Глава 13. Опора(Часть 2)
3 августа 2018 г., 18:40
Уже в школе начался настоящий хаос. Стало известно, что, наконец, проинформируют чемпионов о последнем испытании Турнира. Не успели друзья зайти в гостиную, как на них налетели сокурсники с просьбами наделить информацией об этом. Да и что ребята могли ответить, когда узнали об этом только в Большом зале за ужином.
В спальне, недовольная Гермиона еле сдерживала ярость и бросила подушку с силой на кровать.
— Да успокойся ты! — возмутилась Лаванда. — Это же просто…
— Просто? Вот это просто? — на кровати лежало смятое письмо от тайного поклонника. Было ясно, что это кто-то из слизеринцев, как и предполагал Гарри, но все же Гермиону не покидала мысль о том, что ей уже довелось встретиться с этим поклонником. Оно пришло сразу же, как Гермиона зашла в комнату. Вот, что там было написано:
«Прощай»
— Ты расстроилась, что он больше не будет писать, или… — Или! — прервала Мэри Гермиона. — Я не понимаю, как Гарри мог подумать, что это прислал кто-то из Слизерина. — Почему ты отбрасываешь эту возможность? — удивилась Джинни. — Потому что это слизеринцы. — Ответила Гермиона.***
Обычно после пасхальных каникул Гарри начинал усердно тренироваться к последнему в сезоне матчу по квиддичу. Но в этом году турнир по квиддичу отменили, и вместо этого надо было готовиться к третьему, последнему заданию Турнира Трех Волшебников, а что это будет за задание и как к нему готовиться, Гарри с сестрой еще не знал. На последней неделе мая профессор МакГонагалл задержала его в классе после урока превращений. — Мистер Поттер, вам с сестрой и Мэри пришло письмо, — сказала МакГонагалл, когда проходила мимо их столов. Письмо Мэри Гермиона сказала, что передаст лично в руки.«Уважаемый мистер Гарри Джеймс Поттер. 23 мая в 17:00 будет проходить последнее испытание Турнира Трех Волшебников. Оно будет самым сложным из всех предыдущих и требует от вас знаний многих заклинаний вашего уровня и выше. Подготовьтесь к нему соответственно. Учредитель Турнира — Людо Бэгмен»
Гермиона получила точно такое же письмо, поэтому на уроке они были чёрные тучи с братом.***
Днём двойняшки с друзьями были готовы проклясть день, когда сказали, что им понравится История магии. Ещё никогда урок не тянулся так медленно, даже на первом или втором курсах, когда голова вообще работать не хочет. Но сейчас профессор Бинс побил все рекорды по самому скучному рассказу о школах в других государствах. Даже Гермиона и Дадли засыпали на его уроках. В конце концов, прозвенел звонок, и друзья поспешили в класс защиты от темных искусств. Учитель Грюм как раз выходил из класса, похоже, было, что он и сам очень устал. Его человеческий глаз готов был сомкнуться, и от этого лицо Грюма казалось кривее обычного. — Добрый день, мистер Грюм! — крикнул Гарри, пробираясь сквозь толпу учеников. Рон, Дадли и Гермиона шли следом. — Здравствуй, Поттер, — ответил своим скрипучим голосом Грюм. Волшебный глаз учителя защиты от темных искусств устремился на спешивших куда-то робких первокурсников, повернулся зрачком внутрь головы, проводил их за угол. — Нас нужно кое-что… — начала Гермиона, но профессор прервал её. — Заходите. — Он пропустил Гарри, Рона, Дадли и Гермиону вперед, вошел сам и закрыл дверь. — Как себя чувствует мистер Крауч? — спросила Гермиона. — Состояние тяжёлое, — вздохнул Грюм, похромал до учительского стола, сел, вытянул, крякнув, свою деревянную ногу и достал фляжку. Дадли, Рон, Гермиона и Гарри сели на другие стулья. — Я думаю, что вопрос неуместный, но все-таки, — начал Дадли, — как вы думаете: кто пытал мистера Крауча? — А с его вы взяли, что его пытали? — удивился Грюм. — Ну как же — его состояние тому доказательство, особенно переломанные кости, — начал Дадли. — Он туго соображает и потерялся во временных рамках, — продолжил Рон. — Его увечья на теле, — сказала Гермиона. — И, в конце концов — ужасное самочувствие и долгое пребывание в коме, — закончил Гарри. Грюм ещё раз отхлебнул из фляжки и, посмотрев на каждого — улыбнулся. Естественно он был удивлён такими мыслями студентов, учитывая то, что им всего-то четырнадцать лет. Профессор кинул Дадли в руки книгу. — В следующем году вам представится возможность выбрать будущую профессию, — начал Грюм. — Причём тут это? — не поняли друзья. Грюм лишь позабавило их тугодумство. — Подумайте над следующими экзаменами: Трансфигурация, Защита от Тёмных искусств, Зельеварение и Алхимия. — Почему именно эти? — Для своего возраста вы провели целую аналитическую цепь, причём с доводами и фактами. Советую выбрать вам четвёртым профессию мракоборца, а не целителя как ты собирался, Дурсль. — друзья лишь улыбнулись такому совету. — В любом случае, вам Поттеры, нужно подготовиться к следующему испытанию.***
Конечно, профессор Грюм был прав насчёт того, что нужно думать о турнире, но как быть, когда рядом бродит такой опасный преступник, который похищает сотрудника министерства? Гарри старался думать об этом инциденте как можно реже, чтобы не волноваться самому и не заставлять думать об этом сестру. Рон и Дадли начали подбирать друзьям учебники, которые могли бы им пригодиться на испытании, в основном это были, конечно же, боевые заклинания. Вместе с чемпионами, их стали осваивать и Рон с Дадли. — Ступефай! — взмахнув палочкой, Гермиона откинула от себя Дадли, и тот врезался в стену позади. Рон поспешил помочь ему подняться. — Удобное заклинание. — Да… — кивнул Дадли, поднимаясь на ноги, — обездвиживает объект, я уверен, что в бою незаменимое заклинание. — Экспеллиармус тоже, — сказала Мэри, — насколько я знаю — Гарри профессионал в этом заклинании. — Конечно, — подтвердил Рон, — он даже на экзамене Люпина сдал без всяких проблем. — Можешь, научишь меня ему? — спросила Мэри. Гарри вопросительно посмотрел на подругу. — Ты меня с Гермионой не путай — я не учитель. — Но все же — попробуй. Знаете, а из Гарри вышел неплохой учитель, учитывая то, что у Мэри чуть ли не с первого раза получилось обезоружить Рона в схватке. Иногда их подготовку прерывала МакГонагалл, забирая Дадли и Рона, на занятия, ведь в отличие от друзей — им придётся сдавать экзамены по всем предметам. В такие моменты Гермиона и Гарри скучали по ним, как никогда раньше. Омрачило день то, что пришло гневное письмо от Сириуса. Видимо, Дамблдор сообщил ему о происшествии в лесу.«Я же просил вас — не высовываться по пустякам на улицу! О чем вы только думали? Пообещайте мне, что ни с кем никуда больше ночью не пойдёте. В школе находится кто-то очень опасный. Ясно, что это он пытал Крауча, чтобы тот не сболтнул лишнего. Вас с лёгкостью могли убить. Естественно ваши имена не случайно оказалось в Кубке огня. И если кто-то собирается вам навредить, то времени у него осталось совсем мало. Держитесь рядом с друзьями, не выходите поздно из гриффиндорской башни и готовьтесь к третьему испытанию. Вообще выучите побольше всяких заклинаний. Краучу вы ничем не поможете. Без нужды не высовывайтесь и будьте осторожны. У меня и так нервы на пределе из-за всего этого. Следующим письмом непременно пообещайте мне вести себя хорошо. Нюхалз»
Гарри с недовольным видом смял письмо и бросил его в камин в гостиной Гриффиндора. Само собой он был недоволен тем, что Сириус вновь начал его отчитывать и все остальное, но все-таки в чем-то крестный был прав. Гермиона лишь погладила брата по плечу, чтобы успокоить, а Рон протянул ему чашку какао. — Сириус прав, — сказал Рон, — до вашего испытания остался один день. — И без тебя знаю, — недовольно буркнул Гарри, — вот только черт его знает, что там будет… — Прорвёмся, — подбодрила его Гермиона, — не думаю, что они в это раз будут нас разделять. — С Виктором и Флёр разговаривала? — спросил Дадли. — Сегодня за обедом, — сказала Гермиона, — они надеяться, что не заставят выступить друг против друга, а так, вроде, все нормально. Главное — продержаться до конца, пока кто-то не найдёт Кубок чемпионов. — Ты не планируешь его найти? — удивился Рон. — Я просто хочу это все закончить, — сказала Гермиона, — думаю, что Гарри и Мэри думают точно так же. — Полностью согласна. — Я тоже. — Ладно, пойдёмте на ужин, завтра тяжёлый день, — сказал Рон.***
Гермионе снился сон. Она будто идёт по высокому и длинному лабиринту, дорогу освещает лишь пламя её палочки. Вокруг ни души, даже звуков никаких не слышно. Обычно в такие моменты рядом всегда был брат, но и сейчас его нет. Внезапно, позади, послышались шаги. Гермиона приготовила палочку и уже собиралась атаковать… Как вдруг услышала шипение: — Отдай мне… — это шипение она не спутает не с каким другим. Позади, был человек в плаще, а лицо прикрывал капюшон, но Гермиона и так знала, кто стоит перед ней. — Что тебе нужно? — на змеином языке спросила девушка. — Ты и твой брат. — Зачем? — внезапно он схватил её за горло и начал душить. Всё перед глазами поплыло, и Гермиона была готова к смерти, как вдруг мимо лица справа пролетела красная молния и ударила Волан-Де-Морта в грудь. Он отпустил шею Гермионы и отлетел на несколько футов назад. Девушка рухнула на колени, кашляя, чтобы унять боль, но она не проходила. Ей кто-то помог подняться, и этим «кто-то» оказался Гарри. Они с Волан-Де-Мортом вздернули палочки и когда заклинания соприкоснулись, все исчезло.***
Гермиона очнулась в холодном поту, который бил ключом. Уже был рассвет за окном, но Гермиона до сих пор чувствовала холодные пальцы на своей шее. Ей было страшно, но самым страшным стало то, что начал болеть шрам на шее. Она резко положила руку на шею, чтобы унять боль, но стало только хуже. Решив, что нужно остудить голову, Гермиона накинула халат и вышла из комнаты. Девушка спустилась по лестнице в общую гостиную, где стоял краник для воды, и быстро ополоснула лицо с шеей. Это помогло и боль начала постепенно утихать. — Миона? — повернувшись, Гермиона увидела Рона, который видимо уже проснулся и услышал плеск воды. — Доброе утро. — Какое же оно доброе, когда ты в таком состоянии! — возмутился Рон, подходя к подруге. — Что случилось? — Кошмар приснился, — ответила Гермиона и похлопала друга по руке, которая лежала на её плече, — я очень боюсь идти на это испытание. — Всё будет хорошо — я уверен. — Во сне я видела Волан-Де-Морта, — сказала Гермиона, — и видела своего брата, хотя обычно во сне была также и Мэри… — И что? — У меня плохое предчувствие, — призналась Гермиона, — словно кто-то умрёт. — Ш-ш-ш, — прошептал Рон, обнимая Гермиону за плечи, — все будет хорошо, успокойся! В этот же день, во время завтрака за гриффиндорским столом было особенно шумно. Совиная почта принесла двойняшкам открытку от Сириуса с пожеланием удачи — всего только кусок пергамента с отпечатком грязной собачьей лапы, но у них все равно потеплело на сердце. — Мерлинова борода!!! — воскликнул Рон, отбрасывая в сторону письмо от мамы. — Что случилось? — удивились друзья. — Почитайте сами, — сказал Рон. Гарри взял письмо от миссис Уизли и зачитал:«Сынок, скажи Гарри и Гермионе с Мэри, что мы сегодня приедем их поддержать. Дамблдор сообщил, что нам можно будет присутствовать на третьем испытании. Миссис Уизли»
— И что? — усмехнулась Гермиона. — Это же здорово. — Ты просто его отметки не видела, — сказал Дадли. Гермиона вопросительно посмотрела на рыжего и развернула его пергамент с оценками. — ТЫ ЧТО, ИЗДЕВАЕШЬСЯ?! — Рон закрыл уши, понимая, что девушка его сейчас изничтожит. — Ладно, по Зельеварению такая оценка, но как ты мог получить «Отвратительно» по Рунам и Истории магии? — Зато по заклинаниям и ЗОТИ… — Мерлин… А Трансфигурация… Ты хочешь меня в могилу свести? — прошептала Гермиона, бросая ему на стол пергамент. — Кошмар… — Я старался… — начал оправдываться Рон, но Гермиона уже вернулась к завтраку.***
Экзамены были сданы, оценки выставлены и многие были ими недовольны. Гарри и Гермиона с друзьями остались в Большом зале, чтобы обсудить предстоящее испытание. Они волновались, что что-то пойдёт не так. Вскоре к ним присоединились Флёр и Виктор. — Тоже волнуетесь? — пожав руку Гарри, спросил Виктор. — Только не говори, что спокоен, как удав, — скептически сказал Гарри. — Конечно же, не скажу, — сказал Виктор. Он сел рядом с Гарри, а Флёр рядом с Мэри, — я слышал, что Краучу стало хуже. — Да, об это уже трубить вся школа, — грустно сказал Рон, — и это ужасно раздражает. После завтрака, когда все были сыты, стало известно, что состояние мистера Крауча заметно ухудшилось. Об этом сообщила помощница мадам Помфри, таким образом и пошли слухи. Конечно, деканы старались просить студентов, чтобы зря не раздували драму, но ведь это школа — тут иначе не бывает. Внезапно к ним подошла профессор МакГонагалл. — Поттер, все участники Турнира собираются после завтрака в комнате, примыкающей к залу, — сообщила декан, — Виктор, Флёр и Мэри, ваши директора тоже просили меня вам об этом сообщить. — Разве соревнование начнётся не вечером? — удивился Гарри. — Вечером, не беспокойтесь, — успокоила его МакГонагалл, — в комнате собрались семьи участников Турнира. Они приглашены посмотреть последнее состязание. И вы сегодня сможете провести со своими весь день. Гарри и другие чемпионы с воодушевлением направились туда, где по идее собирались их семьи. Конечно, двойняшки знали, что семейство Уизли приедет, но надеялись, что и Петунья захочет их поддержать. Они пересекли Большой зал и толкнули дверь в потайную комнату. Здесь были родители Виктора и семья Флёр, которые пришли их поддержать, а также мать и отец Мэри, которые, увидев ее, кинулись обнимать. Гермиона и Гарри начали искать взглядом своих родных, и заметили у камина сияющих миссис и мистера Уизли, а также Билла. Обрадованные двойняшки чуть не бегом бросились к ним. Миссис Уизли расставила руки в сторону, чтобы быстро обнять Гарри и Гермиону, которые были очень рады их видеть. Потом обнялись с мистером Уизли. Молли нагнулась и поцеловала обоих. — Мы приехали болеть за вас! — Вы как, готовы? — спросил Билл, улыбаясь и тряся руку Гарри. — Чарли тоже хотел приехать, но не смог отпроситься с работы. Он нам рассказывал, как вы потрясающе справились с дракона и в конце! — Билл перевёл взгляд на Гермиону и быстро поцеловал её в щеку. Девушка крепко обняла его за шею. — Надеюсь, что Норберта не сильно поранила тебя? — Лишь слегка, — улыбнулась Гермиона. Гарри внезапно заметил, что Флер Делакур с большим интересом поглядывает на Билла из-за плеча мамы. А от увиденного, как он обнимается с Гермионой — побелела. Она явно не возражала ни против длинных волос, ни против серег с клыками. Гарри это позабавило. Гермиона осмотрелась по сторонам, будто ища кого-то. — Петуньи здесь нет, — сказала Молли, поняв намерения девушки, — но, она оставила вам послание! — Послание? — удивились брат с сестрой. Молли кивнула мужу, и он достал хрустальный небольшой шарик. Когда Артур Уизли щелкнул пальцами, на шарике появилось изображение тёти:«Мои дорогие племянники! Мне очень жаль, что я не смогу быть с вами в такой день, сами понимаете — маглам в Хогвартс все равно не попасть. Молли и Артур пришли ко мне за день до приезда к вам, чтобы записать это сообщение. Я буду держать за вас кулаки, чтобы победили, хотя победа — не главное. Я вами горжусь — знайте это!»
Слова тёти заставили Гермиону прослезиться, так что Гарри пришлось её успокаивать. Конечно, тётя не смогла бы попасть в Хогвартс, но то, что она все-таки записала это сообщение — уже о многом говорит. Если раньше двойняшки считали, что она их не любит, то сейчас были готовы прикусить себе язык за эти слова. Гарри и Гермиона прекрасно провели утро с Биллом, мистером и миссис Уизли. Они обошли всю территорию замка, брат с сестрой показали им карету Шармбатона и корабль Дурмстранга. Миссис Уизли очень заинтересовалась Гремучей ивой, посаженной уже после нее. И потом долго вспоминала лесничего Огга, который был перед Хагридом. Мистер Уизли начал рассказывать о своих приключениях в школе и как любил сбегать с уроков. — Как там Перси? — спросила Гермиона, когда они обходили теплицы. — Не очень, — ответил Билл. — У него проблемы на работе, — добавила миссис Уизли, понизив голос и оглянувшись. — Из-за чего? — удивились двойняшки. — Из-за состояния Барти Крауча, — сказал Артур, — оно ухудшается с каждым днем. Из-за этого происшествия Перси вызывали на допрос в Министерстве. Мы с Молли волновались, что его уволят или понизят в должности, ведь для Перси — это будет ударом по репутации. — Так значит, Перси будет судьёй вместо Крауча? — спросила Гермиона. — К сожалению — нет. Пятым судьёй будет Корнелиус Фадж, — сказал Артур, — но вы не волнуйтесь об этом. Всё наладится, когда Турнир закончится. Я уверен, что Барти станет лучше. Ближе к обеду они вернулись в замок. Столы были уже накрыть, так что семейство Уизли решило пообедать вместе с ними. — Мама? Папа? Билл? — удивлению Рона не было предела. — Так это была не шутка? Вы все-таки приехали? — Конечно же, не шутка, дорогой, — возмутилась Молли, — мы же обещали поддержать твоих друзей, вот и поддержим. Мэри, дорогая, здравствуй! — она поцеловала девушку в лоб. — Здравствуйте, миссис Уизли, как ваши дела? — О, у меня все хорошо. Осталось пережить этот Турнир, вот тогда будет превосходно. Элизабет, ты ведь останешься? — Конечно, Молли. Дамблдор выделил семьям чемпионов отдельные комнаты, так что останусь. Скоро к ним присоединились Фред, Джордж и Джинни, и двойняшкам показалось, что они опять вернулся в «Нору». Они и думать забыл о Турнире. Глаза сестры успокаивали, Гарри, словно говоря: «Осталось ещё немного». Двойняшки, Билл, мистер и миссис Уизли весь день гуляли вокруг замка и вернулись в Большой зал только к вечернему пиршеству. За столом для преподавателей сидели уже и Людо Бэгмен и Корнелиус Фадж. Бэгмен, как всегда, весел и оживлен, Фадж, напротив, мрачен и неразговорчив. Сидевшая рядом мадам Максим смотрела только в тарелку, и чемпионам показалось, что глаза у нее красные. Хагрид то и дело поглядывал в ее сторону. — А что это с мадам Максим? — шепнул Рон другу. — Я слышал, что Хагрид расстался с ней, — ответил Дадли, услышав вопрос. — ЧТО?! — чуть ли не на весь зал возмутились Рон и Гермиона. — Да… — кивнула Мэри, — мы с Дадли случайно стали свидетелями их разговора. Причину, правда, не смогли понять. — Они были бы хорошей парой, — смущённо сказала Гермиона. — Ага, особенно, если бы у них появились «маленькие» детки весом как десять тебя, Миона. — Это было лишним, — огрызнулась Гермиона. Постепенно волшебный потолок менял синеву дня на алые закатные краски сумерек. Наконец Дамблдор поднялся из-за стола и весь зал притих. — Леди и джентльмены, через пять минут я приглашу вас пойти на поле для квиддича, где начнется третье, последнее состязание Турнира Трех Волшебников. А сейчас прошу всех участников вернуться в гостиные и подготовиться к испытанию, Людо Бэтмен будет ждать вас у выхода из замка. Гарри, Мэри и Гермиона встали, все гриффиндорцы зааплодировали. Студенты Ильверморни также аплодировали стоя.*Гостиная Гриффиндора*
Гарри, собравшись и переодевшись, уже сидел на диване и ждал свою сестру. На нем была форма игрока по квиддичу, только без мантии сверху — лишь куртка. Конечно, было ясно, что в этом лабиринте может случиться, что угодно. Страшным было то, что их с сестрой могли разделить и заставить действовать друг против друга. Гарри почувствовал тепло на плече и сжал руку сестры. Гермиона присела напротив на колени. — Осталось лишь несколько часов до конца, — сказала девушка, — все будет хорошо. — Ты видела же тот сон? — Да. — Ты понимаешь, что он не просто… — Сейчас давай подумаем не о Волан-Де-Морте, а об испытании, на котором нам придётся соревноваться друг с другом. — Гарри крепче сжал руку сестры. — Ты же понимаешь, что я не смогу поднять на тебя палочку? — спросил Гарри. — Знаю, и я тоже. Наконец, собравшись с силами, двойняшки вышли из гостиной, где к ним присоединилась Флёр. Затем вместе с Флёр и Виктором, трое друзей последовали за Людо Бэгменом, который повёл их на поле для квиддича.***
Скоро подошли к стадиону. Поле для квиддича изменилось неузнаваемо. По всему периметру поднялась плотная живая изгородь высотой двадцать футов. Прямо перед ними в изгороди чернеют пять проемов — входы в лабиринт. Коридор внутри них, образованный густым кустарником, уходит в черноту, от которой у чемпионов забегали мурашки по коже. «Они разделят нас…» — услышал Гарри слова сестры. «Лабиринт — один, найдем, друг друга» — успокоил её Гарри. Через пять минут на стадионе появились первые зрители. Воздух наполнился взволнованными голосами и звуками сотен шагов — зрители торопились занять отведенные им трибуны. Небо окрасилось в густой исчерна-синий цвет, и на нем зажглись первые звезды. К Бэгмену и участникам подошли Хагрид и профессора МакГонагалл, Грюм и Флитвик. У профессоров на шляпах, у Хагрида на спине кротового жилета светились большие красные звезды. — Мы будем патрулировать снаружи, — сообщила участникам состязания профессор МакГонагалл. — Если кто-нибудь попадет в беду и почувствует, что требуется подмога, пошлите в воздух сноп красных искр, и мы незамедлительно придем на помощь. Все ясно? — Ясно! — сказали чемпионы. — По местам! — скомандовал Бэгмен. Для каждого из участников был отведен свой вход в лабиринт. Само собой, Гарри и Гермиона оказались посередине, их входы были рядом, справа от Гермионы были Флёр и Виктор, а слева от Гарри был вход Мэри. Всё, естественно, волновались, особенно, когда от этого испытания зависят их жизни. Как вы помните, на предыдущем чуть не погибли все: то Виктора спасали от русалок и тритонов, то Гарри, Виктор и Гермиона с Мэри чуть было не лишились жизни по воле Флёр… В общем, тут они даже не знали, что их ждёт. Переглянувшись, последний раз, чемпионы поняли, что если в предыдущем испытании результат зависел от решения каждого, то теперь каждый был сам за себя и не ясно, кто выживет, а кто умрёт. — Удачи всем, — сказала еле слышно Флёр, чтобы её слышали лишь чемпионы. — И тебе, — одновременно сказали Гарри, Гермиона, Виктор и Мэри. — Я 'гада, что вы были моими д’гузьями, — сказала Флёр, — и помнитье — я никогда не подниму на вас палочку. Коснувшись палочкой горла, Дамблдор тихо произнес: — Сонорус! — и тут же его усиленный волшебством голос разнесся по всему стадиону: — Леди и джентльмены, третье и последнее состязание Турнира Трех Волшебников начинается! Разрешите мне напомнить вам турнирное положение участников на сегодняшний день! Первое место делят между собой мистер Мэри МакКлауд и мистер Гарри Поттер, из школы Ильверморни и школы «Хогвартс», у каждого восемьдесят пять очков! Они получают право зайти в лабиринт первыми. За ними мисс Гермиона Поттер из школы «Хогвартс» у неё восемьдесят три очка. Затем Виктор Крам из Дурмстранга, у него семьдесят девять очков, последней в лабиринт зайдёт Флёр Делакур, у неё семьдесят шесть очков. Гарри и Гермиона разглядели на трибуне мистера и миссис Уизли, Билла, Рона и Дадли. Они вежливо аплодировали Флер. Двойняшки махнули им рукой, они увидели и тоже обрадовано замахали. — Итак, Гарри и Мэри, начнете по моему свистку! — сказал Дамблдор. — Три… два… один… — Он резко свистнул, и Гарри с Мэри устремились внутрь лабиринта.
