Космическая сказка

На следующий день Ричард первым делом прошерстил все социальные сети в надежде узнать новости о вчерашнем происшествии, но, как ни странно, толком ничего не нашел. Всего-то несколько сообщений длинной в два-три предложения, сухих и коротких, как полицейская сводка. Возможно, он просто преувеличил значение этого инцидента… — Юноша, Вейзель не может вас найти уже около десяти минут, — раздался голос над ухом, и Дик едва не подпрыгнул от неожиданности. Он-то, собственно, рассчитывал, что в этой подсобке в боковой части ангара его никто не найдет. Однако Алва, с самого утра явившийся помогать с приготовлениями (то есть на деле язвить по поводу и без да раздавать указания), конечно, не понимал значения выражения «не лезть не в свое дело». — Сейчас подойду, — отозвался Ричард и неохотно поднял взгляд на Рокэ. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, точнее, Ричард смотрел на Рокэ, а Рокэ — на стену позади Ричарда. — То, что было вчера в клубе… В Интернете почти ничего не написано, — наконец осторожно начал Дик. — И? Приподнятая бровь не внушала особой уверенности, но Дик все же продолжил развивать свою мысль: — Можно предположить одно из двух: либо происшествие никого не заинтересовало, либо кто-то позаботился о том, чтобы… Чтобы оно никого не заинтересовало. — Хм, юноша, а вы, оказывается, умеете мыслить логически… Дальше? — Ну, это, конечно, ни на какой там теракт не тянет, но вряд ли здесь каждый день стреляют в клубах, — Рокэ молча кивнул головой, — значит, второе. Из этого вывод, что и в наши дни прессу можно запугать, или купить, или… — Вот зря я вас похвалил, — резко перебил Алва, — из вполне адекватных соображений вы почему-то делаете потрясающе неуместные выводы. Вы что, активист движения «За объективную журналистику»? Или так, штатный борец за справедливость? — Разве речь шла о моих убеждениях? По-моему, о деле, — огрызнулся Дик. — К тому же, раз уж на то пошло, бороться за справедливость — весьма почетно и достойно, а тут явно что-то нечисто. Обвинят во всем того парня, а ведь он явно действовал не по собственному желанию. Существует еще кто-то, кто дал ему поручение и теперь заметает следы, а его-то искать не собираются! — Какое рвение! — театрально восхитился Рокэ. — Да, кто-то влиятельный не хотел этот случай, скажем так, светить. И кстати, есть вероятность, что это связано со мной, а вовсе не с вами, как вы наверняка уже успели подумать. — И передумал. У меня нет ничего такого, а что касается вас… Признаете, что у вас есть секреты? — Не всем же ограничиваться «ничего такого», юноша. — Почему вы согласились лететь? — внезапно сменил тему Ричард, вставая с кучи коробок, на которой сидел, и стараясь понять реакцию Рокэ. Тот лишь неопределенно пожал плечами. — Неужели скажете что-то вроде «захотелось»? — несколько разочарованно фыркнул Дик. — Такие, как вы, ничего не делают просто так. — А вы у нас еще и знаток человеческих душ? Когда только выучились… Допустим, вы правы. — Вы согласились после того, как услышали, что я собираюсь на Талиг! Что вы про него знаете? — И снова поразительная проницательность. Однако прежде, чем вы сделаете выводы в вашей изумительной манере, вынужден разочаровать: не более, чем вы или даже менее. Признаю, о существовании Талига я узнал не от вас, но раньше он меня как-то мало занимал. Люди вольны делать, что им вздумается, и зачастую меня это не касается. — А теперь, значит?.. — Сбавьте обороты, юноша, если, конечно, не планируете сообщать о ваших проблемах всему космопорту. Действительно, теперь заинтересовал, поскольку в связке со Штанцлером дело принимает любопытный оборот… Впрочем, дискуссия окончена, господин Вейзель вас уже заждался, — резко оборвал сам себя Рокэ. — И дайте-ка сюда ваши координаты, должен же я разобраться, куда нас черт понесет. Ричард протянул Рокэ флешку. Тот несколько секунд покрутил ее в руке и ушел, оставив Дика анализировать их разговор в одиночестве. Хотя и анализировать толком нечего: новых вопросов больше, чем ответов. Рокэ издевается, Рокэ что-то недоговаривает, но Рокэ, в отличие от Дика, хотя бы уверен в том, что делает, и это успокаивает. Пока Алва ковырялся в информации на флешке, Ричард успел решить вопросы с главным техником, в очередной раз поспорить с Эмилем и вернуться в подсобку, которую решил определить свои временным пристанищем для передышек. Там-то Алва нашел его и во второй раз, но пришел уже не один, а с Лионелем. — Вот что я вам скажу, юноша: мы влипли в довольно скверную историю… — «Мы»? — Ричард попытался приподнять бровь, как это делал Рокэ, но безуспешно. — Мы теперь в одной лодке, капитан. В прямом и переносном смысле сего выражения. Я просмотрел все базы данных, — Алва вроде бы перешел к сути, но тут же усмехнулся в своей обычной манере, — те, во всяком случае, которые мне удалось взломать за полчаса, — Дик на этом месте подавился воздухом, однако нашел в себе выдержку промолчать, — и ни в одной не нашел планеты Талиг. — Разве такое может быть? — удивился Ричард. — Впрочем, — тут же начал рассуждать он, — Внешний космос изучен мало, данных о нем недостаточно… Но координаты же не господин Штанцлер придумал! Как минимум… — … в базе его центра они должны быть, — закончил за него Лионель. — Именно. Мы тоже так подумали и кое-где покопались. Проблема лишь в том, что базы данных у этого центра нет. — В каком смысле? — В прямом. База исследовательского центра «ARC» была удалена якобы из-за хакерской атаки и сейчас находится в процессе восстановления. Хотя бы центр действительно существует, что несколько утешает, и им действительно руководит Август Штанцлер, но есть одна интересная деталь. Он является частью некой «Aldo Racan Corporation», которая зарегистрирована в Буркина-Фасо — это африканская страна категории С, если вы не знали — и занимается, представьте себе, поставками «строительных материалов» на Марс. — Строительных материалов? На Марс? — удивленно переспросил Ричард. — И какое отношение это имеет к исследованиям во Внешнем космосе? — Вероятно, хобби успешного бизнесмена, — скривился Лионель. — Хотя что-то меня берут сомнения… Вы ведь знаете, капитан, что такое «страны категории С»? Ричард кивнул. О том, что «категория С» — эвфемизм для обозначения стран, где образовались особо благоприятные условия для сомнительных предпринимателей и не слишком добросовестных налогоплательщиков, упоминал один из преподавателей в Академии. После занятий, разумеется. — Прикрытие, — Рокэ на мгновение прикрыл глаза и провел по ним руками. — Если предположить, что они и вправду проводят какие-то эксперименты, то на этот Талиг постоянно нужно возить оборудование или что-то подобное, а через Марс — идеальный вариант. Итак, капитан, вы все еще хотите лететь на Талиг? Ричард ответил не сразу, переваривая новую информацию. Здравый смысл подсказывал, что все это смахивает на аферу планетарного масштаба, но ведь он сам говорил, что нужно добираться до сути и восстанавливать справедливость! — Да, — Дик вложил в ответ всю уверенность, которую смог собрать. И, немного подумав, добавил: — Я не верю, что господин Штанцлер меня обманывал или использовал. — Верить людям — потрясающее качество, юноша. Но иногда смертельно опасное, что часто случается с вещами потрясающими… И что же такого сказал вам Штанцлер, что вы сломя голову бросились выполнять его поручение? — Это личное, — Алва не должен знать. Дик даже папку «Частное» переписал на свой ноутбук, удалив с исходной флешки. — Я просто чувствую, что должен это сделать. — Изумительный довод. Что ж, дерзайте, — усмехнулся Рокэ, а Лионель доставал из кармана 3D проигрыватель, щелкнул кнопкой, и в подсобке появилась карта сектора F-4 Внешнего космоса. — Талиг находится здесь, — Савиньяк указал на точку в пространстве, — как видите, согласно официальной карте здесь нет ничего, похожего на планету. Однако же звезда неподалеку есть, и, чисто теоретически, вокруг нее может вращаться планета земного типа. — То есть придется выяснить все на месте, — подытожил Рокэ. — Спасибо, — машинально произнес Ричард. — Благодарить будете Штанцлера, — фыркнул Рокэ, уходя, но вдруг остановился и произнес неожиданно серьезно: — Вас отправили в место, явно не предназначенное для чужих глаз. И либо Штанцлер верит в вашу лояльность, в чем лично я сомневаюсь, либо попросту обратный билет для вас не предусмотрен. Алва скрылся за дверью, а Ричард опустился на коробки, закрыв лицо руками. В то, что господин Штанцлер мог желать его гибели, все равно не верилось, но и Рокэ по-своему прав. Вначале простая и понятная, миссия превращалась в странную игру, правила к которой Ричарду то ли забыли объяснить, то ли вовсе не собирались. Однако отступать поздно: теперь разобраться во всем — дело чести. А Рокэ… Возможно, и от него будет польза. Среди множества дел и тяжелых мыслей день пролетел незаметно, и Ричард с чистой совестью и парочкой камней на душе вдохнул воздух ночного космопорта. Выйдя на взлетное поле, он мог любоваться то вытащенным наконец из ангара «Вепрем», то огоньками где-то вдалеке. Привычно, а оттого умиротворяюще. Пока по ночам в городах ярко горят фонари, вывески и светофоры, с миром ничего не случится. Дик с горечью подумал о полученном час назад сообщении от матери. У любого нормального человека весть от родителей вызовет радость, но так уж сложилось, что «нормальный» — это не про него. С самого детства. А сухие слова Мирабеллы Окделл, гласившие, что он, Дик, может и не возвращаться, раз улетел без ее благословения, вызывали желание выть на луну. Можно было, конечно, позвонить Айрис, она бы, пожалуй, даже поддержала, но Ричард не хотел сейчас общаться с родственниками. Это всегда — даже с сестрами — было хождением по минному полю, когда нужно взвешивать каждое движение, а у него не то настроение. — Какой на этот раз повод для страданий? — разумеется, Рокэ, кому бы еще в голову пришло… — Я думал о том, что в городе следует выть на фонари, а не на луну, — невпопад брякнул Ричард. И сразу, непроизвольно: — Моя мама меня ненавидит. — Ну, вряд ли совсем уж ненавидит… — Рокэ подошел ближе. — Просто считает, что вы должны вести себя по-другому. Раз уж мы играем в метафоры… Знаете, что такое бронежилет? Такая защита от огнестрельного оружия, довольно громоздкая штука, — Алва несколько секунд помолчал, а затем продолжил: — Умение не принимать близко к сердцу многие вещи или не обращать на них внимания вовсе — как бронежилет. Поначалу очень неудобно, а затем привыкаешь. И иногда фонари — это всего лишь фонари, Ричард. — Значит, вам нравится большой город? — И да, и нет. Видите ли, здесь мы сами выбираем, стоять нам в тени или под фонарем, а там, где светит только луна, ничего не зависит от наших желаний. — Что вы имеете в виду? — Я имею в виду лишь то, что я сказал, Ричард, — усмехнулся Рокэ. — А просто ответить, да или нет, вы совсем не можете? — Могу. Только зачем, если вы все равно решили, что да. Рокэ исчез в темноте так же быстро, как и появился, а Ричард смотрел на фонари и разгадывал новую загадку. И да, в отблесках фонарей ему виделась насмешливая и красивая улыбка Алвы.