Дневник самоубийцы

      — Пока что нет причин. — Лизу колотило, в здании было очень холодно, и когда она залезла под горячую воду, ощущение было словно она горит заживо, спину и ноги обжигало, казалось будто кожу разъедает. Тело покрылось мелкими красными пятнами.       — Ты в порядке? — Даня ужаснулся при виде красно-белой Лизы.       — Да. У меня просто аллергия на резкие перепады температур. — она чувствовала пульс в висках, хотелось просто уснуть. Теперь Лиза чувствовала будто вода стала ледяной. Не вытерпев и переключив поток на холодную воду, девушка умылась и вышла.       — А ты не заболела? — Данил смотрел на бледнеющую Лизу, ему всё казалось что она вот-вот упадёт и он уже даже готовил руки, чтобы подхватить девушку.       — Кажется, заболела. Ничего, посплю немного и всё будет заебись. — она надела штаны и была готова идти, выдвинувшись в бесконечный коридор, они молча шли вперёд.       Лиза была удивлена. Она ожидала, что в коридорах будут пожилые сумасшедшие люди, злые сотрудники-садисты, которые избивают людей в смирительных рубашках. Но на деле увидела молодых адекватных людей, таких же как она.       — Смотри, новые. — у одной из дверей стояла синеволосая девушка и парень с длинной чёлкой. — Привет. — дружелюбно помахала девушка.       — Привет. — Лиза взяла знакомство на себя.       — Я Света, а это Миша.       — Я Лиза, а это Даня, он не очень разговорчив.       — Хаха, ну хорошо, до встречи! — Света проводила взглядом новых знакомых.

***

      — Насть, а почему красный? — Рулан, Настя и Лиза играли в «правду или действие».       — Да просто цвет нравится. — Шпагина пожала плечами.       — Даня, не сыграешь с нами? Чё сидеть всё в стенку упираться что ли? — Руслан подошёл к Кашину.       — Ну ёб, отстаньте. — Данил сложил руки на груди и недовольно вздохнул.       — Пошли. — Лиза попыталась потянуть его за руку, но это никак не смогло привести огромную тушу в движение.

***

      — Держи. — когда Настя и Лиза остались вдвоём, Шпагина вручила ей синий блокнот с енотами. — Сюда ты можешь записывать свои мысли. Мне помогает.       — Вау, спасибо. Это, мило. — Лиза обняла девушку. Отстранившись, она увидела в её больших глазах слёзы. — Что такое?       — Я скучаю по дому. По тому, как всё было. Меня просто закрыли в этом изоляторе, понимаешь? Это всё равно, что забрать зверушку из леса и принести её в зоопарк. Там мои друзья и родители. А здесь таблетки и врачи. Там тепло, любимое одеялко. А тут холод, отобрали абсолютно все вещи. — она прикрыла лицо ладошкой и вытерла слёзы, но как бы Настя не старалась, успокоиться у неё не выходило.       — Не понимаю. Честно. У меня никогда не было друзей и добрых родителей. Меня выдернули из мусорки и посадили в неё же. Ну же, врать не буду, всё будет плохо, но чё уж, будем жить, хотя бы до тридцати. — Лиза усмехнулась и взяла её за руку. Девушки стояли и смотрели друг другу в глаза.       — Всё будет плохо. Но мы будем жить, хотя бы до тридцати. — повторила красноволосая и тоже усмехнулась.

***

Запись один. Первое июня две тысячи восемнадцатого года.       Привет, я Лиза Неред. Мне двадцать два года, и я в психбольнице. Я не добилась ничего. Знаете за что я попала сюда? За самоубийство. Конечно, я выжила. Иначе бы сейчас не делала этих записей. Этот милый блокнот мне подарила моя подруга Настя Шпагина. У неё большие милые глаза и красные волосы, из-за которых она походит на русалочку Ариэль.

Что же, что есть психиатрическая больница?

Это самое холодное и самое теплое место на планете. Здесь вы можете найти единомышленников, а можете обрести врагов. Можете забиться в местные углы, но и можете найти силу воли и найти в этих событиях удачу. Ведь все что происходит в вашей жизни, происходит не зря. Будьте уверенны. Здешние коридоры меня не пугали, я просто не доверяла больницам, но тут нашлись люди, с которыми было спокойно. Милая Настя, забавный Руслан и молчаливый, но душевный Даня. Я не знаю, как повернётся моя жизнь после того, как меня выпустят. Сомневаюсь, что мой брат Юлик захочет видеть меня, а все мои знакомые поставят на мне окончательный крест, ведь человек, побывавший в психиатрической, считается ненормальным. Так что, если вас везут сюда, то будьте готовы терпеть косые взгляды от окружающих.       — «Дневник самоубийцы», интересно. — к пишущей в новом блокноте Лизе подходит Даня, она быстро закрывает дневник.       — Да. Настя подарила. Что-то вроде личного дневника. — девушка зарыла его в руках и швырнула в тумбочку. Было уже довольно темно.       — Понятно. Но ты скорее «Бывшая самоубийца», так ведь? — Данила поднял бровь.       — Возможно. Если ты не отстанешь, то я задушу тебя и перепишу это на твоё самоубийство. — грозно сказала Лиза.       — Да ладно, ладно. Спи давай, гаси свет. — Кашин обернулся, он услышал стук. Русоволосая поднялась и открыла. Перед её глазами появилась Света, которую она не ожидала увидеть совсем.       — Привет, можно к вам ненадолго? — синеволосая улыбнулась.       — Можно. А у тебя что-то произошло? Обидел кто? — Руслан подошёл к девушке. Он запомнил этот взгляд и знал его. Это то, что не прикрыть даже самой лучезарной улыбкой.       — Миша, Даша, Даня. — она проговорила три этих имени и улыбка исчезла.       — Только не плачь, ладно? Что они сделали? — Лиза посадила Свету на кровать.       — Сначала Миша, он назвал меня дурой, когда я поцеловала его, потом я захотела поделиться этим с Дашей, ведь она казалась мне хорошей, но она послала меня, а потом Рэнделл наорал на меня, потому что я случайно толкнула его, но я просто шла и ревела.       — Дань, Руслан, идите говорите с ними, только без кулаков, умоляю. Настя, ты можешь налить воды для Светы? Спасибо. Светик, не плачь. Ты любила Мишу?       — Да. Он был так мил со мной, мы вроде хорошо подружились. Даша тоже поддерживала меня, а с Даней я не знаю что, он какой-то нервный был сегодня.       — Пацаны, чё, Свету обижаем? Какие рамсы? — Руслан подошёл к Мише.       — Мы её обижаем? — подошла Даша.       — Да. Она сидит сейчас у нас в палате и плачет. Тебя она любит, а ты-то что на неё рыпаешься? — Даня тыкнул указательным пальцем в грудь Мише, а затем глянул на Рэнделла.       — Да, я не прав. Мы все не правы. Идём говорить. — Совергон взглядом попросил их провести.

***

Запись два. Два часа ночи. Второе июня две тысячи восемнадцатого года.       Я лежу одна и пишу это. На соседних койках громко храпят мужчины и, сжавшись в комочек, спит Настя. Я не могу уснуть. Прошёл второй день в больнице, и пока мне даже не хочется уходить от этой размеренной жизни. Не знаю, как долго ещё я смогу держать свои эмоции. Хочется просто закричать, умолять, чтобы это был просто сон, а потом проснуться, обнять Юлика и отправиться в школу. Но так не будет. Это время прошло, ушёл тот шанс, который мог бы мне помочь, не находиться здесь сейчас, и я понимаю это.

«Я потихоньку умираю, Я это знаю и осознаю, И ничего я не предпринимаю, Чтоб изменить судьбу свою, Я был счастливым, был несчастным, Я много в жизни повидал, Горел как мог, хотел быть ярким, Не понимая что сгорал, Теперь уже без кислорода, Мой еле теплится огонь, Кто-то захочет плеснуть воду, Я прошепчу: Пока не тронь, Я так красиво догораю, Мерцая тихо в темноте, Я свои мысли оставляю, В этой нелепой суете.»

      — Лиза, ты чего там? Почему не спишь? — раздался шёпот, это была Настя. Вероятно, она проснулась от того, что Лиза иногда пощёлкивала ручкой.       — Просто мне не спится. — девушка заметно вздрогнула, и взглянула на Шпагину. Было совсем темно, этой ночью облака закрыли луну, и привычного света не оставалось.       — Понятно. Хочешь поговорить о чём-нибудь? — Настя легла на бок и подпёрла голову рукой.       — Вообще-то, да. Насть, а какого это, любить кого-то?       — Ну, это очень приятное чувство. Когда ты по-особенному относишься к кому-то, по-особенному заботишься о нём и хочешь, чтобы этот человек остался с тобой навечно. Хочется говорить с ним часами, даже просто ни о чём.       — Если любви не бывает, то почему я чувствую все, что ты описала? — Лиза без конца смотрела то на собеседницу, то на сопящего Даню.       — И кого же ты любишь? — красноволосая улыбнулась.       — «Люблю»? Слишком громко сказано. Просто нравится. Даня. Мы общаемся всего день, но у меня уже такое ощущение, будто мы знакомы год, знаешь? — девушка зевнула и тоже улыбнулась.       — Да, знаю. Честно, мне понравился Руся. Посмотри на него, милашка же. — Шпагина хихикнула.

***

      — Ты тоже слышал ночью их разговор? — Руслан и Даня шли в душ.       — Нет. Чей? — Тушенцов заинтересованно посмотрел на Данила. — И ты ж вроде у нас молчаливый?       — Это особый случай. Лизы и Насти. Настя сказала, что ты ей нравишься. — Кашин улыбнулся.       — Да? Здорово. Я всё смотрел на неё, она такая красивая, но боялся подойти-вдруг откажет. — Руслан засветился от радости, на его лице появилась широкая улыбка. — Кстати, нельзя подслушивать чужие разговоры. — он в шутку пригрозил пальцем.       — Но ты бы не узнал о её чувствах. И я… — Даня побледнел.       — Ты чего?       — Ничего. — парень нахмурился и ускорил шаг.

***

      — Ты не хочешь ничего мне сказать? — Даня подошёл к Лизе, которая ела гречку и активно что-то обсуждала с Настей.       — Нет. А что? — она обернулась, девушку слегка настрожил вопрос Кашина. — Ты что-то слышал? — вот оно. Сейчас он узнает. Ладони вспотели моментально.       — Да. Кое-что было. — Данила немного смущал тот факт, что он подслушал их разговор и, скорее всего, совсем не должен был это слышать.       — Кхм. Давай обсудим это позже. — Лиза притворно кашлянула, намекая, что ему сейчас лучше отойти.

***

      — Ну же, быстрее, Кашин! — Лиза закрыла дверь, пытаясь успеть поговорить до прихода сожителей. — Что ты слышал? — она нервничала.       — Ночью, я проснулся, и услышал как вы говорили с Настей, и как ты сказала, что я тебе… нравлюсь.       — А… Да. Нравишься. — девушка заправила прядь волос за ухо и опустила голову.       — Ты что, покраснела?       — Нет. — сказала Лиза с видом «бред».       — Да-а-а. Ты покрасне-е-ела. — протянул Даня с улыбкой.       — Да что ты прикопался?! Как школьник! — без стеснения закричала она. — Да! Покраснела!       — Прости. — Данил вздохнул. — Послушай, мы не сможем быть вместе. Просто не сможем. Ты будешь в опасности. Я не смогу. — никто ещё не знал, какие тайны хранит это крепкое, веснушчатое тело. Какие скелеты прячутся в его шкафу.       — Да, — пара секунд. Лиза лишь смотрела на него своими зелёными глазами. — Конечно. — она поджала губы и сложила ладони возле груди. Никто еще не знал, какие скелеты прячутся в её шкафу.