Не расслабляйся, за тобой наблюдают

На практике оказалось, что составить список дел на неделю было самым простым из того, что навалилось на Кристофера. Работа, работушка, работулька не давала расслабиться практически ни на час. Новые люди, новый уклад, новые знания — все это так закрутило Кристофера, что он иногда не понимал, что делает, что успел сделать и зачем. Старый начальник не торопился делиться своими познаниями, связями и авторитетом. Официально Каск все еще числился его замом, утверждение на должность не подписано, но это совершенно не значило, что ответственность и объем работы был меньше. Начальник филиала спокойно самоустранился и со стороны наблюдал, как молодой зам пыжится и старается преодолеть рабочие проблемы, которые валом сыпались на Кристофера со всех сторон. Иногда, когда наступала минута тишины и покоя, Каск анализировал ситуацию и признавался сам себе, что принцип Парето в его случае работает без перебоев. При его восьмидесяти процентах энергии, эмоциональных затратах и суеты отрабатывают с КПД в лучшем случае двадцать процентов всей работы. И тут нужно кардинально менять подход и личное отношение к трудовой деятельности, пока сам не поехал не заточенными под руководящую должность мозгами. Трудовой коллектив тоже не стремился упростить его жизнь. В основном сотрудники занимались унылым ожиданием конца рабочего дня, лениво перемещаясь из кухонной зоны, рядом с которой находился кабинет Каска, к своему месту и обратно. Еще периодически отвечали на звонки, составляли отчеты, исподтишка старались переложить обязанности на других и активно обсуждали, кто что сказал и с какой интонацией. В общем, как могли развлекали себя весь рабочий день. Кристофер в их разговорах чаще всего занимал почетное первое место. Бывало, что он даже не успевал отойти от чьего-нибудь стола после выяснения рабочих моментов или нюансов, как в спину пренебрежительно летело: «Тц, ну ты видел? — вполголоса переговаривались работники, чтобы их не услышали. — Это ж надо так проблему на ровном месте создавать? Это ж надо не знать таких прописных истин?» И так далее. Но что странно, из всей массы пренебрежительных и зачастую откровенно наглых взглядов Кристоф стал чувствовать чей-то один изучающий и заинтересованный. Вот только стоило ему обернуться, чтобы перехватить взгляд, который жег между лопатками, как это сразу же прекращалось, словно некто тут же отворачивался или скрывался из поля зрения. Сказать, что было неприятно, он не мог. Да, за ним наблюдали. Да, он вызывает у кого-то может даже не совсем здоровый интерес. Но по сравнению с тем, какими проблемами была забита его голова, это казалось ерундой. Когда приезжал домой к родителям и делился наблюдениями со своим отцом, тот с легкой ухмылкой объяснял, что не стоит обижаться на людей, с которыми приходится работать, им можно только немного посочувствовать. Столько времени, столько сил, столько человеко-часов потрачено зря, впустую, вникуда. И ведь в большинстве своем они все неплохие люди. У них есть семьи, родители, дети, любимое хобби или занятие, в котором они преуспели. И сюда они приходят, чтобы заработать денег, быть как все и не выглядеть в чужих глазах бездельниками, обменяться новостями и еще более ненужной информацией забить себе мозги, обсудить действия или бездействие других, кто отличается от них, кто в чем-то преуспел, потому как жизнь их скучна, уныла, безрадостна. И лишь чужие проблемы или дела могут хоть немного всколыхнуть унылое внутреннее болото. «Разве мы не живем лишь для того, чтобы давать повод для развлечения нашим соседям и в свой черед смеяться над ними?» — хохотал старший Каск, цитируя классика. Но, несмотря на все сложности, с которыми пришлось столкнуться Кристоферу, так же неожиданно приятно было узнать, что он все же не одинок в своих потугах наладить работу в филиале. Тандем Асперов — Александр и Виолетта — относился к тому контингенту сотрудников, которые при небольшой нагрузке умудрялись сделать основную часть работы и часто не только своей. Виолетта отвечала за ресепшен, за кадры, за обеспечение. А Александр, если не зацикливаться на его некоторой неуклюжести и неофициальном виде, мог, не сходя с рабочего места, отследить работу всех программ на компах коллег, помочь в решении профессиональных вопросов и составлении отчетов. Эта пара Кристофу нравилась. На них было приятно смотреть. Неосознанные прикосновения выдавили в них близких и любящих людей. Они хорошо понимали друг друга даже без слов. Каждый раз наблюдая, как Виолетта, проходя мимо Александра, невзначай поправляла ему воротник рубашки или приглаживала вихры, или как Аспер без напоминаний приносил ей кофе на рабочий стол или массировал уставшую шею, у Каска появлялось двоякое чувство. Если Кристоф не ошибся и Александр действительно соулмейт, то как такая здравомыслящая девушка, как Виолетта, могла согласиться на заведомо проигрышный брак? Ведь всем известно, что рано или поздно каждый встретит свою родственную душу, и чем закончится эта встреча тоже известно — чьими-то разбитыми сердцами, надеждами и планами. Поэтому Кристоферу было уже заведомо жаль Виолетту, а к Александру приходилось приглядываться пристальнее и искать какой-нибудь подвох. И с такими человеческими резервами приходилось работать, решать поставленные задачи, как-то уживаться и психологически готовить к грядущему сокращению штата, которое пока не озвучивалось, но в кулуарах уже летали слухи один другого страшней. — Он точно любовник Шульца, — громким шепотом делилась «достоверной» информацией одна сотрудница глубоко пенсионного возраста. — Шульц женатый человек, — пытались объяснить коллеги. — Когда это кому-то мешало? — не сдавалась сотрудница. — Этот ведь однозначно… не натурал. Виолетта, ты же можешь в корпоративном сайте посмотреть всю его личную информацию. Все это Каск услышал, когда в кухонной зоне собралось работников больше, чем она могла в себя вместить. Они так увлеклись разговорами, что забыли о своем непосредственном начальстве, которое рядом и может слышать каждое слово. — Даже не пытайтесь этим заниматься! — грубо отрезала Виолетта и откровенно соврала. — У меня нет доступа к этой программе. И прекратите свои домыслы вслух произносить да страсти нагонять! — Он ничей не любовник, — послышался тихий, но твердый голос. Каск, сидя в своем кабинете, непроизвольно вытянул шею, стараясь определить, кому из работников принадлежит этот приятный тембр. — Почему? — тут же послышалось несколько голосов. — Не такой человек Каск, чтобы добиваться чего-то, переступая через моральные критерии. — Для разных людей моральные критерии разные, — с плохо скрываемым злорадством, усмехнулась его собеседница. — Александр, ты в людях перестал разбираться, что ли? От неожиданной догадки, что этот голос принадлежит Асперу, у Кристофера перехватило дыхание. За все время, что вместе работали, они так и не произнесли друг другу ни одного слова. Молча здоровались кивком головы, молча прощались, если что-то нужно было попросить или сделать, то писали в корпоративной почте. — Это не про него, — четко отрезал Александр. — Я это чувствую. — Ну конечно, — с нескрываемым злорадством, согласилась сотрудница. — Ты в этом вопросе — самый железобетонный авторитет. — Я… — тут же неуверенно заикал Аспер, продолжая настаивать, — я просто предполагаю. Но Кристоферу все равно стало неожиданно приятно, что его тылы прикрывают таким наивным и неискушенным способом. Каск для порядка кашлянул, предупреждая о своем присутствии, и вошел в кухонную зону. Все резко захлопнули рты и озадаченно уставились на него. Кристоф вежливо кивнул сотрудникам, подошел к кофемашине и нажал кнопку. Пока стоял и ждал, когда адский агрегат выплюнет порцию горячего напитка — спиной чувствовал, как один за одним из помещения выскользнули работники. Повернувшись обратно, придерживая пальцами маленькую чашечку, наткнулся на хмурый взгляд Виолетты, оставшейся в одиночестве. — Все слышал? — буркнула она. Так фамильярно общаться Виолетта позволяла себе только когда они оставались наедине. — Основную часть. Но ничего нового для себя не узнал, — равнодушно пожал плечами в ответ. — Тебя это не напрягает? — Кости перемывают, чтобы остеохондроз не мучил? Не особо. Всех не перецелуешь. Для всех мил не будешь. Я просто работаю как могу и умею. С кем-то получается общий язык найти, с кем-то нет. Все в норме, — почти не покривил душой Кристоф. — Я бы, наверное, так не смогла. — Смогла бы. Со временем понимаешь, что волнует мнение только очень небольшого количества людей, да и те к работе отношения вообще никакого не имеют. Виолетта задумалась, пожевала нижнюю губу и смущенно выпалила: — Мама уже давно прессует, чтобы я пригласила тебя на ужин. — О! — не смог удержать удивленный возглас Каск. — Серьезно? — Да. Я уже использовала все возможные отмазки, чтобы оттянуть этот «знаменательный момент», но, похоже, ей надоело слушать мои выдуманные истории и скоро она сама тебе позвонит. Поэтому, пока это не стало еще более неловким, я приглашаю тебя в эту пятницу в дом к своим родителям. — Спасибо, — растерянно протянул Кристоф. — Что мне принести? — Что хочешь. У нас семья простая — медсестра да полицейский, — развела она руками. — Адрес я тебе скину. — А кто еще будет? — с некоторым волнением поинтересовался Каск. — Муж с братом, как раз познакомлю. Кого с кем знакомить Кристофер не понял, но уточнять не стал. Тем же вечером, чтобы снять рабочее напряжение, Каск пошел в спортзал. Комплекс принципиально ничем не отличался от того, в который он ходил раньше. Такое же большое здание, несколько этажей с залами для групповых занятий, сауна с бассейном, вело- и беготренажеры, оборудование для прокачки групп мышц, стена для скалолазания, даже зал с минигольфом. Но на такие аристократические развлечения Кристоф не ходил. Он по старинке предпочитал беговую дорожку. Выбирал музыку поэнергичней, поглубже вставлял наушники в уши, устанавливал скорость и градус подъема повыше и отключал голову. Двадцать минут на тренажере и вот он опять может общаться с людьми без желания кому-нибудь нахамить. Собственно, ходил в зал он и с еще одной целью: пора бы уже заканчивать с этим временным целибатом. Не ради похоти и разврата, а исключительно для поддержания самооценки и здоровья. И сегодняшним вечером тоже была поставлена двойная задача. Каск настроил дорожку и оглядел помещение. Прямо напротив него находилась стена для скалолазания и там занимались две пары — двое карабкались на скорость по вертикальной поверхности, двое страховали внизу. Кристофер с нескрываемым интересом стал наблюдать за этим соревнованием. Скалолаз в облегающем черном костюме, выгодно подчеркивающим стройную фигуру, выиграл — с неописуемой грацией и скоростью он преодолел расстояние от пола до потолка и нажал кнопку вверху, заявляя свое право на победу. Его противник, за это время преодолевший только две трети необходимого расстояния, обескураженно спустился вниз и начал отстегиваться от троса. Этого спортсмена в черном Каск заприметил еще несколько посещений назад, но разглядеть его так и не получалось. Тот все время быстро исчезал из поля зрения, не давал возможности рассмотреть себя более внимательно, чем вызывал еще больший интерес у Кристофера. И вот сейчас победитель одним плавным, четким движением соскользнул вниз, хлопнул по рукам своего напарника и окинул взглядом зал. Кристофер от неожиданности чуть не свалился с тренажера. Странно было узнать в этом уверенном, высоком, со смеющимися глазами спортсмене Александра Аспера. Он кардинально отличался от того ссутулившегося и вечно озабоченного офисного «планктона», с которым Каск привык работать. Александр тоже заметил его и тоже внезапно поперхнулся воздухом, но, получив от напарника одобряющий шлепок ниже спины, захохотал в полный голос, стараясь спрятать смущение. Каск почему-то почувствовал укол неудовлетворения. Что за наглость?! Что за беспардонность?! Почему приходится в общественном месте наблюдать такую фамильярность?! Он в бешенстве отвернулся, осторожно снимая настройки с тренажера, чтобы не упасть, но, сходя с дорожки, неожиданно оказался атакован с другой стороны. — Привет! — крепкие ручонки окольцевали его шею, а радостный визг чуть не оглушил. — Кристоф, как я рад тебя видеть! — Артур? — удивленно протянул Каск, когда способность рационально соображать вернулась к нему. — Что ты тут делаешь? — Мы иногда разъезжаем по нашим спорткомплексам, опытом делимся. В этот раз меня вписали, хоть я и не просился, не хотел уезжать так далеко. А тут ты! Я глазам не поверил! Как ты? Как устроился? Артур совершенно не изменился за это время. Такой же громкий, шумный, суетливый, с морем обаяния. Каск непроизвольно улыбнулся, глядя на парнишку. Артур хитро сверкнул глазами и громким шепотом поинтересовался: — Ну ты это… нашел своего соулмейта? Все посетители в радиусе слышимости, в том числе и Александр Аспер, оглянулись. Каск резко захотелось стать прозрачным, чтобы на него не таращились, как на диковинного зверя в зоопарке. — Артур… — хмуро начал он выговаривать. — Нет, что ли? Ну ничего, — тут же успокоил Артур, хоть его и не просили. — Я знаю, я чувствую, что у тебя все еще будет хорошо. Вот увидишь. Точно говорю. Кристофер хотел было обидеться, но почему-то не получалось. Артур таращился на него такими искренними и восторженными глазами, что обстоятельства, при которых они познакомились, канули в небытие. — У меня и сейчас все хорошо, Артур. Не переживай, — потрепав его по волосам, улыбнулся Каск. Они еще поболтали, отойдя в сторонку, чтобы не мешать посетителям. И Каск тут же почувствовал знакомый зуд между лопатками. Резко обернувшись, встретился с настороженным и изучающим взглядом Аспера. Тот стоял, прислонившись к стене, и заторможенно кивал мужчине, который подстраховывал его. Собеседник, не переставая, тормошил, одергивал и что-то пытался втолковать Александру, но тот лишь на несколько мгновений сосредотачивал свое внимание на смуглом здоровяке и опять переводил взгляд на Кристофера. Причем, когда заметил, что Каск смотрит в его сторону, то сразу же скрылся за плечо здоровяка, стараясь оставаться незамеченным. «Как дети какие-то», — с внезапным замиранием сердца оценил эти переглядывания Каск. Неожиданное собственное желание повеселиться немного удивило всегда рационального Кристофера. Он развернулся, чтобы Александр попал в обзор и начал кивать Артуру, слушая его болтовню. Первый раз Каску зевнуть получилось не очень убедительно. Второй и третий уже больше походили на естественные. На четвертый зевок, от которого заслезились глаза, отозвался и Аспер — он уткнулся в кулак, стараясь спрятать непроизвольно открывающийся рот. Кристофер чуть не засмеялся в голос, когда понял, что его зевота перекинулась на того, кто за ним ну ни капельки не наблюдает, но тут же подавился смехом, когда знакомое имя мелькнуло в эмоциональном монологе Артура. — Что? — Что «что»? Я говорю: «У Аспера все по уму сделано». — Какого Аспера? — продолжил тупить Каск. — У директора спорткомплекса. К нему постоянно обращаются провести презентации да семинары. Да вон он у стены скалолазания стоит. В принципе, приглядываться уже не было необходимости, Каск и так понял, что тот смуглый здоровяк, который трепал Александра, его брат. От неожиданного открытия стало почему-то легче и в тоже время немного грустно. Вот рядом с этим здоровяком Виолетта смотрелась бы более правильно и рациональней, что ли. В отличие от субтильного и замкнутого Александра его брат казался открытым рубахой-парнем, которому любое дело по плечу. И если к этим умелым рукам прикладывалась еще и толковая голова, то можно только позавидовать, кому достанутся эти упругие, аппетитные булочки в спортивных брюках. — Хочешь познакомлю? — ничего не подозревая, предложил Артур. — Только он однозначно не соулмейт, вон какая открытая майка, никаких пластырей не видно. — Спасибо, не надо, — отказался Каск, старательно пряча усмешку. «Мне это все еще предстоит в ближайшее время», — добавил про себя.