигуры ненавязчиво облегающим костюмом — помогает при новых знакомствах. Конечно, я и лицом хорош, но пусть девушки видят, какой бонус их ждет. Отис же… примерный семьянин. Пресс и накачанная грудь скрыты свободной белой сорочкой, брюки больше висят, чем что-то подчеркивают… А ведь я при каждом нашем походе в спортзал вижу, что Отис не уступает мне. Одевайся он получше — да и избавься от этого унылого взгляда женатика — и вполне мог бы быть моим «вторым пилотом» в вечерних знакомствах. Все почему-то встали и с шумом начали расходиться. Ну надо же, как время летит, когда погружен в интересный разговор с самим собой! Я поднялся, разминая затекшие плечи, и направился к Отису. — Рад, что хотя бы в конце ты присоединился к нашему совещанию, — усмехнулся он, пытаясь удержать все таблички с графиками и диаграммами. Но их было слишком много, и с картонным грохотом материалы для показательного выступления рассыпались по полу. — Твою мать, — утомленно вздохнул Отис и опустился на одно колено. — Помочь? — Лучше бумаги свои со стола забери. Я кивнул и лег грудью на громадный стол, чтобы достать все распечатки. По полу тихо шуршали таблички, подбираемые Отисом по одной. Дверь в конференц-зал открылась, и показалась растрепанная Сара. Еще секунду на ее напомаженных губах цвела улыбка, но вот восторженная радость опала, как осенняя листва, а глаза стали похожи на две большие пуговицы: я лежал на столе, а Отис стоял на коленях — лицом в опасной близости к моему заду. — Простите, я позже зайду… — обронила Сара, зажав рот рукой, и убежала по коридору в сторону лифтов. Мы с Отисом переглянулись, не меняя поз, и причины неординарной реакции Сары сразу стали нам ясны. Я с тяжелым вздохом приложил щеку к холодной полировке. — Лучше бы она зашла, когда ты становился на одно колено, и решила, что ты делаешь мне предложение. Чем это… — Не сказал бы, что это лучше: нам ведь пришлось бы пожениться. Он не рассмеялся, и потому я, по-прежнему частично валяясь на столе, всерьез задумался над тем, как далеко готов зайти Отис в своей игре в «голубой роман». Да и сколько вообще нам еще надо будет притворяться?..
