Танцы хрупких душ

      — Не отвлекайся.       Кайл вздрогнул от сурового голоса друга и только тогда понял, что слегка выпал из реальности и залип на собственные мысли.       Откровенно говоря, ему было не по себе. Он-то думал, что они с Айденом встретятся на кладбище, зажгут черные толстые свечи, Айден заунывно пропоет таинственные слова — и всё. Быстро и безболезненно, главное, не бояться.       Всё оказалось совсем не так.       Для начала Айден покачал головой и сказал, что на кладбище идти не обязательно.       — Тревожить могилы не стоит. Можно обратиться и иначе. Завтра, когда отец уедет в город, иначе не разрешит. Приходи.       Теперь оба сидели в небольшой гостиной дома Айдена, в которой вместо фотографий и мирных пейзажей висели наброски строения человеческого тела, костей животных и неопознанных созданий. Пахло табаком, который так любил отец Айдена, и крепкий запах втёрся и прильнул к мебели, книгам на полках и плотным занавескам. Те сейчас полностью закрывали окна, и гостиная плавала в темноте.       Айден деловито зажигал свечи, и их огоньки вспыхивали среди густого мрака. На низком столике уже были разложены кости вокруг человеческого черепа. Как коротко объяснил Айден, их предка, отец обычно использовал его в несложных ритуалах. Из крохотной колонки шелестел медленный эмбиент, где-то за окном громко лаяла собака, будто отпугивая злые силы. Потертый невзрачный томик с мрачным названием «Как говорить с мертвецами» был раскрыт в самом начале, и Кайлу отчего-то всё хотелось до него дотянуться и прикоснуться к ветхим страницам. Только Айден строго запретил что-либо трогать и вообще посоветовал не шевелиться лишний раз.       Друг выглядел непривычно.       И обычно-то малоразговорчивый и будто немного равнодушный ко всему, сейчас Айден сосредоточился на каждом движении, бормотал что-то себе под нос и шикал на лишние звуки. Закатал рукава джемпера, подвески на шее стучали друг о друга, когда Айден наклонялся. Другой бы сказал, что тот чем-то раздражен, но Кайл знал — Айден переживал. Куда больше, чем хотел показать.       И от этого становилось не по себе. Может, всё пойдёт не так? Насколько опасна некромантия? И ещё больше пугало медленное осознание, что оба действительно затеяли ритуал общения с мертвецами. Кайл, хоть и знал с детства, чем занимается отец Айден и сам друг, всё равно начал чувствовать себя неуютно. Зажмурился и натянул рукава толстовки до самых пальцев. Ему сразу представилось, как с кладбища потянется орда полусгнивших трупов, которые захотят занять место живых.       Впрочем, всё равно больше всего пугало то, что Айден мог узнать и какие ответы получить.       В школе Айдена побаивались. О нём шептались по углам, говорили, его мать сошла с ума и покончила с собой, или её убил отец. Многих пугали кольца с мелкими косточками животных на его пальцах, которые отлично сочетались со строгим школьным дресс-кодом. Айден никак не выставлял напоказ семейное искусство, но все и так знали. Айден Хаксли — сын некроманта, повелитель мёртвых и проклятий. И на всякий случай держались подальше. Кроме Кайла.       — Остынь. Вот, выпей чай.       Айден сунул в руки дрожащего Кайла кружку с обжигающим чаем и запахом трав. Уселся прямо на пол, скрестив ноги, не обращая внимания ни на полумрак, ни на холод, который так донимал Кайла, хотя осень ещё только началась, и в доме было тепло. А толстовка поверх футболки неплохо грела.       Свечи расплывчато мерцали, музыка стихла, Айден закрыл глаза. Его длинные пальцы легонько касались гладкого черепа, порхали между костьми, перебирали их как фишки замысловатой игры. Воздух сгустился и наполнился запахом земли и подгнивших листьев, и Кайл не сразу заметил, что в темноте зазвучал монотонный голос друга. Хлебнул чая, неловко озираясь по сторонам.       Что за глупые страхи!       Это всё тот же дом Айдена, в которым они проводили так много времени в детстве, сбегая в комнату наверху от прочего мира, где проходили величайшие битвы по спасению мира под странноватую музыку снизу и негромкие разговоры отца Айдена, принимавшего клиентов. Подсматривали с лестницы между прутьев за тем, как тот раскладывал кости и читал заклинания. Им было любопытно. И Кайл привык и к черепам на полках, и к рассказам друга о древних проклятиях, и к запаху табака.       Только не привык к такому Айдену, которого раньше никогда не видел за ритуалом.       Тот часто говорил, что отец учит медленно и осторожничает с заклинаниями. Не хочет навредить сыну, ведь магия не самая простая. Кайл кивал, сочувствовал другу, который хотел лучше понять некромантию и впитать больше знаний, но никогда до этого не предлагал попробовать что-то этакое.       Пока не пропали родители Кайла. Перестали несколько дней назад отвечать на звонки, и тётя Кайла обратилась в полицию. Короткий отпуск, они не могли далеко забраться. Хотели попутешествовать. Полиция пока разводила руками и не могла дать ответы.       Кайл продолжал ходить в школу, делал вид, что его мир не разваливается, как песчаный замок, смытый прибоем, только сторонился привычных друзей и компаний. Кроме Айдена, конечно. И тот сам предложил обратиться к мертвецам.       — Отец верит, что за гранью мира живых известно куда больше, чем дано нам. Можно узнать. По крайней мере, живы ли они.       Тогда Айден явно смутился и неловко затушил окурок. Он правда хотел помочь, но понимал, что слова могли прозвучать излишне жестоко. Когда с детства живёшь близко к смерти, мир выглядит совсем не таким невинным.       Раньше Кайл этого не понимал. Слышал, как у одного из одноклассников погиб брат, едва помнил похороны бабушки, которая умерла, когда ему было лет пять, но не осознавал, какого это — столкнуться с тем, что близкие могут никогда не вернуться. Не услышать их голос, не прикоснуться, не набрать привычный номер. Вообще. Никогда.       Кайл только кивнул на предложение Айдена. Он хотел знать.       И теперь привыкал к иному облику друга. Тот будто погрузился внутрь себя, глаза закрыты, тело медленно покачивалось из стороны в сторону. Кайл чувствовал прикосновение заклинания к коже, вздрагивал от неуютного чувства, что за ними наблюдает тысяча пар глаз, а чьё-то дыхание щекочет ухо. В уголках глаз мелькали мутные фигуры, но уловить их образы было невозможно.       А потом что-то произошло.       Айден вскрикнул, какая-то сила его толкнула вперёд, и он ударился лбом о край столика. И начал задыхаться.       Кайл вскочил, лихорадочно соображая. Нет-нет-нет, только не Айден! Это ведь несправедливо! Так не должно быть!       Подскочив к Айдену, Кайл стал теребить его, чтобы привести в сознание и вернуть в этот мир. Глаза не открывались, свистящее дыхание пугало.       — Не смей! — твёрдо выкрикнул Кайл. — Не смей уходить! Ну же!       Он продолжал что-то говорить, несколько раз стукнул между лопатками, хотя и понимал, что это почти бесполезно. Лучше вызвать скорую, чем оказывать сомнительную первую помощь. Но помогут ли врачи против мертвецов?       Кайл резко открыл глаза, но смотрел мимо друга, в точку на стене.       А потом в один миг свечи погасли. И наступила темнота.              Чай горчил и согревал.       Айдена колотило, он кутался в объёмное одеяло и никак не мог согреться. Вид у него был уставший, будто он не спал пару суток. Кайл суетился на кухне, уговаривая что-нибудь поесть, но получал только вялые отказы.       — Мама всегда говорит, что от пары ложек каши никто не умер.       — Ну, кажется, в заморозке был суп. Но я всё равно не хочу есть.       — Сейчас погрею. Тебя в таком виде даже на Хэллоуин пускать нельзя, ходячий мертвец.       — Я нырнул слишком глубоко. И огрёб. Но… Кайл, они живы.       Айден звучал тихо и серьёзно. Как тот, кто провёл ритуал и получил то, что хотел, пусть и с неприятными последствиями. В ярком электрическом свете сгорбленная фигура под одеялом казалась ещё более худой и угловатой. Айден водил пальцем по столешнице и тщательно отводил взгляд.       — Но я не знаю ничего больше. Кажется, они где-то далеко от дома, но их голоса ещё не вплелись в песни мертвецов. Это слабое утешение, я понимаю…       — Спасибо.       Кайл не знал, что ещё сказать. У него перед глазами всё ещё стоял задыхающийся Айден, который никак не может открыть глаза. А тот явно считал, что сделал недостаточно. И зря! Кайл верил. Знал, что мертвецы не обманули.       — Я, пожалуй, посплю немного, — зевнул Айден и неловко поднялся. — Останешься?       — Да, только предупрежу тётю. Я не оставлю тебя одного. И я серьёзно — спасибо.       Айден только кивнул и, придерживая руками уголки одеяла, поплёлся наверх. Тихий дом, казалось, обволакивает его и защищает. Вместе с Кайлом.       С новостями о родителях позвонили через пару дней. Произошла какая-то путаница с документами, не сразу отыскали их адрес и контактные данные. Оказалось, произошла автокатастрофа, и несколько дней родители провели в реанимации. И как только очнулись, попросили немедленно позвонить их сыну, предупредить, что с ними всё в порядке.       Но даже тогда Кайл не мог забыть тот страх, который он испытал о смерти родителей. А Айден только философски заметил:       — Настанет тот день, когда все мы станем лишь песнями мертвецов.       Но Кайл видел по скромной улыбке друга, что тот искренне рад.