Глава двадцать четвертая (2)
21 апреля 2020 г., 20:18
Дрожащими руками я взял протянутый футляр. Боковым зрением увидел, что доктор Уайт с большим трудом подтягивается, держась за письменный стол. Он был насквозь мокрый из-за Ксемериуса.
К счастью, мистер Уитмен смотрел только на меня.
— Вот и хорошо, — сказал он. — Я, может, еще успею на самолет.
Но он не успел рассказать, что он собирается делать дальше, потому что доктор Уайт ударил его рукояткой пистолета по голове. Раздался ужасный тупой звук, и мистер Уитмен свалился на пол.
Но для доктора Уайта эти усилия оказались слишком трудными. С ужасом глядя на кровь, он с легким вздохом снова потерял сознание и остался лежать рядом с мистером Уитменом.
Гидеон внезапно закашлялся и сел. Его лицо все еще было мертвенно-бледным, но глаза были полны живого блеска. Медленно на его лице показалась улыбка.
— Все кончено? — спросил он.
— Как он это сделал? — сказал потрясенный Ксемериус внезапно очень тихо.
— Да, Гидеон, все кончено! — Я кинулся к нему, не обращая внимания на его раны. — Это был мистер Уитмен.
— Мистер Уитмен?
— Я так боялся, что ты мог этого не сделать.
— Я люблю тебя, Крис. — Гидеон так обнял меня, что я не мог дышать. — И, конечно, я это сделал. Под надзором Пола и Люси мне ничего больше не оставалось. Они растворили субстанцию в стакане воды и заставили меня выпить всё, до последней капли.
— Теперь я всё понял! — заорал Ксемериус. — Так вот какой у вас был гениальный план! Гидеон схрумкал Камень Мудрости и тоже стал бессмертным. Неплохо, неплохо.
Маленький Роберт убрал от лица руки и смотрел на нас огромными глазами.
— Все будет хорошо. Твой папа выздоровеет. И он у тебя — герой. — сказал я ему.
— С кем ты разговариваешь?
— С одним очень смелым другом, — сказал я и улыбнулся Роберту. Он нерешительно улыбнулся в ответ.
— О! Мне кажется, он приходит в себя, — сказал Ксемериус.
Гидеон отпустил меня, встал и посмотрел на мистера Уитмена сверху вниз.
— Мне надо будет его связать, — сказал он со вздохом. — И надо перевязать рану мистеру Уайту.
— Нет необходимости его связывать. — Я просто не мог дать ему жить дальше. После того, что он сделал с моим дедушкой?
Гидеон нахмурился и наклонился к графу.
— Он мертв? — Уверенно проверил пульс и нерешительно посмотрел на меня. — Ты…
— Так было нужно, Гидеон, а сейчас надо освободить остальных из комнаты с хронографом, — сказал уверенно я. — Но сначала мы должны хорошо подумать, что мы им скажем.
