eighties

Губы у Джено пухлые, сухие, теплые с привкусом шоколада. Ренджун не может от них оторваться. Он прокусывает чужие губы до крови, тут же зализывая ранки, старается языком провести по зубам и внутренней стороне щеки. Худыми пальцами крепко цепляется за загорелые плечи Ли, наваливаясь сверху. Джено свои ладони кладет Ренджуну на грудь, мягко проведя ею вниз до кромки плавок. Кожа у китайца горячая, но очень бледная, будто он и не проводил весь день на солнцепеке. Хуан приподнимается буквально на секунду, заглядывает в глаза Ли, словно старается что-то в них прочесть, а затем вновь прижимается к его губам своими. /// У костра вечером они собираются почти все за исключением Джемина. Тот говорит, что слишком много выпил или перегрелся, и нуждается в спокойствии. Никто ему и не противоречит. — Конечно, отлежись, если тебе надо, — говорит Марк, двигая дрова длинной палкой. Джено оглядывает Нана с ног до головы и, странно вздохнув, опускает голову. — Все в порядке? — интересуется Ренджун, пока настраивает гитару. — В полном, — Ли улыбается, закинув руку на плечо Хуана. Вперемешку идут песни битлз и квин, кто-то даже предлагает разок спеть абба, но его предложение тут же отвергают. На плечах Хека уже давно красуется чужая джинсовка. Звезды засияли на небе россыпью бриллиантов, и вверх в темно-синем небе тянулся дым. Трещат дрова в костре, все знакомые песни уже спеты по два раза, то небольшое количество алкоголя, что у них было, уже выпито, а сигареты остались только на утро. — Я хочу спать, — Джисон зевает, не прикрывая рот. — Сразу видно, что ты самый мелкий, — ухмыляется Ченлэ, не смотря на свои собственные полу прикрытые глаза. — Давайте уже реально ложиться, надо завтра выехать пораньше, иначе приедем только к вечеру, — Марк поднимается и, взяв ведро в руки, уходит к морю за водой, чтобы потушить огонь Ренджун ложится в одну палатку с Джено. Ночью они вновь целуются, то сладко, то страстно, то с языком, то просто оставляют укусы и отметины на телах друг друга. Джемин, лежа в соседней палатке с рядом с сопящими Ченлэ и Джисоном, вздрагивает от каждого услышанного им полустона и тяжелого выдоха. Утром сложно сказать, что больше: синяки под глазами Нана или количество засосов на шее Ренджуна. /// Они складывают все свои вещи обратно в капот. Джемин сам вызывается поехать там вместе с младшими, все остальные лишь жмут плечами. — Как хочешь, нам же лучше, — Хек запрыгивает на заднее сиденье пикапа, а там уже растягивается на нем во весь рост, укладывая голову на колени Марка. /// Ренджун лезет целоваться к Джено при любой удачной возможности, а тот и не против. Они оба нежатся в объятиях друг друга, Ли забирается руками под одежду Хуана и крепко сжимает в ладонях выпирающие ребра. Так проходит день, два, неделя, ещё одна, а эти двое все продолжают стоять в дальнем уголке заброшенного бассейна. — Боже, за что? У нас появились вторые пидорасы, — стонет Джисон, когда, заглядывая в школьный туалет, чтобы покурить, находит там Ренджуна, стоящего на коленях перед Джено, и тут же захлопывает дверь, — Трахайтесь дома! Это общественное место! — Что, завидуешь им? — скалится Нана. — Ага, не то слово.