Русалочка, которая верила в людей

— Что?! Моррис, это точно? — русалка не верила своим ушам. — Ну зачем мне обманывать вас? — искренне удивился мужчина. Леди Трайтон медленно сделала вдох, а затем на выдохе произнесла: — Сколько нужно существ для изготовления ворот? — Для этого нужно хотя бы несколько тонн межгалактической материи. Один синхробелиск извергает в среднем килограмм материи в день. Когда у нас было десять синхров, мы планировали потратить на получение материала около семи месяцев. — Неужели потеря одного существа так сильно скажется на времени сбора материалов? Можно списать эти лишних полмесяца на тритоний фактор*, или то, что синхры не хотят производить материал… — Вот именно! — перебил ее ученый. — Они производят килограмм материи в день только в благоприятных условиях, понимаете? Мы не учли этого. — Что значит «не учли»?! — разозлилась начальница. — Ты кто вообще такой?! Как ты можешь называть себя главным ученым штата после такой дурацкой ошибки?! — Я не знал! — начал оправдываться Моррис. — Синхробелиски — новые для нас существа, их еще никто не находил и не использовал, надо было сперва изучить… — Вон! — закричала русалка, вставая со своего кресла и опираясь об стол так, чтобы ученый казался меньше и ничтожнее ее. Он и правда съежился и прищурился, как будто над ним нависла гигантская кобра. — Пошел вон! Нахал! — продолжила она и тихо прошипела со злобой в голосе: — Если ты… через три дня… вернешься без десятого, а то и одиннадцатого синхра… — она схватила его за воротник рубашки, — ты лишишься работы. Затишье бывает перед бурей и поэтому тритон скукожился еще сильнее, ожидая ядовитого укуса. Он с ужасом и отвращением наблюдал, как скорчилось ее лицо и как капельки слюны, оставшиеся на нем после неистового крика, смешались с окружающей их водой. Он ненавидел ее в такие моменты. Сейчас не хотелось замечать, какие ухоженные у нее волосы и как жемчужно переливается ее стянутая на затылке прическа, какое она носит красивое белье (оно выглядывало из-под офисной блузки, когда она наклонялась). Рассматривая ее в ожидании, что она вот-вот с визгом набросится на него, Моррис заметил, что у нее на голове один тоненький гиалинчик все же не серебрится так сильно, как остальные. Он имел какой-то персиковый оттенок, явно плохо прокрашенная седина. Интересно, сколько ей лет? — Ты понял меня?! — взвизгнула Трайтон, резко отшвырнув от себя подчиненного в сторону двери. Тритон пошатнулся и по инерции отплыл назад, туда, куда его оттолкнули. Он, задумавшись, как будто в каком-то исступлении, смотрел на хозяйку кабинета. Сейчас она как будто снова становилась прежней, немного успокоившись. Правда, растрепанная прическа и две таблетки в капсулах, которые она достала из выдвижного ящичка в столе и глотнула залпом, полностью выдавали ее внутреннее состояние. — Уйди. — хрипло сказала она. — Ну же, уходи. Тритон, погрустнев еще больше, чем перед визитом к начальству, покинул злосчастную комнату, аккуратно закрыв за собой дверь. Никса, секретарь Баббл, сочувственно улыбнулась расстроенному Моррису, пытаясь таким образом хоть как-то его поддержать. К слову, Никс была еще совсем юна, но хорошо справлялась со своей работой. Правда, ее предпочитали не замечать и воспринимали просто как связующий аппарат. Видите ли, она не курила (что позволило бы ей общаться со многими коллегами в перерывах) и не пила (что в свою очередь вело к ее призрачному и незаметному присутствию на корпоративах компании или вовсе отсутствию на них). Моррис ради приличия улыбнулся ей в ответ и поплелся в свою лабораторию, забрать вещи и приготовить все необходимое. Путешествие обещало быть долгим и нелегким. Кто знает, где может скрываться пропавший синхробелиск и не уплыл ли он вообще вон из этой вселенной?