Они не поймут

POV Антон Тело свело от бездействия... Почти неощутимая боль подняла меня на ноги. Но дрожь и скованные мышцы не давали долго стоять. Буквально через пару секунд рухнул на колени. На таких жалких четвереньках и пополз в ванную комнату. Хотя даже на четырех конечностях умудрялся упасть. Руки не слушались, все время уходя из под контроля. Закрыл дверь на щеколду. Еле как вскарабкался в ванну. Включил горячую воду. Почти кипяток. Пар медленно наполняет комнату. Хочу смыть с себя все это. Смыть грех. Смыть грязь. Смыть все блядские прикосновения, что до сих пор ощущаю на своем теле. Я до сих пор чувствую тепло его пальцев на коже. Но как бы я ни тёр мочалкой до красных воспаленных следов, боль внизу и бордовые метки не стереть. А, главное, какая-то там вода не способна очистить память. Шлюха. Дешевка. Игрушка. Блядь. Противно от самого себя. Аж блевать тянет. Подушечками пальцев провожу по контурам засосов, убеждаясь, что это не шутки разума. Не галлюцинация. Пена не справляется. Она не в силах отмыть этот позор. Что я сделал не так, что меня растлил отец? На какой дорожке повернул не туда? Я же старался угодить ему. Да, ошибался. Но людям свойственно совершать ошибки, разве нет? Почему он так со мной поступил? Игорь сейчас спокойно в соседней комнате спит без задних лап и видит, небось, десятый сон, обнимая подушку для большего уюта. И совесть не мучает, наверное. Взгляд падает на бритву... А рядом лежит маленькая упаковка с запасными лезвиями. Хах... Беру одно, неуверенно прокручивая в пальцах. Веду им по вене на руке, но несильно... Не могу. Хочу, но не хватает смелости. Надавливаю, и остаётся еле видимая красная полоска... Боже... Глубже... Хочется глубже! Но инстинкты самосохранения не позволяют добавить силы. Может, просто исполосовать руку? Хах, Игорь точно меня убьет за такое. Если не придумает чего хуже. Оставить пару царапин на ряду с его ранами? И незаметно будет. Хотя уверен, что он знает, где какая находится. И лишние сразу отличит. Ноги? Лезвием провел по бедру чуть ближе к паху. Да, идеально. Резко скользнул по коже... Кровь крапинками проявляется на ране, позже соединяясь в одну единую каплю. Второй рукой закрыл себе рот, во избежание громких стонов. Оставляю след за следом, набирая скорость и глубину ран. Ладонью ощущаю кривую улыбку на своем лице. Но не могу остановиться, пока перед глазами ни остаётся одного цвета - красного. Вся нога залита кровью. Хоть вода и убирает ее, но толку от этого немного. Роняю лезвие, опустив голову в чашу рук. Царапины начинают давать о себе знать. Сознание медленно возвращается, отдавая всю боль. Промыв лезвие от крови, положил его обратно во избежание лишних вопросов и поплелся к себе. Кровь не перестает сочиться. Зажимаю раны полотенцем, надеясь, что к утру это закончится. Ну или в лучшем случае я умру. Главное не запачкать одежду, а то вдруг выживу... Теперь я один. Лишь тьма является моим спутником. Точнее - врагом. В ней проявляются галлюцинации в виде недавнего кошмара. Зубы больно впиваются в кожу на шее, руки до синяков держат на месте, язык бесстыдно хозяйничает во рту. Я должен... должен отсюда уйти. Неважно какой ценой. Ключи у Игоря в кармане... Опасно, с учётом того, что он вероятнее всего уснул в одежде. Телефон? Звучит уже более реально, но он тоже в зале. Придется рискнуть. Я не хочу больше подвергаться подобному. Дверь открыта. Это хорошо. Лишних звуков не будет. Телефон лежит на столике - какое счастье... Игорь спит спиной к порогу. Удача, что, решила перейти на мою сторону? На цыпочках, очень медленно ступаю вперёд, делая перерыв после каждого шага. Ещё чуть-чуть и... да! Телефон в моих руках! Также аккуратно отступаю назад. И я снова в своей комнате. До кровати нет сил, да и желания ползти. От слабости упал рядом с дверью, облокотившись спиной о стену. Прижимаю гаджет к груди, как спасение. Из-за слез счастья смутно вижу экран. Я зашёл в телефонную книгу и, нажав на набор номера, фортуна моментально закончилась. На мое плечо грузно упала рука. Я хотел вскочить на ноги, но надавили с новой силой, заставляя сидеть на полу. - Кому звонить будем? Я роняю телефон из-за крупной дрожи, что колотит все тело. Дыхание, казалось, остановилось. Как и сердце. Игорь молчит, дожидаясь ответа на свой вопрос. Но все слова застряли комом в горле. Что мне теперь будет? Что может быть, блять, ещё хуже!? - Ты звони, - он поднял мобильник и протянул его мне, - Кому хотел? Ментам, а? Что бы ты им сказал? - прижал гаджет к своему уху, - Помогите, мой папаша готовит наркоту и держит меня в плену! - рассмеялся и убрал телефон, - Да? Ну приехали бы они. Повязали бы меня. Ты обратно в приют. А дальше что? Думаешь, я бы не откупился? Я бы не нашел тебя? Не убил бы? Ты такой наивный. Он погладил меня по голове как будто ничего и не было. - Иди спать. Уже поздно. Он встал, сделав опору на мое плечо, и ушел, закрыв дверь. А я все так же сижу у стены, пытаясь обдумать, что сейчас произошло. Повезло ли мне, что остался цел? Так близок к смерти я ещё не был. У меня буквально вся жизнь перед глазами промелькнула. И что теперь...? У меня не осталось шансов на побег. Никаких.. Как же я хочу кому-нибудь высказаться. Рассказать обо всем, что терзает изнутри, и получить в ответ поддержку. Хочу, чтобы кто-то обнял и сказал: «Все будет хорошо». Совсем недавно этим "кто-то" был Игорь. Он хоть и больной ублюдок, но если мне было плохо, утешал меня, заботился подобно понимающему родителю, покупал какие-то подарки, пытался отвлечь от грустных мыслей, наставлял на правильный путь... Но сейчас… все совсем иначе. Я первый потянулся к этой маске. Я снял ее с его лица. Но кто же знал, что это был намордник? Готов продать душу дьяволу и понести самые тяжкие наказания, чтобы забыть все, что со мной здесь произошло. Хочу потерять память. И не важно как. Будь то болезнь, операция или сильный удар по голове. Или… Хаха, да... Я знаю один способ. Очень неправильный и внушающий сомнения. Но, кажется, единственный... Именно он из последних зёрен надежды пустил новый росток. Пусть хотя бы его Игорь не вырвет с корнем, позже втоптав в землю. Благодаря этой надежде поднимаюсь на ноги. Прокрался в кабинет, в котором стояло пару сумок с заказами под столом. В боковом кармане завалялись дополнительные косяки на всякий случай. И видимо этот случай настал. Одна волшебная палочка оказалась в моих дрожащих руках. Я долго крутил в пальцах сверток, убеждаясь в необходимости задумки. Может все не так уж и плохо? И все забудется само собой? Но стоило мне положить сигарету на место, как яркий флэшбэк сверкнул перед глазами. Долго думать не пришлось. Да, было очень страшно, но ведь, возможно, так приятно будет потом. Уверенность взяла вверх. Я исправил в документах цифру как можно незаметнее и зажал сверток меж губ, трясущимися руками поднося к его концу рыжее пламя зажигалки, что валялась в том же кармане. Если Игорь узнает, то наказание последует незабываемое...но как он узнает? Я же всего разок. Думаю, прокатит. Первая затяжка не окончилась успехом. Серый дым обволок легкие, обжигая горло. Как и ожидал с непривычки закашлялся. Вторая попытка тоже провальная. Но, уже докуривая свою единственную сигарету, почувствовал, как меня переполняет легкость. Тело больше не выло от фантомных ласк, голос Игоря в голове исчез. Перед глазами плясала унылая реальность в буквальном смысле. Я видел, как этот мир стал приобретать яркие цвета. Щекотное чувство радости накачало грудную клетку, а дым затуманил трезвые мысли, стирая проблемы. Эта дрянь действительно помогла. Уже не помню, когда было так хорошо. Мое лицо украсила расслабленная полуулыбка и даже что-то типа смешка вырвалось наружу. И это все будто медленно толкает мою крышу, превращая меня из опечаленного мальчишки в беззаботного парня, который сейчас на седьмом небе. «Первая и последняя» Я не буду портить документы и воровать у клиентов товар. Я не опущусь до такого. Оставшуюся ночь я просто бездумно пялился на пустынные улицы Питера. Я слышал с каким стоном проснулся Игорь. Очевидно, его терзает головная боль. Неудивительно. Нажрался как в последний раз. Я ждал той секунды, когда он откроет хлипкую дверь, что нас отделяет, и снова повторит тот вечер. Но нет. Он не пришел за дополнительным раундом и можно спокойно выдохнуть. Хотя... Сейчас мне как никогда абсолютно похуй на это. Боже, какое же это замечательное чувство. Серьезного разговора, видимо, можно и не ждать. Утро было обычным как и остальные. Игорь, закинув в себя пару таблеток от головной боли, приготовил завтрак. Он терпеливо дождался пока я проснусь, наивно думая, что я сплю. Как ни в чем не бывало пожелал мне доброго утра и затеял повседневную беседу. Он будто в упор не замечал красующихся меток на шее, моих красных глаз и непривычный аппетит. ××× «Еще один разочек» - промелькнуло в голове уже ближе к обеду. Сегодня было что-то типа выходного. Игорь просто опохмелялся весь день, залипая то в зомби-ящик, то в мобильник. Ну а я старался не попадаться на глаза лишний раз. Торчал в своей комнате, замечая как эффект медленно сходит на нет. Хорошо заметно и то, как тошно и уныло жить в этой скучной реальности, наполненной мраком. Хотелось еще совсем немножко почувствовать себя живым. Еще пару минуточек. Разве я так много прошу для счастья? И как только сумерки окутали грешный город, а Игорь из-за плохого самочувствия уснул намного раньше с бутылкой в руке, я снова прокрался на запретную территорию. Быстро забрал сигарету и удалился в свою комнату, не забыв замести все улики. Распахнул окно и с блаженством затянулся. Второй раз шел проще, но кашель иногда прорывался, заставляя поморщиться. Но меня это вовсе не отталкивает. Главное не процесс, к которому надо еще приучиться, а сногсшибательный результат. Жадно вдыхая губительный дым, чувствовал приближение эйфории. Как же оно прекрасно. Напряжение уходит, а проблемы по щелчку исчезли. Непередаваемые ощущения обволокли каждую клеточку тела, стирая разумные мысли, которые твердят: «Нельзя!». Да-да-да. Опасно и неправильно. Но… Но я так нуждаюсь в этом. ××× «Точно последний раз» вертится в голове следующей ночью. Зажав сверток зубами, поджег его кончик завораживающим пламенем, который заметно блекнет по сравнению с огнем в моих глазах, которые я вижу в отражении оконного стекла. Боже, в кого я превращаюсь… Мои руки трясутся, а пальцы соскальзывают с колесика. Я не могу поджечь сигарету с первого раза, не могу нормально затянуться, не могу бросить это дело. Я осознаю, что серьезно подсел. Но если даже Игорь не замечает мое странное поведение, то мне не о чем беспокоиться. Он не замечал, что я перестал заикаться во время беседы, смущаться, да и в общем стал более открытым. Возможно, для него только в плюс, что игрушка стала послушной, забыв, что такое страх. Ему нет дела до меня и моего самочувствия. Думал я... - Что с тобой? – помню его настороженный голос и строгий взгляд, когда он приподнял мою голову пальцем за подбородок, заставляя смотреть в глаза и никуда более, - Не мямлишь, на меня смотришь, не избегаешь. Паника должна была окутать с ног до головы, прибивая к полу. Но ее не было. Я свободно могу дышать, контролировать свое тело и разговаривать. - А разве это плохо? Вроде ты этого и добивался. Игорь продолжает сканировать меня, анализируя каждую произнесенную букву и каждый жест. Я начал что-то выдумывать про: «Я с тобой до конца дней. Мне надо быть лучше для тебя. Реветь нет смысла. Блаблабла». И он повелся на всю эту ложь. Осторожно убрал выпавшую прядь с моего лица, продолжая внимательно слушать бредни. Но напоследок оглядел меня с подозрением, вопросительно выгнув бровь. - Хороший мальчик, - скрыв свое недоверие скованной кривой улыбкой, потрепал меня по голове. «Хороший мальчик»… Нет, папа, я не такой... Больше не такой благодаря тебе. Эти слова заевшей пластинкой крутились в голове до конца дня. Пока дым травы не окутал их собой, унося клубами в Питерскую даль. ××× Так и проходили наши повседневные дни. Утрами Игорь радовался моей продуктивности и активности, удивляясь, как я еще ни разу не накосячил. А темными ночами я выпускал дымовые облачка на поток холодного ветра. Зависимость? Зависимость. Но может быть оно и к лучшему? Не хотел бы я рыдать каждую ночь в подушку и просыпаться с невыносимой головной болью. Но и по правде говоря бессонница тоже не лучший вариант. Прости, пап. Не оправдал надежд родителя... Я только всё порчу. ××× - Мигом сюда! Игорь только что вернулся с работы и уже не доволен. Не успел дверь закрыть, а уже пена изо рта брызжет. Что-то мне это не нравится. Я отложил комикс на столик и осторожно направился в сторону прихожей. - Что случилось? – мой голос предательски утих. Я повторил вопрос, но уже чётче и громче. - Посмотри на меня! Я не успел и глаз поднять, как в груди перестало хватать воздуха. Меня толкнули к стене, прижав к ней же. Дыхание сбилось. А чужая рука, что грубо обвила горло, и вовсе предотвратила попытки вернуть кислород. Мои зрачки ползут вверх от удушья, но получаю вместо помилования крик: «В глаза смотри!». По-настоящему звериный оскал вгонял в дрожь, сильная хватка, злость в голосе, огонь настоящий лесной пожар в глазах. Это все быстро выветривало эффект марихуаны. Я даже не припомню, когда видел Игоря таким. Видел ли я его таким вообще? - Не хочешь поделиться секретиком, м? – вовсе неуместная жуткая улыбка придавала еще больше ужаса. Хотя, казалось, куда еще больше? Я еле как смог выдавить из себя хилое: «Нет» (да и скорее всего он прочитал это по губам), которое повлекло за собой очередную боль. Пальцы сжали шею сильнее. - Почему ты молчишь? Тебе нечего сказать, а? Что ты язык проглотил? – загадочная ухмылка исчезла, но на ее место пришло… разочарование? Страх? Беспокойство? Не могу разобрать. Но что бы это не было, я на миг забыл, в каком опасном положении нахожусь. Взглядом побитого щенка смотрел в полные эмоций глаза цвета зелени. Даже не сразу заметил, как могу снова нормально дышать, не цепляясь за глоток воздуха. Я облокотился о стену, задрав голову вверх. Только ноги перестали трястись как у новорожденного оленёнка, как одним ударом в солнечное сплетение меня повалили на пол. Удар был точным и мощным. Чересчур мощным. Я даже не успел выставить руки для смягчения падения. Приложился о пол как следует. Лёгкие сжались, отказываясь работать. Я схватился за место удара в панике пытаясь как-то восстановить дыхание. Но только рука коснулась груди, Игорь вцепился в ворот футболки, резко поднимая меня на ватные ноги. Иногда я поражаюсь его силе. - Я же вдалбливал в твою пустую голову! – крик резал уши, заставляя жмуриться. Он крепко держал несчастную ткань, не давая мне упасть на пол. - Я каждый день повторял одно и тоже, чтобы до тебя дошло! – он встряхнул меня с новой силой, - Ты даже представить не можешь, что тебя сегодня ждет, - больно приложил о стену, вымещая ярость, - Ты посмел ослушаться меня! Захотел острых ощущений? Захотелось новенького, да!? Я тебе устрою незабываемую ночку, - с каждым словом децибелы увеличивались, позволяя и соседям услышать скандал, - Ты у меня на коленях умолять о пощаде будешь. Будешь ноги целовать, чтобы я прекратил! Поплатишься за каждую выкуренную сигарету! Слышишь, а!? – Игорь уже вовсе не сдерживал себя. Он поднимал меня на ноги, не позволяя скатиться по стене вниз, - Я всю дурь из тебя выбью! Ты… ты, - он разжал кулаки, не в силах подобрать и слова. Переключил внимание на ни в чем невиновную стеклянную статуэтку, которая за секунду разлетелась на осколки рядом со мной. Он взъерошил черный ёжик волос, расхаживая кругами по комнате, пока я вжимался в стенку, прикрывая голову руками. - У меня просто нет на тебя слов! Я твой отец, а ты мальчик… Совсем отбился от рук! Ха, отец… Хватает смелости так высказываться... Отцом я считал его в первые дни. Отцом, в котором так нуждался. Да даже, когда узнал, что он травит людей наркотой, продолжал считать отцом. Ужасным, диким, лицемерным, но все же отцом... Но после незабываемого подарка… В моих глазах остался лишь насильником, педофилом, психом... Да кем угодно! Но только не отцом. - Ты клялся, что будешь слушаться меня! Ты все это время нагло лгал, да!? Смотрел в глаза и осознанно плевал в душу? Душу… Будто она есть. - Еще никто не выводил меня так, как это сделал ты! Доволен? Да ты же… - он присел рядом на колени, кулаком ударяя в стену в паре сантиметров от моей головы. Я даже услышал, как что-то треснуло. Не то его костяшки, не то стена. - Дай мне отпор! Ты же ничего не боишься? Ты же бесстрашный у нас! Ну же! Ударь меня! Не дай мне снова поиметь тебя! – его руки проскользили по моим коленям и выше, задирая штанины шорт. «Нет!» - хотел выкрикнуть я, но было уже поздно. Чужие пальцы наткнулись на рубцы ран. Я по ошибке поднял глаза и моментально наткнулся на зелёный взгляд, оторваться от которого невозможно. Игорь не опустил его, чтобы удостовериться в том, что нащупал. Его руки остановились. Несколько секунд полной тишины, что раскалена до предела. По моим щекам текут слезы, но моя мимика ни на морщинку не изменилась. Мы продолжаем смотреть друг на друга, дожидаясь чего-то... Я не знаю... Игорь все таки опустил глаза, грубо задирая ткань. Шорты пошли по швам, оголяя исполосанные бедра. Я занимался этим практически каждый день, начиная со Дня Рождения... - Ты жалок. Не заботясь обо мне, он грубо ведёт ногтем большого пальца по самым свежим ранам, специально задевая корочки. Я не могу ничего ответить… Даже пошевелиться не могу. Его гнев будто парализовал меня. - Ты вдруг подумал, что сам можешь что-то решать? Какой же ты наивный. Какой же ты безмозглый! Ты просто болен на всю свою маленькую черепную коробочку, - Игорь ощутимо постучал по моему виску, - раз пошел на все это. Ты рад, м? Рад!? Запомни, я здесь хозяин, понятно? Ты будешь подчиняться мне, - он сильнее сжимает пальцы на бедрах, припечатывая к полу, - А я ведь верил тебе, Антон. Понимаешь? Верил, что ты повзрослел и изменился. А оказалось, что ты просто неудачник! Слабак. Страх стиснул сердце когтями сильнее, чем Игорь мои ноги. Паника полностью выбила все слова, которые только что выплюнули мне в лицо, и собственные мысли из головы. Лишь белый шум воспринимается... Перед глазами - рябь. В ушах - звон. Конечности уже не чувствую. У меня не осталось сил на сопротивление, когда меня потащили в кабинет как какой-то мешок с мусором. Кинули за порог, чтобы я пластом упал. Кислород вновь покидает меня. Переношу руки на горло, но вновь падаю, не успев коснуться шеи. Что-то дёрнуло меня в сторону. Как оказалось, то на меня успели нацепить парфорс. Я слишком отстаю от реальности. Все идёт слишком быстро, я не успею фиксировать каждый момент. - Будешь жить на цепи как непослушная сука, раз по другому не в твоих силах понять, - Игорь намотал толстую цепь на кулак, дергая на себя. Я инстинктивно выставил руки вперед, чтобы не шлепнуться о пол вновь, но упал на его ноги. И в этот момент что-то окончательно во мне сломалось. Я забыл о правилах, существующих в этом доме. В надежде найти защиту, я пальцами смял джинсы, прижался ближе... - Молю, не надо… Он никак не среагировал. Казалось, просто оцепенел. Но никогда рано радоваться не стоит. Уже через секунду Игорь грубо пнул меня в грудь, от чего я упал на спину. Чем он и воспользовался. Навис сверху и, дернув цепь, отлепил от пола. - Ты даже не заслуживаешь находиться здесь. - Мне было страшно... больно… я.. я хотел просто забыть это... – глупые оправдания он даже не захотел слушать. Но почему не может понять, что все это из-за него? Он виноват! Он же не думал, что я забуду и продолжу жить обычной жизнью? Такое не забывается даже под наркотой! - За что ты так со мной? – мой голос предательски дрогнул. - Потому что я так захотел. Послушай, принцесса моя, если ты думаешь, что я взял тебя по пьяне, то боюсь тебя разочаровать. Ты мой. Ясно? Моя марионетка. И если я захочу тебя снова, то ты раздвинешь ноги и будешь стонать подо мною, слышишь? Я волен делать с тобой что угодно. Абсолютно, - он ослабил цепь. Изучает меня... Как он может говорить такое? Как он может вытворять такое? Ладно, его своеобразные наказания, которые по его мнению должны сделать из меня холоднокровного мудака как он, но это все… Зачем…? Как это поможет мне в жизни!? Я запрокинул голову, нервно сглатывая. От чего получил дополнительную боль от шипов. Это не ускользнуло из глаз отца. Но он не смиловался и не ослабил ошейник. Просто приковал второй конец цепи к батарее и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Я услышал, как он что-то пробубнил себе под нос, но не услышал что именно... Если он хозяин и уже был наготове, то почему не взял меня? Он же мог спокойно сорвать свои штаны и выебать меня. Для него же это как нехер делать! Что с ним не так? Почему он так себя ведет? Мои пальцы легли на холодный металл, но у меня не хватило сил расстегнуть его. Мог лишь обводить острые края ошейника, изучая его. Я остановился на звонкой цепи. От бессилия я сжался в комочек, накрывая голову руками. Я стыдился самого себя. Я ненавижу самого себя! Это не Игорь причина всех бед... Это я... Чтобы не реветь перед ним на полу у меня недостаточно стержня. Хотелось кричать, срывая голос. Стыдно за то, что пока отец работал, забывая, что такое здоровый сон, и зарабатывал для нас деньги, я сидел на игле. Игорь старается не покладая рук, он все делает ради меня одного, а я только обесцениваю весь его труд и заботу. Сам же провоцирую такое отношение к себе, а потом плачу по ночам... Жалкое ничтожество. Вся моя жизнь в одно мгновенье превратилась в цирк. А я в нем посмешище, которое можно использовать в своих целях. Просто жалкий клоун. - Что ты будешь делать? – я сидел, прислонившись к холодной батарее и, приобняв свои колени, лениво наблюдал, как Игорь что-то раскладывал на своем столе, перебирая инструменты из разных ящиков. Вокруг отца стояла стена из дыма от очередной сигареты, которая унимала его дрожь в руках. Рядом с ним пепельница, переполненная бычками. Я уже сбился со счета сколько он выкурил. В ответ раздражающая тишина, прерывающаяся лязгом цепи. Игорь даже не обернулся. Сомневаюсь, что он слышал меня. Скорее всего просто утонул в своих мыслях, забывая про мое существование. Только и успевал менять сигареты на новые. - Мне очень жаль, - я даже не знаю кому это говорю. Просто кидаю куда-то в пустоту. Не ожидаю какой-нибудь реакции. Но реакция последовала. Игорь воткнул нож в дерево стола, сдерживаясь, чтобы не запульнуть оружие в меня. От этого я незаметно вздрогнул, оборачиваясь в сторону звука. - Закрой. Свой. Рот. – его нервы на пределе. Он только недавно смог прийти в себя. - Я не разрешал тебе говорить, – Игорь подошел вплотную ко мне, удерживая мою голову навесу кончиками пальцев. Он пристально изучал каждую деталь, меняя ракурс собственноручно. Выдохнув дым через нос и, затянувшись в последний раз, потушил сигарету в ямке ключиц, которая идеально для этого подходила. Полу-стон сорвался с губ. Боялся крикнуть громче, а то вдруг получу ещё один удар... - Пора бы научить тебя слушаться взрослых. ××× Я еле как дополз до ванной, спасительной комнаты, надеясь хоть как-то помочь себе. На моей шее до сих пор красовался строгий ошейник, а мое тело было отдельной сказкой. Предыдущие раны можно смело назвать небольшими царапинками... Ведь сейчас меня только в закрытом гробу хоронить. Глубокие раны были повсюду, а кровь продолжала сочиться, пачкая одежду (точнее тряпки, что остались), пол, оставляя следы, которые вели из кабинета и до ванной, стены, на которые я облокачивался, чтобы не упасть. Смазанные отпечатки ладони придется оттирать от обоев. Усталость накатывала с каждой секундой все бо́льшей волной, по итогу превращаясь в цунами. Я ничего не вижу перед глазами. Пару размытых предметов и все. Я ничего не чувствую. Не ощущаю пола под ногами, опоры под руками. Мое тело - одна большая точка боли. Слишком много крови потерял. Слишком много пережил. Некоторые раны были настолько существенны, что их необходимо зашить. Но я больше не выдержу и прикосновения к себе. Рваными движениями достал аптечку из верхнего шкафчика, нечаянно задевая и другие вещи, которые громко приземлились на пол. Сил не хватало, чтобы держать ее в руках достаточно долго и она упала вслед за другими бутыльками. Я грохнулся на колени рядом с хаосом, что устроил, судорожно ища обезболивающие, бинты и другое. Все то, что поможет остановить обжигающую кровь, которая перепачкала всю белую плитку… Мыльная пелена уже совсем забрала мое зрение, мешая разглядывать название препаратов. Игорь сегодня отыгрался на славу. Ножом с легкостью, словно по маслу, уродовал кожу, не замечая, как его собственные руки окрашивались в алый. Под слабым пламенем той самой зажигалки нагревал лезвие, продолжая оставлять метки. Время от времени тушил сигареты о кожу, сбрасывая окурки в ноги. Держал руки над огнем, не давая и шанса их убрать. Заставлял сжимать лезвие ножа в ладонях и, помогая, накрывал мои руки своими, не давая разжать кулаки. Ремнем разукрасил спину, оставляя четкие широкие кровоточащие полосы поверх тонких полос от ножа. Классические пинки под ребра и пощёчины - без них не обошлось. А во время передышки, вытирая кровь с рук, смотрел мне в глаза, подмечая результат своей работы. Замечал, как ломает меня изнутри всё больше, награждал звонкой пощечиной, что валила с ног и не давала отключиться. И под конец Игорь просто ушел… Отстегнул цепь от батареи и вышел, оставляя в таком положении. Вот я съедаю горсть таблеток, которые обязаны помочь, хотя даже толком на названия не смотрел. Смочив полотенце прохладной водой, стирал кровь, пережимая раны. Ткань быстро окрашивалась в красный, как и поток воды, что спиралью бежит в слив. Больно сгибать руки, сжимать ладони, шевелить пальцами, дышать, жить… Каждый вдох приносил порцию боли, а каждый выдох удваивал ее. Из-за неунимающейся дрожи не могу держать иглу с ниткой. Чувствую, как медленно выключаюсь. Как тьма забирает все силы и становится так хорошо... Я уже практически вырубился под журчащий звук воды. Но даже этого сделать не дали. Меня подняли наверх одним движением, схватив за ошейник, что больно впился шипами под кожу. Удерживая как куклу навесу, Игорь грубо впился в губы, больно кусая. Я пытался сопротивляться, обхватывая сильные руки своими истерзанными в кровь ладонями. Он точно слышал, как я скулил, пытаясь сказать хоть что-то, но прерывал меня, вторгаясь в рот языком. Я вздрогнул, когда Игорь забрался рукой под дырявую ткань, раньше называвшейся одеждой. Пальцами ковырялся в глубоких ранах, погружая их по первую фалангу. Я чувствовал вкус алкоголя на его губах, которые ненавидел с тех самых пор. Чувствовал отвращение и ненависть. Чувствовал, как по моему телу растирали свежую кровь. Чувствовал, как горячий торс садиста прижался к моему охладевшему, согревая. Игорь отстранился от меня, разрывая ниточку слюны, что соединяла наши губы. Он разорвал остатки футболки, откидывая ненужные тряпки куда-то на пол. Облизываясь, смотрел, как мое тело, что разукрашено в алых разводах, обливалось дополнительными ручейками крови. Я прекрасно понимал к чему ведет вся эта прелюдия. Но второго раза я не смогу выдержать. - Папа, нет… не… не надо….