Семнадцатая лишняя

Глухой стук разлетался по полю, отдаваясь от стен тюремных корпусов и долетая даже до обзорной площадки. Мужчина, шатаясь в разные стороны, ковылял к забору, с трудом передвигая свою правую ногу. Каким-то образом бедолага умудрился провалиться в большую ржавую канистру по колено и теперь волочил ее за собой, громко ударяя днищем о землю при каждом шаге. Несколько ходячих, слонявшихся возле деревьев, поворачивали голову на звук, принюхивались и тут же теряли всякий интерес к своему шумному соплеменнику. Один из мертвецов внезапно запнулся за что-то в траве и рухнул лицом вниз. Пролежав неподвижно несколько секунд, он неуклюже поднялся и моментально споткнулся вновь, на этот раз сумев сохранить равновесие. Наблюдение за ними даже можно было найти в какой-то степени занимательным. Как за… за рыбками в аквариуме. Кэндис широко зевнула, прикрывая рот ладонью и потягиваясь. Трудно было сказать, сколько времени она просидела вот так, уставившись на полоску леса и мертвецов, то и дело мелькавших среди кустов. По двору плавал густой туман, наползая на стены, обволакивая фигуры ходячих, поднимаясь на пару метров над землей и незамедлительно тая в свете солнечных лучей, ведущих жесточайшую битву с тяжелыми серыми облаками, нависшими над тюрьмой еще со вчерашнего дня. В конце концов, темная туча одержала верх и заслонила солнце, погрузив и без того мрачное утро в холодные тусклые краски. Вдалеке, у другого корпуса, мелькало двое подвижных силуэтов в синих комбинезонах – новые соседи выволакивали тела из здания. Чтобы размять затекшие конечности, девушка встала с колченогого стула и прошлась туда-сюда, то и дело поглядывая на дорогу и столпившихся у забора ходячих. Дежурила она на совесть. Тень печальной улыбки мелькнула на ее лице, стоило этой горделивой мысли посетить Кэндис. Всего какой-то год назад в это время она бы только выползала из теплой постели и протискивалась бы в ванную, зевая во весь рот и отталкивая локтями соседок по комнате. А теперь вот – на вышке, с оружием в руках. Подобные сравнения вызывали приступ ностальгии и легкое головокружение. Воспоминания о прошлой жизни для нее были заперты на множество замков, им строго настрого запрещалось всплывать в голове. Первые месяцы они совершенно не давали покоя, в особенности по ночам. Потом стало проще. Кэндис просто набралась мужества и помахала прошлому платочком, смирившись с настоящим и отыскав для себя поводы жить дальше. Жить, чтобы увидеть ребенка Лори и Рика. Увидеть, каким станет Карл, образуют ли семью Гленн и Мэгги и сколько еще она сможет испытывать терпение Дэрила своими шуточками прежде, чем получит арбалетным болтом по голове. Снизу донесся топот сразу пары ног, торопливо взбиравшихся по ступенькам. Кэндис перехватила винтовку в правую руку, морально подготавливаясь к ужасным вестям о нападении или чего похуже. Что еще могло заставить кого-то так мчаться на пост, сотрясая даже пол площадки? Дверь с треском распахнулась, врезаясь в стену, и перед Кэндис появились Гленн и Мэгги, держащиеся за руки и навесившие на лица улыбки от уха до уха. Увидев их счастливые лица, она слегка расслабила плечи. - Наша очередь дежурить, - сказала Мэгги. – Ты и так торчишь тут все утро. - Да нет, вообще-то, я… - возразила Кэндис и моментально наткнулась на два выразительных взгляда – молитвенный Гленна и убийственный Мэгги. – Как раз ухожу. Уже преодолев половину пути до входа в корпус, она услышала громкий отчаянный голос, подзывающий ее сзади. С другой стороны ограды стоял один из выживших заключенных, гипнотизируя ее взглядом избитого щенка. - Девочка, миленькая, красавица, - бормотал он, прижимаясь к сетке так, словно надеясь просочиться сквозь нее. - Вы мне льстите, - хмыкнула Кэндис, представляя как выглядят ее грязные волосы, собранные в наспех заплетенную косу, и чумазое худое лицо с двумя горящими огоньками-глазами. Мужчина на мгновение растерялся, но поспешил взять себя в руки: - Красавица, а еще умная, сразу видно, и добрая. Мы с моим другом хорошие люди, мы не можем жить тут совсем одни. Ты же знаешь, как важна поддержка, правда? Может быть замолвишь за нас словечко, а? Рик послушает тебя? Мы понравимся вам, будем помогать, ты же веришь мне? Еще очень давно Кэндис стала достаточно решительной, чтобы без колебаний вонзить нож в макушку рычащего злобного ходячего, но если бы мертвец разрыдался перед ней, плаксиво пожаловался на недоедание и шумно высморкался в жилетку, повиснув у девушки на плече, еще не известно, удержалась ли бы она оттого, чтобы милосердно не предложить себя на ужин, извиняясь за излишнюю худощавость и жесткое мясо. Так на нее действовали искренние слезы и отчаяние. Сразу же просыпалось желание помочь, наступив на горло личным интересам. Отказать живому человека, еще и обладателю таких милых усов, который уже практически расплакался, не желая возвращаться в темноту кишащего трупами корпуса, она бы не смогла. Но так было год назад. - Простите, но боюсь, что мое мнение на решение Рика никак не повлияет, - спокойно отозвалась Кэндис. Она ведь даже не знает, за что мужчина, собственно, попал в тюрьму. Пусти такого к себе, а потом убегай от педофила по всей тюрьме. - Поговори с ним! Ты умеешь подбирать правильные слова, умеешь? Кэндис покачала головой. В свое время она выпалила душераздирающую речь, вымолив для себя «испытательный срок» в группе. Потом появился Рэндалл, но роль его адвоката на себя принял Дейл. Дейл бы принял и этих двоих, наверняка. Шейн бы сразу вышиб мозги всем заключенным без разбору, не став испытывать судьбу и разбираться в их моральных качествах. Рик же ищет некую золотую середину. - Эй! Ты что там делаешь?! Отвалил от нее! Мужчина испуганно отпрянул назад и торопливо засеменил прочь, ежесекундно оборачиваясь и что-то неслышно шепча себе под нос. - Сдурела? Дэрил схватил Кэндис за запястье и развернул к себе. - Не учили, что нехрен со всякими беседы заводить?! Девушка виновато втянула голову в плечи, прикидывая, что ей грозит: домашний арест, неделя без десерта или сразу стрела в лоб? - Предлагал наркотики по дешевке, но я сказала, что вообще-то являюсь девушкой из приличной семьи. - Голова на плечах у тебя есть? Домой дуй, - велел взбешенный Диксон. - Хорошо, папочка, - фыркнула Кэндис и потрусила к крыльцу. – Больше никаких глупостей. В прохладном помещении витал запах лекарств. Кэрол меняла Хершелу повязку. Закончив, она вышла из камеры и заметила Кэндис. - Ты же сегодня не завтракала! – спохватилась она. – Садись, накормлю тебя. Рик хочет заняться очисткой двора от трупов сегодня. И расставить автомобили у ворот удобнее, чтобы… если придется… - Если придется снова бежать? – вздрогнула девушка. Кэрол присела рядом, обнимая ее за плечи, и заботливо заправила ее выбившиеся из косы пряди за ухо. - Скорее, если понадобится выехать в город за припасами. Вряд ли что-то ужасное может произойти теперь, когда у нас есть настоящий дом. Кэндис несколько раз повторила про себя слово «дом», словно пробуя его на вкус. В ее детских мечтах настоящая семья и родная обитель представлялись несколько иначе, но не в этом ведь суть. Правда, потом она надеялась на долгую счастливую жизнь на ферме. Мирно щиплющие травку среди полей коровки-лошадки радовали глаз как-то больше, нежели куски чьей-то плоти, валяющиеся почти на каждом углу тюремных коридоров. Да и софа в гостиной Хершела была мягче здешних матрасов. И все-таки… - Я почти счастлива, - сказала Кэндис достаточно тихо, чтобы спорившие о чем-то неподалеку Бет и Карл не смогли ее расслышать. – Настолько, насколько это возможно теперь. Кэрол улыбнулась. Своей мягкой, бесконечно доброй улыбкой. Кэндис не могла знать наверняка, но для себя решила, что видит в ней именно то, что именуют материнской любовью. Надо бы сказать Кэрол, как много она для нее значит, как только представится подходящий случай. Почти два часа девушка убила на то, чтобы счистить корку крови, покрывавшую практически всю стену в камере Ти-Дога. Орудуя одновременно ножом и тряпкой, некогда бывшей рукавом ее ветровки, она старательно наводила здесь чистоту. С Ти-Дога причитается. Лори достала костыли для Хершела и вся компания отправилась во дворик на прогулку. Кэндис же, твердо вознамерившись не сдаваться, продолжила уборку, перекочевав теперь в камеру Гленна и Мэгги. Устав от давящей тишины, она принялась насвистывать первую пришедшую на ум подзабытую мелодию. Вот чего им не хватало, так это музыки. Жаль, что гитару они бросили на ферме. К бодрому свисту прибавился еще один голос: хриплый, невнятный, абсолютно лишенный слуха. Кэндис высунула голову из проема и едва не заорала, вовремя сунув себе в рот кулак. Кряхтя, в коридор лениво вполз ходячий. На какую-то безумную секунду Кэндис показалось, что это Гленн – мужчина невысокого роста был в штатском. Сгнившие губы обнажали корявые зубы, жадно клацнувшие, как только Кэндис шумно вздохнула, выдав свое присутствие. И по воле небесного рока, под рукой не оказалось пистолета. Она безалаберно оставила его в камере перед началом отмывания кровавых разводов. Ходячий уже шел прямиком к ней, закрывая собой весь обзор. Кэндис налетела на него, загнав клинок в глазницу, высвободила свое оружие из черепа трупа и понеслась к выходу. Откуда мертвец здесь, да еще и одет, как гражданский? У дверей сгрудились трое ходячих. Только один из них – заключенный. Кэндис окончательно потеряла нить происходящего. Тот, что оказался ближе всех, норовил схватить ее за руку, но девушка зайцем скакнула в коридор и помчалась по темным закоулкам, делая огромные прыжки. Как же все остальные? Где они, что с ними? Откуда-то с потолка полетел заунывный вой сирены. Гудки и не думали прекращаться, вопя достаточно громко, чтобы звуки могли услышать мертвецы из самой Атланты. Недоумение переросло в панику, а рычащие за спиной ходячие только добавляли масла в огонь. А день начинался так радужно. Налево, направо, снова направо… Где-то здесь должен был быть еще один выход наружу. Но за коридором открывался путь только в еще один коридор. И темно, опять чертовски темно! Подскользнувшись на мокром полу, Кэндис упала на спину, больно ударившись затылком и выронив нож. Столкновение с полом сработало подобно хорошей оплеухе, выбивая из нее всю дурь вместе с истерическим припадком. Нужно собраться. Кэндис осторожно ощупала поверхность под собой. Причиной падения оказалась большая лужа вязкой крови. Видимо, свернулась уже давно. Рядом покоился неподвижный труп с расквашенной головой. Ее занесло в корпус, который зачищали Рик с ребятами несколько дней назад. Воспользовавшись подаренной форой, ходячий быстро покрыл разделявшее их расстояние и прижал трепыхающуюся Кэндис к стене. Она уперлась руками в его плечи, силясь оттолкнуть от себя зловонную пасть. Через пару мгновений подоспеют его друзья и поминайте как звали. Подпитываемая животным стремлением жить, Кэндис впилась пальцами в волосы ходячего и с силой притянула его к себе, уворачиваясь и впечатывая противника лбом в бетон. Брутально раскрошить его череп не удалось, зато девушке была предоставлена полная свобода движений. Попытка подобрать нож потерпело полное фиаско – медлительные преследователи достигли, наконец, цели и отрезали ее от того места, где валялся клинок. Перепрыгивая трупы, Кэндис продолжила свою эвакуацию из здания. Убедившись, что ходячие вновь отстали, она притормозила и завертелась на месте в поисках хоть какого-нибудь сносного оружия. Под ногами у нее вытянулся мертвый заключенный. Вряд ли у него в кармане отыщется дробовик или ледокол. Ловко стянув с трупа тяжелый ботинок, Кэндис завернула за очередной поворот, прижимая трофей к груди. Только сейчас она подумала о том, почему не вернулась сперва в камеру за пистолетом. Да как она вообще до сих пор жива, если там, где у всех людей расположен мозг, у нее только опилки. Самокопание было прервано мертвецом, внезапно перегородившем дорогу. Прежде, чем ходячий сообразил, что перед ним потенциальная закуска, на его темя опустилась подошва сапога. - Умирай, умирай же, - залепетала Кэндис, судорожно колотя заключенного ботинком. Он повалился на пол под градом ударов, свирепо ворча и отмахиваясь от нее покрытыми струпьями руками. С громким чавкающим звуком ботинок проломил череп несчастного и погрузился в суп из внутренностей. Кэндис почувствовала, как поднимается к горлу ее завтрак и отвернулась, дабы ее вывернуло наизнанку не на бедолагу с торчащей из головы обувью. Вытирая губы дрожащей рукой, она уловила краем сознания, как оседает на пол. Слева, в конце коридора, сияло белое пятно. - Давай, бабочка, лети на свет, - просипела она, заставляя себя подняться. Ботинок пришлось прихватить с собой. Мало ли, что там, за дверьми. За ними была узкая лесенка, очередной дворик и несколько ходячих. Крыльцо, огороженное сеткой, представилось идеальным местом для небольшого отдыха. Кэндис прислонилась спиной к холодной металлической двери и обняла руками колени. Благо, створка захлопнулась хорошо и те ходячие, у кого еще пару минут назад были неплохие шансы сожрать ее, остались заперты в корпусе. Думать о том, что могло произойти с остальными страшно. Одноногий Хершел, пугливая Бет, Лори со своим пузом – они-то как будут защищаться? Кэндис встрепенулась, неожиданно поняв, что-то изменилось. Проклятые сирены заткнулись. Хороший знак. Наверное. Выйдя из оцепенения, она огляделась, стараясь представить себе собственное примерное местоположение. От крыльца до забора не больше десяти метров. Выставив ботинок перед собой, как световой меч, Кэндис распахнула дверь, врезала первому ходячему ногой в челюсть, соскочила со ступенек и ринулась к ограждению. Отправив сапог в голову ближайшему трупу, девушка взлетела по сетке вверх, словно ящерица, и сиганула на землю, взметнув в воздух облачко пыли. Проволока оцарапала ей живот и руки, а от жесткого приземления по всему телу прошелся ток. Но зато время, пока она лежала неподвижным кулем, соскребая остатки сил и мужества, чтобы подняться, никто не напал на нее. Все мертвецы здесь были убиты. Никогда Кэндис так не радовалась трупу с торчащей во лбу стелой. Сгруппировав свою тушку и оторвав ее от земли, она поскакала ко входам в блок «С». У дверей стояли Бет и Хершел, вроде весьма целые. Перед ними замер, размахивая руками, Рик, рядом топтались Гленн с Дэрилом и выжившие заключенные. Для приличия пора бы ей узнать их имена. - Они еще не вернулись? А Кэндис? В корпусе ее не было. - Сюда она не дошла, - ответила Бет. - Думаешь, ее в коридорах накрыли? – подал голос Дэрил. - Слишком быстро списываешь со счетов! – Все головы моментально повернулись к ней. – И почему так бесстрастно? Ты бы хоть изобразил скорбь об утрате, что ли. Рик облегченно выдохнул. Диксон принялся вертеть ее во все стороны, выискивая царапины. Как тогда, в ночь после побега из дома Хершела. - Ай, Дэрил, мне не нужен медицинский осмотр, - шикнула Кэндис, - мне нужны объятия и слова в стиле «Все уже закончилось, теперь ты в безопасности». - Это что? – строго спросил он, указывая на кровоточащие ссадины, коими был усеян живот девушки и внезапно нахмурился, заметив, что в руках у нее пусто. – А чем ты защищалась? - Я лучше оставлю это для мемуаров, - после короткой паузы отозвалась она. - Мэгги! – взвизгнула Бет, стискивая плечо отца. Одного взгляда на бледную Мэг и низко опустившего голову Карла было достаточно, чтобы сердце Кэндис остановилось, а по спине пробежал холодок. В ее руках был ребенок. Что произошло стало ясно, когда Лори не вышла следом. Словно в тумане, она наблюдала, как Гленн бросается к Мэгги, прижимающей к себе пищащий сверток, а Рик валится на землю, впиваясь руками в волосы. - Нет, нет, нет… Кэндис сглотнула. Как же так могло случится-то? Это же был просто день, просто очень хороший день. Стоило спросить, что вообще стряслось, как ходячие попали в тюрьму и кто включил сигнализацию. - Дэрил, - севшим голосом пробормотала она. – Дэрил, а где Ти-Дог и Кэрол?