Элемент неожиданности
20 июля 2018 г., 13:15
Примечания:
И-и-и снова большая глава. А следующая, наверное, будет ещё больше! Если бы писательство было баскетболом (Куроко), то можно было бы сказать, что я в "зоне". Нет, не в той зоне, в которой вилку в глаз вонзают... Короче, неважно.
Приятного прочтения! И не забудьте оставить отзыв. Иначе придёт Хидео Кодзима и укусит вас за правую голень. Я серьёзно.
паук-серебрянка
Покуда не выдохнул и не скинул ярмо; Покуда не сгинул и тело с миром слегло. Я буду нервировать мир и строить мирок свой, Буду терроризировать этот город-зеро, пока Недовыдумал то, что силой вело. Покуда в могилу не лег, как и лёг в битло. Покуда в Иерусалим не пустил в Вавилон в мир иной, Буду носить это имя... Колфилд откинула очередную бесполезную бумажку, на которой не оказалось никакой полезной информации, в сторону, и снова полезла в локер Сэмюеля. Пока что они не нашли ни единой зацепки про излучатель хроносов, и, если так и не найдут, то им придётся просто сдаться и покинуть город – если уж вещи уборщика-учёного не укажут им на местонахождение устройства, то они попросту никогда его не найдут во всём полуразрушенном городке. Уоррен сказал, что, если поле хроносов от носителя невозможно нельзя никак обнаружить или измерить, то и найти излучатель с помощью каких-нибудь измерительных приборов тоже не выйдет. У Макс с Хлоей в итоге получилось неплохо оторваться от преследователей, и, когда они прибыли к назначенному времени в Блэквелл, встретив там остальных, оказалось, что у них есть несколько минут в запасе. И хоть тьма была уже кромешная, они пользовались только телефонными фонариками, чтобы не выдать себя. Решив не прятать мотоциклы (сектанты всё равно не дадут им воспользоваться парадным входом) и плотно забаррикадировав входы, они тут же отправились к локеру Сэмюеля, находившемуся в уцелевшей половине здания. Сейчас Макс и Уоррен были заняты его обыском, пока вооружённые Хлоя и Рэйчел стояли на страже. – Слушай, Макс, – внезапно заговорил Грэхем, откладывая в сторону коробку с фотографиями белок. – Можно задать вопрос? – Конечно, – Колфилд вытерла пыль с экрана старенького телефона, который только что нашла в локере. – В тот раз, в забегаловке, я спросил тебя, зачем вы приехали в город. Потом в амбаре я вроде как снова спросил, но ты особо ничего не ответила, и... Теперь Макс понимала, что её решение вернуться в Аркадию Бэй и разыскать этот таинственный источник способностей было по большей части подсознательным. В который раз она убеждалась, насколько сильны её интуиция и её подсознание. Но в данный момент она уже полностью понимала, чем это решение на самом деле обусловлено. – Тот носитель, который принёс нам столько проблем в Сиэтле, – включив чудом сохранивший заряд телефон, Макс принялась клацать на кнопки, шаря в файлах, – его, эм, звали Зелёным Драконом, или Джек... э-э-э... Джек... фамилию не помню. Неважно. Короче, мы уже рассказали тебе, что он мог воскрешать мёртвых и распознавать носителей способностей. Ещё с ним был гипнотизёр, который превращал людей в послушных марионеток – Рэйчел была одной из них. Ещё таким был Умар эль-Мунир, слышал о нём? – Тот, который сорок два человека убил ночью в Сиэтле, в течение нескольких минут? – мрачно припомнил Уоррен. – Именно. Так что, потенциально, не останови я его, Джек мог бы собрать огромную и бессмертную армию, среди которой могли бы быть и носители, и тогда чёрт его знает, что стало бы с миром. – Но причём тут другие способности? – Все эти способности очень сильны, Уоррен, – отложив телефон, фотограф уставилась на друга. – Невероятно сильны. Только из тех, что мы знаем – мгновенное перемещение в пространстве, изменение будущего, вечный источник энергии и воскрешение мёртвых! – Это я-то вечный двигатель? – в темноте было сложно понять, нравится ли Уоррену такое определение или нет. – Если верить Джеку, существует ещё как минимум десяток других носителей, но их может быть намного больше. Даже если они ведут скрытный образ жизни и адекватно используют способность, нет никаких гарантий, что кого-то из них эта сила не сведёт с ума и не заставит, например, отправить нашу планету в Солнце или что-то типа того. – Так ты хочешь прекратить появление способностей у людей? – задумчиво протянул Грэхем, откладывая в сторону пару штанов, карманы которой оказались пустыми. – В идеале – ещё и заставить исчезнуть уже существующие способности, – Макс вернулась к телефону, открывая папку с СМС. Как ни странно, Сэмюель был популярен у противоположного пола – по крайней мере семь или восемь женщин писали ему весьма двусмысленные сообщения. – Если найдётся такой способ. Эти способности слишком опасны, чтобы оставлять их просто так. – Очень... консервативный подход, – с небольшим трудом выразился парень. – В чём-то я с тобой согласен, но нельзя ведь видеть только негативные стороны. Говоря о потенциальном, способности также вполне могут стать невероятным двигателем прогресса, открыть человечеству широкий и яркий путь... – ... во внутрь звезды их системы, – цинично договорила Макс. – Можешь язвить сколько хочешь. Точно так же говорили и про электричество, бензин, контрацепцию, антибиотики... – И ядерную бомбу. Я понимаю, почему ты оптимистично смотришь на всё это дело со способностями и хроносами, но всё же продолжу придерживаться своей точки зрения, если ты не возражаешь – а ты не возражаешь, – она поднялась на ноги и отряхнула колени. – Так, ладно, в локере ничего нет. Следующая в списке – его мастерская, и если уж там ничего не будет... – Что за мастерская? – подала голос Рэйчел. – Макс имеет в виду коморку уборщика в женской общаге, в которой Сэмюель хранил пару ящиков с инструментами, – объяснила Хлоя. – Разве это не мастерская? – удивилась фотограф. – Единственное, что сможет изобретатель смастерить в такой мастерской – верёвку, на которой он тут же и повесится, – синеволосая, похоже, уже устала смотреть в темноту. – Но ведь таких коморок полно в здании! – воскликнул Уоррен, тоже поднимаясь на ноги. – Да, но вещи Сэмюеля я видела только в одной из них, – Макс спрятала бесполезный телефон-раскладушку обратно в локер и повернулась к остальным, светя на них фонариком. – Какие-то открытки, письма, фотки Рэйчел, записная книжка вроде тоже была... – Стоп, фотки Рэйчел?! – Прайс опустила автомат и уставилась на коротковолосую. Та, если и была смущена, виду не подала. – Ну да, он упросил меня на пару фотосессий. Он был не такой странный, как обычно, так что я подумала: «Почему бы и нет?». – Но когда ты успела... Хлоя не договорила. Её прервал донёсшийся издалека нарастающий рокот работающих двигателей автомобилей и мотоциклов, появившийся вместе с пробившимся сквозь окна классов светом их фар. Звук какое-то время нарастал, затем перестал. Судя по углу света, транспортные средства остановились прямо под парадным входом в основное здание Блэквелла. – Сектанты, – выдохнула Эмбер. – Они уже здесь. – Тогда не будем терять времени, – решительно сказала Макс. – Нам нужно как можно быстрее попасть в ту коморку, пройдя, конечно, сквозь здание... – Макс, коморка в женской общаге, – перебила её Хлоя. – Женское общежитие – отдельное здание. Как ты собираешься туда пройти сквозь другое здание? – Что?.. Блять, а ведь точно... Чёрт... – Колфилд не могла поверить, что совершила такую глупую ошибку. – Ладно, тогда нам... тогда нам надо... Раздался грохот взрыва, потрясшего здание и отдавшего сильной вибрацией по ногам каждого из компании. С далёкого нижнего этажа послышались приглушённые шаги. Их баррикада задержала врага совсем ненадолго. Фанатики уже были в здании. – Я пропрыгну в эту коморку, – предложила Прайс. – Но, пока я там буду рыться, сектанты сто раз вас тут настигнут, так что вам нужно будет как-то или спрятаться или... эм... – Хорошо, придумаем что-нибудь, – согласно кивнула стрингер. – Когда вернёшься – неважно, найдёшь ты что-нибудь или нет – мы будем ждать тебя в актовом зале. Это самая дальняя отсюда комната, так что если мы и будем убегать прячась или прятаться убегая, то по направлению к ней. На крайняк – Рэйчел вооружена, а Уоррен может делать этот его щит, так что мы не пропадём. – Это что, была профилактика моей тревоги за тебя? – хохотнула Хлоя. – Кроме неё тут ещё люди есть, вообще-то, – заметил Уоррен. – Не выёбывайся, Уолдо, – прежде, чем парень успел что-то ей ответить, Прайс исчезла. Извинившись за поведение лучшей подруги, что ей делать приходилось уже не раз, Макс развернулась. – Ладно, давайте пойдём сначала туда. Они не должны были успеть разблокировать лестницу... Как оказалось, должны были, и успели. Как только троица вышла на Т-образное пересечение коридоров, со стороны примыкающего из них зажглись подствольные фонари и послышался стремительно нарастающий топот шагов людей, уже некоторое время сидевших затаившись. «Засада! Но когда они?..» – не успела Макс закончить мысль, как по ним открыли огонь. Уоррен сразу же создал свой жёлтый щит, полностью укрывший их от пуль и не пропустивший ни одну из них. Но в этот раз сектанты сразу же прекратили бесполезную стрельбу при виде щита, и, держа оружие на изготовку, медленно начали приближаться к Уоррену и остальным. Грэхем сделал несколько шагов назад, двигая вместе с собой и щит, но потом закряхтел, и вновь остановился. Сектанты следовали за ним, стоя совсем близко к щиту. – Ты не можешь идти и поддерживать его? – с паникой в голосе спросила Рэйчел. Обернувшись, Уоррен мрачно посмотрел на них. Макс заметила, что у него из носа идёт кровь. – Могу, но это слишком выматывает. Скорее всего, я даже стоя на месте в обморок грохнусь через несколько минут... – Грэхем перевёл взгляд на сектантов, которые держали каждого из них на мушке, терпеливо ожидая, когда он ослабнет. – В какой-то момент мне ведь придётся его убрать. Или другие сектанты обойдут нас с другой стороны. Сука... Вам придётся уйти. – И оставить тебя с ними? – У меня есть одна идейка, – поддерживая щит только одной рукой, второй он достал из кармана флакончик, наполненный какими-то кристаллами. – Это ещё что? – Фульминат ртути. Если я его раскручу и кину сектантам под ноги, то им это очень не понравится. Но вас тоже может задеть, так что надо, чтобы вы сначала пошли вперёд. Я справлюсь. Пересечёмся в актовом зале. Уоррен ободряюще кивнул им, и, переглянувшись, девушки побежали дальше по коридору. Они свернули за угол и пробежали несколько пролётов вверх, и тогда за их спинами послышался взрыв – менее мощный, чем тот, которым сектанты уничтожили баррикаду, но всё же очень даже громкий. – Так, пока что мы с тобой вдвоём, – достав оба пистолета сразу и сняв их с предохранителей, пробормотала Рэйчел. – Что делать будем, босс? – Мы не на работе, не называй меня так, – проворчала Макс. – Пошли дальше, только тихо. И будь начеку. Они прошли несколько метров. Шаги снизу утихли – или Уоррен увёл сектантов на нижние этажи, или успешно спрятался, или... всё прошло не так хорошо. Глаза Макс уже привыкли к темноте – они больше не пользовались фонариками, по вполне понятным причинам – и она заметила знакомую дверь. – Там арт-студия, – шепнула она подруге. – Из неё два выхода, а внутри куча всякой мебели. Идеальное место, чтобы спрятаться на время. Рэйчел ничего не ответила, просто подойдя вместе с ней к двери. Внутри действительно оказалось множество пуфиков, диванов, кресел и тому подобного. Закрыв дверь, Макс прошла к окну и выглянула на улицу. Машины уже погасили фары, но некоторые из них все ещё были заведены. Тем не менее, людей в них или возле них фотограф не рассмотрела. Повернувшись, она увидела сидящую за диваном на полу Рэйчел, жестом подзывающую Колфилд присоединиться к ней. – Если прятаться, то уж с комфортом, – пошутила Макс, и села рядом. Несколько секунд прошли в неловком молчании. – Слушай, Рэйч, – начала шатенка, – насчёт... насчёт, эм... – Если это про ту ситуацию в твоей комнате, то не стоит ничего говорить, – перебила её Эмбер. – Я действительно перегнула палку, так что ты имела полное право злиться на меня в тот момент. Не знаю, что на меня нашло, просто... – Прости меня. – ... что? – Я не должна была выгонять тебя на улицу, – сокрушённо пробормотала Макс, отказываясь посмотреть в глаза подруге. – Тем более, голой. Просто я... дала сбой, или вроде того. Всё это напряжение – секта, устройство, способности Хлои, двойники, дурь... – Двойники? Что за двойники? – непонимающим тоном переспросила Эмбер. – Эм... Неважно, – Макс потрясла головой. – В общем, извини за это. Я не должна была так поступать. – Ну, знаешь ли, – Рэйчел была несколько удивлена. – Ты так мягко извинилась... Теперь ты уже не та крутая баба-начальница, какой мне казалась. Я даже стала меньше влюблена в тебя. Макс засмеялась. – Это ведь хорошо? – Думаю, да, – в ответ улыбнулась Рэйчел. – В любом случае, чтобы я приняла твои извинения, ты должна рассказать мне, кто нравится тебе! – Что-о?!! – И не делай такое лицо. Так будет честно. Макс не покраснела, но была жутко смущена. Когда это её жизнь успела превратиться в романтическую комедию? С элементами боевика и хоррора, конечно. – Это... это на самом деле неважно... – промямлила она. – Потому что это односторонние чувства, и... как бы сказать... – Господи! – протянула Эмбер. – Да вы просто два сапога пара! – Мы? Ты о ком сейчас говоришь? – Да о вас с... – её прервал внезапный звук выстрелов, раздавшийся где-то совсем близко. – Вот чёрт! Похоже, это они в Уоррена, и рядом совсем... Надо пойти проверить. Сиди здесь, я скоро вернусь. – Бросаешь меня? – слабо улыбнулась Колфилд. Обернувшись, Рэйчел ехидно осклабилась. – Должна же я как-то отомстить за своё уязвлённое самолюбие, – она открыла дверь. – Да и кто знает, кому с кем безопаснее – тебе со мной или мне с тобой. Если я не вернусь через пять минут – уходи отсюда и спрячься в другом месте. Выйдя из арт-студии, она закрыла за собой дверь. «Ладно, я извинилась, хоть и, как всегда, всё прошло через жопу, – подумала Макс. – Осталось только добраться до этого актового зала и дождаться Хлою. Если она ничего не найдёт, то мы просто отправимся в Сиэтл. Хотя, потом всё равно придётся вернуться, иначе знание о том, что в любой момент может настать конец света, не даст нам спокойно жить. М-да. Как же я устала». Прошло несколько минут. Рэйчел так и не вернулась, и фотограф почувствовала нарастающее беспокойство. «Так, выстрелов не было, так что всё должно быть нормально, – успокаивала себя Колфилд. – Но всё равно уже слишком много времени прошло. Хлоя уже может ждать в актовом зале. Чё-ё-ёрт...» Просидев так ещё пару минут, Макс встала и пошла к выходу. «Нет, не могу я сидеть на месте, пока Рэйчел с Уорреном там во тьме... Бля». Только открыв дверь, Колфилд почувствовала холод ствола пистолета, приставленного к её виску. – Здравствуйте, вежливая девушка, – поприветствовал её держащий пистолет Мартин Борман. – Вы не представляете, сколько проблем успели для меня создать за эти два дня. Прайс обнаружила коморку с обваленным потолком. Смачно выругавшись, она попыталась поднять бетонную глыбу или сдвинуть её, но та не поддавалась ни на миллиметр. Задумавшись о взрывчатке или отбойном молотке, она вскоре откинула эти идеи – если что из вещей и уцелело под обвалившимся потолком, такими способами синеволосая просто окончательно это уничтожит. После минуты размышлений она поняла, что у неё есть, по сути, только один вариант. Выйдя на улицу, она повернулась лицом к комнате. Глубоко вдохнув, она пропрыгнула в неё. Сразу же после болевого разряда она почувствовала давление со всех сторон и неприятное чувство в носу. Пропрыгнув снова на улицу, она увидела возле себя бетонную статую девушки с автоматом. «Похоже, я отправила себя с головой в бетон, – догадалась она. – Ладно, ещё несколько таких статуй – и комната будет достаточно чистой, чтобы начать в ней какие-то поиски». Борман ввёл с собой в комнату пять человек. В темноте его было немного сложно отличать от остальных по цвету маски, но Макс ещё в забегаловке заметила, что он немного выше, крупнее и как-то здоровее других сектантов. И эти круглые солнцезащитные очки всё ещё были надеты поверх маски, несмотря на то, что в помещении была кромешная тьма. Она пятилась, подняв руки перед собой ладонями вперёд и стараясь не смотреть на пистолет. На спасение Рэйчел она уже не рассчитывала – Макс понимала, что, даже если та откроет огонь, пытаясь помочь фотографу, то Борман точно продырявит фотографу голову. Или же это сделает кто-то из его слуг. – Итак, – промолвил глава сектантов. – Итак, – спокойно ответила Макс. Возможно, ей стоило разыграть испуг. Хотя, думалось ей, в этом нет необходимости – при виде оружия она уже начала дрожать, так что однозначно выглядела паникующей – Вы не спешите убивать меня, – заметила фотограф. – Право, зачем же сразу это делать? – поразился Борман. – Мне бы хотелось сначала поговорить с вами, конечно же. Пожалуй, из компании приезжих вы – самая интересная личность. Могу я спросить ваше имя? – Макс. Уж простите, что не представилась в первый раз, – пока социальная часть её мозга вела диалог с сектантом, все остальные были заняты разработкой плана побега. Люди Бормана поставили несколько фонарей в комнату и зажгли их, осветив пространство в ней. Борман указал на стул, стоявший за спиной фотографа, и она села на него. – Ничего, Макс, – Борман, похоже, немного сдерживал себя, несмотря на всё его спокойствие и вежливость в тоне и манерах. – Итак, если позволите... Я уверен, что у нас есть множество вопросов друг к другу. – Согласна. Например, какого чёрта вы уже второй день пытаетесь нас всех убить?! – слегка сорвавшись, Колфилд уже снова было обвинила в этом срыве наркотики, но, к её удивлению, внезапно осознала, что... абстиненция закончилась. Она больше не нуждалась в наркоте. Тем временем Борман немного задумался над ответом. – Ну, прежде всего, вы нашли наш Алтарь. Вы не осквернили его, но вы теперь знаете, что в нём находится. И мы оба понимаем, что нашему обществу никак нельзя позволить вам рассказать кому-то о том, что вы видели. – А если мы уже успели кому-то рассказать? Телефоны, знаете ли, для того и придумали. – Не думаю, – хохотнул глава секты. – Сбежав от моих людей в полицейском участке, вы не покинули город – вы продолжили какие-то свои дела здесь, несмотря на угрозу. Так что для вас всё, что происходит здесь, должно здесь и остаться. И, кстати, насчёт ваших дел здесь – я думаю, вы ищите источник способностей. Макс широко раскрыла глаза, глядя на Бормана. – Ага, угадал, значит. Ну, это было несложно – учитывая, что двое из вас их имеют, вы к способностям куда ближе, чем остальные жители городка. – Откуда вы... – А вы как думаете? – произнеся эту фразу, глава сектантов снял солнцезащитные очки. Его глаза были закрыты, но когда он их открыл, Макс пробила дрожь. Затянутые белесой плёнкой зрачки, которые смотрели даже не на неё, а куда-то чуть выше и левее. Мартин Борман был абсолютно слеп. – Я слепой, – подтвердил он. – Но я вижу. Вижу всё вокруг себя. Вижу, что передо мной, что позади меня, надо мной, подо мной – как будто я весь создан из глаз. Вторая часть способности – раз в три дня я могу слышать и видеть всё, что происходит в радиусе тысяч километров. С помощью этого, кстати, мы вас и нашли в первый раз. Эта способность... – он почесал затылок, затем принял сигарету, которую ему со спины беззвучно подал другой сектант, словно предоставляя доказательство свои словам. – Эту способность я получил несколько месяцев назад, когда Алтарь появился в небе и упал на земную твердь... – Погодите, что? Способность, алтарь, я... я не... – Люди говорили об Алтаре как «чёрном кубическом предмете, который появился в небе и упал на землю», – с придыханием заговорил Борман. – И тогда наши глаза открылись, и мы поняли, что Господь своей дланью... – Ладно, опустим религиозную часть. И не могли бы наконец убрать пистолет? У меня хоплофобия. – С чего я бы стал это делать? – вопросом на вопрос ответил Борман. Макс хитро улыбнулась ему. – Потому что я, кажется, знаю ваш следующий вопрос. Он, думаю, включает в себя имя Надежды Обломовой. Замерев на пару секунд, Борман перевёл незрячие глаза прямо на неё. Затем он убрал пистолет и повернулся к своим людям. – Ладно, братья и сёстры. Сейчас мне надо будет поговорить с приезжей тет-а-тет. У неё нет способностей или оружия, да и вообще она – самая безобидная из них, так что я буду в порядке. Если вас не затруднит, пожалуйста, оставьте нас. И да – продолжайте поиски остальных. Пятеро людей послушно исполнили просьбу главы секты. Оставив фонари в комнате, они быстро покинули её, и закрыли за собой дверь. Подождав, пока их шаги станут тише, глава секты наконец заговорил. – Выходит, мои опасения подтвердились. – Ну, я примерно представляю, что у вас за опасения, так что да, скорее всего, подтвердились, – скорее, чтобы заполнить паузу, произнесла Макс. – И вы можете уже снять свою маску, в ней теперь нет нужды. Вздохнув, глава сектантов стянул маску. Обнажилось изуродованное лицо, но изуродованное не радиацией (от которой его защищали хроносы, в отличие от менее везучих остальных сектантов), а каким-то оружием. Прямо посреди его лица, разрезая нос, красовался огромный прямой шрам, проходивший от середины лба до самого подбородка. – Тебя ударил топором телохранитель Надежды, – заговорила Макс, перейдя на «ты» и бестактно рассматривая уродливое лицо. – Но про слепоту мне не говорили. – Я ослеп уже здесь, сам не уверен, от чего, – мужчина присел на диван, положив руку с пистолетом на колено. – Тебе что, вообще всё известно? – Твоё имя – не Мартин Борман, а Максим Бранов – я легко запомнила, у нас похожие имена. Ты был одним из людей Надежды, но имел связи на стороне. В один момент тебя убедили совершить покушение на неё, пообещав огромные деньги. Ты проебался, получил этот шрам и чудом сбежал. Здесь, в Аркадии Бэй, ты, как я понимаю, начал новую жизнь. Максим Бранов слушал её внимательно, кивая на озвучиваемые факты. – В забегаловке я вообще не узнала тебя – маска и очки, у ищущих тебя не было никаких шансов, отличная работа. Но потом ты снял очки, и, хоть меня слегка и отвлекла твоя слепота, я всё же смогла по глазам узнать тебя. Я, как-никак, фотограф, – она подавила самодовольную улыбку. – Слушай, а каково тебе, когда все эти люди в твоём подчинении мучительно умирают от радиации, пока ты ходишь весь такой здоровый и ахуенный, м? Попытка провокации не завершилась успехом. Бранов просто встал с дивана, и, вздохнув, подошёл поближе к ней. – Это ничего не меняет. Тебя, может, и прислали в город найти меня... – он вздохнул и хрустнул шеей. – Не знаю, откуда у неё появилась наводка на этот городок, но... Раз уж ты узнала меня только что, значит, ещё не успела рассказать Надежде. И я, конечно, не собираюсь позволить тебе это сделать. Так что, убив тебя и просто сбежав из города, я вновь стану невидим для неё. С этими словами он поднял пистолет и вновь направил его на неё. – В целом, ты сказал всё верно, – кивнула Макс, сохраняя внутреннее и внешнее спокойствие. – Вот только одну-единственную вещь ты понял неправильно. – Какую ещё? – полюбопытствовал беглый мафиози, притворяющийся главой секты. – Меня прислали сюда не найти тебя, – ответила Колфилд. – Меня прислали убить тебя. Ногой она выбила пистолет из рук мужчины, мысленно благодаря Влада за всё, что он успел передать ей из собственных знаний о рукопашном бое. Резко вставая со стула, она дёрнула рукой, и боевой нож эль-Мунира выпал из рукава ей в ладонь. Когда Бранов назвал её «самой безобидной» из четверых, ей даже стало немного обидно. Рванув с места к ошеломлённому мужчине, она загнала нож ему в живот по самую рукоять. Он ударил её локтем по спине, и довольно сильно. Решив, что у него слишком много энергии для умирающего, Макс выдернула нож, затем ударила в живот снова. Снова выдернула, и снова ударила, свободной рукой зажимая ему рот. Наконец самозванец ослаб. Она убрала руку со рта, и позволила ему прохрипеть последние слова. – Они еще достанут... тебя... – Кто «они»? – тихо, чтобы не привлечь внимание сектантов снаружи комнаты, спросила Колфилд. – Они... те, из-за кого появился Алтарь... девушка... Макс выдернула нож из живота Бранова, и, сделав шаг назад, с силой вонзила его ему сбоку в шею. С недавнего времени она решила начать пробовать бить так. Как только лезвие вошло в тело, она потянула нож на себя, таким образом глубоко и наверняка перерезая горло. Перестав обращать внимание на умирающего носителя способности видеть всё (но недостаточно), стрингер оттолкнула его тело, крепко держа нож. Пока он падал, нож по действием его веса вырвался из шеи. Шагнув к двери, она прислушалась. Прямо за ней никто не стоял. Макс вышла в коридор. В конце его два сектанта стояли к ней спиной, о чём-то переговариваясь. Медленно подкрадясь к ним, Колфилд послушала обрывки несуразной и бесполезной болтовни. Решив, что ничего интересного эти индивиды ей не расскажут, она решила идти дальше. Сквозь них, конечно. Она со всей дури пнула в спину того, что выглядел потяжелее, и он повалился вперёд. Второй сектант оказался девушкой, вооружённой одной лишь мотыгой – об этом она узнала, уже убивая её. Прежде, чем первый сектант успел встать, она напрыгнула на него сверху. Он всё равно поднялся, несмотря на добавочный вес. Макс начала наносить ему глубокие колющие удары в область ключицы, шеи, верхней части груди, словом, куда только могла достать. Сектант разогнался и ударился спиной о стену, пытаясь скинуть её. Удар о стену выбил из неё дыхание, но она всё ещё висела на спине сектанта в смертельном захвате. Решив, что удары в корпус не принесут быстрого необходимого результата, стрингер подалась чуть повыше и вонзила нож в её любимое уязвимое место – прямо в глаз. На этот раз смерть была куда стремительнее. Спрыгнув с падающего тела сектанта, она двинулась дальше. Вдали замаячили силуэты людей в балахонах. Похоже, ей сегодня придётся немало поработать ножом. С досадой вздыхая, она двинулась дальше. Если жизнь после смерти существует, она очень бы хотела посмотреть на лица всех этих людей, когда им бы рассказали, что они все умирали по воле беглого русского мафиози. Неужели они никогда не замечали его акцент? В очередной раз вздохнув, Макс пошла дальше по коридору – нужно было попасть в актовый зал. По пути поубивав всех попавшихся сектантов. Собрав всё, что показалось ей особо подозрительным, непонятным или интересным, Хлоя пропрыгнула в актовый зал, держа автомат наготове. Как она и ожидала, в нём оказалось темно и пусто. Она сделала шаг, ставя коробку с вещами Сэмюеля на сцену, и тут же услышала звук взведённого курка. – Хлоя, ты? – голос Рэйчел, достаточно громкий, чтобы отразиться эхом от стен большой комнаты, прозвучал в темноте. – Не так громко, – шёпотом ответила Прайс, и подошла к подруге, прятавшейся за сидением. Рядом с ней оказался Уоррен, почему-то испачканный то ли пеплом, то ли порохом. – А где Макс? – не увидев вокруг никого, кроме этих двоих, спросила Хлоя. Уоррен с Рэйчел переглянулись, и посмотрели на неё с виноватыми выражениями лиц. Прайс тут же почуяла неладное. – Что случилось? – Мы, эм... мы разделились, – глядя в сторону, угрюмо проговорила Рэйчел. – И она... до сих пор не вернулась... Положив ладонь на лоб, синеволосая выругалась. Чёрт возьми, единственный раз, когда она не волновалась за Макс, потому что, вроде как, оставила её в надёжных руках – и она пропала! Ей что, никогда не отходить от фотографа, чтобы та была в безопасности? Она, конечно, не против, но... – И как давно вы разделились? – прервав внутренние стенания, уточнила Хлоя. – Где-то... полчаса назад, – ответила Рэйчел. – Полчаса! – Мы прятались в арт-студии, потом я пошла проверить коридор, а когда вернулась, возле двери уже стояла толпа сектантов, – объяснялась Эмбер. – Но не было ни выстрелов, ни каких-то других громких звуков, так что Макс должна быть в порядке – или успела от них сбежать, или... – Или они взяли её в плен, – мрачно продолжила Прайс. – Хотя, тогда они сразу бы её убили. – Не факт, – возразил Уоррен. – Они могли бы попытаться обменять её на кого-то из нас, кто насолил им больше. – Это на кого же? – удивилась Хлоя. – Ты серьезно? – уставился на неё Грэхем. – Забыла, скольких из них успела положить? Инженер насупилась, прикидывая возможные обстоятельства. – В любом случае, нужно идти её искать. – Не нужно, – со стороны входа послышался знакомый голос. Все обернулись на звук. Колфилд закрывала за собой двери, параллельно что-то оттирая с одежды. Она была немного запыхавшейся, и её руки двигались медленно и устало, словно она только проделала ряд упражнений в тренажёрном зале. – Макс! – Прайс первая подбежала к подруге, быстро осматривая её. – Ты почему в крови? – Мартин Борман мёртв, – вместо ответа сказала та. – Что? – раздались три ошарашенных голоса. – Да, – кивнула фотограф, проходя на середину зала. – Лучевая болезнь, похоже, достигла критической точки как раз в тот момент, когда они зашли в арт-студию. Я там пряталась и всё видела. Он упал замертво, а потом сектанты начали просто... сходить с ума... Начали нападать друг на друга, некоторые попросту побежали прочь, другие стали плакать в позе эмбриона. Пока я бежала сюда, поскользнулась на луже крови и грохнулась прямо в неё... Короче, секта дезорганизована, – подытожила она, оборачиваясь ко всем. – Правда, не знаю, временно это или нет. Оставшиеся сектанты или прячутся в здании, или уже давно убежали. – От чего они убегают-то? – поинтересовалась синеволосая. – Ну, не знаю, например, от тебя, чтобы ты им глаз на жопу не натянула, – ехидно ответила Макс. – Справедливо, – Хлоя постаралась не выдать того, что для неё это шутливое оскорбление звучало как откровенная лесть. – В любом случае, теперь, раз уж секта больше не проблема... – Я бы не была так уверена, – перебила её Макс. – Глава мёртв, это да. Но, как я уже сказала, паника и отчаяние среди сектантов может в любой момент пройти, и они могут захотеть отомстить за своего главаря. – Кому? Радиации? – Нам. Религиозные фанатики – обычно люди не самые умные. Хлоя в задумчивости почесала подбородок. – Ладно, тогда будем начеку. Так вот, я принесла некоторые вещи из коморки, – она указала на коробку, стоящую на сцене. – Отлично, – быстрым шагом Макс подошла к коробке и стала перебирать вещи. – Уоррен, я знаю, что у тебя в рюкзаке есть фонарик получше телефонного. Давай его сюда, – через спину попросила она и приняла из рук парня довольно-таки мощный фонарь, который позволил ей хорошо рассмотреть находившиеся в коробке вещи. Ноутбук, с поцарапанным корпусом и несколькими подключенными к нему проводами. Папка бумаг, полностью исписанных корявым, еле различимым почерком. МП3-плеер с воткнутыми в него старенькими наушниками. Распечатанный комикс о фурри-персонажах (бросив непонимающий взгляд на Хлою, которая в ответ развела руками, Макс сразу же откинула его в дальний угол сцены). Книга за авторством П. Листропа «Гипотетические частицы и возможные способы их получения». Расписание работ по уборке. Должностная инструкция. Маленький блокнотик. И ещё множество всего. – Ты что, просто принесла всё, что было в комнате? – скептически посмотрела на подругу Колфилд. – Я тщательно отбирала эти вещи! – обиженно воскликнула та. – Я же не виновата, что Сэмюель просто был пиздецки странный и собирал всю эту странную херню в своей странной коморке. – Ладно, – подала голос Рэйчел. – Надо перебрать все эти вещи. Чем раньше начнём, тем лучше. Разборка вещей заняла добрых три часа. Первым делом было установлено, что батарея на ноутбуке (который Макс видела впервые в своей жизни – Сэмюель или прятал его, или купил незадолго до шторма) полностью разряжена. Хлоя телепортировалась на склад Академии и вернулась с небольшим генератором. Но нельзя было шуметь, да и топлива в баке не было, так что они заставили Уоррена вращать ротор в генераторе с помощью его способности. На ноутбуке обнаружилась непонятная программа, предположительно, отвечающая за управление излучателем хроносов, но ничего более. По крайней мере, ничего, что указывало бы на местонахождение излучателя. Оставив парня дальше заряжать батарею ноутбука, который мог бы в будущем пригодится, девушки разделились. Макс, сверяясь с записями Листропа, возилась с программой на ноутбуке, пытаясь разобраться, как именно она работает, какие команды нужно вводить и можно ли открыть log-файлы ранних использований устройства. Log-файлы она нашла. Произошла какая-то «онлайн-синхронизация». Первой датой стоял день, когда она получила способности. Последней – когда способности получила Хлоя. Между этими двумя строчками был промежуток в двадцать шесть других дат. – Двадцать восемь носителей, – прошептала она. – Ты действовал наверняка, да, Сэмюель? Это слишком много... – она попыталась как-то отследить устройство по этой «онлайн-синхронизации» между ним и ноутбуком, но такой функции включено не было. Тем временем Рэйчел, листавшая книгу Листропа, и Хлоя, перебиравшая исписанные листки и отчаянно морщившаяся, разбирая плохой почерк, тоже старательно искали хоть какие-то зацепки. В один момент Прайс широко подняла брови, но затем сразу же нахмурилась и с раздражением скомкала один из листков. – Что такое? – спросил порядком уставший Уоррен. – Да капец! – воскликнула Прайс. – Листаю я эти бумажки с закорючками, значит, и натыкаюсь на слова: «Я спрятал излучатель хроносов там...», и сразу же радуюсь, но потом читаю, что написано дальше: «...там, где гора встречается с морем и сидят выдра, белка, кит и птица». Чё за хуйня?! Что он курил? Мне аж захотелось оживить Сэмюеля, где бы его труп сейчас ни был, и дать ему по морде! Я сюда деградировать пришла, а не ребусы эти разгадывать... – Подожди, – Макс оторвалась от ноутбука и повернулась к подруге. – Подай-ка мне этот листок. А, и кстати, Уоррен, батарея зарядилась, можешь прекращать. Грэхем с облегчением выдохнул, расслабляя руку. Хлоя подняла комок бумаги и бросила его подруге. Развернув лист, стрингер ещё раз перечитала фразу. – «Где гора встречается с морем»... Может, он про маяк? Хотя, я уже где-то слышала эту фразу... – Макс размышляла вслух. Остальные наблюдали за процессом. – «Выдра, белка, кит и птица»... Это тоже мне о чём-то напоминает... Где гора встречается с морем... Четверо животных... Откровение снизошло на неё, словно в библейских историях. Расширив глаза, фотограф спрыгнула со сцены, закрыла экран ноутбука и пошла в сторону выхода на улицу. – Я знаю, где устройство! – известила она друзей, молча последовавших за ней. – Чёртов Сэмюель! Да оно было просто под носом у нас. В частности, у тебя, Хлоя. Кстати, иди-ка ты с автоматом передо мной, пока мой энтузиазм не завёл меня в могилу. Медленно, озираясь по сторонам на предмет оставшихся сектантов или любых других опасностей, компания прошла из Академии к женскому общежитию. Увидев почти полностью сохранившееся здание, Макс почувствовала сильный укол ностальгии. Здесь было весело, даже если она проучилась всего несколько недель. Может, ей стоит подумать о том, чтобы возобновить обучение? «Ха-ха, только не работая стрингером», – решила она. Преступления, которые она успела совершить, Колфилд препятствием не считала. Всё равно все эти мысли покинули её голову, стоило ей увидеть около десятка статуй её лучшей подруги, выполненных практически безукоризненно, раскиданных по всему двору общежития. – Это... это что?.. – Рэйчел с ошарашенным выражением лица указала на статуи. – Коморку завалило. Пришлось импровизировать, – отмахнулась синеволосая, даже не глядя на всех бетонных Хлой, стоящих в разных позах вокруг неё. – Я даже не знаю, что сказать на это... – протянула Макс, трогая руками идеальную бетонную копию автомата Хлои. Хоплофобия не проявилась. – А я знаю. Скажи, где устройство. Колфилд хохотнула, представляя реакцию друзей. Слегка сдерживая себя, она пошла в дальний угол двора. – Ты куда? – Четыре животных – выдра, белка, кит и птица, – вместо ответа заговорила она. – Во всей Аркадии Бэй есть только одно место, где можно их встретить всех вместе. И, честно говоря, подсказка даже двойная. «Где гора встречается с морем». Знаете, как с переводится эта фраза на язык индейцев? – она стала возле длинного разноцветного сооружения. – «Тобанга». – Тотем?! Все внимательно рассмотрели стоявший с неизвестных времён тотем коренных американцев, на котором были изображены и выдра, и белка, и кит, и птица. Не поинтересуйся (сама не зная, зачем) она об этом тотеме у Сэмюеля, а потом и у Мишель Грант, сейчас она бы ни за что не догадалась, о чём говорится в записях уборщика-учёного. – Хочешь сказать, излучатель хроносов спрятан в тотеме? – уточнила Рэйчел. – А что, сходится ведь, – кивнула Прайс. – Помните, Нейтан пытался украсть Тобангу? Я никогда не видела Сэмюеля злым, кроме того раза. Похоже, он уже тогда спрятал устройство в тотем. – Именно, – согласилась Макс. – Я слышала, что многие тотемы полые внутри, так что... Подойдя и вчетвером оцепив тотем, друзья без особого труда подняли его. Он действительно оказался полым внутри. И Тобанга скрывал внутри себя установленный на вбитом в землю железном столе излучатель хроносов. Устройство представляло собой оплетённый множеством проводов металлический каркас, к которому присоединялся с одной стороны такой же металлический цилиндр. На одном из концов излучателя находились три согнутых шипа, («Или как это ещё назвать», – подумала Макс), которые держали толстое и странное кольцо желтоватого цвета. Всё устройство было словно покрыто светодиодами, но на нём не было никаких экранов, и, казалось, никаких движущихся частей. Излучатель походил скорее на затееватую гротескную скульптуру в зале современного искусства, чем на какое-то продвинутое устройство для излучения частиц. Они откинули тотем в сторону и начали рассматривать излучатель. – Похоже, кольцо – это мощный и сложный комплекс магнитов, – заговорила Хлоя. – В излучателе заряжено какое-то количество радиоактивного вещества – оно, наверное, в этом цилиндре (Рэйчел, ты бы отошла, на всякий случай) – и, проходя через это кольцо, радиационное излучение преобразуется в излучение хроносов. Хотя, конечно, всё намного сложнее, чем я говорю. – Ладно, – отряхивая руки, с нетерпением произнесла Макс. – Осталось только подключить эту штуку к ноутбуку и... Прежде, чем она успела договорить, Уоррен схватил устройство и сделал несколько шагов назад. Он выглядел взволнованным, но... словно решившимся на что-то, и смотрел на остальных исподлобья. Кажется, он даже держал свободную руку наготове. – Уоррен? Ты что делаешь? – Макс шагнула к нему, но он отошёл, не позволяя ей приблизиться. – Что вы собираетесь делать с излучателем? – вместо ответа спросил он. Фотограф переглянулась с остальными девушками, потом повернулась к парню с непонимающим выражением лица. – Мы запустим реверсивный режим, – сказала она. – Если получится, конечно. Кроме нас, существует ещё более двадцати носителей – каждый из которых может быть в любой точке планеты сейчас, так что я очень надеюсь, что реверсивный режим не имеет ограничения по расстоянию. – А потом? – А потом мы уничтожим излучатель, – честно призналась Макс. Врать нет смысла – Уоррен и так всё понимал, это было видно по глазам. – Хотите уничтожить изобретение, которое может ускорить прогресс человеческого развития в сотни раз?! – закричал он с гневом, который, несомненно, считал праведным. Прайс дёрнула подругу за рукав. – Макс, о чём это он говорит? Фотограф раздражённо вздохнула. – Уоррен считает, что способности – это хорошо, и что было бы классно, если бы они были у каждого грабителя и насильника. – Не перевирай мои слова! – возмутился Грэхем. – Я не против, чтобы вы использовали реверс, но нельзя уничтожать устройство! Оно слишком важно, невероятно важно. Если передать его в умелые руки нужных людей, столько хороших вещей можно будет сделать для нашего мира и... – А если оно попадёт в плохие руки? – перебила его Макс. – Или плохие руки, которые тебе покажутся хорошими? Представляешь, какого кризиса можно в таком случае ожидать? Ты думаешь, что имеешь право так рисковать?!! – А вы, значит, имеете право уничтожить гениальную и потенциально спасительную для миллиардов людей технологию? – Уоррен крепко стоял на своём. Похоже, профессор сильно повлиял на него. Обычно у Макс не возникало сложностей в спорах с людьми, не подкованными в мастерстве дискуссии. А ведь он ещё и на год её младше. Ладно, попробовать переубедить его она сможет и позже, сейчас главное – остановить хроносный каскад. – Ладно, тогда давай ты вернёшь устройство, и мы попытаемся найти какой-нибудь компромисс... – начала Макс, но Уоррен рассмеялся. – Ты серьёзно? Думаешь, я тебе поверю? Ты, наверное, не заметила, как каждая из вас изменилась за эти полгода, но я заметил, о, ещё как заметил, – он показал на них пальцем. – Вы ебанутые! Все! Последние несколько часов я находился рядом с вами через силу, потому что иначе никогда бы не смог найти излучатель... Да вы сами, что ли, не понимаете? Одна постоянно и слишком умело врёт, вторая – эксгибиционистка, третья – сумасшедшая убийца... Предлагаете мне довериться вам? – Я не эксгибиционистка! – страшно возмутилась Рэйчел, которую, казалось, в остальном слова Уоррена совершенно не коснулись. – Не знаю, что там с вами произошло в Сиэтле, – продолжал Уоррен. – Но в Аркадию Бэй вернулась совершенно другая девушка, не мой друг, которой я мог бы верить, так что... – Уоррен, ты просто испытал слишком много стресса и сильно преувеличиваешь... – в мирном жесте подняв руки, Макс попыталась приблизиться к нему, но он закричал: – Не подходи, сука ты конченая!!! Если Колфилд с лёгкостью пропустила оскорбление мимо ушей, как и огромное количество раз в течение её жизни до этого, то её подругам такое общение совсем не понравилось. Рэйчел и Хлоя направили на него оружие. – Стойте, что вы делаете?!! – запаниковала фотограф, оглядываясь на подруг. – Пытаетесь меня напугать? – хмыкнул Грэхем, всё же слегка нервничая. – Как будто вы сможете выстрелить в меня перед Макс. – А ты ляпни ещё какую хуйню, – процедила Прайс. – Вот тогда и проверим. – Хлоя! – Колфилд судорожно пыталась сделать хоть что-то, что предотвратило бы назревающую схватку. – Ну да, ты-то точно сможешь! – язвительно ответил синеволосой парень. – Отмороженная маньячка, которая по-хорошему давно должна на электрическом стуле сидеть. Да уж, Хлоя, а полгода назад ты казалась мне крутой. И, если честно, синий цвет волос – полный отстой. Внезапно Макс совершенно перехотелось утихомиривать ссору. Она отошла в сторону, глядя на подруг. – Рэйчел, ты постой в стороне, – безразлично приказала она. – Хлоя... делай, что хочешь. – Я бы и так это сделала, – проворчала она, вешая автомат на спину. – А не потому, что ты мне разрешила. Я сама этого хочу. Хрустнув костяшками, она пошла к парню. – И хочу довольно давно, если честно. Она исчезла, и появилась прямо перед ним. Уоррен не успел никак среагировать, а кулак девушки уже находился под его боком, оставляя в том месте хороший кровоподтёк. Смекнув, что его бьют, и причём бьют довольно-таки активно, Грэхем встал в бойцовскую стойку, но Хлоя всё равно успела ещё пару раз съездить ему по лицу. Он заблокировал следующий её удар, и обхватил руками, пытаясь взять в какой-то захват. Но девушка с силой оттолкнулась ногами от земли, и они вместе кубарем покатились вниз по холму, туда, где валялись неубранные куски деревянных домов. Макс с Рэйчел подошли к краю холма, и фотограф подняла с земли устройство, которое помощник учёного выронил, когда началась драка. Внизу, расцепившись, оба бойца вновь встали в стойки. Но Уоррен, заметив, что Макс взяла устройство, развернулся и побежал к ней вверх по холму. Цокнув языком, Хлоя снова пропрыгнула и опять оказалась прямо перед ним. Она с силой пнула его в сцепленные в защитном жесте руки, и он, потеряв равновесие, снова покатился вниз. Не тратя времени, Прайс пошла за ним, помогла встать и дала коленом под дых. Не в состоянии вдохнуть, Уоррен толкнул её от себя, и она прошла несколько метров спиной вперёд, прежде чем смогла остановиться. Взглянув на его лицо, Хлоя поняла, что парень вне себя от ярости. Впервые его взгляд был действительно кровожаден. Пригнувшись, он выдернул здоровенный шуруп из валявшейся рядом кучи досок. Сразу же начав его раскручивать, Грэхем повернул руку в сторону девушки. Раздался громкий визжащий звук, и шуруп вылетел из его поля нулевой гравитации с такой скоростью, что со стороны казалось, что он попросту исчез. Хлоя успела пропрыгнуть ему за спину и с усилившейся злобой ударила прикладом между лопаток, толкнув вперёд. За тем местом, где она стояла до телепорта, шуруп пролетел в стену общежития и всверлился в неё настолько глубоко, что шапку даже не было видно. – Ты только что пытался меня убить, уёбок!!! – крикнула она. – И кто после этого отмороженный, ты, пидрила с подавленной агрессией?!! Уже думая не столько умом, сколько желанием отомстить парню за всё, чем он её раздражал и бесил, Прайс взяла автомат на изготовку, сняв его с предохранителя. – Так, подождите, – послышался приглушённый голос Макс. – Думаю, это зашло слишком дале... Звук автоматной очереди прервал еле слышные слова фотографа. Хлоя целила в ноги. В самый последний момент Уоррен создал щит, который поглотил все пули. Немного опешив, синеволосая едва заметила, что, поддерживая щит одной рукой, второй он взял ещё один шуруп и начал раскручивать его. Когда шуруп вылетел из его руки, то с легкостью прошёл сквозь щит, и радостно полетел прямо в Прайс. Снова вовремя телепортировавшись, она успешно избежала снаряда, который вгрызся в землю и словно полностью пропал. «Блять, эта его раскручивалка сильна, – подумала она. – Одно попадание – и мне хана. Хотя, мне тоже хватит в него всего разок попасть – мы оба без брони, так что мощность снаряда особой роли не играет на этом уровне». Понемногу светало, и они уже могли видеть друг друга весьма свободно. Решив, что лучшим решением будет телепортироваться парню снова за спину и сразу открыть огонь, пока он беззащитен с той стороны, Хлоя так и сделала, но... В этот раз болевой разряд оказался сильнее, и, когда она прицелилась, Грэхем уже переместил щит так, чтобы она не могла попасть по нему, и все пули снова оказались заблокированы. Пока она перезаряжала автомат, Уоррен снова подобрал какой-то шуруп. Она заметила, что из обеих его ноздрей течёт по тонкой струйке крови, капающей на землю. Вытерев собственную верхнюю губу, она взглянула на ладонь и увидела красный цвет. Похоже, они оба немного заигрались с использованием своих сил. Тем временем на вершине холма Макс в панике подключала к устройству ноутбук и запускала программу, моля удачу, чтобы у неё всё получилось. Стоящая рядом Рэйчел сначала хотела присоединиться к драке и помочь синеволосой подруге, но, насмотревшись на схватку двух, фактически, сверхлюдей, сопровождающуюся вспышками – странными, почти магическими; летающими шурупами и пулями, решила, что куда более умным решением будет остаться «охранять» Колфилд, как её и попросила Хлоя. В Прайс в третий раз полетел ржавый шуруп. Она исчезла с крохотным опозданием, и её успело слегка поцарапать. Цокая языком от того, что теперь придётся делать укол от столбняка, а также от того, что всё её тело в очередной раз пронзало болью насквозь, она загнала патрон в патронник и снова открыла стрельбу, и снова без какой-либо пользы – по щиту. В ярости она отбросила бесполезный в текущей ситуации автомат, и вынула с пояса топор. Уоррен успел найти новый снаряд – не шуруп на этот раз, а кусок арматуры, и уже раскручивал его. Панк не стала телепортироваться от него, просчитав траекторию полёта и просто уклонившись, чем заслужила восторженно-испуганный визг фотографа со стороны холма. Продолжив бежать к нему, по пути Хлоя сформировала новую мысль – нужно просто телепортироваться так, чтобы оказаться между щитом и парнем. Тогда у него не будет никаких шансов. Занеся топор, чтобы сразу после переноса нанести удар, Хлоя пропрыгнула... и не совсем. Пропрыгнув, она обнаружила, что находится прямо перед щитом. «Эта его способность и от такого защищает?!!» – мысленно завопила она, поспешно отступая. Не зная, что предпринять, она решилась на безумный шаг. Хлоя исчезла. Парень повернул голову, ожидая увидеть её за своей спиной, но синеволосой там не было. Как не было и где-либо в пределах его видимости. Практически в последнее мгновение он догадался и поднял руки вверх, блокируя щитом удар падающей сверху Хлои. Цокнув языком, та пропрыгнула обратно на землю, но довольно-таки близко к своему противнику. «Почти получилось!» Тут же по какой-то причине Уоррен решил перейти в атаку. Сорвавшись с места, он разогнался и ударил девушку щитом. Она совершенно не ожидала подобного движения с его стороны, и получила полный урон от столкновения с непонятной силой, которая отшвырнула её на пару метров. Движение со щитом действительно было очень затруднительно для Грэхема – он очень часто и тяжело дышал, кровь обильно стекала по его лицу из носа и одной из рук он держался за голову, которая, похоже, сильно болела. С трудом поднявшись, Хлоя увидела, как стоящий над ней Уоррен раскручивает особо длинную арматурину, целясь ей прямо в лицо. Парень рассчитал её примерное время реакции, и собирался выстрелить до того, как она успеет распознать тревогу и телепортироваться от него. Тем более, что последний удар должен был немного сбить её с толку. Но прежде, чем он успел пробить ей голову этим неприхотливым предметом, разогнанным до сумасшедшей скорости вращения, что-то произошло. Какие-то два луча словно присоединились – к нему и к Хлое, просуществовав всего долю секунды, а затем исчезнув. И после этого арматура, замедлив своё вращение, немного заторможено... упала на землю. Уоррен тупо уставился на строительный предмет. Хлоя тоже, но инстинкт самосохранения подогнал её попробовать пропрыгнуть. У неё не получилось. Стремительно отползя прочь от парня, который всё ещё находился в ступоре, она увидела гордую низкую фигуру на холме. – Макс?.. – прошептала она разбитыми губами. – Я включила реверс и лишила вас способностей, – крикнула Колфилд. – Так что немедленно прекращайте смертоубийство и поднимайтесь на холм, чтобы я могла надавать вам подзатыльников! – Эти два луча! – крикнула в ответ Хлоя. – Это из устройства были, да? Забирали способности! – Было три луча, – исправила её Макс. – У меня тоже забрало способность. Тут вроде можно выбирать, на каком расстоянии будет осуществляться воздействие, хотя настроек слишком много, я пока не... Уоррен!!! Подняв с земли арматуру, парень побежал на Хлою и попытался ударить её своим оружием, как копьём. Она отразила удар древком топора, но тут же ей пришлось отпрыгнуть – оружие парня было значительно длиннее, чем её, что создавало ему огромное преимущество. Уклонившись от двух выпадов, Хлоя взмахнула топором, но длина арматуры позволяла Уоррену постоянно находится на безопасном расстоянии, так что её удар просто прошёл сквозь воздух в добром метре от врага. Небо затянуло тучами, начал моросить мелкий дождь. Он ударил её в бедро, взмахнув железной палкой поперёк, как мечом, и Прайс решила, что больше не собирается терпеть подобное унижение. Увернувшись от следующего удара, она рванула вперёд, в стиле камикадзе – не обращая внимания на удары врага, на раны, на собственную смерть. Такое решение вышло более чем эффективным, и она даже оказалась на достаточном расстоянии, чтобы провести атаку. Однако Уоррен успел заблокировать удар арматурой, но еле-еле, криво, из последних сил, держа её всего лишь одной рукой. Вывернув топор под нужным углом и потянув на себя, Хлоя смогла вырвать оружие из рук парня, но он тут же сильно ударил её кулаком в солнечное сплетение, и она согнулась, выронив и захваченную арматуру, и топор. Прайс попыталась сделать вдох, и не смогла – прекрасно известный ей результат пропущенного удара под дых. Выставляя перед собой руки и тем самым каким-то чудом защищаясь от двух последовавших ударов, она сделала несколько шагов назад и с чудовищным трудом выпрямилась. В глазах всё плавало, все звуки были будто приглушенными, мысли – медленными. Ноги держали слабо, дрожа и подкашиваясь. Она поняла, что, если они снова сцепятся, ей нужно будет бить в нужные места часто и безошибочно, иначе её быстро нокаутируют. Но Уоррен не пошёл на неё. Вместо этого его лицо отразило словно озарение какой-то идеей. Резко развернувшись, он рванул прочь. Хлоя ни на мгновение не подумала, что Грэхем решил прервать бой. Она просто шагнула в сторону, чтобы посмотреть, куда это парень так резво побежал. Она увидела. Уоррен бежал к автомату. «”Я даже из пистолета никогда не стрелял”, да? – вспомнила Прайс слова парня. – Вот же пиздлявая сука!» Она также поняла, что перегнать его не сможет. Через пару секунд Грэхем возьмёт в руки автомат и пристрелит синеволосую. Из её же чёртового оружия. Началась гроза, и безумно шумный гром перекрыл любые звуки с холма или вообще откуда-либо. Хлоя бросила быстрый взгляд на холм. На помощь Рэйчел и её «Беретт» уповать не стоит – с такого расстояния более вероятно, что Уоррен промахнётся по панку, чем что Рэйчел попадёт по нему. Макс? Кричать ей о чём-то смысла нет – всё равно не услышит из-за грома. Фотограф стояла рядом, всё ещё держа в руках ноутбук и с выражением полнейшего ужаса наблюдая за бегущим парнем. Значит, только что поняла, что он задумал. В следующее мгновение взгляд фотографа переместился на её лучшую подругу. И тогда Хлое Элизабет Прайс пришла в голову блестящая идея. Которая могла оказаться наиболее идиотским способом самоубийства, если что-то пойдёт не так. «У Макс ведь у нас просто отличное зрение, да? – подумала она. – И за всё время нашей совместной жизни она должна было хорошо изучить мою мимику... По крайней мере, я на это надеюсь... Ладно, Макс». «Читай по губам». Не крича и не говоря, потому что смысла в этом не было, глядя на свою лучшую подругу, Прайс одними губами произнесла: – Верни мне силу. Макс поняла её с первой же попытки, и тут же нажала какую-то кнопку на компьютере. Мгновение подождав, она утвердительно кивнула. Тем временем Уоррен подбежал к автомату. Но никакого луча не вылетело, и никаких звуков или вспышек не было. Не произошло вообще ничего. Устройство сломалось? Но потом Хлоя вспомнила, что никаких лучей не было и в тот день, когда она впервые воспользовалась способностью, и повернулась в парню, уже уверенная в себе, намереваясь остановить его. Грэхем целился в неё и, кажется, в это мгновение его палец опускался на спусковой крючок. Вытянув левую руку вперёд в инстинктивном порыве защитить себя и закрыв глаза, Хлоя пропрыгнула к нему.
