Веселье с привкусом смерти

— Что, настолько нравится вспоминать нашу первую встречу? — Не то слово… — горько ответил мне Мадара. — Как будто это я виноват, мелкая! — Да, это ты виноват! — я вскочила на ноги, при этом за малым не съехав с выступа. Ни дня без крика. Хотя… Я уже привыкла. — Кто попал под какую-то фузюцу или что там, а?! — Фуиндзюцу!!! Это называется фуиндзюцу! Когда ты уже вобьешь себе это в голову, мелкая? — Ты назвал меня мелкой? Дважды? — я встала в угрожающую позу и сжала кулачки. Наверняка это смотрелось крайне иронично, иначе бы он не прикусывал губу в попытке сдержать смех. — Именно. А теперь проваливай с моего камня. — что еще за деловой тон, козявка?.. — Ты дубу дала, мелкая? Я твои мысли слышу, не забывай! Резко подавшись вперед, он схватил меня за ногу и буквально сдернул с камня. Упала я при этом на него. Губы искривились в гадкой ухмылке. Медленно наклонившись к уху, я сладко произнесла: — Ты охренел, Анутиха? — его всего аж дернуло. Ну вот, начались попытки вырваться и сбросить мое детское тело с него, но я специально вжималась посильнее, тыкаясь грудью ему в руку, которая, к слову, ну очень удачно под ней лежала. — Я, конечно, понимаю, гормоны и все такое… Для мальчиков твоего возраста это нормально, но… — начала я тоном моралиста и положила свою руку поверх его, прижимая к своему телу. — …там ничего нет. — закончила я шепотом. А Мадара покраснел. Аха, как это мило. — Т-ты… Тупая лисица, а ну слезь с меня! — заорал он и все-таки скинул меня с себя. А было так удобно… За несколько дней я привыкла спать на траве, на дереве, даже пару раз на лед занесло… Наверное, он и есть изюминка этого мира. Утка рассказал мне, что раньше это было озеро, в котором плескались две кои — белая и черная, а теперь… Ну, а теперь там лежит мое тело — под толстой коркой льда. Сколько бы я ни прыгала по нему, сколько ни била кулаками, даже Мадара свои кутоны использовал и огнем плевался — дикий какой-то… — всё без толку. Подавив пессимистичный вздох, я села и посмотрела на него — сидит до сих пор красный от смущения, хмурится. Теперь и дрожать начал. Нет, серьезно. — Да хватит уже! — крикнул он мне, не поднимая взгляда. Но я ничего не делала… — Не смотри мне в спину! Сколько раз уже говорил! — Ну ок. — я пожала плечами и отвернулась. Вот потому и мешки под глазами — нервный слишком. Его бы в наш мир, да валидольчиком напоить. А после ромашкового чая так вообще бы вставило. — Что еще за «валидольчик»? Это какое-то средство, после которого выкладываешь всю правду? — спросил он с недовольным лицом. — Хуже. После него тебя уже никакая правда не устрашит. Но в ответ он только хмыкнул и снова отвернулся к замерзшему озеру. К слову, стоит вернуться к выяснению отношений… И для понимания надо начать с самого начала. Что ж… Черных Николь, двадцать один год. Девушка с яркими рыжими волосами, что привлекает немало внимания. Прозвана также «Лиса Николь». Ранее работала на популярном телешоу «Mimerry». Хотя как сказать работала… За длинный язык меня бы там сожгли на костре другие тетеньки-свахи, а дяди, которые пришли, якобы, за невестой, ушли бы оттуда с проетым мозгом. Именно поэтому я транслировала свои профессиональные догадки через микрофон подруге-ведущей, которая их передавала в более корректном и без матов смысле. Да, это туповатая идея, но сидеть маленькой гопнице Николь перед стадом и камерами не хотелось, а денежка была нужна. Так и жили. Далее, в один из дней, я села в такси, на котором должна была уехать домой. Ну и уехала. Только не к себе. И не домой. Провалялась половину суток, прежде чем встать, попадала, поизображала из себя «Буренку» (как же не дошло, что надо было замычать тогда…), попрыгала по платформам, поползала на карачках, поздоровалась с местной фауной, приоделась и даже познакомилась с Анутихой. Я снова прыснула со смеху. Ну да, сам пошутил — сам посмеялся. Вот наконец и дошла до кульминационной части. Мое взрослое тело валяется под коркой льда в озере, где раньше плавали две «любимые» рыбки Мадары. Я сама выгляжу как ребенок. Он тоже какой-то ребенок. Он какой-то ниндзя и убивает каких-то Сенджу (ага-а-а! Их я правильно запомнила), но вообще не только их. Еще каких-то там два клана были, но… неважно, в общем. Проще говоря, сейчас идет некая война, где в основном убивают детей, а люди особо много не живут в принципе. Мой Утенок уже потерял троих братьев, и остался последний — Изуна. Не могу удержать вздох от воспоминаний, как он сидел и вдалбливал в мой скудный мозг, что «Изуна мой единственный младший брат, и я защищу его, чего бы это не стоило!». Ну вот просто одиннадцать мозговыносящих дзюцу из десяти. А, вернемся к обсуждению моего положения… Так вот… На одной из этих самых стычек, назовем их так, был и некий мастер фи… фуни… Короче, печати какие-то. Некий их мастер собирался поставить одну вроде как на Изуну, но попал под раздачу почему-то именно Мадара. С его слов он сам вообще не помнит, как все произошло. Я просто появилась в его сознании, и все, а он — белый и пушистый гений-ниндзя, вырубающий людей как лес, — не виноват. Теперь осталось несколько вопросов, на которые мне предстоит найти ответ. Первый: каким образом мы вытащим мое тело из Мадары; второй: в каком мире я окажусь после этого; и третий, заключительный: какого хрена я отношусь ко всему этому так спокойно? Я же никаких порно-мультиков не смотрела… По крайней мере меня радует факт, что и Мадара, и я солидарны в решении натянуть глаза на жопу тому, кто заварил эту кашу. Утка как-то подозрительно затих. Ладно, вечно валяться я не могу — вдруг какая-то букашка-таракашка еще залезет на меня. Кряхтя и взвывая от бессилия, — правда сложно валяться двадцать четыре к семи овощем и ничего не делать? — я поднялась и протопала до озера, собираясь встать на него. У Мадары всегда такая реакция забавная: то моську скорчит, то возникать начнет «какого черта я делаю». Ну, а что? Я ж не по себе хожу, а по льду. Но стоило ступить мне шаг, как тут же тушку его спящую начали будить. Обычно мы с ним видимся во снах, а вот болтаем, когда есть такая возможность. Наш разговор с ним могут выдать его движения, внешний вид — спелый помидор, ага — и выражения лица. Вот смешно было, когда вся семья сидела за столом, а Николь отпускала очередные комментарии, заставляя Мадару от смеха давиться. Смешнее только ебонитовая палочка. Заметив, что я собиралась зайти на лед, Мадара смерил меня недовольным взглядом и начал что-то бурчать, из чего я услышала только свое прозвище. Ну звиняйте. Наверняка я могу захватить его тело, но пока еще просто не знаю каким образом. Вот тогда-то и стоило бы так кукситься на меня. А он ведь не шелохнулся… Его там будят-будят, а он все сидит. — Тебя Изуна зовет. — отчужденно произнесла я и подняла голову, всматриваясь в небо. Сегодня облачно. — Знаю. — мотнув головой, он откинул мешающие пряди и уставился на меня. Правда почти сразу закрыл глаза и с тяжелым вздохом встал. — Ладно, увидимся. — бросил он и растворился прежде, чем я успела что-либо ответить. На самом деле я к нему даже привязалась в какой-то мере… Пусть я и веду себя отбито, но понимаю, что такое война, и как ему сейчас тяжело. Прежде всего это смерть. И больно всем. Говорят, пока не испытаешь — не поймешь. Да и я не эмпатик. Однако чувства Мадары начали оседать и на мне. Во мне не было решимости лезть в его прошлое, хотя я могла бы… Несколько дней назад задалась вопросом «где я» и получила его в виде воспоминаний. Все, что когда-либо видел сам Утка, — увидела и я. Правда, после этого меня стошнило пару раз и еще в течение всего дня трясло как мокрую кошку… Вот забавно будет, когда меня вытащат из Мадары, а жить я буду в его мире. С учетом моей везучести — со своей тушенкой я попрощаюсь довольно быстро. Как говорится, вся жизнь — интеллектуальный юмор, а я в ней — смех над эбонитовой палочкой. Раньше было просто умопомрачительное шоу: вставал, шел в туалет как обычно — а потом психовал, зная, что я все вижу! Ей Богу, будто я чего-то там не видела… Меня больше интересует дальнейшее развитие сюжета. Дом домом, а получить по морде от того депрессивно-агрессивного паренька с горшком на голове ему обязательно нужно. Я не знаю: ходил ли он на ту реку каждый день, но при мне — постоянно. Странно, что он до сих пор молчит и ничего мне еще не сказал… Уныние — штука классная, но не в этом случае. Одернув кимоно и чуть расслабив пояс, я вернулась на свое излюбленное место и громко плюхнулась на него. Весь день не простоишь…

***

— Изуна?.. уже правда пора вставать? — все еще сонным голосом промямлил Мадара и потер глаза. — А то. Только на улицу глянь. Обычно я в это время вижу седьмой сон. — усмехнулся паренек и развел руками. — Ты так устал? Или что-то еще случилось? — Изуна обеспокоенно посмотрел на брата, который только отрицательно помотал головой и коротко вздохнул. — С чего ты взял? Все в порядке. — он невесело хмыкнул, искривив губы в горькой усмешке, отчего все мысли младшего тут же переключились на причину такого настроения. Война. Никто не понимает — для чего она. День за днем у обоих братьев на глазах погибают люди. Соклановец, просто знакомый, друг, родственники и даже братья. Мадара нервно сглотнул от мысли, что сегодня была еще одна вылазка, на которой его с братцем оставили дома. С одной стороны стоило бы порадоваться, что в самое пеклище отправили не их, а с другой… Старший со злостью сжал кулак до белых костяшек. — Да знаю я, у тебя всегда все в порядке. — понимающе протянул младший, присев на край футона рядом с братом. — Ты постоянно так говоришь. — Изуна, не делай такое лицо. — Мадара потрепал младшего брата по голове. — Когда-нибудь все закончится. А я обязательно тебя защищу, вот увидишь. — улыбнувшись во все зубы произнес Учиха и сдернул с себя одеяло. — А теперь… проваливай! — громко хихикнув, старший пинком свалил брата с края футона и поднялся. В ответ младший только легко рассмеялся. «Кажется, у него сегодня хорошее настроение…» — Изуна улыбнулся своим мыслям и вскочил вслед за братом. — Мама уже приготовила завтрак, так что мож… — начал было младший, но был перебит Мадарой, когда тот уже бегал по дому, параллельно одеваясь: — Передай маме, что я не голоден!.. — крикнул он, уже стоя около двери. — Вернусь к обеду! — Ути-пути, кто-то решил в героя поиграть? Спешу напомнить, что если ты голоден — я тоже. Надеюсь, ты понимаешь, что я буду ныть? — Заткнись. Знаю. — недовольно буркнул Мадара. — Но я уже опаздываю. — Да-ты-чо. — протянула Николь, но мгновенно спохватилась и хитрым голосом спросила: — Мне можно будет сегодня мешать? — Нет. — Уже уходишь, нии-сан? — Изуна подбежал к двери, около которой, склонившись, обувался его брат. — Ы-ы-ых… как же так?! Ты мне жизнь сломал! — Угу. — Мадара мягко улыбнулся брату и выбежал из дома. Как считал сам Мадара, от дома до реки недалеко, но сегодня он добирался туда медленнее, чем обычно, что слегка насторожило его самого. — Жрать хочу… — протянула Николь спустя какое-то время, надеясь хотя бы немного побеседовать. Наконец показались солнечные просветы, знаменующие окончание леса, а следовательно — река уже совсем рядом. Несколько прыжков по веткам, и он приземляется прямо на каменистый берег. — Душевно, — хмыкнула девушка, вновь рассматривая открывшуюся глазам Мадары картину. — С Плитвицкими озерами не сравнится, конечно, но за неимением лучшего… — Я покажу тебе огромное озеро когда-нибудь. Оно не очень далеко отсюда, и именно из него берет начало эта река. — голосом истинного профессионала произнес Мадара. — Хоо? Интересно… Хорошо. — Николь решительно стукнула кулачком о ладошку. — Я запомнила. Плюхнувшись на первый попавшийся камень, Мадара обратился к Николь: — Эй, мелкая… Я тут подумал… — задумчиво начал Учиха. — Не думай. Это вредно. — …и у меня появилась мысль насчет распечатывания… Да ты мне уже надоела! — заорал Мадара, на что девушка только залилась громким смехом. — Ладно-ладно, прости. Все-таки распечатывание это важно. Тем более большую часть твоих мыслей я мимо ушей пропускаю… Я надеюсь, ты не скажешь, что… — …нужно найти того, кто запечатал? — произнесли они вместе. — Твою мать… — опустив голову, обреченно произнесла девчонка. — Ты снова перебила. — Нет. — Да. — Нет. — Хватит! — снова прикрикнул на Николь Учиха. — Будешь психовать — ни с кем не подружишься. — Николь также присела на камень около озера и высунула язык, дразня Мадару. Чтобы хоть немного отвлечься, паренек поднялся и подобрал первый попавшийся камень, собираясь вновь покидать блинчики. — Такое себе занятие, если честно. — ядовито прокомментировала Николь. — Как ты собираешься найти того, кто наложил печать? Небось даже лица не помнишь. — Никак. Скорее всего он уже мертв. — Учиха замахнулся и с тихим свистом запустил камень. — Однако… — он снова наклонился, подбирая еще один округлый и плоский, и продолжил: — Мы можем найти другого мастера фуиндзюцу и, в общем-то, заставить его снять печать. «И наконец спасти меня» — скорчив кислую мину, про себя добавил Мадара. — Я вообще-то все слышу. Темноволосый снова замахнулся и запустил камень по ровной глади воды. Несколько шлепков, и блинчик снова неудачно пошел ко дну, отчего Николь прыснула, но продолжила с нескрываемым интересом смотреть. — Что смешного? — недовольно буркнул Мадара. — Да нет, ничего. Я сама бы не смогла. Так что… Учиха удовлетворенно хмыкнул и подобрал идеальный на взгляд камешек, тут же запуская его. Первый, второй, третий и снова на дно. От злости Мадара стиснул зубы. Это начинало раздражать. Он нагнулся, чтобы снова подобрать камень. — Эй, там сза… — Привет. — совсем рядом раздался мальчишеский голос. Мадара резко замахнулся, но нарочно промазал. — А, так ты совсем не рад меня видеть… — понурившись произнес Хаширама. — Опять депрессия?.. — скривившись тихо произнес Учиха. — Какого черта я должен быть рад?! Это ты как всегда всё испортил! Сколько раз нужно повторять: я ничего не могу нормально сделать, пока кто-то стоит сзади. Как долго до тебя еще доходить будет?! — А, прости… — Пф… забудь. — буркнул Мадара, насупившись. — Чем сегодня займемся? — Есть идея. — Хаширама стукнул кулаком по ладони и принял слегка глуповатый вид. — Для разминки давай кто быстрее вон до то-о-ой вершины. — паренек показал пальцем на желтоватую скалу неподалеку. — Да я же тебя на раз сделаю. — недоверчиво произнес Учиха. — Тем более тут через весь лес бежать… — Если не хочешь — мы можем заняться другим… — вновь поник паренек, в мгновение оказавшись сидящим на камнях. Мадара скрипнул зубами и закричал: — Снова?! — Аха. Вы идеально друг другу подходите. — рукав кимоно прикрыл рот, искривленный в ядовитой усмешке. — Хаха, подловил! — победно крикнул Хаширама, подскочив, и помчался к скале. — Какого?! — Уфуфуфу, кажется, он тебя сделал! — слащавым голоском пропела девчонка. Цыкнув, Мадара с криком «А ну стой!» погнался за другом, который успел уже довольно далеко убежать. Завалившись на траву, Николь повернулась на живот и, сцепив пальцы в замок, положила на него голову, чуть склонившись. Удивительное зрелище. Но больше всего ей доставляло удовольствие не от Мадары, который бесился каждые пару минут, а от свободных чувств, которые она никогда бы не смогла ощутить в своем мире. Прыгать по деревьям? Бред. Хождение по воде? Але, вы как? Пешком по скале наверх? Да вы дубу дали, сэр. Николь закрыла глаза, сосредотачиваясь на том, что видит Учиха. Непривычное чувство — видеть, слышать, ощущать, но не иметь способности двигаться. Как будто ограничивающие рамки, которые не возможно почувствовать. Ощутив изменение в настроении Николь, Мадара обеспокоенно позвал ее, продолжив перепрыгивать с ветки на ветку: — Ты как? — …А?.. Все в полном порядке. — спокойно произнесла девушка. — Наслаждаюсь. — причмокнув, закончила она, отчего парня передернуло. Заметив, что почти догнал друга, Мадара прокричал ему в спину: — Это нечестно! — однако в ответ ему послышался лишь смех. — Тише, тише. Не мешай. — «Не мешай»?.. Ты что там вообще делаешь?! — Где? — Проехали… — разочарованно выдохнул Мадара. Показался конец леса. Парень громко цыкнул, понимая, что не сможет догнать Хашираму до того, как тот доберется до подножья горы. Дыхание сбилось, стало рваным. На лбу появилась испарина, а в глазах темнело от продолжительного бега по деревьям. Коротко взглянув на друга, Мадара заметил: тот находится в таком же состоянии, однако после короткой паузы, он начал бежать по скале. — Удивительно. — восхищенно выдала Николь, из-за чего паренек иронично изогнул бровь. — Отстань. — категорично прикрикнула девчонка, ощутив эмоциональный сдвиг, и нахмурилась, давая понять, что выяснять отношения сейчас с ним не намерена. Приземлившись прямо около подножья, Мадара тут же рванул за Хаширамой. Возможность опозориться — а противная Лисица именно так и скажет — подстегивала бежать вперед, хотя сил уже почти не осталось. Быстро проведя рукой по лбу, Учиха ускорился, почти нагнав друга. — Непл…охо… — сипло произнес паренек, не сбавляя темпа. Было видно, что и он едва ли уже бежит. Оба сбавили ходу, но проигрывать друг другу не собирались. Последние шаги, и Хаширама с криком делает последний рывок, буквально пролетая через выступ, оставив Мадару позади. — Хаха! Ха! Кажется, сегодня победа за мной! — он улыбнулся и тут же завалился без сил. — Только на этот раз!.. — прохрипел Учиха и завалился в паре шагов от друга. — И вообще, это потому что ты стартанул раньше. — насупился он. — А ты мог бы и поднажать. — Хотя ты постоянно выкидываешь какие-то фокусы. Пора бы уже привыкнуть… — протянул Мадара и закрыл глаза. Легкие нещадно жгло от нехватки воздуха, а ноги приятно покалывало после длительной, совсем нелегкой пробежки. Неожиданно для себя Учиха залился смехом, раскинув руки в стороны. — Легче стало? — Немного. — успокоившись, произнес Мадара. В этот же момент Николь выпрямилась на траве и напряглась, разминая затекшие мышцы. Перекатившись, она легла полу-боком и положила голову на мягкую траву. Теперь и она чувствовала себя уставшей. Но при этом — неимоверно счастливой. Неосознанно она тепло улыбнулась этим редким в последнее время чувствам. — Немного…