Рубин

— Вот это я тебя удивил, ага? — Крикнуло радостно существо. С момента, когда я вышел из такси, оно говорило без паузы. — Не так-то просто отделаться от такого, как я. — Я не собирался тебя бросать. Нам просто нельзя раговаривать, когда рядом люди, понимаешь? Я не хочу выглядеть сумасшедшим! Гидеон пока не появился. — А еще я летать могу. — Для доказательства горгулья расправила крылья. — Как летучая мышь. Быстрее любого. — Хвастунишка. — Смеясь, сказал я. Мне под ноги снова вылился поток воды. — Извини! Это от волнения. Небольшое воспоминание о том времени, когда я был водостоком. — Так ты призрак? — Было чертовски любопытно, что он мне расскажет. К сожалению времени было совсем мало. — Я не призрак. — Сказало существо обиженно. — Я — демон. Или, вернее, то, что осталось от демона. — Не обижайся, я же в этом ничего не понимаю. И в чем же разница? — спросил я. — Призраки — это всего лишь отпечатки умерших людей, которые почему-то не смогли покинуть этот мир. А я был демоном еще во время жизни. Ты не можешь валить меня в одну кучу с призраками. Кстати, вон идет твой партнёр по поцелуям. — Он вытянул губы и стал громко чмокать, имитируя поцелуй. — Фу, прекрати. Если я разрешил тебе остаться, это не значит, что тебе позволено надо мной издеваться. Это просто сумасшедший день, проверка на прочность, я уверен. Гидеон был не один, позади него я увидел округлую фигуру мистера Джорджа. Он должен был бежать, чтобы поспевать за Гидеоном. Зато уже издали он улыбался мне. Я выпрямился. — Кристофер, слава богу! — Сказал мистер Джордж, вытирая носовым платком пот со лба. — С тобой все в порядке, мой мальчик? — Толстячок сбился с дыхания. — Сказал демон. — Всё в порядке, мистер Джордж. У нас было только несколько… э-э-э… небольших проблем… Гидеон предупреждающе посмотрел на меня. — … со временем. — Пробормотал я. — Гидеон, не ищи такси, я расплатился. Он приподнял брови. — Сколько я должен? — Эм... Просто заплати за мой обед? — Нет, я не напрашивался на свидание. Просто ужасно голоден. — Да, Гидеон уже сказал, что возникли некоторые сложности. — Продолжил мистер Джордж. — Трудно себе представить, что в нашей системе есть слабое звено. Но самое главное, что с вами всё в порядке. — Мистер Джордж предложил мне свою руку, что выглядело несколько странно, так как он почти на полголовы был меньше меня ростом. — Идем, мальчик, у нас еще есть дела. — Вообще-то я хотел бы как можно скорее попасть домой. — Сказал я. Горгулья вскарабкалась по водосточной трубе и перебиралась вдоль здания, вися на сточном желобе, распевая во все горло Friends will be friends. — Конечно, конечно. — Сказал мистер Джордж. — Но ты пробыл сегодня в прошлом только три часа. Чтобы до завтрашнего полудня точно ничего не случилось, тебе нужно еще пару часиков элапсировать. Не волнуйся, ничего особенного. В уютном подземном помещении, где ты сможешь сделать домашние задания. — Но моя мама наверняка ждёт меня и волнуется! Кроме того, сегодня у нас к обеду была курица-гриль и жареная картошка. Это не говоря уже о том, что дома меня ждали ванная и кровать! В такой ситуации заставлять меня еще делать домашние задания — это было уже банальное свинство! Кто-нибудь должен был просто написать объяснительную записку. Поскольку Кристофер теперь ежедневно будет находиться в другом времени с важной миссией, он освобождается от обязанности делать домашние задания. Демон на крыше продолжал орать и мне нужно было изо всех сил сдерживаться, чтобы не исправлять его ошибки. Благодаря вечеринкам с караоке, устраиваемым у Лесли дома, я помнил у Queen все тексты и точно знал, что в этой песне нет слова «огурец». — Два часа вполне достаточно. — Сказал Гидеон, который опять шел вперед такими большими шагами, что мы с мистером Джорджем едва поспевали за ним. — Потом он сможет поехать домой и выспаться. Я ненавижу, когда в моем присутствии обо мне говорят в третьем лице. — Ага, и он с нетерпением этого ожидает, — сказал я. — Так как он очень голоден и вымотан. — Мы позвоним твоей маме и объясним, что ты самое позднее в десять часов будешь дома. — Сказал мистер Джордж. Десять часов? Прощай, курица-гриль. Могу поспорить на что угодно, что мой прожорливый брат съест ее намного раньше. — Мы скажем, что у тебя еще занятия, — сказал мистер Джордж, обращаясь больше к самому себе. — О своем посещении 1912 года ты ей лучше не рассказывай, ведь она думает, что мы послали тебя для элапсации в 1956 год. Передо мной мистер Джордж, сопя, поднимался по лестнице. В его небольшой круглой фигуре было что-то утешительное. Во всяком случае, он был единственным в этом сообществе, кому я хоть как-то доверял. Не считая, конечно, Гидеона, хотя нет, это нельзя было назвать доверием. Возле дверей меня задержал Гидеон и шепнул тихо: — Я сказал, что ты сильно напуган, так что, если ты хочешь сегодня вовремя попасть домой, смотри соответствующим взглядом. — Я думал, я все время так смотрю. — Пробормотал я. - Поверь, ты смотришь совсем иначе... - Прошептал Гидеон, едва коснувшись моей руки. — Они ждут вас в Зале Дракона. — Сказал мистер Джордж, добравшись наверх и переводя дыхание. — Идите вперед, я только попрошу миссис Дженкинс приготовить вам что-нибудь поесть. Есть какие-то особые пожелания? Прежде чем я успел высказать какие-нибудь пожелания, Гидеон схватил меня за руку и потащил дальше. — Как можно больше всего! — успел я еще крикнуть мистеру Джорджу через плечо, и Гидеон втащил меня через дверь в очередной коридор. Демон-горгулья грациозно прыгал возле нас. — На мой взгляд, у твоего дружка плохие манеры, — сказал он. — Так тащат козу с базара. — Чем раньше мы с этим покончим, тем раньше ты попадешь домой. — Будто услышав горгулью, ответил он. Была в его голосе забота или он просто хотел поскорее от меня избавиться? — Конечно, но… Может, я тоже хотел бы присутствовать, ты об этом не думал? У меня куча вопросов и мне надоело, что никто на них не отвечает. Гидеон немного замедлил шаг. — Сегодня в любом случае никто не станет отвечать на твои вопросы. Сегодня они все хотят узнать, как это получилось, что Люси и Пол нас подкараулили. И, к сожалению, ты до сих пор — их главный подозреваемый. Словечко «их» дало хоть какую-то надежду. — Я единственный, кто обо всем этом вообще понятия не имеет! Гидеон вздохнул. — Я уже один раз пытался тебе объяснить. Сейчас ты, может быть, и не знаешь ничего и… полностью невиновен, но никто не знает, что ты сделаешь в будущем. Не забывай, что ты и тогда можешь путешествовать в прошлое, а значит, мог бы предупредить Люси и Пола о нашем визите. — Он замолчал. Я закатил глаза. — И ты тоже! И вообще — почему это должен быть кто-то из нас? — Э-э-э-э? — Послышалось от демона, который летел над нами. — Кто-нибудь может мне объяснить, о чем это вы сейчас говорили? Я ничего не понимаю. Позже, все позже. — Конечно, есть несколько возможных объяснений. — Сказал Гидеон и пошел еще медленнее. — Но сегодня мне показались, что Люси и Пол произвели впечатление на тебя. — Он остановился, отпустил мою руку и серьезно посмотрел на меня. — Ты бы с ними поговорил, ты бы выслушал их лживые истории, может быть, ты даже добровольно дал бы свою кровь для украденного хронографа, если бы меня с тобой не было. — Нет, не дал бы. — Возразил я. — Но я бы действительно хотел выслушать их. В каждой истории есть несколько версий событий, это не значит, что одна единственно правильная. Гидеон кивнул, затем пригладил волосы, и я непроизвольно закусил губу, резко выдыхая. Боже, как он хорошо выглядел! Эти зеленые глаза, красиво изогнутая линия губ, бледная кожа — в нем все было совершенным. От него шел такой запах кофе и корицы, что я какую-то секунду игрался с мыслью просто опустить голову ему на грудь. — Я понимаю, что ты сбит с толку. — Сказал Гидеон, смягчив тон. — Тебе пришлось слишком много пережить и узнать в последние пару дней. Ты был совершенно не подготовлен. Так что давай поскорее закончим с этим. — Он снова взял меня за руку и потянул вперед. — Я буду говорить, а ты подтвердишь мой рассказ, договорились? — Да, хорошо. — Ответил я и остановился перед латунной табличкой. — Вы можете начать без меня, мне уже с июня 1912 года нужно в туалет. Гидеон отпустил меня. — Ты сам найдешь дорогу наверх? — Конечно, — ответил я, хотя не был уверен, можно ли положиться на мое умение ориентироваться. — Сейчас ты мне сможешь спокойно объяснить, что здесь происходит. — Сказал демон. Я подождал, пока Гидеон скрылся за ближайшим углом, открыл дверь в туалет и сказал существу: «Ну давай же, двигайся быстрее!» — Хорошо, начнем сначала. Меня зовут Кристофер Шеферд. Очень приятно, познакомиться с тобой. — Ксемериус, — сказал демон-горгулья и широко улыбнулся. — Очень приятно. — Он залез на раковину и посмотрел мне в глаза. — Правда! Очень, очень приятно! Ты мне купишь кошку? — Нет! Так, я разрешу тебе остаться, если ты будешь полезен для меня. Что будет входить в твои обязанности, узнаешь дома. Сейчас главное чтобы ты не встревал в разговор, когда другие что-то говорят. Будешь меня отвлекать, выгоню.А теперь выйди, мне надо в туалет. — Буэ! — Ксемериус поспешно вылетел сквозь дверь, не открывая ее, и я услышал, как он в коридоре снова запел Friends will be friends. В коридоре Ксемериус летучей мышью висел вниз головой на лампе. — А тут жутковато! — сообщил он. — Только что мимо прошел однорукий тамплиер. Ты его знаешь? — Нет. — Ответил я. — Слава богу, не знаю. Идем, нам туда. — А ты мне объяснишь насчет путешествий во времени? — Да я сам ничего не понимаю. Перед входом в Зал Дракона я увидел миссис Дженкинс, секретаршу. Она несла полный поднос и была очень благодарна, когда я ей придержал дверь. — Пока только чай и кексы, дорогой. — Произнесла она с извиняющейся улыбкой. — Миссис Мэлори давно ушла домой, так что мне нужно еще сообразить, что я могу приготовить для голодных деток из того, что есть на кухне. В Зале нас уже ждали: дядя Гидеона — Фальк, который янтарными глазами и седой шевелюрой постоянно напоминал мне волка, доктор Уайт в своем вечно черном костюме и — к моему удивлению — мой учитель, мистер Уитмен, по прозвищу «Бельчонок». — А вот и ты, Кристофер. — Сказал Фальк де Вилльер дружелюбно, но без улыбки. Возможно, дело было в щетине вокруг рта, но Фальк выглядел заметно напряженнее и серьезнее, чем вчера или даже сегодня днем. Нервничающий волк-вожак. Возле доктора Уайта, как всегда находился призрак светловолосого мальчика — Роберт, который, похоже, был единственным, кто мне действительно обрадовался: он улыбнулся мне сияющей улыбкой. Роберт был сыном доктора Уайта, утонувшим в семилетнем возрасте в бассейне. Гидеон стоял, скрестив руки на груди и опершись на стену. Он коротко скользнул взглядом по мне и уставился на кексы, лежавшие на подносе, который принесла миссис Дженкинс. Он был так же голоден, как и я. Ксемериус ввалился в комнату передо мной и одобрительно огляделся. — Черт возьми. — Сказал он. — Совсем неплохая хибарка. Увидев Ксемериуса, маленький Роберт распахнул глаза от удивления и спрятался за ноги доктора Уайта. Я бы охотно успокоил его, сказав «Он не кусается, он просто хочет играться», но разговаривать с призраком о демоне в присутствии людей, которые не могли видеть ни того, ни другого, явно не стоило. — Я посмотрю, есть ли на кухне еще что-нибудь съестное, — сказала миссис Дженкинс. — Вам уже давно надо было идти домой, миссис Дженкинс, — сказал Фальк де Вилльер. — Вы слишком много работаете сверхурочно в последнее время. — Да-да, идите домой, — резким тоном распорядился доктор Уайт. — Никто с голоду не умирает. Умирает! Я! И я был уверен, что Гидеон подумал о том же. Мы встретились глазами, и он улыбнулся. — Но кексы — это не то, что может считаться полезным ужином для детей. — Возразила миссис Дженкинс, правда, произнесла это очень тихо. Мистер Джордж, который все еще тяжело дышал и к тому же тащил два тяжелых фолианта в кожаном переплете, столкнулся с секретарем. — А, миссис Дженкинс. — Сказал он. — Спасибо за чай. Вам уже давно пора быть дома, закройте только, пожалуйста, бюро на ключ. Миссис Дженкинс скривила недовольно лицо, но вежливо ответила: — До завтра. Тяжело сопя, мистер Джордж закрыл за ней дверь и положил толстые книги на стол. — Давайте присядем. — Фальк показал на стулья, стоявшие вокруг стола как раз под фигурой русалки или дракона. — Я еще раз повторю: Кристоферу нечего здесь делать. Он устал и испуган. Ему нужно элапсировать, а потом кто-то должен отвезти его домой. А до этого пусть кто-нибудь закажет пиццу, с дополнительной порцией сыра. — Не волнуйся, Кристофер только коротко расскажет о своих впечатлениях. — сказал мистер Джордж. — А потом я сам отведу его в подвал к хронографу. Черный мистер Уайт что-то проворчал. Роберт, призрак мальчика, стоял позади его стула и с любопытством смотрел в сторону дивана, где развалился Ксемериус. — Что это за штука? — спросил он меня. Конечно, я ничего не ответил. — Я не штука. Я — близкий друг Криса. — Ответил вместо меня Ксемериус и показал ему язык. — Может даже его лучший друг. Он мне купит собаку. Я строго посмотрел на диван. Театр абсурда какой-то. — Произошло невозможное. — Сказал Фальк. — Когда Гидеон и Кристофер появились у леди Тилни, их уже ждали. Все присутствующие могут подтвердить, что мы совершенно произвольно выбрали дату и время их посещения. И все-таки Люси и Пол были уже там. Это не может быть простым совпадением. — Значит, кто-то рассказал им об этом визите. — Сказал мистер Джордж, листая один из фолиантов. — Весь вопрос в том, кто. — Скорее, когда. — Сказал доктор Уайт, глядя при этом на меня. — В Дневниках нет ни слова о вашем визите. — Сказал мистер Джордж. — При этом вы контактировали минимум с тремя Хранителями, не говоря уже об охране, стоявшей на лестнице. Вы не помните имена? — Нас принял сам первый секретарь. — Гидеон убрал со лба прядь. — Бургес или как-то так… Он сказал, что для элапсирования ранним вечером прибудут братья Джонатан и Тимоти де Вилльер и что леди Тилни уже элапсировала рано утром. Какой-то мужчина по имени Уинсли довез нас до Белгравии. Он должен был ждать нас у двери, но, когда мы вышли из дома, никого не было. Нам пришлось удирать пешком и прятаться, дожидаясь обратного прыжка во времени. Я почувствовал, что покраснел, вспомнив, как мы прятались. Я поспешно взял кекс, чтобы скрыть смущение. — Доклад в этот день составил Хранитель Внутреннего круга. Там всего пара строк, немного о погоде, еще о демонстрации суфражисток в центре города и о том, что леди Тилни вовремя появилась для элапсирования. Никаких особых происшествий. Близнецы де Вилльерс не упомянуты, но в те годы они тоже были членами Внутреннего круга. — Мистер Джордж вздохнул и захлопнул фолиант. — Очень странно. Похоже на заговор в собственных рядах. — И главный вопрос остается: как могли Люси и Пол знать, что вы вдвоем в этот день, в это время появитесь у леди Тилни? — сказал мистер Уитмен. — Ответ абсолютно очевиден, — сказал доктор Уайт, не отводя от меня взгляда. Все задумчиво и мрачно смотрели перед собой, включая меня. Я ничего не сделал, но, очевидно, все остальные считали, что я когда-нибудь в будущем испытаю потребность рассказать Люси и Полу, когда мы придем к леди Тилни, — по какой бы то ни было причине. Все эти рассуждения сбивали меня с толку. Внезапно я почувствовал себя ужасно одиноким. — Что это за ненормальные собрались здесь? — Сказал Ксемериус. — Путешествия во времени? Я много повидал, но даже для меня это неслыханно. — Я не понимаю одного. — Сказал я. — Почему вы решили, что в отчете должно что-нибудь быть написано о нашем визите, мистер Джордж? Я имею в виду, если бы там что-то о нас было, вы бы раньше это увидели и тогда знали бы, что мы в этот день там были и что там случилось. Или это как в фильме с Эштоном Кутчером? Каждый раз, когда кто-то из нас путешествует в прошлое, изменяется наше будущее? — Это очень интересный и очень философский вопрос, Кристофер. — Сказал мистер Уитмен, как если бы мы находились на уроке. — Я хотя и не знаю фильм, который ты упомянул, но действительно, в соответствии с законами простой логики малейшие изменения в прошлом могут значительно изменить будущее. У Рэя Брэдбери есть рассказ, где… — Может, мы перенесем философские дискуссии на другое время? — Перебил его Фальк. — Я бы хотел сейчас узнать подробности ловушки, устроенной в доме леди Тилни, а также, как вам удалось сбежать. Я посмотрел на Гидеона. Пусть расскажет свою версию без пистолета. Я взял еще один кекс. Кроме меня, похоже, никто не испытывал голода. — Я чувствую себя полным дураком, повторяя снова и снова одно и то же. Кристофер давно должен был быть дома. — Сказал Гидеон. — Разрешить ему присутствовать при наших размышлениях — безрассудство. — согласился доктор Уайт. — Но нам нужны и воспоминания Кристофера тоже. — Возразил мистер Джордж. — Любая деталь может оказаться решающей подсказкой о том, в каком времени находятся Люси и Пол. — Я думаю, что действительно лучше всего будет, если ты отведешь его сейчас на элапсирование, Томас. — сказал Фальк де Вилльер. Мистер Джордж скрестил руки на своем большом животе и молчал. — Я отведу Кристофера в… к хронографу и понаблюдаю за прыжком. — Сказал мистер Уитмен и отодвинул стул. Я вопросительно посмотрел на мистера Джорджа. Он, сдавшись, только пожал плечами. — Идем, Кристофер. — Мистер Уитмен был уже на ногах. — Чем раньше ты с этим покончишь, тем раньше ты окажешься в постели, тогда завтра в школе у тебя не будет проблем. Между прочим, я с нетерпением жду твое сочинение о Шекспире. Ну и ну! Вот у него нервы железные! В такой момент говорить о Шекспире! Я коротко подумал, не должен ли я протестовать, но решил промолчать. Пусть пережевывают свои тайны в этом дурацком зале, пока не свалятся от усталости. Особенно я желал это Гидеону, который решил не вносить ясность в наши странные отношения. Ксемериус прав, они тут все фрики. Глупо было только, что я все равно смотрел на Гидеона, думая при этом о чем-то совершенно сумасбродном типа «Пусть он посмотрит на меня». Что он, конечно, не сделал. В какой-то момент мысль о том, что мы целовались, исчезла, и по какой-то причине я вспомнил стишок: «В глаза зеленые смотри — у лягушки нет любви». — Спокойной ночи. — Произнес я с достоинством. — Спокойной ночи. — Ответили все. Даже игнорщик века. Пока мистер Уитмен открывал дверь и выпроваживал меня в коридор, я успел еще услышать слова мистера Джорджа: — А вы не думаете, что именно такое неприязненное отношение может стать причиной тому, что еще может случиться? Тяжелая дверь закрылась и отсекла все шумы. Ксемериус чесал голову острым кончиком хвоста. — Это самый неприятный клуб, который я когда-либо видел. — Не принимай близко к сердцу, Кристофер. — сказал мистер Уитмен. Он вынул черный шарф из кармана и держал его перед моими глазами. Но прежде чем завязать мне глаза, мы сходили за моими вещами, и я смог переодеться. — Минуточку! — Вскричал Ксемериус, летевший надо мной. — Это что, ты сейчас залезешь в машину времени и отправишься в прошлое? — Да. — Я взял портфель и вышел в коридор. — Путешествия во времени! Ничего себе я выбрал друга! — произнес Ксемериус и впервые я услышал что-то похожее на уважение в его голосе. Я уже узнавал дорогу к хронографу, только на последнем куске мне показалось, что мистер Уитмен специально делает дополнительный круг, чтобы запутать меня. — Он умеет нагнать драматизма. — Сказал Ксемериус. — Почему это машину времени спрятали в самом мрачном подземелье? Не представляю. Мне развязали глаза и я увидел рыжеволосую голову. — Кристофер, это мистер Марли, адепт первого уровня. — Он будет здесь ждать, пока ты не вернешься, и отведет тебя наверх. Мистер Марли, это Кристофер Шеферд, рубин. — Для меня это большая честь. — Рыжеволосый учтиво поклонился. Я неловко улыбнулся в ответ: — Эм… мне тоже очень приятно. Мистер Уитмен развернул хронограф. — Впечатляюще, не правда ли, мистер Марли? — Да, сэр. Очень впечатляюще, сэр. — Мистер Марли смотрел на аппарат с благоговением. — Подлиза! — сказал Ксемериус. — Рыжие всегда подлизы, ты согласен? Ксемериус свистнул сквозь зубы. — Неплохие камешки… если они настоящие, я бы тоже хранил эту штуку в сейфе. Действительно, хронограф был украшен огромными драгоценными камнями, которые сверкали, как королевские драгоценности. — Мы выбрали 1948 год. — Сказал мистер Уитмен, открывая клапаны и приводя в движение крохотные шестеренки. — Что в это время происходило в Лондоне? — Летние Олимпийские игры, сэр. — Ответил мистер Марли. — Зубрилка, — сказал Ксемериус. — Рыжеволосые всегда зубрилы. — Очень хорошо. — Мистер Уитмен выпрямился. — Кристофер отправляется в 12 августа, полдень, и проведет там ровно сто двадцать минут. — Но если кто-то случайно зайдет в эту комнату как раз в это время и увидит там меня? Скажите мне хотя бы пароль на тот день. — Главное — это участие. — Сказал робко мистер Марли. — Что? — Пароль во время Олимпиады был «Главное — это участие». — Мистер Марли смущенно смотрел в пол. — Я запомнил, потому что обычно пароли бывают на латыни. — Спасибо за пароль. — сказал я ему и скривился, почувствовав, как острая игла глубоко впилась в палец. Из инквизиционных протоколов доминиканского патера Жан-Петро Бариба Библиотека университета в Падуе (расшифровал, перевел и обработал доктор М. Джордано) 23 июня 1542 года. Флоренция. Глава Конгрегации поручил мне весьма странное задание, которое требует высшей степени деликатности и секретности. Элизабетта, младшая дочь М., которая вот уже десять лет живет в монастыре, отгороженная от всего мира, якобы понесла от дьявола и носит в себе суккуба. Действительно, при личной встрече я убедился, что девушка беременна и находится в смятенном душевном состоянии. Аббатиса монастыря, пользующаяся моим полным доверием, разумная женщина, не исключает естественное объяснение феномена; подозрения же в ведьмовстве высказал отец девушки. Он уверяет, что видел собственными глазами, как дьявол в виде юноши обнимал девушку в саду, после чего растворился в облаке дыма и оставил после себя слабый запах серы. Монахини подтверждают, что многократно видели дьявола в обществе Элизабетты и что он делал ей множество подарков в виде драгоценных камней. Как бы ни невероятно звучала история: учитывая особые отношения М. и Р. М., а также множество друзей в Ватикане, для меня абсолютно невозможно официально усомниться в разуме М. и обвинить его дочь лишь в развратных деяниях. Поэтому с завтрашнего дня я начну дознание, опрашивая всех причастных.