Семнадцатая лишняя

Есть короткая дорога, говорил он. Можно сэкономить целый час пути, говорил он. Загребая в разношенные сапоги горсти снега, девушка продолжала брести по следам своего спутника, ежась от холода. Сложно было сказать, сколько времени они провели в лесу, но точно больше, чем рассчитывали. - Ночью, наверное, навалило, - сказал Дэрил, останавливаясь, чтобы дать Кэндис время догнать его, и окидывая взглядом землю, укрытую толстым слоем снега. Непотревоженный никем, идеальный белоснежный ковер простирался на всю округу, окутывая крупными снежинками голые ветви деревьев и кустов. - Мы заблудились, точно тебе говорю, - отдуваясь, заявила Кэндис. - Я умею ориентироваться в лесу, - раздраженно отмахнулся Дэрил. - Все такое, - вздохнула она, - одинаковое. - Если в дом нагрянут ходячие, ждать нашего возвращения никто не будет, - напомнил Дэрил и добавил почти мягко: – Пошевеливайся. Кэндис подняла ворот пуховика повыше и зарылась носом в искусственный мех на капюшоне. От него пахло зимней свежестью и, совсем слабо, мертвячиной. Кровь с живых трупов попала на ее куртку всего неделю назад, во время их очередного побега с насиженного места. Похоже, сейчас, впервые за все время, они оказались так близко к ферме, укрывшись в домике на отшибе, всего в паре километров от городишки, где можно было найти аптеку и супермаркет. Под курткой у нее не было ничего, кроме многострадальной серой ветровки и футболки. Обиднее всего было то, что унося ноги с их прошлой стоянки, она потеряла свои единственные перчатки, о чем моментально пожалела уже через пару минут, проведенных на морозе. Стоило им устроиться в относительно безопасном укрытии, как о своих правах на нарушение покоя заявил голод. Вместе с варежками пропали и остатки скудных запасов, а дорогу заполнили ходячие, теряющие обледеневшие конечности на ходу. Пробраться к городу и заветным продуктам, не рискуя стать десертом для мертвецов, можно было только через полоску заснеженного леса. - Один я бы добрался быстрее, - протянул Дэрил. - Мы договорились, - буркнула Кэндис, - что ты пробиваешь ходячим головы, а я набиваю сумки всем необходимым. Убийца зомби из тебя отменный, а вот на роль хозяюшки я лучше гожусь. Металлическая рукоять ножа жгла кожу холодом и Кэндис выпустила ее из рук, сунув ладони в карманы. Спина Диксона мелькала впереди, девушка вновь отстала на приличное расстояние. - Будто в аэропорт спешим, честно слово, - буркнула она. Кустарники справа от нее внезапно заходили ходуном, на землю посыпались белые хлопья. - Дэрил! – крикнула Кэндис, останавливаясь и обнимая себя руками. – Тут кто-то есть. Может, заяц? Приготовили бы мясо на ужин, а то все белки да белки… Ветки расступились, выпуская наружу рычащее существо, вцепившееся в Кэндис, подобно голодному льву. Она оступилась, отталкивая от себя ходячего, повалилась на снег вместе с нападающим и издала оглушительный панический вопль. Словно сцепившиеся в драке коты, Кэндис и ходячий сплелись в один клубок извивающихся тел. Земля резко ушла из-под ног и они вдвоем покатились вниз с холма. Земля, небо, деревья и клацающие челюсти зомби мелькали перед глазами Кэндис, пока они не достигли ровной поверхности и не перестали скользить. Ходячий был совсем мальчишкой лет десяти, в рваных летних шортах и безрукавке. Половина его лица превратилась в обледеневший мясной фарш, но крепкие зубы уцелели и теперь в любой миг могли впиться в Кэндис. Девушка потянулась к ножу, но голову паренька уже пробила стрела и бесчувственное тело упало навзничь. Кэндис отползла от трупа и шумно втянула ртом воздух. Тело налилось свинцовой тяжестью и она распласталась на спине, зажмурив глаза. Грубые руки обхватили ее за плечи и приподняли с земли, заставляя сесть. Кэндис покорно сидела, пока арбалетчик внимательно оглядывал ее лицо и руки. - Дэрил, - одними губами произнесла Кэндис, когда он закатил рукав ее куртки повыше и им обоим стала видна глубокая царапина на тыльной стороне правой ладони. В глазах Диксона мелькнул ужас, но спустя секунду сменился спокойной решимостью. Он резко дернул рукав почти до локтя и выхватил собственный охотничий нож. Кэндис похолодела. - Воу! Ты что делаешь?! – заорала она. - Через пару секунд эта дрянь распространится по твоему телу, - сквозь зубы бросил Дэрил. - Он не кусал меня! – Ее голос перешел на сиплый хрип. – Я, может, просто поранилась, пока мы катились со склона. - Может?! – рявкнул он. - Ты же не станешь отрубать мне кисть? – взвыла Кэндис. – Я истеку кровью, я боюсь боли, я же не Мэрл. Если скучаешь по брату, я могу выкинуть парочку расистских шуточек или сделать армейскую стрижку, зачем же сразу руку... - Перетянем ремнем, успеем вернуться в дом, - сказал Дэрил, даже не слушая ее слов. - Ладно, ладно, - впиваясь пальцами в кору ближайшего ствола, затараторила девушка. – Только быстро, очень быстро. - По локоть, - произнес Дэрил, перехватывая удобнее нож. Кэндис взвизгнула, внезапно выдергивая руку и сжимая ее в кулак, и врезала мужчине в глаз. Вскочив, как от удара током, она сделала несколько скачков вперед и шлепнулась лицом в снег. Обернувшись, она увидела ошарашенное лицо Дэрила и расплывающийся по нему болезненной синевой синяк. Первым порывом было разрыдаться, но Кэндис подавила его в зародыше и теперь только испуганно моргала, стуча зубами. Дэрил разозлился, это сразу видно. На нее и на ходячего. В первую очередь, на нее. - Психопатка, - рыкнул он, отшвыривая от себя нож. Теперь уже поздно было отнимать руку, хоть по плечо. - Я бы почувствовала, если бы меня поцарапал ходячий, - воскликнула Кэндис. – Я о камень порезалась. Или ветку. Ее слова звучали, скорее как голос надежды, нежели разума. - Теперь узнаешь это, когда подскочит температура, - взмахнул рукой Дэрил. Кэндис хотелось огрызнуться, но на ум не приходило ничего достаточно остроумного. Она не Кэрол, не станет молча выслушивать Диксона, пока не иссякнет его запас агрессии. Так и не найдя достойного ответа, она наградила его убийственным взглядом. - Вставай, - протянул он уже куда спокойнее. – И дыши носом, иначе простудишься. Кэндис захихикала. Как заботливо. - Нужно возвращаться. – Дэрил внимательно оглядывал округу, явно опасаясь, что на вопли Кэндис обратили внимание все местные мертвецы. - И придти с пустыми руками? – покачала головой девушка. – Мы почти добрались до цели. А если мне вдруг захочется сырого мяса, я скажу. Она помолчала, закусывая губу едва не до крови. - Не скажешь никому о случившемся? – попросила она и тут же наткнулась на многозначительный взгляд Диксона. – Какой смысл? Если я заболею и умру все и так станет понятно. А если нет, то только избежим лишних нервов. Попытка встать не увенчалась успехом – ноги отказывались удерживать ее и моментально подкашивались. Прислонившись к стволу дерева спиной, Кэндис обняла плечи руками. - Прости, - шмыгнула носом она. – Я испугалась до потери пульса. - Держи. Она подняла голову. Дэрил протягивал ей свой арбалет и пустой рюкзак. - Последний дар умирающему? – растерялась Кэндис. – Не могу взять арбалет, он для тебя так много значит. - На плечи повесь, - возвел глаза к небу охотник. – Ты головой не приложилась? Деревья постепенно редели. Дэрил шел, стараясь не сбиться с заданного самому себе темпа, лишь изредка приостанавливаясь, чтобы закинуть сползающую Кэндис повыше. Она болталась на его спине, обхватив руками шею. На ее собственной теперь висело два рюкзака и арбалет. Тишина нарушалась только хрустом снега и тяжелым дыханием Диксона. Кэндис опустила подбородок на затылок арбалетчика и теперь рассматривала медленно опускающиеся на землю снежинки. Дэрил убрал руки из-под ее коленей и Кэндис мягко спустилась на землю. Ноги продолжали дрожать, но теперь она хотя бы сохраняла равновесие. Перед ними виднелись дома и заснеженные улицы. Кэндис даже могло показаться, что этот город совершенно не тронут апокалипсисом. Так бывало в Атланте, когда выпадал снег, что являлось событием довольно редким. Город засыпал, жизнь словно останавливалась, затихала. Они спустились на дорогу и приметили большой торговый магазин с всего одним разбитым окном. Стеклянные двери сохранились нетронутыми, но больше не реагировали на приближение потенциального покупателя. Кэндис легко юркнула в пустую оконную раму и открыла дверь служебного входа изнутри для Дэрила. В зале томился всего один ходячий. Большинство полок было опустошено, несколько прилавков оказались опрокинутыми и сломанными прошлыми гостями. Кэндис взяла тележку и принялась прохаживаться между рядами, высматривая то, что еще можно проглотить. Дэрил замер возле стенда с комиксами и сосредоточенно разглядывал обложки, не выпуская из рук своего оружия. - Кто-то выгреб все консервы, вот ведь, - хмыкнула Кэндис. Весь пол был покрыт липкими бордовыми пятнами, а по углам валялось несколько полуразложившихся тел ходячих. Кэндис заглянула в отдел одежды, чтобы найти себе перчатки, но на вешалках не оказалось ни одной теплой вещи. Она побрела прочь, шатаясь по отделам, пока не наткнулась глазами на отдел товаров для охоты. Все, чем можно было прошибать человеческие черепа было вынесено, но на полке сиротливо стояло ружейное нейтральное масло. Схватив его, Кэндис, обрадованная внезапной идеей, побежала назад. Она потом порыдает над неизбежной смертью, когда точно будет знать, что царапину оставил ходячий. А сейчас у нее есть прекрасная мысль. Дэрил нашелся в ряду с детскими игрушками, возле оставленной без присмотра тележкой Кэндис, которую девушке надоело тягать за собой. - У меня есть кое-что для тебя, - торжественно объявила она, протягивая находку Диксону и указывая на арбалет. – Я плохо шарю в таких вещах, но, думаю, должно подойти для смазки спускового механизма. Просто не знаю, что могло еще тебе понравиться. Он непонимающе вскинул брови. - Эй, за окном ведь зима, - улыбнулась она. – Понятия не имею, какое сейчас число, но это не повод оставаться без Рождества. - Ты серьезно? – фыркнул Дэрил. - Эй, я, быть может, умру через пару дней, - возмутилась Кэндис, помахав перед его лицом правой рукой. – Елку ставить не предлагаю. Ну, давай найдем что-нибудь для всех, в подарок. Я никогда не получала подарков, но в интернате нам раздавали печенье. Ты что, ни разу Рождество не праздновал? Кэндис навесила на лицо широкую улыбку. Праздничный вечер в кругу семьи был еще одной великой мечтой каждого приютского ребенка. Дэрил взял с полки плюшевого медведя с топорщащейся во все стороны белой шерстью и асимметрично пришитыми ушами и протянул ей: - С Рождеством, - хрипло буркнул он. - Спасибо. Она бережно опустила медведя в тележку. - Дай мне минуту. Торопливо потрусив к покосившейся вывеске с названиями всех отделов торгового зала, Кэндис покосилась на Дэрила и крикнула: - Кэрол вроде вяжет? Возьму нитки и спицы. Закончив подбирать безделушки для всех членов группы, Кэндис начала упаковывать продукты в рюкзаки. - Зачем тебе это? – спросил Дэрил, вертя в руках ружейное масло. – Праздник. Кто думает о Рождестве, когда вокруг топчутся живые мертвецы? - Когда наше существование вдруг резко перешло из режима «жить» в режим «выживать», все позабыли о такой функции, как «радоваться мелочам», - пожала плечами Кэндис. – У меня теперь есть плюшевый мишка, а Карл порадуется комиксам, но ведь просто так задумываться о таких вещах никто не станет, лучше позаботиться о наличии мешка патронов и упаковки галет. А вот в честь Рождества можно. - Апокалипсис портит людей, но на тебя это не распространяется, да? – Дэрил закинул один из рюкзаков на спину и поднял арбалет. - Кого-то портит, - согласилась Кэндис. – Я вот стараюсь не потерять себя. Подростки очень впечатлительны, если начну подстраиваться под новый мир, то уже через месяц стану носиться по улицам, обвесившись оружием, аки Рэмбо. Ты тоже изменился. Карл рассказывал, что в вашем первом лагере ты хотел убить укушенного человека, потому что он представлял угрозу. А я вот все еще жива. - Вот почему ты мне по лицу заехала, - хмыкнул он. - Прекрати, я пытаюсь донести до тебя великую философскую мысль про формирование человеческой натуры, - притворно возмутилась Кэндис сквозь смех. - Я понял, - кивнул Дэрил, отодвигая ветви деревьев и заглядывая в лес. – То, что я не волочу твои останки в лагерь, чтобы дать Хершелу возможность почитать над твоим хладным трупом молитвы, а изображаю тут Санту Клауса, с мешком презентов на плечах, говорит о моем становлении на путь истинный. - Если в общих чертах, то да, - отозвалась Кэндис. – И если меня поцарапал ходячий, я умру с гордой уверенностью в том, что повлияла на тебя и пролила свет на твою благородную душу. - А когда ты станешь одной из оживших трупов, я не смогу убить тебя из-за внезапно выросших моральных принципов и отпущу на свободу, - закончил Дэрил, внимательно вглядываясь в заросли кустов. - О, нет, - усмехнулась Кэндис. – Если я стану ходячей, то, будь добр и окажи услугу, вышиби мне мозги.