Танцы хрупких душ

Когда умру, похорони меня глубже земли, белыми костьми в углях, именем простым на скромной могиле. Когда истают дни, что вздохами отведены, мои шаги услышь вдали. Я знал всегда – мне первым уйти. Тропами меж могил, серым туманом и следами 　 　 　 　 　 　 　 　 　 за старой каретой, что ведёт домой. Мне хранить твои сны и чужие могилы руками обвивать. Сердце не бьётся в груди, мир остыл и замер – 　 　 　 　　 　 　 за гранью, где нет ни света, ни тьмы. Мягкий пепел, стук костей, плач людских потерь. Призраки ближе, птицами на коже, в горле, на плечах, 　 　 　 　 　 　　 　 во мне внутри. А ты не торопись. Сыпь гуще соль, пусть тлеет шалфей и полынь, горит свеча ночами. Я буду рядом. Дыханием за плечом, ветром в открытое окно, осенним дождём, блеклым силуэтом, взъерошенным мальчиком за углом. Чернилами 　 　 　 　 　 твоих 　 　 　 　 　　 　 　 дневников. Пусть и в смерти призраки липнут, я уведу их дальше, в хмурые леса и болота с пляской огней, там ветки цепляют мёртвые души, гуще вздохи, где всё – в тумане и холоде. Только ты – живи. Я буду ждать, чтобы однажды вместе уйти, свободно бродить среди пустынь, морей, городов, душами кочевать и оживать в свете ярких огней спустя десятки лет. Мы всего лишь тени, табачный дым, стёртые имена, мы станем забыты, а дети сорвут цветы с наших могил. Чувствуешь? Моя рука твоей коснётся. Шепну: «пора». Так 　 　 просто 　 　 　 　 　закрой глаза. Не бойся. Умирать не страшно, когда у смерти имя брата. Мы отныне вечны, 　 　 　 　 　 　 　 пока 　 　 　　 　 　 　 　 сами не исчезнем.