Принц и нищий

– Я не могу так просто уйти! – взволнованно зашептал он, оглядываясь на проходящих мимо людей. – Там Джош. Я знаю, что он будет ждать, когда я приду. Я каждый день появлялся у них, и он всегда встречал меня, а я приносил ему что-то с фабрики. Игрушечного цыпленка в опилках, интересную деревяшку, похожую на дракона. Он встречал меня, он ждал моего прихода, у нас даже приветствие собственное есть! И теперь она просто не пускает меня хотя бы все объяснить и попрощаться! Как я могу просто бросить его и уйти? Дженсен оттащил его за угол и крепко сжал пальцами плечо. – Мы что-то обязательно придумаем, Миш. Не может быть, чтобы нельзя было попасть к нему. Вы должны увидеться, я понимаю. Миша согласно закивал, то и дело поглядывая назад, в сторону палаты. – Но как? Саманта, я так думаю, там постоянно. Скорее всего, она до самой ночи остается с Джошем в палате. Как мне попасть к нему? Дженсен внезапно ощутил, что внутри словно резко взорвалось что-то яркое, как конфетти и резкое, как конфета-шипучка. Глядя на Мишу, ему хотелось совершить какое угодно сумасбродство, пойти на какой угодно отчаянный шаг. Только бы он сделал то, что ему так было нужно, только бы вновь улыбался так светло и легко, как при их первой встрече. Он чуть склонил голову и заглянул в ставшие темными серо-синие глаза: – Ее нужно вызвать из палаты, как-то отвлечь… – произнес он, – к телефону, к посетителю, куда угодно. Так, чтобы она какое-то время находилась в коридоре, а ты проскользнул в палату. Миша внимательно посмотрел на него, потом обратно в коридор. Оттуда продолжал доноситься голос Саманты, говорившей со всецело поддерживавшей ее женщиной-полицейским: – Никаких мужчин, Гвэн. Даже своего мужа не подпущу к нему. Филипп только еще хуже сделал, когда пришел навестить его – начал говорить о погибшей собаке, обещать купить другого ротвейлера… – Ублюдок! – в ответ на последние слова Миша ударил кулаком по стенке. – Сам же завалил ни в чем не повинного пса, а теперь… Дженсен осматривал помещение, стойку ресепшена, наблюдал за проходящими мимо людьми в белых халатах и посетителями. – Даже если мы сможем отвлечь Саманту, остается еще она, – Миша кивнул в сторону женщины в полицейской форме, как гора, высившейся над небольшой ростом Самантой. Дженсен ощущал, как в груди взрываются огоньки и будоражат голову похлеще пузырьков шампанского. В присутствии Миши его явно тянуло на подвиги. – Только не сочти меня сумасшедшим… – начал он, но, обернувшись и встретившись взглядом с Мишей, едва не прыснул от смеха, – хотя кому я это говорю… Миша сам едва сдержал ухмылку. – Ну? Давай! Я буквально вижу, как черти в твоих глазах устраивают фейерверки! Колись уже, что надумал? Дженсен хитро прикусил губу и оттащил Мишу еще дальше в сторону, чтобы их не было видно от палаты Джошуа. – Только не падай в обморок, – предупредил он, – у меня есть вполне правдоподобный костюм полицейского… Как-то на корпоративе был маскарад… Он ожидал, что Миша сейчас фыркнет, покрутит пальцем у виска, но тот неожиданно продолжил за ним. – А у моего друга – ролевика есть прекрасные женские парики и куча разных костюмов. От медсестры до уборщицы… – Миша с намеком поиграл бровями. – Никаких мужчин? Мужчин и не будет. Они посмотрели друг на друга и, поняв, что оба готовы заржать в голос, отвернулись в разные стороны, давясь от смеха. – А что? – прикусив губу, пожал плечами Миша, – самая незаметная роль. Уборщица. Медсестра. Короче, любая женщина, которую не заподозрят. – Ты доведешь Джоша до истерики! – Дженсен с трудом дышал, то и дело прижимая ко рту кулак и зажмуриваясь. – Ну Миша, ну… Тот схватил его за рукав и поволок прочь из больницы. – У приятеля наверняка и полицейский есть. Мы с тобой, как уже выяснили, одного размера. А я не раз помогал ему – участвовал в их постановках. Так что основные костюмы знаю, и мне они точно придутся впору. Он вытащил из кармана телефон и принялся звонить другу, объясняя, что именно и как быстро ему нужно. Минут через десять общения они назначили встречу с приятелем Миши в сосновом лесу, окружавшем больницу. А еще через пять поставили машину за стеной из высоких кустов можжевельника, спрятав ее от посторонних глаз. Вскоре на шоссе напротив того места, где они назначили встречу, остановился ярко-желтый Фольцваген Жук, мигнул фарами и затих. Из-за приоткрывшейся дверцы появилась копна рыжих волос, потом мелькнула шляпа полицейского, потом еще что-то темное. И, наконец, к ним, удерживая в руках ворох одежды, направилась невысокая рыжеволосая девушка. – Чарли! – тут же радостно кинулся к ней Миша. – Ми-и-и-ша! – так же восхищенно пропела та. – Вот уж не ожидал тебя здесь встретить! Дженсен удивленно вскинул брови. – Это и есть твой приятель? – спросил он. Миша, продолжая обнимать подругу, довольно кивнул. – Чарли по девочкам, поэтому говорит о себе в мужском роде, пусть тебя это не смущает, – засмеялся он, – и заставляет меня говорить всем, что я дружу с парнем. Чарли тут же прописала мимо Дженсена, окинув его быстрым оценивающим взглядом. – Привет, сучка! – довольно ухмыльнулась она. – Это ты тут полицейского изображать будешь? Дженсен застыл со вскинутыми вверх бровями, пока в него не полетел костюм. – Меряй. На единорога налезет, значит, на тебя тоже. Ты такой же, как он по фигуре. Дженсен едва успел поймать летящую в него шляпу. – На кого налезет? – пробормотал он. – На единорога, – Чарли ткнула пальцем в Мишу, – он у нас в кугуруми единорога спал в палатке, пока мы Властелина колец по ролям разбирали. Поняв, что вопросы задавать себе дороже, Дженсен огляделся по сторонам в поисках кустов или какого-никакого укрытия. – Ты че, меня стремаешься что ли? – насмешливо воскликнула Чарли, – если у тебя есть что-то, чего я не видела, сдай это в нашу кунсткамеру! Закатив глаза, Дженсен молча расстегнул и снял с себя пиджак и костюмные брюки. – Рубашку снимай, нужна белая футболка, – придирчиво осмотрела его девушка, – напяливай вот ее, эту рубашку и брюки. Так. Держи пояс, тактический ремень, ботинки. И не вздумай для пущего эффекта расстегивать кобуру – там игрушки, настоящего оружия тебе никто не даст. Дженсен натянул на себя все полученное, застегнулся, затянул пояс, исследовал ремень с кобурами и шевроны. Нахлобучил на голову шляпу. – У вас прямо все как настоящее! – присвистнул он. Поднял голову, чтобы осмотреться и тут же сложился пополам от смеха. Чуть в сторонке стояло непонятное существо в сером платье до середины икр, каштановом парике и светило синими хитрыми глазами Миши. – Что это? – Дженсен не выдержал и ткнул в существо пальцем, продолжая истерически хохотать, – не хватает швабры и ведра. – Как это – не хватает? – Чарли кивнула в сторону машины и обхватила руками Мишу, завязывая ему на талии светлый передник. – Все у нас есть! Миша натренированным движением поправил падающие на лоб волосы, вызвав очередной приступ смеха Дженсена. – Чего ржешь? – удивленно вскинула на него взгляд Чарли. – Миша и не такое у нас играл. Она порылась в небольшой сумочке, извлекла на свет божий пластиковую косметичку и принялась старательно накладывать на лицо Миши макияж. – Уж терпи, придется много тоналки брать, – рисуя стрелки на веках и высунув от усердия язык, произнесла она, – хорошо еще, хоть побрился. На щеке еще синяки остались, да и под глазами круги. Она обернулась в сторону Дженсена и недовольно ткнула в него спонжем. – Это ты ему спать не даешь? Ты, конечно, смазливый мальчик, даже я могу отметить. Но не надо загонять и себя и его, – она сунула в рот кончик ватной палочки и отвернулась, поправляя неудачный мазок подводкой. Дженсен изумленно застыл, глядя на копну рыжих волос. Ну и девчонка! Чарли старательно прошлась по губам Миши помадой. – Повезло тебе, что у тебя форма икр красивая, – наконец оглядела она свое творение, – и ноги не больно волосатые. А то без колготок не обошлось бы! Сейчас туфли достану. – Только не говори, что у вас и женские туфли большого размера есть! – едва не загоготал Дженсен. И тут же наткнулся на серьезный взгляд Чарли. – Солнышко, ты не понимаешь, да? У нас все есть! Если у нас мужчины женщин играют, то не в тапочках же им ходить! И туфли есть и даже на каблуке. – Каблука точно не надо! – профессионально чмокая губами для ровного распределения помады, помахал рукой Миша, – я себе на них точно щиколотки посворачиваю! Одетый в форму полицейского Дженсен привалился к стволу дерева, оглядывая словно на рисунке, слой за слоем проявляющуюся перед ним женщину неопределенных лет, пол-лица которой закрывал густой каштановый парик, лицо было умело и неярко накрашено, серое форменное платье с передником сидели свободно, не сильно подчеркивая линии фигуры, а на ногах красовались закрытые светлые туфли как минимум сорок третьего размера. Миша тоже осмотрел его, одобрительно поднял палец вверх и добавил: – Надень очки, темные. Лучше тебе их даже не снимать, так будет эффектнее. Дженсен хмыкнул в ответ. – Ага. И нужна настоящая дубинка. Охаживать нерадивых уборщиц! – сальный взгляд, брошенный им при этих словах на Мишу, не укрылся от Чарли. – Эй, мальчики, что-то я начинаю бояться, что весь реквизит вернется ко мне невредимым! – фыркнула она, и добавила в ответ на непонимающий взгляд Дженсена, – надеюсь, вы не запретесь потом где-нибудь в подсобке больницы и не порвете это друг на друге в клочья! Как минимум полицейский нам точно еще понадобится! Миша по-дружески обнял ее, целуя в щеку. – Чарли, я тебя обожаю! – он сжал девушку в объятиях, но та ловко вывернулась, поднимая руки ладонями от себя. – Ой, только не надо вот этого! Мало того, что ты себе весь макияж испортишь, ты еще и мне все щеки щетиной исколешь! Наконец, добавив последние штрихи, она поставила мужчин напротив себя и придирчиво оглядела со всех сторон. – Ну, если не приглядываться к твоему макияжу, а тебе не снимать очки, то вы вполне сойдете за полицейского и уборщицу, – констатировала она. – Прыгайте в машину, заедем с черного хода! Она подбросила их до самой двери и, одобрительно подняв вверх большой палец, хлопнула дверцей и умчалась прочь. Миша, подмигнув Дженсену и изобразив более чем пошлый жест языком, скрылся за дверью, ведущей в подсобные помещения больницы. Дженсен же, поправив на носу очки, отправился к центральному входу.