История Мэри

      Спустя десять дней Варвара сидела на той же кушетке в кабинете доктора Дэнниса. Он с должным энтузиазмом отдирал пластырь, которым был прикреплён гипс к носу. Варя хмурилась, но терпела, лелея мечты о том, что сможет вновь нормально говорить и дышать. Но вот последний кусочек пластыря был удалён, а вата извлечена из ноздрей. Варвара глубоко вздохнула и потёрла переносицу, но тут же зашипела от боли. — Рекомендую воздержаться от этого, милочка, ещё пару недель, — произнёс Доктор. — Спасибо, Доктор Дэннис, — Варвара поклонилась.       Мадам Рэд повела плечами. Она впервые услышала голос Мэри. Её голос был чистый и высокий, как у ребёнка. «Готова поспорить, что её жених влюбился в этот голос», — подумала она и невольно отметила, что такой же наивный и высокий голос был у её сестры. Анджелина отогнала эти мысли. — Благодарю, Дэннис, — кивнула мадам. — Это моя работа, — отмахнулся старичок.       Девушки покинули кабинет травматолога. Варя заметила, что Анджелина чересчур пристально её рассматривает. Это смутило её.       «Неужели остались белые следы от гипса?» — заволновалась она. — Мэри, — начала Анджелина, всё так же не сводя глаз с девушки. — Сегодня в особняке Каммингс будет бал в честь дня рождения наследника. Ты будешь сопровождать меня. Сегодня я приеду в пять, будь готова. — Как прикажете, мадам, — кивнула девушка. — Отлично. А теперь поезжай домой и постарайся не попасть в передряги, — Анжелина похлопала девушку по плечу и ушла, цокая каблуками.       Несколько секунд Варвара стояла, как вкопанная — она уже и забыла про истерику Изольды и её последствия. Шёпотом выругавшись, она спустилась к кэбу и направилась в имение.       Теперь их возил Питер Хэнкок — пожилой мужчина с лёгкой сединой и глубокими морщинами, который, несмотря на возраст, продолжал заигрывать с молоденькими девушками, вгоняя их в краску. Когда Варя села в кэб он тут же сделал ей комплимент, хоть и не видел её лица. Потом, через тонкую стенку они обсудили погоду и «самую страшную новость Лондона» — Джека Потрошителя. Хэнкок утверждал, что это выживший из ума мясник, а Варя, что это, вероятно, врач. Их спор окончился только тогда, когда они приехали в имение. Кучеру следовало вернуться и ждать мадам, а Варе заняться делами. — До встречи, Мэри, — крикнул он напоследок. Мэри помахала в ответ.       На пороге дома её уже ждали Изольда и Филипп. — Воу, а ты даже красивая, — вместо приветствия сказал Филипп, но поняв что он сказал смутился. — Я рада приветствовать тебя, Мэри, в стенах этого дома… — начала Изольда. — Я тут есть две недели, — напомнила ей Мэри. — Да, но до этого ты была просто горничной, а теперь ты — Старшая. Командуй.       Все замерли в ожидании, в том числе и Варя, хоть Изольда и учила её различным правилам и другим необходимым вещам, что делать сейчас она не знала. — Который час? — наконец спросила она. — Половина двенадцатого, — ответила Изольда. — Та-ак, тогда Филипп — будет подметать и убирать мёртвые цветы. Изольда и я идти прибирать этажи. Мадам будет возвращаться в пять, поэтому нужно успеть до четырёх, — Изольда и Филипп синхронно кивнули. Мальчик побежал в сторону сарайчика. — Начнём с главной лестницы, — произнесла Варя, входя в дом. — Мы её никогда не убирали, — нахмурилась Изольда. — Поэтому приступаем сейчас, — Варя вдруг остановилась. — Мы никогда не мыть первый этаж. Я думаю, что это мы будем делать сегодня.       Изольда улыбнулась. Варвара предпочла не заметить этого. Она волновалась, хоть от признания её «старшей» почти ничего не поменялось: тот же дом, те же люди, те же обязанности, но она ощущала какую-то ответственность за порядок в доме и за мадам.       Уборка первого этажа растянулась надолго. До обеда они отмывали лестницу и пару метров пола перед ней, а после холл и кухню. К приезду госпожи они не успели: мадам впорхнула неожиданно, словно цунами. — Так, девочки, заканчивайте. Мэри, приводи себя в порядок и поднимайся в мои покои.       Изольда и Мэри вихрем помчались в комнату. Суета, давно не тревожащая этот дом, вернулась.       Когда Мэри сочла, что выглядит более-менее приемлемо, она отправилась в покои мадам. Та ждала её в будуаре и поправляла волосы. — Отлично! — мадам хлопнула в ладоши. — Помоги мне собраться. — Как прикажете, — пожала плечами Варя. — Что желать надеть? — Так, — мадам подошла к одному из шкафов, достала платье и ещё что-то. В тот момент она подумала: «Хорошо, когда всё одноцветно, но эти оттенки…» — Это платье у меня давно, но я его ещё не надевала. Вероятно, самое время.       Варя рвано выдохнула. Если уж к дому и его странным обитателям она привыкла, то я роскошным нарядам мадам — нет. Варя понятия не имела как его надевают.       Когда Варя и мадам покончили с платьем, — «Я, кажется, так сильно затянула корсет. Ей не больно?» — то приступили к макияжу.       «Мадам сама по себе яркая, к тому же на ней красное платье. Тогда от яркого макияжа стоит отказаться. Помада, разумеется, в тон платью, но лучше нанести не плотным слоем. Что с глазами? Ну да, стрелки. Классика…»       Мадам придирчиво осматривала себя в зеркале. — Это… Оригинально? Да, точно! Мэри, где ты такому научилась? — Да, так… — Варя почесала затылок и глянула на часы. Мадам сделала тоже самое и заметила, что они опаздывают.       Мадам знала, что этот присутствие на бале у непопулярных Каммингсов совсем не обязательно, но это был единственный шанс нанять ещё слуг, чтобы прикрыть его приход. — Мадам, мы должны ехать? — наконец спросила Варвара. — Да.       Они спустились вниз по лестнице и попрощавшись с обитателями дома, направились к карете. Изольда проводила Мэри взглядом, в котором читалось: «Я в тебя верю». Варя кивнула и запрыгнула в карету.       Поездка прошла в натянутой тишине: Хэнкок считал недопустимым общаться при посторонних; Варя волновалась, сминая подол платья; а мадам размышляла о чём-то своём, смотря на пейзажи за окном.       Кэб аккуратно остановился у дверей особняка. Он выглядел старым, слишком большим и неуклюжим. Мадам выпорхнула вслед за служанкой, она уже с порога натянула улыбку и готовилась немного развлечься. Варваре же хотелось слиться со стеной.       Когда Варя вошла в кухню, там было достаточно много людей, но размеры комнаты это позволяли. Она решила последовать примеру мадам и тоже нацепив максимально доброжелательную улыбку вошла в толпу. — Привет, — обратилась она к чьему-то дворецкому, но тот лишь фыркнул и ушёл быстрыми шагами. — Привет, — раздалось из-за спины. Варя обернулась. Перед ней стояла женщина средних лет. — Я тебя не видела раньше. — Да, я недавно стать камеристкой у миссис Дюлес, — ответила она. — Так ты иностранка? Вау! Обычно, даже если слуга меняет хозяина, его все знают, ведь общество одно и то же. Но теперь понятно. Откуда ты? — Из России. — Из России… — мечтательно протянула Ханна. — Тут всё так по-другому. — Неужели? Даже не представляю. Расскажешь? — Ханна, там в зале напитки почти закончились! — разнёсся по людской крик. — Надо принести!       Ханна закатила глаза и быстрым шагом направилась к выходу. — Ого, новые люди, — теперь к ней подходил какой-то парень. — Ты чья? — Я служу у миссис Дюлес, — не растерялась Варя. — А ты? — Миссис Дюлес? Мадам Рэд, что ли? Я — дворецкий семьи Вестлингс. Эта семья имеет богатую историю…        Варя пожалела, что спросила. Довольно долгое время парень распинался о достоинствах и истории семьи, которой служил, а Варя не нашла в себе смелости, чтобы его остановить. — Ганс, замолчи, бога ради, — прервала его вернувшаяся Ханна с улыбкой. — Иди лучше проследи, чтобы твой хозяин снова в вазон не наделал — когда я шла сюда, он уже шёл к ним. — О боже! — Ганса как ветром сдуло.       Вскоре к ней подошли две девушки, после ещё и ещё. По мере пребывания людей, Варваре-Мэри становилось всё легче общаться, но несмотря на это, её слегка пугала вся эта доброжелательность, сочившаяся из каждого встречного. Она казалась девушке ненастоящей.       Люди расспрашивали её о доме мадам, после, когда интерес к ней поугас; рассказывали о различных смешных и не очень случаях; бытовых ситуациях. Так прошло около двух часов, а потом кто-то вспомнил о Джеке-потрошителе. Оказалось, что все кругом о нём наслышаны. Один из чьих-то дворецких даже, сказал, что видел его. Со временем общий интерес передался и Варваре. За тот вечер родилось много теорий, но ни одна из них не могла сойти за правду. Вдруг Ганс хлопнул в ладоши, чем привлёк всеобщее внимание. — Похоже, что бал окончен, нам следует расходиться.       Мэри прислушалась: музыка стихла и шум угас. «Что же делать теперь?» — только сейчас Варя вспомнила, что никто ей не говорил, да и в той брошюрке не было написано, что делать после бала. Она решила последовать за остальными. Как оказалось, после мероприятия прислуга была занята поиском господ и их транспортировкой. «Только бы мадам не нахерачилась», — нервно думала Варвара высматривая знакомое платье в толпе и наблюдая за остальными людьми. Она нашла её, мило болтающей с каким-то толстеньким мужчиной. — Да, спасибо, я думаю это облегчит их жизнь. О, Мэри, — мадам тоже заметила её. — Здравствуйте, — Варя поклонилась. — До свидания, мистер Шолк, — мадам подмигнула ему и нетвёрдой походкой направилась к камеристке.       По шатающейся походке и резким жестам горничная поняла, что госпожа выпила довольно много. Варя, аккуратно придерживая довела женщину до кэба, надеясь, что поднимется она сама. Надежды не оправдались и пришлось помогать.       Когда они тронулись, Мадам явно стало хуже: она прикрыла лицо руками, а её грудь иногда резко вздымалась, не предвещая ничего хорошего. Варя, заметившая это, решила приоткрыть окно «Не блюй, не блюй, не блюй…» — нервно думала Варя. — Мадам, мы скоро приехать. — Хорошо, — мадам вытащила откуда-то монеты и отсчитав нужную, сумму отдала Варе. — Отдай Хэнкоку и скажи, что я наняла человека на его место и теперь он может быть свободен.       Варя кивнула.       Когда кэб мягко остановился у дверей дома, никто их не встречал. Это немного удивило девушку. Варя помогла спуститься мадам и отдав деньги, распрощалась с Хэнкоком. Он был явно доволен своей работой и, подмигнув, уехал. — Мадам, желаете принять ванну? — спросила Мэри. Мадам кивнула и, поддерживаемая под руку направилась за камеристкой.       Анджелина чувствовала себя очень плохо. Она должна была выпить немного, просто, чтобы оправдать тот поступок и удержать амплуа «легкомысленной девочки», но перебрала. Ей было немного стыдно, что передвигаться она могла только с помощью Мэри, на небольшие расстояния. «Какой позор! Надеюсь, это было не зря», — подумала женщина и, споткнувшись о порожек, ввалилась в будуар своих покоев. — У вас всё хорошо? — с явным беспокойством спросила Мэри и помогла подняться. — Да, всё хорошо, — ответила мадам и прошла в комнату.       Но про себя ответила: «Ни черта у меня не хорошо!»       Варя помогла госпоже раздеться, она легко справлялась со всеми возможными шнуровками и замочками.       «Прикольно, — подумала Варя. — Я как мама. Помнится, на мой выпускной картина была примерно такая же.» — Мадам, как вы себя чувствуете? — серьёзным тоном спросила Варя.       Мадам подняла на неё измученный взгляд. — Очень плохо. — Хорошо. То есть плохо… — Варя замешкалась. — Вам нужен чай. Я скоро приду…       Мадам утвердительно помотала головой и тяжело уронила лицо в обшивку дивана.       «Ещё и плюшевый диван от косметики чистить, » — горько подумала Варя.       Варя стояла на кухне, заливая кипяток в заварник: «Господи, какой же это всё бред». Отчасти она переживала за состояние мадам, но больше за себя. Она знала, как ведут себя пьяные люди и ей было немного страшно. Вскоре она перелила чай в чашечку с красными розами и, положив в неё пару ложек мёда, поставила на поднос. — Вы уже вернулись? — раздалось позади, Варя вздрогнула. — Господи, Изольда. Мы недавно приехали, мадам плохо себя чувствовать. У нас есть что-нибудь от этого? — Перепила? — Варю удивила резкость Изольды. — Немного… Агх, она есть очень пьяная, Изольда, — не зная, как будет по-английски «в говно», сказала Варя. — Сейчас, подожди, — Изольда направилась к одному из шкафчиков и достала баночку с розовыми пилюлями. — Две штучки. — Хорошо, спасибо, — Варя поставила баночку на поднос и спешно удалилась.       Госпожа стояла у окна в нижнем белье, как её и оставила Варя. Женщина опиралась на стол и прикрывала рот рукой. Варя поставила поднос с чаем на кофейный столик и поспешила к ней. — Мадам… — девушка подошла к ней. Госпожа обернулась и, видимо хотела что-то сказать, но вместо этого её вывернуло на платье горничной.       «Господи, что за херня?!» — прокричала про себя Варя и с трудом сдержалась, от того, чтобы столкнуть с себя женщину. Теперь её охватывала паника. Она не знала, что ей делать. В принципе, так было почти постоянно. — Госпожа, Вам нужно в ванную. — Нам нужно…       Варя попыталась поудобнее обхватить тяжёлое тело. «Хорошо, что вход в ванную из будуара. Господи, ну надо же было так нахерачиться!» — затаскивая мадам в ванную и попутно раздевая, сетовала она. Мэри сделала воду похолоднее и подождала, пока ванна немного наполнится. — Мадам, я переоденусь, хорошо? — женщина кивнула.       Варя, быстро семеня по коридорам и лестнице, спустилась вниз. С трудом отыскала свою одежду в темноте, нарушив сон Изольды шуршанием. После этого, так же быстро побежала в прачечную. — Мда, мадам, я не разделяю вашу любовь к красному вину, — произнесла Варвара разглядывая пятно. Она была уверена, что оно не выведется. — Мадам, чёрт.       Варя оставила грязное платье в тазе с водой, полностью уверенная, что это не поможет. «Эх, мама, с чем же ты тогда отстирала вино с рвотой?» — подумала она. Вдруг её овеяло беспокойство: она оставила далеко не трезвую женщину одну в воде. «Она же может захлебнуться», — пронеслось в её голове. Воды там немного, но пьяному ведь и лужа по уши. Варя побежала наверх, натягивая платье на бегу.       Её опасения не оправдались: мадам сидела в ванной, прикрыв глаза. — Вам лучше? — спросила девушка. — Не очень.       Девушка вынула пробку из ванной и слила воду. Она снова включила душ и потратила следующие полчаса на мытьё мадам, которая, как ей показалось, теперь напоминала куклу своей податливостью, и радовалась, что на завтра у неё ничего не запланировано. — Мне лучше, — сказала мадам после продолжительного молчания.       Мадам смогла встать без посторонней помощи, Варя передала ей полотенце и ночное платье. — Я думаю, что чай и лекарства вам лучше выпить, — максимально мягко произнесла Варя. — Принеси их мне в постель.       Варя сбегала за подносом быстро, хотя нужды в торопливости уже не было. Войдя в комнату Варя невольно отметила, что мадам выглядит довольно красиво на фоне своего кремового постельное белья и на какое-то время она даже замешкалась. — Входи уже, — немного раздражённо сказала мадам, садясь на кровати.       Варя придержала поднос рукой и протянула мадам давно остывший чай, который мадам выпила за глоток, потом прихватила поднос подмышку и вытащила две пилюли. — Вот, — она протянула их. — Изольда сказать, что нужно две. — Давай три, — Варя кивнула и достала ещё одну.       Варя забрала чашечку и, поправив у мадам одеяло, собралась уходить. «Неужели этот день окончен?» — вопрошала она про себя. — Мэри, — вдруг позвала её женщина. — Мадам?       «Останься», — хотела сказать Анджелина, но вовремя взяла себя в руки. — Ты хорошо сегодня потрудилась. — Приятных снов, — Мэри погасила свет и вышла.       Анджелина перевернулась на бок и прикрыла глаза. Ужасная головная боль не отпускала, а вскоре к этому добавился ещё и стыд. «Надо будет сделать что-то с её платьем, нехорошо это», — думала она засыпая.       Дом снова погрузился в тишину, обволакиваемый ночью. Все вокруг и внутри спали, не замечая кого-то, кто наблюдал за ними. Кого-то, кто ждал своего часа.