Слушай своё сердце

      — Эй, Кагеяма! — Громкий голос Танаки буквально вырвал из раздумий и заставил остановиться. — Ты куда? Тренер Укай всем же сказал, что спортзал на сегодня баскетболисты выпросили — у них там какой-то дружеский матч.       — Не знал.       Кагеяма вздохнул и даже не расстроился, играть сегодня он точно не смог бы.       — Вали домой, а завтра с утра, чтоб как штык. Не забыл? Мы едем в Токио! — Танака не изменял самому себе. — Размажем «котов» по всей площадке!       Кивнув, Кагеяма сменил направление и заторможено двинулся по привычному маршруту.       Но даже родные стены не помогли: он так и не смог распрощаться с охватившей рефлексией. Привычно отметив отсутствие родителей, проглотив какое-то горячее месиво, разогретое в микроволновке, Кагеяма поднялся к себе в комнату.       Рассеянно двигаясь-раздеваясь, он зашёл в ванную и включил воду. Прохладные струи облегчения не принесли, зато немного охладили горячую голову и безумные мысли. Чтоб тебя! Переступая через бортик ванны, Кагеяма чуть не навернулся от изумления.       Вцепившись для устойчивости в раковину, он поднял правую ногу и, уставившись на щиколотку, пристально изучил татуировку: низко опустив голову, раскрыв острый клюв и хищно изогнув когти, чёрный ворон, заведя распахнутые крылья за спину, казалось, вот-вот сорвётся с предназначенного ему места.       Горячая волна радости смыла все сомнения и размышления по поводу нелепости прошедшего дня. Хината. Да! Но в следующую секунду дикая паника захлестнула Кагеяму, отказывающегося верить цифрам: «Как же так?!»       А цифры не врали, молча издеваясь над замершим в ужасе соулмейтом обратным отсчётом времени. Всю радость от неожиданно обретённой пары перечеркнули эти невероятные цифры. Две недели.       Боги! Как он скажет об этом Хинате?!

***

      «С ума сойти! Обалдеть! Но… Что-о-о?!» — Хината замер, ошеломлённо разглядывая татуировку на левом запястье.       Широко распахнувший крылья ворон, практически создавая над гордо вскинутой головой корону из маховых перьев, распушив хвост и угрожающе выставив когти, всем свои видом демонстрировал агрессию и превосходство.       Татушка потрясная! Если бы… если бы не время. Беспощадный счётчик однозначно указывал, что жить его паре оставалось две недели.       Ячи? Или… Кагеяма? Нет, только не это. Хината нервно сглотнул, схватил телефон и замер. Кому? Кому он должен звонить и… должен ли вообще?

***

      «Мамочки… Ой. А кто?!» — Ячи потрясённо уставилась на своё отражение в зеркале, пальцами поглаживая татуировку парящего у локтя левой руки чёрного ворона: плавный полёт, лёгкий изгиб крыльев, парочка перьев, красиво планировавших куда-то вниз.       Картинка ей понравилась, да и судьбоносные цифры оказались не такими уж страшными. Во рту пересохло, зато глаза вновь наполнились слезами, когда Ячи осознала, что мучиться неопределённостью придётся до завтра. Но этот день настолько оказался переполнен событиями, что добивающий каскад впечатлений одним щелчком вырубил эмоции: словно кукла, Ячи закончила умываться и молча, не проронив ни слезинки, добрела до кровати, закуталась в одеяло и уснула.

***

      «Не может быть!»       Глаза Ямагучи вспыхнули, но тут же печально потухли.       Вывернув под невообразимым углом шею, он разглядывал в зеркале отражение сидящего на ветке ворона, немного расправившего — будто встряхиваясь — крылья, и с какой-то надеждой вскинувшего голову вверх.       Татушка весьма органично смотрелась между лопатками, а её мерцание заставляло Ямагучи улыбаться сквозь слёзы. На время он не обратил внимания — единственный раз кинув взгляд на счётчик и убедившись, что всё в порядке, — просто выбросил из головы дату, озадачившись проблемой посложнее. Романтик по натуре, подверженная сиюминутным порывам, Ямагучи давно и основательно изучил вопрос соулмейтов «от» и «до». Ячи, его дорогая Ячи — и это замечательно! Но… первым был Хината.       Сдержать слёзы Ямагучи не пытался, хотя и понимал, что надежда ещё оставалась. Надежда на то, что Ячи и Хината не соулмейты. А если всё окажется не так радужно (Ямагучи с силой потёр глаза, стараясь выкинуть пораженческие мысли из головы), тогда он обречён влачить жалкое существование «лишенца» — именно так общество окрестило неудачников, встретивших свою половинку слишком поздно.       Связь соулмейтов прочно образовывала невидимые нити единения душ, чувств, мыслей… Но быть единственной родственную душу никто не обязывал. Случалось и так, что в существование устоявшейся пары вторгалась другая «пара», опоздавшая встретить свою половинку и не способная создать связь. Разумеется, преимущество получали первые, потому упустивших своё счастье и называли «лишенцами» — грубо, примитивно, но отражая суть.       Сколько отзывов на данную тему он прочитал, сколько раз удивлялся и надеялся, что с ним такого никогда не произойдёт! И вот, поди ж ты. Ямагучи тихо вздохнул.       Завтра. Всё решится завтра.

***

      Ранним утром на знакомом перекрёстке Хината с Кагеямой так и не встретился. Он не знал, какое чувство его сейчас больше захватывает — разочарование или облегчение. Хмыкнув и печально улыбнувшись, Хината вдавил педали и помчался навстречу новому дню.       Школьный двор в предрассветной тишине пульсировал эхом голосов и мерным рокотом автобуса, куда карасуновцы дружной толпой запихивали вещи.       — Привет, Хината! — помахал рукой Нишиноя.       Остальные тут же обернулись и приветливо разулыбались. Кроме Кагеямы, который, угрюмо набычившись, тяжёлым взглядом провожал каждое движение Хинаты. Ну и чёрт с ним! Хината надулся. Но его мгновенные перепады в настроении давно уже никого не удивляли. Нахмурившееся «солнце» вызвало лишь снисходительные смешки и пожелания поторопиться.       Странно, Ячи нигде не видно. А, нет! Вот она: стоит позади автобуса и вопросительно смотрит. Припарковав велик, Хината быстрым шагом направился к ждущей его девушке.       — Утречка, Ячи! — Он невольно покраснел, вспомнив вчерашнее.       — Привет, — тихим голосом отозвалась та.       — Знаешь… Ты не обижайся, но я хотел бы у тебя ещё раз попросить прощения и…       — Хината, — Ячи его неожиданно перебила, — смотри.       Она закатала рукав чуть выше локтя на левой руке. Хината потрясённо уставился на татушку-ворона. Всё-таки Ячи. Сердце зашлось рваным ритмом в несогласии, но разум упрямо предъявлял факты.       — Ты… я… — Хината отогнул манжету и протянул руку запястьем вверх, демонстрируя своего ворона.       Ячи не менее потрясённо смотрела на тату Хинаты и понимала, что вот оно — то самое, о чём мечтает каждый, но… хотелось плакать, а не смеяться от счастья. Так они и стояли, пока заинтересовавшийся Танака не подлетел к ним и не заметил татушки.       — У-у-ваууу!!! Наро-о-од! Обалдеть! — Танака буквально вскипел восторгом. — У нас тут парочка образовалась!       В следующее мгновение Хинату и Ячи обступила вся команда, потрясённо разглядывая мерцающие картинки. Со всех сторон посыпались поздравления. А новоявленная «парочка», молча краснея, украдкой друг от друга выискивала…       Ячи заметила бледного Ямагучи практически сразу, но он тут же отвёл взгляд, быстро вскочив на подножку распахнутой двери автобуса. Куда делся Кагеяма, Хината так и не понял, поэтому оценить его реакцию не удалось.       А Кагеяма, сходя с ума от бури эмоций, забрался на заднее сидение автобуса и лбом прислонился к прохладному стеклу. Рядом послышался невнятный всхлип. Кинув взгляд в сторону, он заметил прикрывшего лицо руками Ямагучи. Понятно, не одному ему сейчас хреново. Вот только… почему? Почему так получилось?! Внезапно Кагеяма вспомнил, что где-то что-то слышал о подобных случаях. Забыв о Ямагучи, он вытащил телефон и дрожащими пальцами стал набирать запрос.       Лучше бы он этого не делал. Сказать, что искомый ответ его «убил», значит, ничего не сказать.

***

      Их усадили рядом. Нишиноя и Танака до сих пор не могли успокоиться, наседая с глупыми вопросами «что да как». В конце концов, угомонить второгодок помог Савамура, грозно рявкнув и снискав поддержку со стороны Укая и Такеды.       Оставшееся до Токио расстояние Хината и Ячи по-прежнему молчали, время от времени пересекаясь взглядами и жутко краснея. Но в мыслях… Каждый из них мыслями был где угодно, только не рядом с обретённым соулмейтом.       И лишь Хината, отметив, что они практически доехали, внезапно вспомнил про дату. Ячи! Нет, он сделает всё возможное, но не позволит случиться… А вот рассказать-предостеречь он так и не решился — просто не знал, каким образом сообщить об этом.       Рука Хинаты непроизвольно накрыла расслабленно лежавшую на колене ладошку Ячи, та вскинулась, но руку не убрала, неуверенно сжав твёрдую и влажную ладонь Хинаты в ответ.