И что же могло пойти не так?

Алкоголь выветрился моментально, словно по щелчку пальцев, и Холланд сидит на полу оставшейся без хозяина квартиры, обхватив голову руками. Хочется выть. Он убил человека. ЧЕЛОВЕКА. УБИЛ. А ещё он даже не подумал, что будет с Эйсой. В этот раз оболтус, кажется, втюрился не по-детски. Как он сможет это пережить? То, что сам Холланд отправится в тюрьму, даже не обсуждается. Куда же ещё? И там не будет этого длинного растрепанного дрыща с яркими синими глазами, в чьей груди бьётся его, Холланда, сердце... - Холланд... Ну, вот уже и призрак появился. Так и думал, что призраки разговаривают вот такими глухими, загробными голосами... Не дашь ты мне спокойной жизни, наверное. Даже в тюрьме не дашь. - Холланд... Сука... ЧЕГО?! Так, это не призрак... Боясь даже надеяться, Холланд бросается к окну, и от облегчения чуть не растекается лужицей по подоконнику – Вульф, живой и невредимый (пока что), висит, вцепившись в выступ карниза. Ох ты ж... - Вульф! Держись! Я сейчас! Так, верёвка... Какая, к чёрту, верёвка может быть в городской квартире девятнадцатилетнего лоботряса? Простыня... Некогда искать и скручивать... Думай, думай, думай... Стулья слишком громоздкие, в окно не пролезут... - Холланд, блять! Решился. Ну, давай, паучок. Супергерой ты или где? Том просовывается в окно и встаёт на колени на подоконнике так, что расставленные ноги зацепаются носками кроссовок за раму. Отпускает руки, хватается ими за нижнюю часть откоса и, разгибая ноги, словно пластмассовая лягушка на кольцах, опускается вниз, перебирая руками по стене. Повис. Опустился ниже. Ещё ниже. Ещё чуть-чуть... Давай, паучок... Роста не хватает, твою же ж мать! Никак не дотянуться… Но тут Вульф, отцепив одну руку, бросает себя изо всех сил вверх. Есть! Поймал! Ухватил его за руку и начал подтягивать вверх. Только бы окно выдержало... И ноги. От напряжения, кажется, сейчас порвутся мышцы, кровь в голове стучит молотком, в глазах мутнеет – так долго находиться вверх ногами ему даже в роли спайдермена нечасто приходилось. Поймал вторую руку, пошло уже легче. Уффф... Подтянул так, что Вульф смог встать на карниз. Держаться там не за что, но хотя бы ногами стоит. Так, а дальше что? Перебирая руками по стене он обратно не поднимется, не паук он всё-таки. Вульф более-менее в безопасности, вон, какие многоэтажные конструкции выстраивает, только выбраться сам не сможет. Сейчас бы 911 позвонить, но чего никак, того никак... Надо было спиной вперёд лезть, тогда бы просто разогнулся, вытянул эту сволочь живучую, и снова согнулся. Не сложнее, чем пресс качать. Хотя, нет – так бы как раз не хватило тех 10 сантиметров, которые на прогиб тела уйдут… Всё правильно сделал, значит. Только сейчас-то что делать? Эх, была-не была... - Вульф, в сторону! Надо же, послушался, переступил на полметра. Должно получиться. На тренировках получалось. Но там не было пятидесятиметровой бездны под ногами. И суточного запоя не было. И руки… Да, только бы уже трясущиеся от напряжения руки не подвели. Выдыхает и, оттолкнувшись ладонями от стены, рывком выбрасывает ноги из окна. Сальто с поворотом в воздухе, и вот он уже летит вниз, опережая крик Вульфа. Правда, наслаждаться полётом пришлось недолго, руки всё же вцепились в то же самое место, где до этого висел Вульф. Кажется, содрав при этом всю кожу и выдрав половину ногтей. Ещё одно усилие и, подтянувшись, он уже сидит на карнизе, прислонившись спиной к стене и пытаясь отдышаться. Воздух с надсадным хрипом выходит из лёгких. - Что это, черт бы тебя побрал, было, Холланд?! - Тебя спасал, хррр… амёба городская, хррр… Умел бы подтягиваться, сам бы сейчас вылез, хррр... - Он ещё и обзывается... Ну и сучёныш... Ему послышалось, или в голосе Вульфа действительно прозвучало восхищение? Передохнув, Холланд осторожно поднялся. - Давай ко мне на плечи. Там-то в окно забраться сможешь? - Да уж как-нибудь... Холланд подсаживает Вульфа, тот втягивает себя в окно, переваливается в комнату и пару минут стоит согнувшись, упершись ладонями в колени. Ну, вот, а совсем недавно его до такого состояния довёл всего лишь один поцелуй… Так, сейчас не время. Перегнувшись через подоконник, протягивает руки Холланду. Упирается ногами в стену и вытягивает его оттуда, пока Том сам не хватается за подоконник и с усилием не перебрасывает ноги в комнату. Вульф распластался на полу, грудь ходит ходуном. Холланд мешком сваливается рядом. Краем глаза замечает настенные часы – неужели весь его «визит» занял всего чуть больше тридцати минут?! Кажется, не полчаса, а полжизни прошло... - Вульф, ты это... Прости... Вместо ответа тот приподнимается и изо всех сил (ну, из того, что осталось) впечатывает Холланду кулак прямо в солнечное сплетение. Тот скручивается от боли и неожиданности, но Вульф прижимает его лопатками к полу и садится верхом. «Только бы не подумал чего, извращенец несчастный...» Сообщает предельно вежливо: - Это тебе за моё плечо в больнице. Короткий хук в челюсть слева. - Это за ребро Эйсы. Хук справа, так, что голова чуть не отрывается от шеи. - А это – за меня. Слезает и снова растягивается на полу рядом. Странные звуки заставляют повернуть голову в сторону поверженного супергероя, и Вульф не верит своим глазам – Холланд смеётся. Простое хрюканье постепенно превращается в гомерический хохот, и Алекс чувствует, что тоже уже не может больше сдерживаться. Так они лежат и хохочут, пока в дверь не влетает всклокоченный Эйса.