одним целым

Глеб подставляет лицо прохладному ветру и едва заметно улыбается. Так спокойно вокруг. Он чувствует себя беззаботным ребенком, будто проблем, окружающих его повсеместно, разом не стало. Максим поддерживает уютное молчание между ними и старается вслушаться в звуки природы. Едва слышно шелестит ветер, под подошвами их кроссовок шуршит прошлогодняя трава. Давно вокруг него не было так умиротворенно. Даже солнце, словно давая им отдых, светит ярко и греет именно так, как нужно, совсем не припекает. А запах цветущих абрикосов вокруг забивает лёгкие до отказа и словно чувствуется на ощупь. Когда солнце скрывают несколько туч, Глеб внезапно останавливается и достаёт телефон, обходит одно из деревьев несколько раз по кругу и замирает под одной из веток, чтобы сделать фото. Лазин смеётся беззлобно и сам втихаря фотографирует Голубина, на память, так сказать. Глеб не успокаивается, пока в памяти не оказывается порядка двадцати снимков, только тогда смотрит на Макса и улыбается глазами. — Давай, — говорит, — сделаем фото на память. А Максим и не против сохранить этот момент, становится возле него и утыкается Глебу в макушку, кажется, что счастье затопило его до краев. — Ну, Макс, ну посмотри в камеру. Лазин приподнимает голову, но может только смотреть на Глеба бесконечно влюблённым взглядом. — Ты ужасный, — Голубин говорит с притворной обидой, и это знак, что Максу всё же стоит глянуть в камеру. И он смотрит на Глеба, на то, как они смотрятся вместе, и улыбается до того, что в уголках глаз морщинки собираются, а потом треплет Голубина по макушке, портя какую-никакую причёску, и хохочет. Глеб отворачивается, прячет телефон и снова смотрит на крохотные цветы, не понимая, почему они так привлекают его. У Максима сердце замирает. Ветер колышет Глебовы волосы и немного туманит голову. Лазин аккуратно тянется к ветке и трясет её, чтобы лепестки начали срываться. Они приземляются на светлые волосы и путаются меж них. Глеб смущается и хочет было прикрыть лицо руками, чтобы скрыть смущение, но этим себя и выдает. Макс аккуратно убирает его руки и целует в висок. — Не нужно, ты очень красивый, — Лазин едва слышно шепчет, но для Глеба слова раздаются громче выстрела. Максим одной рукой перебирает волосы Глеба, а пальцами второй гладит скулу. Целует медленно и мягко, стараясь не испортить момент. Лепестки кружит ветер и уносит с собой, оставляя их наедине.