Семнадцатая лишняя

- Нежнее, милочка, ты же не оленя свежуешь. - Если перестанешь выдыхать эту мерзость прямо мне в лицо, я буду куда ласковее. Мэрл сидел на капоте врезавшегося в столб автомобиля и курил сигарету, найденную у водителя. Он отобрал у него пачку, как только проломил череп стволом помпового ружья. Ружьё он отыскал ещё вчера, вместе с почти целой коробкой патронов. Кэндис старательно перевязывала его руку, одновременно молясь, чтобы высшие силы уберегли её от воспаления или заражения. Вчера они попытались покинуть город. Мэрл утверждал, что возле каньона есть маленький лагерь, где прячется, по его словам, «кучка хлюпиков и отморозков, бросивших его умирать». Но дорогу перегородила целая толпа ходячих (ещё одно словечко, подхваченное у Диксона) и оттеснила далеко в город. Кэндис не знала, зачем Мэрл рвется вернуться в лагерь к людям, которых терпеть не мог, но и не спрашивала, быстро поняв, что лучший компаньон для него – немой компаньон. Шарканье ног и тихие стоны оповестили о приближении ходячего. Кэндис попятилась, но Мэрл всучил ей в руки нож и кивнул на мертвеца. - Побегай, закаляйся, - хмыкнул он. - Я не… ещё ни разу… Теперь Мэрл расхохотался в полный голос. - Ты откуда сама-то? Вся эта неведомая хрень уже месяц творится, а ты ещё не размазывала мозги по асфальту? Кэндис вспомнила о собственном правиле быстрых ног. Мэрл назовет это куда проще – трусостью. Сделав пару шумных вздохов, она пошла прямо на рычащего уродца. Он кинулся прямо на нее, выставив вперёд руки, но девушка врезала ему ногой в живот и ходячий шлёпнулся на четвереньки, а затем и вовсе распластался на земле, с торчащим клинком в макушке. Диксон одобрительно присвистнул. Вечером они приблизились к большому супермаркету, в десятке кварталов от того, где Мэрл лишился руки. Здесь окна и двери тоже были целы, а на прилавках наверняка сохранился целый клад из съестного. - Это самоубийство, - зашипела Кэндис. – Там же было полно сотрудников. - Твое дело махать клинком, - отмахнулся Мэрл. Переубеждать его напрасно. И они-таки ворвались в чёртов магазин. Круша все на своем пути, Диксон зверем бросился на свору ходячих. Кэндис заметалась по проходам, налетая на зазевавшихся рабочих и покупателей, вонзая нож им в головы. Очень скоро силы стали покидать щуплую девушку, но так же скоро битва была закончена. Они стояли посреди тёмного зала, среди горы зловонных трупов и восторженно оглядывали полки, полные еды. Мэрл ломанулся к стеллажам, на которых теснились бутылки с дорогим алкоголем, пока Кэндис разрывала упаковки леденцов, валявшихся возле касс и отправляла целые горсти конфет в рот. Весёлый и совершенно пьяный, Диксон принялся плясать, задевая плечами полки и безостановочно что-то роняя. Глупо хихикая, Кэндис сидела на полу с бутылкой вина в руках, сунутой ей Мэрлем. - Тебе сколько лет? – заплетающимся языком спросил он, останавливаясь на секунду. - Шестнадцать, - отозвалась она. – Наверное… Сегодня какое число? - Хер его знает, - буркнул Мэрл, делая большой глоток. - Должно уже быть, - закивала девушка, снова хихикая. Потеряв силы сохранять равновесие, Мэрл растянулся на грязном полу и прижал к себе очередную бутылку виски. - Я бы послал всех этих говнюков к чертям собачьим, - с трудом пролепетал он. – Но знаешь чего мне к тому каньону надо?.. Я того, за Дэрилину боюсь. - Дэрилину? – переспросила Кэндис. - Братан мой младший, Дэрил, - пояснил Мэрл. – Его, конечно, эти твари не сожрут, я брата знаю, я сам из него мужика воспитал. Но эта компания… Ох, станет он с ними совсем мягкотелым, да… Кэндис вспомнила встречу с мертвецом на дороге, гаденькую ухмылку Мэрла и его слова: «Побегай, закаляйся». Страшно даже представить, как именно он воспитывал из Дэрила «настоящего мужика». Широко зевнув, Диксон закинул руки за голову и оглушительно всхрапнул. Кэндис устроилась в сторонке, предусмотрительно положив рядом с собой нож. Выпитый алкоголь порождает яркие сумбурные сны в её голове, в доброй половине которых участвуют оранжевые единороги. Сон прерывается, когда один из рогатых пони падает прямо на нее и дышит в лицо перегаром. Встряхнувшись, Кэндис поняла, что это Мэрл навалился на нее всем весом и приблизил своё лицо слишком близко к её. Упираясь на локте правой руки и старательно удерживая равновесие, левой он увлеченно лапал её, стараясь подобраться к ширинке джинсов. От запаха из его рта у Кэндис едва не темнеет в глазах. Она словила взгляд осоловевших глаз Диксона. Вряд ли он вообще осознает, что творит. - Мэрл, слезай с меня, - фыркнула она, задыхаясь под весом здоровяка. Он что-то мычит, не в силах связать звуки в одно внятное слово. Пуговица джинсов предательски щёлкнула, отрываясь, и откатилась куда-то в сторону. - Слезай, а то отрежу тебе вторую руку, - пробурчала Кэндис, нашаривая рукой рукоятку клинка. – Видишь? Она помахала перед его носом лезвием. Подавив панику в зародыше, Кэндис пихнула правую руку Мэрла достаточно сильно, чтобы он потерял равновесие и свалился прямо на нее. Тихонько матерясь, она выползла из-под мужчины и перекатилась к стеллажам. Диксон снова отрубился и громко захрапел, смешно раскинув руки и уткнувшись лицом в пол. С трудом перевернув его на бок, Кэндис заботливо накрыла пьяного напарника рваным пледом и принялась искать пуговицу. - Таблеток от похмелья нет, потому что меньше всего я готовилась встретить алкоголика, - сообщила Кэндис. – Кто же напивается во время зомби-апокалипсиса, Мэрл? Диксон выдал несколько ругательств в её адрес и умолк. Кэндис закатила глаза и вернулась к своему занятию: она пыталась присобачить булавку на место несчастной пуговицы. - Нет! – выкрикнула она, увидев, как мужчина тянется к недопитой вчера бутылке. - Что-то ты охамела, спиногрызка, - прорычал он. - Охамела? Мэрл, да ты вчера едва не изнасиловал меня. - Твоя психика не пострадала, - глухо ответил он, зарываясь лицом в плед. Кэндис перевела взгляд на стеклянные двери и в следующую секунду уже вскочила на ноги, подобрав свой нож. - У нас гости, - севшим голосом произнесла она. Пятьдесят, а может и больше, ходячих сплошной стеной направлялись прямиком в сторону супермаркета. Одна из дверей была практически разбита и не оставалось никаких сомнений в том, что она не сможет удержать такую свору. Мэрл оказался на ногах, моментально трезвея. - Рвем когти, крошка, - велел он Кэндис и спешно зарядил ружьё. Распахнув двери пинком, он выскочил на улицу и помчался налево, Кэндис ринулась следом. Вот сейчас был момент для демонстрации её главного преимущества – скорости. Обогнав Мэрла, она летела так быстро, как только могла. Её остановил лишь прозвучавший сзади выстрел. Мужчина палил по нагонявшим их зомби. Внезапно ещё одна толпа, разве что меньше, вынырнула из переулка, отрезая Кэндис от Диксона. - Мэрл! – крикнула она, перебивая нестройный хор рычащих голосов. – Лестница! Сзади! Он оглянулся, услышав её, кинулся к пожарной лестнице и принялся взбираться на крышу, кряхтя и отдуваясь. Ружьё ему пришлось зажать под мышкой, хвататься за поручни одной рукой. Кэндис бросилась бежать дальше, опасаясь привлечь внимание ходячих, рвущихся на лестницу. Она видела, как Мэрл забрался наверх, как выпрямился и помчался по краю вперёд, а потому прибавила ходу, чтобы не потерять его из виду. А затем появились они. Сразу шестеро голодных мерзких трупов, перекрывших её путь к отступлению. - Мэрл!!! – заорала она, размахивая руками. Их всего шестеро. Диксон сможет уложить их из своего ружья, тогда дорога вновь будет открыта для Кэндис. - Мэрл!.. – в голосе уже отчётливо звучит паника. Ещё минута и они будут слишком близко. Всего несколько метров, отделявших её от верной гибели. Мужчина замирает, смотрит на нее и на ходячих, потом на сумку с лекарствами на плече девушки. - МЭРЛ! – завизжала Кэндис со всем отчаянием, переполнявшем её в то мгновение, когда от завываний мертвецов закладывало уши, а отвратительный запах душил её, заполняя собой всю округу. Он смотрел ещё мгновение, последний раз. Затем повернулся и исчез из поля зрения, оставив Кэндис и, видимо, просто пожалев патроны. Без девушки он выживет, а вот без них будет туго. Кэндис Холл была в ловушке. Она попадала в трудные ситуации, но так близко к смерти оказалась впервые. Потому все внутри нее дрожало, сжималось, выло и рыдало от паники, охватившей девушку с головой. Переулок узкий, мертвецов полно, а ответ никак не приходит. Как выбраться? Как выбраться?! Именно в тот миг, когда Кэндис попрощалась с этим бренным миром, взгляд, наконец, упал на нож, зажатый в руке так крепко, что костяшки пальцев побелели. Она не видела смысла в этой жизни, в этом существовании на земле, полной покинувших могилы трупов, но все её тело, каждая клеточка истошно вопила, что жаждет жить. Из груди вырвался испуганный крик, Кэндис метнулась к одному из ходячих, вогнав лезвие тому в глаз. Они вместе грохнулись на землю, так, что девушка перелетела через голову мертвеца и ударилась спиной об асфальт, сделав кувырок в воздухе. Сразу две пары рук обхватили её за джинсы и обувь. Извиваясь и колотя ногами воздух, Кэндис отползла назад, но наткнулась на ещё одного монстра, оказавшегося прямо позади нее. Только очутившись на самой окраине Атланты, она пришла в чувство и разрыдалась, упав на пыльную землю. Она не помнила, как вырвалась из толпы ревущих трупов, как пробежала через весь город сюда, к шоссе. Сколько времени у нее есть? Прежде, чем мертвецы доберутся сюда. Теперь, когда адреналин в крови утих, а ясность ума вернулась к хозяйке, Кэндис всерьёз подумала о том, чтобы вскрыть себе вены прямо здесь, возле череды покинутых авто. Нет. Атланта не получит ещё одного ходячего. Тут и так явный перебор. Она поднялась с коленок, торопливо осмотрела свои руки и ноги в поисках царапин и оглядела шоссе. Прямо перед ней валялся перевернутый мопед развозчика пиццы. Решив, что научиться ездить на нем будет проще, чем на любом другом средстве передвижения из представленного тут ассортимента, Кэндис направилась к нему. Давно пора покинуть Атланту. Что-то внутри нее отчаянно хотело разыскать Мэрла. Но это было глупо: привязаться к бывшему преступнику, едва не лишившему её невинности на полу супермаркета. Если бы она была нужна Мэрлу, если бы он хотел, чтобы она оставалась рядом, то не пожалел бы тех шести выстрелов. Наверное, нужно было злиться. Но ведь Кэндис сразу поняла, что Диксон ставит на первое место выживание, а уже потом заботу о ближнем. Чего же теперь удивляться его поступку. - Надеюсь ты будешь в порядке, козёл, и найдешь своего брата! – крикнула она, словно он мог её услышать, и запрыгнула на побитый мопед. Дорога была пустынна. Кэндис притормозила посреди шоссе, разложив перед собой карту и устроив поудобнее пистолет. И то, и другое она нашла в одной из машин у обочины. Впереди показался одинокий ходячий. Он плелся ей навстречу, медленно волоча ноги. Кэндис оглядела мужчину. Не было похоже, что он умер давно. Тело ещё не успело покрыться струпьями, губы не сгнили, обнажая устрашающий оскал зубов, как у большинства мертвецов. Спутанная каштановая борода не была заляпана кровью, как и одежда мертвеца, но он где-то успел разодрать свою рубашку. На левой стороне груди красовался аккуратный укус. Кэндис осмотрелась. Откуда этот несчастный взялся здесь, на пустыре? Она допустила, что, возможно, его, зараженного и умирающего, оставила здесь группа беженцев, покидавших Атланту, как сейчас она. Это бы значило, что она идет прямо за ними, что они могли бы взять её к себе. - Какие глупости в голову лезут, - заворчала она сама на себя, снова глядя на худое лицо ходячего. Прицелившись, Кэндис сделала выстрел. Пуля попала куда-то в плечо мертвеца. Второй выстрел просвистел мимо. Третий угодил точно в цель – голову. Безжизненное тело повалилось на землю. Необходимо поработать над меткостью. Мопед вышел из строя быстро. Слишком быстро. Кэндис провела в дороге всего полтора дня, до Форта-Беннинга, куда девушка решила направиться ещё фигова туча километров. Пешком она дошла до скопления на трассе машин и огляделась в поисках чего-нибудь съедобного. Желудок урчал уже несколько часов и если она хотела дотянуть до хоть какого-нибудь населённого пункта, стоило побеспокоиться об этом. Завтраком этим утром ей служило печенье, найденное в жестяной коробке на заднем сидении авто. Вообще, эти машины были золотой жилой. Кэндис была уверенна, что в них можно найти почти все, что угодно: еду, вещи, лекарства. Во всяком случае, таковой была её теория. Однако её ожидал сюрприз. Целая куча еды и бутылок с водой стояли прямо на капоте легковушки. Кэндис завертела головой, прекрасно помня, где обычно бывает бесплатный сыр. Но вокруг ни души. Обойдя машину, она увидела надпись на лобовом стекле: «София, оставайся здесь. Мы будем приходить каждый день». Кэндис озадаченно уставилась на сообщение, прикидывая, что оно может значить. Оно говорило Кэндис сразу о нескольких вещах. Во-первых, некая София заблудилась в окрестностях. Во-вторых, кто-то ищет её и у него есть, по всей видимости, ещё провизия. В-третьих, этому кому-то пришлось покинуть трассу, следовательно, на ней небезопасно. Кэндис окинула еду жадным взглядом. Она была оставлена не ей, а Софии. Но искушение было слишком велико. Из-за одной пропавшей пачки печенья незнакомая женщина не умрет с голоду. Постанывая от блаженства, она принялась жевать жёсткую выпечку, растягивая удовольствие. Судя по карте, за полосой леса начинались угодья фермеров. Что если люди покинул дорогу не потому, что тут опасно, а потому, что есть место безопаснее? Оставалось только сидеть здесь и ждать. Ведь надпись на машине заверяла, что «они» будут приходить каждый день. Единственный, кто мог помешать её намерениям, мог сейчас сказать: - Агр-гх-ар! Взявшись из ниоткуда, ходячий попытался ухватить девушку за длинные каштановые волосы. Взвизгнув, она ломанулась вперёд, запинаясь о бортик и переваливаясь через него на землю. Скатившись вниз по склону, она врезалась спиной в ствол дерева и поперхнулась воздухом. - Я просто ищу живых людей! Не вас, ребята, не вас! – с укором воскликнула она. – Проваливайте с дороги, это мое место! Рядом с одним ходячим появился второй, затем третий. - Ладно, оставьте дорогу себе, - поспешно поправилась Кэндис. – У меня есть и другой план. Она встала, с сожалением поглядела на дорогу и зашагала в лес. К чёрту страх, сомнения и осторожность. Легче поискать ферму с живыми обитателями, чем оставаться на трассе в компании мозгоедов. Злость на рухнувший мир отлично придавала сил. Кэндис шла, не замечая ничего кругом. Наверное, она заблудилась. Да, точно заблудилась. Хотя как можно потеряться тогда, когда не знаешь, куда идешь? Ферма могла быть где угодно. Какое-то время она двигалась вниз по течению ручья, затем поменяла направление, разозлившись на себя за идиотскую идею идти в лес. Что она будет тут есть? Белок? Следовало убить ходячих и продолжить ждать. А кто его знает, сколько их там было… От мыслей её отвлек топот копыт. Наездник! Живой человек! Кэндис побежала на звук, удерживая себя от того, чтобы не заорать что-нибудь вроде: «Здрасьте!» Мимо нее бодрым галопом проскакала лошадь. В ней не было ничего примечательного. Обычный конь, с седлом на спине. За исключением того, что никакого наездника на нем не было. Челюсть отвисла помимо воли. Припасы на капоте, записки на стекле, невидимые всадники. Мир окончательно рехнулся, а она и не заметила? Догонять коняшку было бессмысленно, уж очень торопливо она неслась. Жаль, что нельзя было спросить её, где она потеряла хозяина. Кэндис продолжила свой путь. Там где лошади, там и люди. Можно было только надеяться, что владельца кобылы не сожрали. Через несколько минут она вышла на возвышение. Взору предстал маленький грязный водоём, у берега которого лежало двое мертвецов. Над ними склонился мужчина с ножом в руке. Кэндис едва не кинулась танцевать лезгинку от радости. Счастье слегка притупилось, стоило разглядеть человека поближе. Кэндис оторопело заморгала. Ей это кажется? Твою мать, он отрезает мертвецам уши!