История Мэри

      Утро началось как обычно — по звонку будильника, который Варвара немедленно отключила. За ночь она так и не избавилась от усталости и чувствовала себя разбитой. Сейчас ей хотелось лечь обратно в кровать, укрыться одеялом, послать всех к чёрту, но девушка села на кровати, потянулась и посмотрела на Изольду. Та, как ей казалось, ещё спала. — Эй, — Варя встала и подошла к кровати Изольды. — Просыпайся, надо идти. — А ты знаешь, что человек сам решает, когда у него день, а когда ночь. Природа не властна, — Изольда неожиданно бодро поднялась с кровати и с энтузиазмом продолжила. — Если он захочет день ночью — он зажжёт свечу, захочет ночь днём — закроет глаза.       Варвара от неожиданности потеряла дар речи. Сейчас Изольда вела себя страннее, чем когда-нибудь, и Варя поняла окончательно, что эта девушка больна. Она решила повести себя, как любой нормальный человек — сослаться на дела и уйти подальше. — Хорошо, — кивнула она. — Молодец, я одеться и идти готовить.       Варваре казалось, что сейчас она переоделась быстрее солдата. «Даже спичка бы догореть не успела», — подумала она, выходя из комнаты. На кухне уже сидел Филипп. Всё оставшееся утро весь персонал торопился, все суетились, но, когда вещи хозяйки были собраны, сама хозяйка разбужена, накормлена и представлена сама себе, слуги смогли закончить свои дела и суета, пронизывающая весь дом, немного спала.       У Вари кроме туфель не было ничего, поэтому, пока Изольда носилась по первому этажу в поисках нормальной одежды, Варя принимала душ. Когда она закончила, оделась и высушила волосы полотенцем, немного потёрла гипс и заметила, что нос почти не болит. После она решила найти Изольду и спросить про пальто или куртку (несмотря на лето было прохладно), но та примчалась сама. — Мэри, я попросила у мадам пальто для тебя, — сбивчиво произнесла она, протягивая чёрный свёрток Варе. — Вот. Это её старое. — Ох, спасибо, — неловко сказала Варя, удивлённая такой заботой. — Ага, а сейчас идём. — Куда? — Как куда? Прощаться с сэром Томасом, конечно!       Варя хотела отказаться, но желание узнать кто же этот загадочный сэр Томас пересилило и она последовала за горничной, которой про себя желала сгореть в аду. Они поднялись наверх.       Варя и Изольда стояли на парадной лестнице, где одиноко висел пыльный портрет мрачного мужчины тридцати лет. Рама его потёрлась, но портрет грозился провисеть ещё долгое-долгое время. — Добрый день, сэр Томас, — вежливо сказала Изольда. — Как поживаете? — Драсте… — ошалело сказала Варя на русском. — Приплыли. — Рада, что у вас всё хорошо, — продолжила Изольда, широко улыбаясь. — А это Мэри, наша новая служанка.       Портрет на это, ожидаемо не реагировал, но Варе казалось, что вот-вот и он пошлёт их обеих куда подальше — Изольда может довести до ручки даже портрет. — Мадам уезжает в город и берёт нас с собой, поэтому мы пришли сказать «до свидания», — горько сказала Изольда. — До свидания.       Варя вяло помахала рукой и Изольда потащил её вниз. Спокойствие вновь было нарушено: стоило им спуститься, Изольда снова начала бегать туда-сюда, а Филипп уже принёс дорожную сумку. Когда Изольда бежала за мадам, то чуть не споткнулась на лестнице. — Филипп, мне страшно, — флегматично сказала Варя, когда они наконец остались одни. — Почему? — похлопал глазами он. — Изольда сделала встречу с сэром Томасом. — А, — мгновенно успокоился он. — Всего лишь. Не бойся. Изольда не опасная. — Успокоил, — буркнула Варя. — Не переживай, скоро ей станет легче. Поверь, я её знаю, — пожал плечами Филипп.       Вскоре пришли хозяйка и Изольда, Варя с облегчением выдохнула.       «Обалдеть…» — только и могла думать она, смотря на шикарное платье, которое было видно из-за незастёгнутого пальто мадам. Мадам выглядела просто сногсшибательно в своём алом наряде. Он не был вычурным, нарядным, но был строгим и изящным. Варя пыталась оторвать от неё взгляд, но не могла. Мадам это заметила. — Ну как твои вещи? — спросила она. Варвара на мгновение забыла, как говорить. — Увы, мадам, но от них уже избавились, — тут же ответила Изольда.       Варя усиленно закивала.       Они вышли во двор. Там стояла всё такая же пасмурная погода. А ещё там стояла узенькая чёрная карета — кэб. Изольда виновато прикрыла лицо.       Варвара и Филипп буравили Изольду взглядом, та так же безмолвно оправдывалась. Мадам не обращала внимания. — Не взорви дом, — напоследок сказала Анджелина Филиппу, садясь в карету.       «А то попытки были», — мысленно закончила она и решила, что больше никогда не оставит особняк на попечение ребёнка — пусть кто-нибудь из девочек сидит.       Филипп неловко почесал затылок. — Хорошего пути! — крикнул он вдогонку уезжающему кэбу, размахивая вытянутой рукой своим беретом.       Кэб тронулся и поехал. Анджелина смотрела в окно, а горничные молчали. Вскоре мадам решила начать разговор. — И так, Мэри — сказала она. — Расскажи мне как ты попала в Англию.       Варя раскраснелась. Ей нужно было подыгрывать, но она совсем не могла придумать как она «попала в Англию».       «Бля, чё делать?» — нервно думала она. Злоба на Изольду за испорченный вечер сменилась паникой от вопроса. — Я была жить в Россия, мадам, — Варя начала сочинять на ходу. — И меня был заметить гостящий англичанин. Он хотел женить на меня. Он привёз меня, чтобы поиграть в свадьбу на родине, но он умер. Я остаться одна. Я пошла работать в колледж поваром. Там меня были учить. Колледж закрылся и я идти работать сюда. — Какая ужасная история, — сказала Анджелина. — «А ведь она ещё ребёнок…»       Вся оставшаяся поездка прошла в безмолвии. Изредка лишь слышалось ржание лошадей, сменялись пейзажи за окном. Но наконец они приехали, мадам резво выпорхнула из кэба. Варя хотела последовать её примеру, но её притормозила Изольда. — А мне ты не рассказала, как попала сюда, — она прищурилась.       Варя передёрнула плечами, не зная что сказать. — Прости, — моментально смягчилась Изольда. — Это такая трудная история. Не удивительно, что ты не хотела вспоминать.       Варя с трудом сдержала вздох облегчения — в её бред поверили.       Когда Варя вышла, наконец, из кареты, то обомлела. Вместо обычного российского города она сейчас находилась в старомодной Англии: по улицам шли дамы в дорогих шикарных платьях, мужчины в цилиндрах; по дорогам ехал разномастный транспорт, запряжённый лошадьми; не было высоток — все здания были малоэтажными и слегка мрачными. впрочем, на улицах всё так же грязно       «Это ещё чё? Изольда, видимо, и меня обдолбала, — подумала Варя. — Неужели тут отстроили целый фестиваль? Все эти люди — часть этой таинственной субкультуры? Но… Это всё так реалистично. Никогда бы не сказала, что это величественное здание… Нет… Неужели?! Это здание реальное? Действительно такое? Где мы вообще? Не припомню в городе такого района…»  — Мэри, — обратила на себя внимание Анджелина. — Сейчас мы пойдём к травматологу, он тебя снова осмотрит. Я врач, но не специалист в данной области. Потом вы вместе вернётесь в имение, обойдётесь без шоппинга — я беспокоюсь за Филиппа. Я вернусь сама. — Как скажете, мадам, — сориентировалась Изольда.       Варвара оглядела госпиталь: это было огромное белое здание, дорога перед которым была начисто выметенной. Она невольно отметила, что никогда бы не смогла позволить себе лечение тут. Вокруг суетились люди в больничной одежде, белой, как и сам госпиталь.       Мадам привычном шагом направилась к парадному входу. Изольда, прихватив под руку ничего не соображающую Варю, проследовала за ней.       Изнутри госпиталь выглядел ещё красивее и чище. Казалось, что обслуги тут больше, чем врачей. — Мэри, будь быстрее, — недовольно прошептала Изольда, когда они поднимались по лестнице. — Нет, — так же шёпотом ответила Варя, — если я буду ставить ноги расстояние больше, многие заметят, что кое-что у меня отсутствует.       Варвара имела ввиду отсутствие белья. Из-за потери вещей у неё остался всего один комплект, который, как назло, не успел высохнуть. Мало того, что по пути в госпиталь она замёрзла, так ещё и платье, подаренное Изольда, излишне облегало бёдра, из-за чего о нормальной ходьбе пришлось забыть.       Наконец они преодолели лестницу, коридор и остановились у двери. Мадам приказала Изольде ждать в коридоре, а сама вошла без стука, и пригласила кивком Варю. Та послушно вошла. — Приветствую, Дэннис — сказала Анджелина, прикрывая дверь. — О-о, Анджелина, вы вернулись. Я удивлён, — перед ними стоял низкий плешивый старичок в очках с толстыми линзами и держал бумаги. Было видно, что его отвлекают от работы. — Дэннис, я тоже рада видеть вас, но я к вам не с приветственными речами, — мадам обошла старика и присела в кресло, которое абсолютно не вписывалось в больничный интерьер. — Моя горничная имела неосторожность сломать нос. Не согласитесь ли вы осмотреть её?       Деннис кивнул и подошёл к по-прежнему стоящей у двери девушке. Он взял её за руку и без слов повёл к кушетке. Варе от этого было жутко, но время осмотра он говорил не переставая; изъясняясь непонятными Варе терминами и периодически шутя на неприемлемые темы, он вгонял Варвару в краску. А вот мадам было смешно. — Хорошая работа, мадам. Удивлён, удивлён. И так, вы всё слышали, через десять дней приходите снимать гипс, — произнёс он снимая перчатки и провожая гостей до двери. — А вы, дорогая, больше не бегайте по лесам.       Он подмигнул им напоследок и закрыл дверь. Варя с облегчением вздохнула. — Так, — резко оживилась мадам Рэд. — Теперь возвращайтесь в имение, я прибуду к ужину.       Горничные синхронно кивнули и без слов удалились. Мадам устало потёрла виски. Теперь ей надо было возвращаться к работе. У неё сегодня много операций, ещё ей предстояло отследить особую клиентку. ***       Карета мягко затормозила перед воротами. Изольда и Мэри поблагодарили кучера и направились в дом, где их, постукивая ножкой по полу, ждал Филипп. — Изольда, какого чёрта? — не приветствуя спросил он. — Ты же знала, что кучера нет, зачем нам нужно было собирать и драить чёртову карету? — Привет, Филипп, — максимально спокойно ответила она. — Я забыла… — Забыла что? Сказать, что заказала кэб? — Филипп был возмущён, его щёки раскраснелись, а голос становился всё громче и громче. — Я не могу помнить всё! — вскрикнула Изольда, прекрасно понимающая свою вину, но пытавшаяся оправдаться. — Но ты старшая по дому! — Ладно. Я так не могу, — Изольда выдохнула. — Если я в этом доме никого не устраиваю, то пусть Мэри будет за старшую. А я больше не могу!       Изольда оттолкнула Варю и ушла быстрыми шагами. Она и Филипп переглянулись. — Что это было? — наконец спросила Варя. — Это у неё перед серединой лета и осенью. В это время она непереносима, — Филипп лениво отмахнулся. — Но она отказаться от своей должности, — Варвара ничего не понимала: не понимала, почему она попала сюда; почему Изольда отказалась от должности; почему Филиппу нет дела. — Это серьёзно. Изольда сумасшедшая, но если уж сказала, что больше не будет за старшую, то так и будет. Да и раз уж ты появилась у нас, то и приказа мадам о твоём повышении долго ждать не придётся. Увидимся, — он ушёл в приоткрытые двери, оставив Варю наедине с раздумьями.       «Может, она просто психанула? Может тяжёлый день? Может. О, Господи, нет, эта девушка больна. Наглухо и конкретно! Почему она здесь, а не в психушке?!» — думала Варя направляясь в комнату. — Изольда, что с тобой? — она вошла и увидела, как та раскаиваться, обняв колени. — Я хотела, как лучше, — прошептала она, посмотрев на Варю и Варя увидела, что Изольда плачет. — Я плохая горничная, да? — Нет, о чём ты? — спросила Варя, а про себя добавила: «Да, ты ненормальная, но убираешься хорошо.» — Нет, я плохая горничная, — Изольда уткнулась в колени, Варя присела рядом и обняла её. — А ты хорошая. Странная, но хорошая. А я уже старая, а ты хорошая.       «Старая она, конечно. Ей лет двадцать пять, не больше», — подумала Варя, продолжая шептать что-то успокаивающее на своём деревянном английском и обнимать Изольду, которая ревела, уткнувшись в её плечо. Это продолжилось ещё несколько минут, а после Изольда чуть ли не прыжком поднялась, глаза её светились от радости. — Да, из тебя получится хорошая камеристка. Нужно только немного поработать. И достать тебе нижнее бельё, а то я вижу то, что не должна.       «Говорящие портреты?» — мысленно спросила Варя. — Так с этого дня я обучу тебя всему, что знаю и к моменту снятия гипса ты сможешь называть себя настоящей горничной! — Изольда протёрла остатки слёз платком. — Переодевайся и иди на кухню, я расскажу тебе про сервировку.       Изольда чуть ли не бегом вышла из комнаты, а Варя проводила её безразличным взглядом. В её голове творился ад. Какая-то часть призывала смириться и плыть по течению, какая-то сбежать, какая-то брать всё в свои руки. Варвара понимала, что оказалась тут не по своей воле, пути назад нет. Поэтому она решила, что контролировать хоть какую-то часть этого безумного мира и принять капитуляцию Изольды. Варя переоделась и направилась на кухню.       В этот момент началась новая жизнь Вари. Вари, не как ученицы не аккредитованного колледжа, посещающей курсы визажа и маникюра, а Вари, как Мэри — горничной поместья Барнетт и камеристки Госпожи Дюллес.