Стихийный Дух

Пророк поднялся рано. Принял душ, привёл себя в порядок. Сна для отдыха ему требовалось сейчас не много, недавнее погружение в Покой будет поддерживать ещё достаточное долго. Готовя завтрак дозвонился до Фредерики. Леди Скульд была как всегда отстранённо застенчива, как считал он, и надменно холодна - как сказал бы тот, кто не знал эту девочку. Себ знал. И потому не сомневался, что она рада его слышать, выполнит его просьбу с открытым сердцем и надеется увидеть. Себ искренне улыбнулся, покивал, и уже менее искренне пообещал заскочить, ибо надеялся на вокзале посадить Аласте в присланную из имения машину, передоверив заботам дворецкого Фредерики, а позже и ей самой. Торчать в Новом Орлеане лишнюю минуту не было никакого желания. Когда всё было оговорено, заверил давнюю подругу в своих наилучших пожеланиях, передал привет упырю и принялся варить кофе. Мысли снова и снова уводили его во вчерашний вечер. Рассказ Аластэ. Секс. Вспышка. И после... ощущение... такое знакомое, но вместе с тем не читаемое, будто стёртое. Будто он... чувствовал такое или... даже делал, что то очень привычное, совсем недавно... А теперь это было не ощущение, а скорее предчувствие,будто сделанное пыталось свершиться снова, но почему то не могло. Почему, что на этот раз было не так? Ведьма, предлагавшая удовольствие. Аластэ. Секс. Вспышка... Мысль крутилась в голове, ловила собственный хвост и не желала дать разглядеть себя вблизи. Пророк заглянул в будущее и досадливо поморщился, будущее стояло на месте, как крашенная никчёмная, неподвижная колода. Мужчина составил блюдца и кофейник на поднос, отправился будить Аласте. Вошёл бесшумно, оставил поднос прикроватном столике. Несколько минут смотрел на спящую девушку. Чистая, нежная. Ещё вчера девчонка - женщина сегодня. Всё меняется под грешной луной, кроме его неспособности привязаться к кому то. Молодая, красивая. Смертная. Он мог бы сделать её короткую жизнь счастливой. Просто потому, что может. Но не вмешается, отпустит. И что, тебе, старик, нужно? ...... слова всплыли в памяти сами, звонким, истеричным разноголосьем, потому что слышал он их несчётное количество раз. "Что тебе, козёл, ещё нужно?!!" Аласте сладко вздохнула и перевернулась на спину, забросив руки за голову. ...спокойное лицо, разметавшиеся по подушке волосы... "ЧТО ТЕБЕ, КОЗЁЛ, ЕЩЁ НУЖНО?!!!" ...Пазл встал на место, мозаика сложилась. Челюсть Стихийного ещё находилась в процессе отвисания от нахлынувшего откровения, а исцеляющее поле уже окутало спящую. Нет времени ждать, пока она будет готова. Время, прямо скажем, в минусе, её нужно срочно увозить. Он стремительно сел на край постели, взял её за плечи. - Аластэ, детка, просыпайся. Мы уезжаем, это срочно. Завтракай и собирайся, всё расскажу в дороге. Аластэ! - девушка раскрыла глаза и недоуменно воззрилась на него. Позже, всё позже. Потому что в голове Себастьяна гремело "Ебать мой хуй, дамы и господа!" и на этот раз дело было действительно в этом.