Не бери это дело, Хоппс!

Темно. Пусто. Неровный стук сердца — единственное, что удаётся уловить слуху. «Где я? Что произошло?» Попытка открыть глаза провалена. Веки словно слились воедино. Сознание медленно погружается в панику. Оно словно заперто внутри черепной коробки. А что если попытаться подвигать пальцами? Медленно. Осторожно. Крошечная мышца поддаётся, но, сокращаясь, проносит резкую волну дрожи по всему телу. Боль пронзает насквозь. Что-то тёплое и мокрое катится вниз по щекам. Слёзы? Похоже, до подсознания ощущение бессилия и безысходности дошло раньше, чем до разума девушки. Заперта. Но пытается выбраться. До тыльной стороны ладони коснулось что-то тёплое. Но она не вздрагивает от неожиданности. Ну почему, почему она не может распахнуть веки? Она живёт во сне. Мир погружён во тьму. Джуди Хоппс потеряла счёт времени. Как долго она здесь? И где это «здесь»? Дни она считает только по приходу посетителя, который, уходя, прикладывает к ладони что-то тёплое. Его голос слышался отдалённо, неясно. Слов не разобрать, а так хочется. Хочется наконец услышать чьи-то чужие мысли помимо собственных… Постепенно туман рассеивается, с каждым днём отчётливее донося до неё всё более связные словосочетания. «Морковка…прости…дурак…виноват…шляпник…» — говорит посетитель. Загнанное в тупик сознание пытается составить логическую цепочку, но собирает лишь незаконченный пазл. С каждым днём всё будто приобретает смысл. Становится понятнее. Джуди наконец узнала его. Как она могла не понять?! Этот голос, что вечно выводил её из себя, заставлял улыбаться и прятать взгляд… Ник. Её Ник. Теперь она ощущала это всеми фибрами души. Поняв, что он делает каждый раз, уходя, Джуди вдруг ощутила прилив сил. Лёгкий поцелуй оставленный на костяшках пальцев каждый раз возвещает её о его уходе. Вот уже она понимает смысл всего, сказанного им. Её друг, напарник рассказывает ей о будничных вещах, стараясь избегать всевозможных расследований. Нет. Того самого расследования. Ей хочется выкрикнуть, сказать, что ей не страшно, хотя это не так. Джуди Лаверн Хоппс радовалась каждому дню. Каждой секунде, понимая, что силы возвращаются к ней. Сознание перестало бесцельно метаться. Она получала истинное наслаждение от визитов Ника. Пару раз даже приходила Оул, явно приволочив за шкирку Когтяузера. Бого. Она была несказанно им рада. Всем. Каждому их слову и своей возможности их слышать. Была рада до тех пор, пока не услышала печаль в голосе Оул, когда та, склоняясь над ней, прошептала: — Где же тебя носит, Хоппс? Здесь полный беспорядок. Ник женится… «Ник женится». «Женится». «Ник…» Все звуки утихли. Они, наверное, ушли. Мысли вновь заметались в поиске логического объяснения. Нет. Это не могло произойти. Не могло же? Но как? Почему? Вопросы душили. Она должна убедиться… Должна встать! Джуди Лаверн Хоппс открыла глаза.

***

Люси Рэд отличалась буйным нравом и хорошенькой фигуркой. Скучающая и всеми желанная брюнетка развлекалась в школьные годы тем, что влюбляла в себя тех, кому она не нравилась. Это было весело. Это было забавно. Это был вызов. «Я тебе не нравлюсь? Это мы ещё посмотрим!» — стало лозунгом её школьных лет. Видимо, эту привычку она унесла с собой и во взрослую жизнь. Начавшись как банальная игра, её помолвка перерастала в нечто большее. И знаете что? Ей это нравилось. Люси поняла, что в присутствии Ника её живот странно скручивался, а мысли улетали вдаль. Она пыталась говорить спокойно и с некоторой изюминкой таинственности, что приводило в восторг почти всех её поклонников. Но рядом с ним этот номер не проходил. Постепенно ей стало мало просто наблюдать за своим суженым. Ей хотелось прикоснуться к его телу. Хотелось почувствовать его тепло, раствориться в объятиях. Почувствовать его губы поверх своих… Эти мысли пугали её. Эти чувства были странными, но чертовски приятными. Он принадлежал ей. И только от осознания этого хотелось парить и плясать, петь и танцевать. — Ник? — промурлыкала Люси, обвиваясь вокруг его руки и уткнувшись щекой в сильное плечо. Она уже привыкла каждое утро ходить с ним в участок, провожать его, ловя завистливые взгляды его коллег. Да, Рэд была ужасно привлекательна и знала это. — Что? — донеслось сверху сухо и монотонно. — Я выполнил свою часть уговора, Люси. В неё не входило наше с тобой сюсюканье. Он попытался высвободиться, но это не входило в планы Рэд. Она лишь сильнее впилась в локоть парня. Острые ногти больно врезались в кожу. Он это почувствовал даже сквозь рубашку. — Правда, дорогой? Хм… Что же делать? Может рассказать твоим друзьям о том, как их сослуживец проводил время в наркопритоне? Или о том, что ты узнал от меня? Уайлд остановился и одарил Люси ненавистным взглядом. О да. Нельзя, чтобы эта информация распространилась, не сейчас! Как-то раз, по глупости он обмолвился ей, чтобы она молчала. Она будет молчать. Будет, если он будет хорошо себя вести. Люси ослепительно улыбнулась. Ей нравилось их противостояние. Она сплела свои пальчики с его. На этот раз Ник не противился. Он молчал. Однако при подходе к участку он снова резко остановился. «Да что опять такое?!» — Люси бросила злостный взгляд сначала на своего будущего мужа, а затем на участок. На неё, точнее нет, на него смотрели два огромных фиолетовых глаза. Прямо в дверях застыла бледная, как полотно, пепельноволосая девушка. Её нижняя губа едва заметно дрожала. Бог ты мой, эта бедняжка, похоже, на грани того, чтобы расплакаться! Люси знала, что у Ника есть напарник. А также она знала, что с ним недавно что-то случилось. Парень часто задерживался после работы, чтобы навестить его. Опять нет. Её. Медленно подняв глаза на Ника, она увидела, каким взглядом он смотрел на эту девушку. В нём было всё: паника, радость, отчаяние и…боль. Точно такую же, только в миллион раз мощнее тут же ощутила Рэд. Этот ужасный укол ревности проделал в ней огромную дыру, которую было необходимо прикрыть. — Дорогой… — произнесла она, встретившись взглядом с девушкой. — Поцелуй меня. Ник не отреагировал. — Поцелуй, я сказала. Иначе эта девушка… Парень больно сжал её ладонь, два зелёных глаза были переполнены злобой. «Заткнись!» — прошипел Уайлд сквозь зубы. Он рывком притянул её к себе. Дыра со скрипом затягивалась. Их губы слились в поцелуе. Диком, полном жадности и ненависти.

***

Нет. Нет и ещё раз нет. Этого не могло произойти! Джуди быстро перебирала ножками. Она неслась, казалось, со скоростью света, хотя врач ей строго-настрого запретил перенапрягать мышцы. Да и кого это волнует сейчас?! То, что она только что увидела, повергло её в шок. Она с трудом понимала, что происходит. Ей необходимо было переварить то, что только что произошло. А что, собственно, произошло? Её Ник просто поцеловал другую. Но они ведь не встречались… Между ними ничего не было! Джуди ведь и сама сказала, что они просто друзья. Да?! Дверь её кабинета громко хлопнула позади неё. Девушка рухнула в кресло. Это…это ужасно больно. Но что болит? Сердце? Живот? Казалось, будто кто-то вывернул все её внутренности наружу, вытряс их и оставил лишь пустую оболочку. К горлу подступил не пойми откуда взявшийся ком. Хоппс подтянула колени к груди и обхватила их руками. Что произошло? Как такое вообще могло произойти? Свадьба? А как же та ночь в баре? В архиве? У неё дома? Это всё — игра? Она уткнулась лицом в колени. А ведь ей казалось, что они… Джуди вдруг почувствовала, как ткань полицейских брюк стала мокрой. Только сейчас девушка поняла, что её тело сотрясается в беззвучных рыданиях. Да. Ей было действительно плохо. Как-то раз Вульфис сказал, что с каждым, кто живёт в этом городе, можно провести параллель с животным. « — Что? — рассмеялась Джуди. — Что за глупость! — Да нет же! — глаза мужчины сверкали. Он был готов отстаивать право своей идеи на существование. — Ну вот смотри! Он указал пальцем на Ника, который, добывая важные для расследования сведения, ворковал со свидетелем. — Рыжий импозантный хитрюга. Никого не напоминает? Девушка подавила очередной смешок, но всё же ещё раз оценивающе поглядела на своего напарника. Что-то внутри ёкнуло. А ведь и правда! Она и сама столько раз сравнивала этого рыжего прохвоста с…лисом. Даже называла его так иногда. — Ну хорошо. — фыркнула девушка, складывая руки на груди. — А кто же тогда мы с тобой? Вульфис хмыкнул, почесав затылок: — Себя я ассоциирую с волком. А ты…кролик! Было это обидно или нет, девушка ещё не решила. Джуди даже не успела отреагировать, как у неё прямо над ухом раздался голос Ника: — Кролик, ха? — он усмехнулся, демонстративно кладя свой локоть ей на макушку. Тут вдруг он расплылся в блаженной улыбке и, наконец-то убрав свою тушку с её головы, вырос прямо у неё под носом. Их глаза встретились. Сердце девушки будто неожиданно решило выбиться за пределы грудной клетки. — Что ж, кролик Хоппс! С этого момента я буду величать тебя Морковкой!» В тот момент ей было хорошо, весело, беззаботно. Она не придавала словам Вульфиса особого значения. Но теперь… А что, если она и впрямь та самая зайка, крольчиха? А Ник лис? Тогда, даже законы природы играют против них! Заяц и лис, всё равно, что огонь и вода, собака и кошка. Травоядное и хищник. Она шумно выдохнула, ещё крепче стискивая в объятиях колени. Он игрался с ней, как хищник со своей добычей. Теперь ей стало это понятно. Теперь ей всё стало понятно! Николасу Уайлду несвойственно думать о других. Он не способен на это. Самовлюблённый эгоист, он наслаждался своей игрой. Ему нравилось, когда при виде него Джуди не находила себе места. Всё, что было между ними — ложь, жалкая и низкая. Дверь снова хлопнула. — Джуди? — его голос разбил тишину, царящую в её мрачном царстве. Сердце предательски ёкнуло. Спинка кресла скрывала Хоппс от его взора. — Не подходи! — до неё донёсся чуть ли не рык. Её рык, больше похожий на хриплый вопль. Воцарилась тишина. Но она вновь услышала его мерную поступь. — Не подходи, иначе я уволюсь! — выпалила она первое, что пришло в воспалённый обидой ум, срывающимся голосом. На этот раз шаги затихли. — Морковка… Хоппс с трудом подавила всхлип. Она заставляла себя сидеть к нему спиной, хотя хотела развернуться и тут же броситься на шею. Нет. Она выше этого. — Уходи. — проговорила она более спокойно. — Мне нужно побыть одной. Она услышала его вздох. До неё донёсся скрип двери. Желчная обида захлестнула её с новой силой. Ну и когда он успел стать таким послушным? Когда? Почему он послушался её именно сейчас, когда ей хотелось, чтобы он нарушил каждое сказанное ею слово?

***

Нет. Нет и ещё раз нет. Этого не могло произойти! Ник мерил шагами коридор. Не так он себе представлял их с Джуди воссоединение. Он вот уже две недели посещал её в больнице, каждый раз содрогаясь от мысли, что мог потерять её. Джуди Лаверн Хоппс вернула его к жизни. Вытянула из грязи. Показала ему новый мир. Во время расследований он с трудом мог сконцентрироваться: постоянно хотелось то взять её за руку, то поцеловать, то попросту пробраться к ней в квартиру (его воображение, разумеется, рисовало и куда более откровенные картины). Он умел нравиться девушкам. Он знал, что нравится девушкам. Но он не знал, как понравиться ей. Она была другой. Она была особенной. Ради неё он был готов пожертвовать жизнью. Свободой. Последнее он, собственно, и сделал. Он согласился на эту безумную сделку. Другого выхода не было. Нужно было хоть как-то опередить шляпника, прежде чем он смог бы вновь посягнуть на жизнь Хоппс. Он был готов на всё. Николас Уайлд впервые был в отчаянии. То, что он узнал от Люси, повергло его в шок. Дозу стрихнина в тот день доставили в полицейский участок! Он проверил камеры повсюду. Никаких неожиданных посетителей в тот день не было. Ужасная правда тяжёлым грузом легла на плечи. Союзник шляпника, либо того хуже, сам шляпник работал (или работала) с ним бок о бок. И если Люси проговорится, то тем самым загонит его в угол. Тогда шляпнику будет нечего терять. А вот Нику будет...