Елена

Как только первые лучи солнца проникли на просторную мансарду особняка Майклсонов, Елена проснулась. На удивление, она очень хорошо выспалась. Встав с кровати, девушка поправила плед на ней, и отправилась на поиски ванной. Только Елена хотела выйти из комнаты, как увидела неприметную дверь в своей комнате. Открыв её, она нашла собственную ванную комнату. "Что же, за дело," – подумала Елена, и открыв воду, начала приводить себя в порядок. После всех процедур, она наконец с удовлетворением отметила, что теперь похожа на человека. Выйдя из ванной в полотенце, она поняла, что ей нечего надеть, так как свою одежду она положила в стиральную машину. Надеясь на чудо, она открыла шкаф и с удивлением осознала, что все её вещи, которые были у неё в шкафу дома, теперь покоились здесь. Порывшись в стопках, она с краской отметила, что тут было даже её нижнее бельё. "Надеюсь, вещи приносили не мужская половина Майклсонов," – подумала Елена и ещё больше покрылась румянцем. Не хватало ещё, чтобы Клаус рылся в её доме. Но, как говориться, легок на помине, и дверь без стука распахнулась, заставив прикрыться Елену несчастной дверкой шкафа, ведь она до сих пор была в полотенце. – Доброе утро, дорогуша... А, ты уже проснулась, тогда я вовремя, – словно издеваясь над девушкой, заставляя её закипать. – Нет, ты не вовремя! – вскрикнула она, и он, поставив поднос с едой на комод, с которым он пришёл, надвинулся на Елену, заставляя закрывать себя, сжимая это проклятое полотенце. Распахнув дверку, он притянул дрожащую девушку к себе, принимая эту дрожь за страх, приложил палец к её губам и протянул: – Ты же не хочешь, чтобы Марсель тобой полакомился, дорогуша? – Елена сглотнула, – Тогда побудь некоторое время мышкой и не шуми. Отойдя от Елены, Клаус как ни в чём не бывало, кивнул на поднос, и произнеся: – Твой завтрак, так как эти несколько недель тебе не рекомендуется гулять по особняку, поэтому настоятельно советую не выходить из своей комнаты. – Как? Как не выходить? – возмутилась Елена, понимая, что всё это время будет проводить в одиночестве. Словно прочитав мысли девушки, Клаус ответил: – Если тебе что-нибудь понадобится, спустишься ко мне. – ответил Клаус и собрался уходить, но Елена внезапно задала ему вопрос: – Зачем ты помогаешь мне? – он остановился и повернувшись вполоборота, ответил: – Отдаю долги, – на этом Клаус вышел и Елена осталась одна. Подойдя к зеркалу, она с мурашками вспоминала его прикосновения, пальчиками пробегала путь от рук до губ, прошептав: – Ты уже оплатил все долги, – закрыла глаза и вздохнув, начала собираться.

***

Дочитав книгу, Елена тяжело вздохнула. Да, она с трудом выдержала полдня в комнате одной, а осталась ещё половина дня и примерно 40 таких половин. Встав с кровати, она решила посмотреть, что находится в её комнате повнимательнее. "Расследование" Елена решила начать с письменного стола. Открыв первый ящик под столом, Елена не нашла ничего, кроме пустой чернильницы с перьями. Открывая второй ящик, на пол упал конверт, а из него вывалился массивный кулон. Елена подняв конверт увидела надпись: "Никогда не убегайте от судьбы." Поднимая кулон с красным гранатом, отделанный мелкими белыми камушками. Вытащив содержимое конверта, чем впоследствии оказался лист бумаги, Елена начала вчитываться в написанное. "Если вы читаете это письмо, значит вы не из моей ужасной семейки, чему я несомненно рада. На письмо наложено несколько заклинаний, первое, заколдованные чернила, которые не будут видны ни одному из Майклсонов. А второе... вы узнаете сами. Спасибо вам за то, что выпустили меня. С любовью к вам, Эстер." И тут Елена поняла, что крупно попала.

***

Я запаниковала. То, что связано с Эстер, никогда не приносило ничего хорошего, а тут... Что значит, "спасибо, что выпустили меня"? Что за заклинание, о котором я узнаю сама? В панике убрав всё на место, я побыстрее желала избавиться от всего этого и решила спуститься к Клаусу. Всё-таки голод давал о себе знать.

***

Елена открыла дверь к лестнице, и пройдя около зеркала, даже не заметила, как волосы зазолотились, а глаза приобрели зеленоватый оттенок. Но через секунду всё стало прежним.

***

Я тихо постучала в дверь. Но никто не отзывался. Я попробовала открыть её и она легко поддалась. На цыпочках пройдя в уже знакомую комнату, я окунулась в кромешную тьму, лишь в углу было светлее от луны в черном небе. Этого света мне хватило, чтобы разглядеть моим человеческим зрением из темного силуэта, спящего Клауса. Никогда не видела его таким умиротворённым, таким беззащитным. Тихо подойдя к нему, я протянула руку к его щеке, дотронувшись пальчиками до холодной кожи. Внезапно Клаус начал шевелиться и я вздрогнув, задержала дыхание, с ужасом осознавая, что он может сейчас проснуться. Но он не проснулся, взяв мою руку и тихонько сжав её в своей ладони. Я почувствовала тепло и улыбалась. Как идиотка, но я была счастлива, что существуют хотя бы такие моменты. Рука начала затекать, а я всё равно стояла в неудобной позе, чтобы не потревожить его сон. То ли из-за всё равно пребывающего страха, что он проснется, то ли из-за того, что мне не хотелось выпускать свою руку из его ладони. Вдруг снизу начали доноситься чьи-то шаги. Чувство тревоги начало наполнять моё сознание, и я хотела уходить, однако вспомнила, что Клаус прижал мою руку, вызывая у меня затруднения в "побеге" в мою комнату. Я попыталась ладонь Клауса, однако как только я делала очередную попытку, он сильнее сжимал моё запястье. Шаги становились всё громче. – Клаус, отпусти меня, – взмолилась я, в панике выдёргивая мою руку. – Нет, не уходи, Елена, – еще одно стадо мурашек пробежалось по моему телу. Откуда он знает, что это я? – Нет, мне нужно уйти, пожалуйста, – прошептала я, уже не надеясь успеть выбежать из комнаты. – Останься со мной, – сказал Клаус, выпуская меня из "оков" и отворачиваясь к стене и всё ещё находясь в дрёме. И ещё один повод для улыбки. Неужели я нужна ему? Нужна! Но вспомнив про шаги, я проскользнула в свою комнату, поднявшись по лестнице, всё ещё с улыбкой на лице. Кажется, я даже засыпала, улыбаясь.

***

Наступил следующий день. Потянувшись, я предвкушала хороший день, так как события прошлой ночи мне не давали покоя, поднимая моё настроение. Быстро застелив кровать, я уже хотела спуститься к Клаусу, так как хорошим настроением сыт не будешь, а я не ела со вчерашнего утра. Но только я приблизилась к двери, как она сама распахнулась и на пороге стоял Клаус. Однако расцветшая улыбка сразу слезла с моего лица. Клаус был зол. Так зол, что под глазами проявлялась сеточка вен. Отступая, я не решалась начать разговор. Около минуты мы в тишине двигались по комнате, он ко мне, я от него, и наконец уперевшись в письменный стол, я поняла, что больше отступать было некуда. Сжавшись, я так и не могла определить причину его гнева ко мне. – Что произошло этой ночью? – спросил он, а я от страха не могла и вымолвить хоть одно слово, горло пересохло, и я зажмурилась, чтобы не видеть эти жёлтые безумные глаза гебрида, сгорающие в пламени ярости. – Ты была у меня этой ночью? – спросил Клаус, а я вновь молчала. Его это бесило, и я ждала, пока он среагирует на это в ответ. Долго ждать не пришлось, и меня прижали к стене, зажимая горло так, что я пыталась встать на носочки, так как стало не хватать воздуха. – Посмотри мне в глаза, – приказал Клаус. – Нет, нет! Пожалуйста! – я сопротивлялась, я не хотела, чтобы он внушал мне что-то, лучше бы ударил меня, но не изменял мои воспоминания, однако в ответ получила только боль агонии в моих лёгких. Силой повернув мою голову, он немедленно заговорил: – Ты забудешь обо всём, что произошло этой ночью, ты просто спала. Он отпустил меня, и я упала на пол, как безвольная кукла. Я лишь следила за закрывающейся дверью. Мои глаза покрылись пеленой слёз. Лучше бы я забыла. Впервые я проклинала кулон с вербеной, подаренный Стефаном. Теперь я помнила всё. Ту ночь и сегодняшнее утро. Я была подавлена.