Птичий город

Неотправленные письма, как испуганные птицы, строчки вьются по страницам птичьим следом на снегу. Я совсем тебя не знаю, я смотрю в чужие лица и пишу письмо с признаньем незнакомому врагу. Я пишу который вечер, свет мои целует пальцы, разрастается дыханьем апельсиновой свечи. Время выдыхает хрипло, вечность расслоилась сланцем. Ты мне доливаешь кофе и отчаянно молчишь об осеннем и неясном, неохватном и далёком, о бумажном, о печальном, словно дым у потолка. Мне бы только не заметить, не коснуться ненароком, пока плещет у причала глухо Амелес-река. Мы выходим, оставляя горький кофе с кардамоном, и моим стеклянным крыльям покорится высота. Неотправленные письма. Стаи птичьи. Крыша дома… Медной проволокой тонкой свет протянут вдоль хребта, вместо крови будет море, в кости вплавлен лунный ветер, собери меня сначала, собери из пустоты. Сколько вымещено счастья: во мне дыры — будто в сети, из-под кожи вдоль запястий разрастаются цветы. Я пишу тебе. По перьям расползаются чернила, в ломкий хрупкий амфибрахий мне ни строчки не собрать, я шагаю вдоль рассвета, Амелес сливая с Нилом, вспарывая воды Ганга острым росчерком пера. Я вернусь домой, как только солнце вновь взойдёт на небо, вынырну из мелких строчек, умещённых в круговерть. Каждый раз твоё молчанье ощущая как победу, опущу устало руки. И сложу письмо в конверт.