Уголек

Белесые пылинки плыли в лучах мягкого света, плавно огибали серые колонны и пилоны и исчезали в тенях бесконечных галерей. С бесконечной усталостью хозяин, серый и величественный, взирал на новоприбывшего. Тот встал на ноги, улыбнулся виновато. – Простите… Я вам, наверно, вконец надоел? Владыка Мандоса махнул рукой. – Ничего, привыкаю уже. Впору для тебя персональный зал заводить. Да и твои истории за гранью разумного слушать не так тошно, как объяснять какому-нибудь партизану, который жег дома, травил колодцы, убивал детей во имя своей родины, что он неправ, или дикарю из задворков Эндорэ рассказывать, где он и кто такие валар... Ладно, что у тебя на сей раз? Что съел, выпил, откуда свалился? Даже не хочу заглядывать в анналы. – Да не-е, – повеселел Юулэ, – я споткнулся. – Споткнулся? И все? И сразу ко мне? Без помощи алкоголя и скал? – Не-а, я на всякий случай вина вообще больше не пью. Просто я споткнулся, и варг меня догнал. Воспоминания, видимо, были не самыми приятными, так как эльф перестал сиять как новая монета. – А как тебе пришло в голову пешком бегать от волков? Деревьев поблизости не было? – спросил Намо, чтобы история не замерла в самом начале. – Говорят, от варгов помогает, если с ними орков нет. – Не, еще орков не хватало! – поежился Юулэ. – Я на открытый луг вышел, а твари блохастые перекрыли путь назад в лес. Оставалось только бежать… – Ясно. В кои-то века твой приход сюда не связан с некой прекрасной особой. – Как не связан?! – встрепенулся эльф. – Очень даже связан. Она с утра с Морьо и Глорьо ушла вверх по Лесной реке поискать... как их там, я прослушал. В общем, красивые такие камушки на берегу. А я недалеко от края леса орехи собирал, и тут мимо группа пограничников прошла, они сказали, что видели следы стаи варгов, и надо быть осторожнее. У меня прям сердце в пятки провалилось, и я побежал леди Малриан искать, предупредить. И не успел их найти, – вдруг он с надеждой уставился на Мандоса. – Я не хочу знать будущее, но один раз… Скажите, с ней ничего не случилось? Вы же можете! Пожалуйста! – эльф подскочил к Владыке мертвых и, если бы не был бесплотным духом, точно оторвал бы тому рукав. От неожиданности вала чуть не развоплотился, но сдержал себя. Смотреть в будущее не хотелось совершенно, и Намо, зная о невнимательности Юулэ, сперва мысленно обратился к жене за подробностями прошлого. Вайрэ подтвердила его догадки и от себя добавила, что еще один такой запрос – и она будет выпускать подробное жизнеописание некоего мориквэнди Ривиона Юулэ ежегодно в нескольких экземплярах, чтобы все желающие могли узнать что им надо и не дергали ее больше за работой. Ей и так надоело нить упомянутого эльфа то убирать на изнанку, то снова выводить на лицо. Мандос как ни в чем не бывало поблагодарил ее и вернулся вниманием к некоему мориквэнди. – Вот что, Юулэ. Беспокойство за друзей – это, конечно, хорошо. Но сначала надо было подумать хоть немного. Как люди выражаются, дурная голова ногам покоя не дает. А в твоем случае и ноги голову подводят. Так вот, если бы ты тех пограничников спросил, не встречались ли им девушка с двумя спутниками, они бы ответили, что да, встречались, вняли предупреждению и повернули вниз по реке, вглубь леса. – Слава Единому! – выдохнул эльф и, наконец, отцепился от владыки Мандоса. – Когда я могу вернуться? Вала чуть не подавился воздухом, при том, что дыханием не пользовался даже в облике Детей Эру. – Тебе самому не надоело бегать туда-сюда? Юулэ замотал головой и снова нацелился на рукав Намо. – А знаешь, – Намо пристально посмотрел эльфу в глаза. – Твое амилэссе все-таки пророческое. Сколько бы ты ни возвращался, жизнь твоя раз за разом гаснет снова, как уголек, выпавший из костра. Не принимает тебя Средиземье. Поэтому для твоего же блага предлагаю – оставайся в Валиноре. Подождешь свою возлюбленную тут, в тишине и покое. Все эльфы Эндорэ рано или поздно придут в Благословенные земли. Такова их судьба. – Это неважно, – тихо сказал Юулэ. – Я… Она еще там, и никуда не собиралась уплывать. И я должен… Я хочу быть рядом с ней. Потому что только так я… живу, что ли. Даже если вы возродите меня в Амане, я останусь мертв, я буду просто существовать, как бесполезный камень. Не знаю, как выразить это. Эх, не выйдет из меня менестреля, только посуду мыть хорошо умею. Кстати, – он гордо вскинул голову, – все-таки Средиземье не так сильно против меня возражает, ведь там я провожу больше времени, чем здесь. – Интересно, благодаря кому? – как бы невзначай заметил Намо. – Конечно, вам! – эльф включил улыбку на полную мощность. – И вы меня еще раз отпустите, правда? Пожалуйста-пожалуйста! А я всем распишу, какой владыка Мандоса на самом деле добрый и совсем не страшный. – Нет! – голос вала громом прокатился по залам. Юулэ покачнулся, но устоял. – Ты вернешься, но с условием, что никому ничего рассказывать не будешь!