Гарри Поттер, неучтённый фактор и всё остальное

Разбор полётов был грандиозным. Досталось от Вальпурги и Сигнуса всем: мне и Дадли — за потерю бдительности, Томми-Нику — за то, что среагировал недостаточно быстро, Сири, как выразилась Вальпурга, «за страсть к дешёвым театральным эффектам», а всем остальным — просто за компанию и, цитирую уже Сигнуса «привычку совать свой нос в любую дыру, где скрывается всякая непонятная пакость». Достичь высшей точки скандалу помешало присутствие в доме целителя Сметвика, которого срочно пришлось вызвать к Мальсиберу… Ну и меня осмотреть, конечно. Со мной всё было в порядке, тем более, что Северус сразу же выдал мне специальное зелье, снимающее последствия Круцио. Зелье он разработал ещё в приснопамятные времена членства в ОПГ «Пожиратели Смерти», поскольку Волдеморт перед роковым Хэллоуином слетал с катушек всё больше и больше, награждая верных соратничков Круцио за любую мелочь. Соответственно, слишком часто попадающие под горячую руку члены ОПГ готовы были платить Северусу любые деньги, лишь бы не напоминать длительное время свежеподнятых инферналов с трясущимися конечностями. Крауч-старший по силе, конечно, и рядом не стоял с Тёмным Лордом, так и я же не взрослый мужик. Так что, едва мы прибыли на Гриммо, я просто рухнул на ближайшую мягкую горизонтальную поверхность, не обращая внимания на то, что творилось вокруг, а вот после фиала с зельем вполне смог вникнуть в суть воспитательной беседы. Тем не менее, Сметвик осмотрел меня первым, заявил, что зелье Северуса подействовало, как надо, и со мной всё в порядке, но он, тем не менее, настаивает на отдыхе, хорошем питании и положительных эмоциях. Я резонно решил, что это всё могу получить и на Тисовой и упросил Сири нас аппарировать, что он сделал с большим энтузиазмом, лишь бы ускользнуть от гневающейся матушки. Но если он думал, что разъярённая Петунья, почувствовавшая неладное, лучше Вальпурги, то тут он глубоко ошибался… Так что пришлось Сири и тут спасаться бегством… Естественно, Петунье мы всего не рассказали, отговорившись очередными хулиганскими действиями «охраняющих» меня членов Ордена, что не прибавило ей любви и уважения к Дамблдору. Но хоть нас она не ругала… Мы, все трое, немедленно были усажены за стол и накормлены. А напоследок Петунья, считавшая сладкое лучшим средством от стресса, достала шоколадный торт изумительной вкусноты, так что мы и не заметили, как умяли три четверти этого кулинарного шедевра, а после отправились в мою комнату, ибо Дадли и Томми-Ник просто горели желанием услышать, что же со мной произошло. Пришлось рассказывать. Дадли ахал и охал, а Томми-Ник скрипел зубами оттого, что такое замечательное приключение прошло мимо него. Как оказалось, он удрал со своих дополнительных занятий и аппарировал в парк буквально минуту спустя после моего похищения Винки. У него хватило сил отследить аппарацию, но последовать за мной он не смог — всё-таки детское тело есть детское тело, да и магически Томми-Ник хоть и был сильнее своих сверстников, но со взрослыми магами на равных тягаться ещё не мог. Поэтому он привёл в чувство ошарашенного Дадли и вытащил из моего школьного рюкзака сквозное зеркало для связи с Сири — с некоторых пор я таскал его с собой везде. Моментально прибывший Сири тут же разобрался в ситуации, понял с помощью Томми-Ника, что неведома зверюшка, то есть чокнутый домовой эльф уволок меня в дом Краучей, вызвал подмогу и Кричера Второго и велел последнему перенести мальчишек на Гриммо — от греха подальше. Томми-Ник, горевший здоровым энтузиазмом, уговаривал взять его с собой в карательную экспедицию, но Сири был непреклонен — детям в таких делах участвовать рано, поэтому всё время до моего освобождения Дадли и Томми-Ник провели на Гриммо в компании Вальпурги и Сигнуса, попивая успокоительное зелье и выслушивая нотации о ненадлежащем воспитании молодого поколения. Причём, к хору нотаций присоединились и все находившиеся в гостиной портреты, особенно изощрялись в выражениях Финеас Найджелус Блэк — один из бывших директоров Хогвартса — и покойный муж Вальпурги Орион. — Это было ужасно, — жаловался Дадли. — Особенно этот старикан, который Финеас Найджелус. Только и твердил о воспитании Наследников Рода. «Наследник Рода то, Наследник Рода — сё…» Вот скажи, Гарри, к нам с Ником это каким боком относится? Мы ж по этой волшебной терминологии вообще… как это… магглорожденные… Это ты у нас Наследник. — Не всё так просто, — хмыкнул я. — Рассказать? — Не, — отбился Дадли. — Потом. Лучше расскажи, зачем ты этой чокнутой домовушке понадобился? Я рассказал. Дадли только пальцем у виска покрутил, а вот Томми-Ник насторожился: — Ты говоришь, что Сири видел там детские кости? — Ну да, — ответил я. — Но он мог и напутать… — Блэк? — хмыкнул Томми. — Вряд ли. Но лучше бы, если напутал. Потому как это плохо. Очень плохо. Если это то, о чём я думаю, то можно на весь Род проклятие навлечь. Неудивительно, что Крауч с катушек съехал. — Да ну вас, — проворчал Дадли. — Проклятие, проклятие… Давайте лучше поиграем, а? Устал я от всех этих сложностей, а у меня вечером тренировка… Ну да, это мы с Томми-Ником умом взрослые, а Дадли у нас дитё, ни к чему ему такие потрясения. Не подумали мы… Хорошо, хоть Вальпурга с Сигнусом успокоительным парня напоить догадались… Можно и поиграть… — А что, у тебя новая игра появилась? — поинтересовался Томми-Ник, в этой своей ипостаси обожавший квесты и стрелялки. — Ага, вон, смотрите, — показал картридж Дадли. — «Супербратья Марио» называется. Я прямо сердцем умилился. В прошлой жизни смешной усатый человечек, прыгающий по грибам и тучкам и разбивающий кирпичи ударом кулака порой скрашивал мне вечера. Так что пять минут спустя мы с увлечением следили за игрой.

***

После столь неприятного приключения прошло несколько спокойных недель, когда мы жили как вполне себе обычные школьники. Единственный раз за это время мы сумели выбраться в волшебный мир — на имянаречение дочки Люциуса и Нарциссы в Малфой-мэнор. Да и то пробыли мы там недолго — слишком спешили старшие. Единственное, что успел шепнуть мне Сири, что дело оказалось серьёзным, и что они не поделятся с нами информацией, пока всё не распутают. А в целом всё прошло красиво и торжественно, малышка выглядела здоровенькой и хорошенькой, уже ничем не напоминая сморщенный, пищащий, красный комок, каким являются все новорожденные. В бело-розовых кружевах, розовощёкая, с большими голубыми глазами и выбившимся из-под кружевного чепчика белокурым локоном, с розовыми пухлыми ручками в «перевязочках», малышка была обворожительна. Очень повеселили Малфоёныши, видевшие сестру только новорожденной. Узрев очаровательную малышку на руках у отца, они впали в ступор, а потом Драко выдал: — Папа, а у нас что, ещё одна сестричка? Думаю, что присутствующим стоило большого труда скрыть улыбки, но светское воспитание справилось. Кстати, малышка получила весьма сложное имя — Гайя* Тания Бореалис** Малфой. Папа Люциус и мама Нарцисса соединили две традиции — давать потомкам «ядовитые» (Малфои) и «звёздные» (Блэки) имена. Я тихо похихикал про себя, и решил, что голубоглазая блондинистая малышка для меня точно будет Гаечкой из мультика про бурундуков-спасателей. Жаль только, что с Конни и Драко мы пообщались так мало, но серьёзность Сири убедила меня лучше всяких уговоров. Так что мы учились, ходили на дополнительные занятия, бегали в парке по утрам, только больше не срезали дорогу из школы через его «глухую часть». Да и бегали мы теперь тем маршрутом, что и большинство утренних бегунов, стараясь постоянно быть на виду у взрослых. В школе между тем шла полным ходом подготовка к «Белоснежке». Как и в позапрошлом году, мисс Трамбль постаралась дать роль каждому из класса, а посему версия спектакля отличалась от классической. Правда, нас троих это не спасло. Две главные женские роли — Белоснежки и Злой Мачехи получили Сурия (индианка в роли Белоснежки — это был сильный режиссёрский ход, да! А я ещё ломал голову, откуда взялась чернокожая Гермиона!) и Клара. Обеим эти роли подходили просто на диво, а вот роль влюблённого в Белоснежку Принца досталась Дадли. И, хотя его слегка и поддразнивали, он явно в душе был этим доволен. Что же касается нас с Томми-Ником — то нам достались козырные роли. Ему — старшего из братьев-гномов, а мне — Волшебного Зеркала. Причём, недолго я радовался, что обойдусь без песенок и танцев, как гномы, зверюшки и все остальные герои спектакля. Завершался спектакль танцем Зеркала, которое подводило итог всей этой истории и выводило необходимую мораль. А потом Принца и Белоснежку окружали радостные гномы и зверюшки, образуя живую картину, в правом углу которой показательно каялась Злая Мачеха. Клара каялась столь душераздирающе, что слёзы наворачивались на глаза у всех, кто её слышал. Лично у меня это были слёзы смеха, а с остальными я не уточнял, чтобы не обижать девочку. В общем, бред почище прошлогоднего, но детям нравилось. Пришлось взять роль и пообещать сотворить костюм Зеркала, потому как мисс Трамбль видела моего персонажа антропоморфным и никак иначе. Да и Дадли с Томми-Ником дали мне понять, что рассчитывают на мою помощь в подготовке костюмов. Поэтому несколько вечеров мы провели на Тисовой, занимаясь костюмами для спектакля. Слава местной церкви, в пожертвованных вещах я сумел найти старомодный, но симпатичный бархатный костюм глубокого синего цвета, состоящий из брюк и жилетки с вышивкой. Костюм выглядел очень мало ношеным, правда, он был женским, но на крупную женщину, и высокому Дадли он подошёл с некоторыми переделками. Костюм подгоняла Петунья, она же пришила к белой рубашке Дадли жабо из готовых кружев и ими же обшила обшлага. А золотую мишуру и большие блестящие бусины из моей дорогой шкатулочки наносил уже я с помощью одного простого бытового заклинания. Подходящий берет и сапоги удалось найти на дешёвой распродаже, я их слегка изменил и простым «Репаро» заставил обновиться. В общем, когда Дадли примерил костюм, Петунья только руками всплеснула и стала меня обнимать. Дадли действительно выглядел шикарно, ничего общего с мешком сала из канона. Настоящий принц, да… и если Сурия не обратит на кузена внимания… то сама дура, а уж невесту мы ему найдём. С Томми-Ником было проще, он фактически всё смог трансфигурировать сам, а белую бороду и красный колпак мы купили в универмаге — уже начали продавать товары к Рождеству. На колпак я нашил заплаток, а белую бороду мы немного перекрасили, отчего она приобрела неопределённо-пегий цвет. В общем, гном в клетчатой рубашке, коротких чёрных бархатных штанах с подтяжками и ярких полосатых носках получился хоть куда. Больше всего мне пришлось помучиться с костюмом Волшебного Зеркала, но в конце концов я сумел кое-что придумать, но для этого я сильно растряс запасы фольги для запекания. Петунья на это только рукой махнула. В итоге, с помощью моих умений и бытовых заклинаний получилось нечто удивительное. Старые серые брюки Дадли и такой же свитер я подогнал по себе, обновил с помощью «Репаро» и обшил блестящими полосками. Из золотой бумаги вырезал две рамки с завитушками — на спину и на грудь, скрепил их шнурками, которые заплёл косичками для красоты и перекрасил в яркие цвета. Рамы заполнил фольгой, магией сделав её чуть-чуть более «зеркальной», а для лица склеил из серебряной и золотой бумаги полумаску, щедро добавив камушков и бусин из своей любимой шкатулочки. Получилось несколько… блестяще, но, по-моему, для сценического костюма это не грех. Петунья просто ахнула, а Дадли с Томми-Ником заверили меня, что получилось реально сказочно. Так что к пытке «Белоснежкой» мы, все трое, были практически готовы. По правде сказать, мы обретались дома не только из-за желания сделать костюмы для постановки, но и из-за того, что ждали вестей от Сири — как там освобождённый Мальсибер и что удалось вытянуть из Барти-старшего, но единственное, что мы пока получили за эти дни — это выпуск «Пророка» с очередной статьёй Риты Скитер. Рита была в своём репертуаре: огромный, сразу привлекающий внимание заголовок на первой полосе, со вкусом подобранные колдографии и сочившийся ядом текст. Нет, определённо полезная женщина, если работает на нужную сторону. К тому же, регулярно получаемые деньги Блэков явно облагородили внешность Риты — никаких кричаще-пергидрольных локонов, никакой красной помады и очков со стразами. Строгий брючный деловой костюм, короткое каштановое каре, очки в тонкой золотой оправе. Всё очень дорогое и стильное, эта женщина уверенным, строгим видом и серьёзным умным лицом невольно внушала уважение. Только Прытко Пишущее Перо осталось неизменным, но это уже издержки профессии. Заголовок статьи гласил: «Чёрная метка над домом министерского работника: месть противнику или наказание соратника?» Душке Рите явно стучал кто-то из аврората, иначе как объяснить чёткие колдографии дома Крауча с парящей над ним Чёрной Меткой, вход в тот самый подвал, снесённые Бомбардами стены и второй подвал с клетками, жутковатого вида устройствами, напоминавшими пыточные и кучкой костей у стола, подозрительно напоминавшего разделочный. А ещё разного рода символы на стенах, начертанные чем-то, подозрительно напоминавшим кровь, свечи чёрного и красного воска, расставленные по какой-то недоступной моему пониманию системе, книги и уж совершенно зловещего вида металлические инструменты. Короче, мутный ужас. Рита всласть потопталась по найденному, совершенно верно сделала вывод, что в подвале проводились не просто Тёмные, а Наитемнейшие ритуалы, и патетически, с полагающимся надрывом, вопрошала: «Как так? Почему один из уважаемых работников Министерства с безупречной репутацией хранил в подвале такое? Сколько ещё тайн хранят Министерские работники, что сходит им с рук, и кто нами управляет?» Затем Рита заявляла, что Метка над домом Барти Крауча-старшего и его загадочное исчезновение несомненно подтверждают возрождение Тёмного Лорда, а вот мотивы Лорда остаются загадочными. То ли он мстит своему противнику, то ли… Тут, видно Рита ещё поднапряглась, и выдала такую версию, от которой волосы наверняка встали дыбом во всех местах у всего Министерства. Рита выдвинула версию, что старший Крауч был тайным сторонником Лорда, его шпионом в Министерстве, а несчастного Барти-младшего упрятал в Азкабан для того, чтобы в первую очередь обезопасить себя, не пожалев для этого даже единственного сына. Журналистка не поленилась, разыскала некоторых однокурсников Барти, и те в один голос заявили, что Барти частенько возвращался с каникул «подавленным и грустным», что он все силы отдавал учёбе, «чтобы порадовать отца», и что он часто вздыхал о том, «что никогда не будет достаточно хорош для него». Рита тут вспоминала о сданных Барти-младшим двенадцати СОВах на «превосходно» и, утирая скупую журналистскую слезу, вопрошала — не странно ли, что столь многообещающий молодой человек, которого, несомненно, ждало самое блестящее будущее, подался в Пожиратели? И тут же делала смелое предположение, о том, что Метку Барти-младший получил под влиянием отца, стремясь хоть таким способом добиться его расположения. Таким образом, в этой статье Барти-младший представал не невменяемым Пожирателем Смерти, а несчастным молодым человеком, жертвой отцовской тирании. А вот Крауча-старшего Рита прополоскала по полной… и поделом. Судя по колдографиям из подвала, там явно творилось что-то ужасное. Что же Сири с Севом ничего больше не сообщают? И на Гриммо уже больше двух недель не приглашали… Неужели настолько заняты? Хотя… там же ещё Мальсибер, его тоже лечить нужно. В общем и целом, обсудив с Томми-Ником статью, мы решили не надоедать старшим и подождать, пока о нас вспомнят. Но с Конни и Драко я по вечерам связываться не забывал. Они рассказывали мне про малышку, вздыхали, что до Хогвартса ещё так долго и придумывали новые каверзы, дабы держать папА в тонусе. Маму с сестрёнкой они жалели, а вот папе Люциусу порой доставалось по полной программе. Хорошо хоть павлинов пока больше не трогали. Кстати, у бедных птичек выработался стойкий эффект от марша под «Империо». Любая достаточно мелодичная музыка заставляла их строиться ромбом и дефилировать мимо Люцевых окон. Уж что Люциус ни делал — не помогало… Правда, спустя месяц Люциус пригласил в гости некоего делового партнёра с Востока, а тот, узрев шествие павлинов, пришёл в полный восторг, и стал уговаривать Люци продать ему столь музыкальных пташек за любые деньги. Душка Люци не стал обнимать потенциального покупателя с криком «Спаситель мой!», поскольку к тому времени у него шествия павлинов уже в печёнках сидели, а очень и очень долго торговался с видом того, что делает деловому партнёру величайшее одолжение и содрал с впечатлённого покупателя максимально высокую цену. Нет, определённо папеньку Люциуса не зря именовали Абраксас… Но это я так, к слову… так что теперь несколько оставшихся пав спешно высиживали новых птенцов, а Малфоёныши уже планировали, как будут изменять их внешность. Креативные ребята, что говорить… Глядишь, папА в очередной раз на каком-нибудь деловом партнёре наварится. Наконец, в очередное воскресенье Сири пригласил нас троих на Гриммо, заявив, что кое-какие сведения от Крауча-старшего таки удалось получить. Но вот Дадли он позвал не для того, чтобы рассказывать печальную историю семейства Краучей. Дадли был приглашён для отдельного разговора с Сигнусом Блэком. Старый Сигнус в очередной раз навестил Гринготтс и довёл гоблинов чуть ли не до нервной трясучки, на сей раз тема его беседы касалась дел Рода Кэрроу. Зеленошкурые попробовали сначала уйти в глухую несознанку, типа Наследники Рода благополучно померли в Азкабане, близких родственников нет, сейфы Рода закрываются на сто лет, после чего наследство считается выморочным, земли поступают в пользу Министерства, а деньги — в пользу банка. Заслышав такой, как выражались на моей прошлой Родине криминальные элементы, «гнилой базар», Старый Сигнус качественно осерчал. Уж не знаю, в чём это выражалось, но ещё месяц природный оливковый оттенок кожи гоблинов приобретал при упоминании фамилии Блэк пикантный оттенок мятной зубной пасты. Во всяком случае, когда Сигнус попросил меня приказать Таффи сопроводить его и Дадли в банк, то свидетельство домовушки в пользу Дадли, как наследника Кэрроу, было принято без писка. Ключи отыскались, сейфы открылись… Как и ожидалось, особого богатства в них не было — жалкая кучка галлеонов, чуть побольше сиклей и кнатов, всё общим числом тянуло едва на тысячу, но вот неплохой дом с земельными угодьями, собственным Источником и камнем Рода — это и было подлинное богатство. Дом, само собой, нуждался в ремонте, но ничего глобального. Кстати, когда я предположил, что в Хогвартсе есть домовик с такими же способностями, как и Таффи, и что это может быть опасно для Дадли, Старый Сигнус только плечами пожал, и напомнил мне, что домовики Хогвартса служат именно школе. И приказы директора они выполняют только в том случае, если они совпадают с интересами школы. То есть доносить о происхождении студентов Доброму Дедушке домовики не обязаны. Другое дело, если у семьи Дамблдоров имеется личный домовик с подобными способностями… но в Хогвартсе он постоянно обитать не может. Разве что в Хогсмиде где-нибудь, это местечко посещают все студенты начиная с третьего курса. — Может, в «Кабаньей голове»? — поинтересовался тогда я. — У этого грязнули Аберфорта сроду домовиков не было, — ответил Сигнус. — Не любит он их. Да и студенты в «Кабанью голову» заходят редко — слишком противное местечко. Но эту идею стоит проверить, спасибо, Гарри. А теперь стоит вернуться к наследству Кэрроу… Кроме денег в сейфе нашлось десятка три тёмномагических книг, несколько не слишком ценных артефактов и комплект Наследника Рода, а также Родовое кольцо Главы. Я, честно сказать, был слегка удивлён, что их не носили ни Амикус, ни Алекто, но Сигнус мне объяснил, что эти Родовые драгоценности часто зачаровывались таким образом, чтобы после смерти Главы или Наследника переноситься обратно в сейф. Значит, Алекто и Амикус и в самом деле мертвы… Дадли, кстати, не слишком обрадовался своему внезапно чистокровному происхождению. Общаясь со мной, он быстро понял, что чистокровность не обозначает автоматических плюшек, зато проблем может добавить ого-го… Правда его утешало то, что с моими амулетами Вернон и Петунья смогут практически переселиться в магический мир, если захотят, конечно, и не будут чувствовать себя плохо… да и Сурия будет теперь смотреть на него более благосклонно… Но, в общем и целом, отношение к волшебному миру у Дадли было настороженным, и я его понимал, как никто. Но объявить себя наследником Рода Дадли всё-таки решился, а интересы его в волшебном мире собирался представлять Сигнус. Гоблины и тут не возражали, и даже дали клятву в том, что не будут распространяться о внезапно появившемся Наследнике Кэрроу до совершеннолетия последнего. Эх, умеет Старый Сигнус правильно мотивировать, мне бы так… Итак, Старый Сигнус, Дадли и Таффи отправились камином в Гринготтс (имели Блэки такую привилегию, как постоянные клиенты, да…), а мы с Томми-Ником отправились в библиотеку, причём мы едва сдерживали нетерпение — Сири наконец-то обещал рассказать всё, что удалось вытянуть из Крауча-старшего. Было у меня предчувствие, что рассказ Сири и Сева нас не особо порадует… Забегая вперёд скажу — предчувствие не обмануло. *Гайя (гая) — аспид (Naja haje), ядовитая змея рода кобр семейства аспидов. Длина до 2,25 м. Окраска варьирует от светлой оливково-жёлтой до совершенно чёрной. Распространена Г. на большей части территории Африки, на Аравийском полуострове и в Сирии. Питается грызунами, ящерицами и др. мелкими позвоночными. Укусы Г. могут быть смертельны для человека. **Тания Бореалис (Северная Тания) — 33 лямбда Большой Медведицы.