Your Name

Он убрал телефон от уха и положил в карман своих хорошо сидящих на нем брюк, а я, не скрывая интереса, изучала его. Его волосы, которые я привыкла видеть растрепанными из-за ветра на льду или влажными от пота, были красиво уложены, челка чуть приподнята и сдвинута в сторону, и на долю секунды я задумалась, может ли в конкурсе на лучший костюм Under Armor обыграть Юзу в узком галстуке. «А так правильно?» Я почти не слышала, что он сказал, когда украдкой оглянулась через плечо и закрыла дверь, чтобы его не было видно. И тогда, не в силах скрыть своего восторга, я потянулась к цветам. Он убрал их от моей руки. «Это не для тебя.» Я быстро взглянула на него, а потом вдруг поняла, зачем он здесь был, и улыбка растаяла на моем лице. «Тебе нужно что-то получше, чтобы произвести на нее впечатление,» - торжественно сказала я. Он внезапно исчез из поля зрения, а затем снова появился с гораздо большим букетом. Я задохнулась от смеха. У него были варианты? Он выглядел расстроенным и снова исчез. Следующий букет был настолько огромен, что я едва видела его за ним. Я рассмеялась. «Слишком большой. Бери второй.» Он поднял одну бровь и исчез в последний раз, чтобы взять букет среднего размера. «Евгения Армановна Медведева.» Я открыла рот в ужасе, и обернулась, чтобы увидеть, как моя мать стоит в коридоре. Я машинально потянулась к дверной ручке, но увидела выражение ее лица. Было слишком поздно. «Кто это такой?» - спросила она, подходя к двери и распахивая ее. Она взглянула на Юзу и тут же захлопнула дверь прямо перед его носом. «Мама», - отчаянно взмолилась я. Она снова дернула дверь. Он все еще стоял там, бледный и неподвижный, казавшийся более напуганным, чем если бы он отставал на 30 баллов после короткой программы. И, к моему веселью, которое было явно не к месту, я заметила, что он поменял букет на самый большой. Я знала, что не должна была думать о том, насколько он был сейчас очарователен, но Юзу, напуганный моей матерью - это было просто невероятно мило. «Я знала, что ты вернешься», - она посмотрела на него, её английский звучал с акцентом, но тон был безошибочен. Мне стало нехорошо, все веселье испарилось. «Моя дочь ведет себя очень странно в последнее время.» Я чувствовала, как заливаюсь краской. Так значит, она заметила. Я увидела, как Юзу взглянул на меня, и сердце почти пропустило удар, когда я увидела чуть ли не гордость в его глазах. Но затем он снова посмотрел на нее. «Что ты собираешься сказать?» Ее лицо было настолько суровым, что даже я немного дрожала от страха перед ней. Юзу не говорил и не двигался, замерев, но, видимо, это было неприемлемо для моей матери, которая внезапно прошла мимо меня, схватила его за руку и затащила в нашу квартиру. Я смотрела на нее, удивляясь, как можно было так грубо обращаться с чемпионом мира. Разве она не знала, кто он? Юзу выглядел таким же ошеломленным. Но потом, без предупреждения, он вручил мне цветы и упал на колени, кланяясь до земли. Я могла сказать, что моя мать была ошеломлена этим жестом. «Я хочу... попросить вашего разрешения... позволить... встретить,... вашу дочь», - сказал он по-русски. Я смотрела на него в ужасе. «Встретить, не бстретить,» поправила я его хрипло. Он поднял глаза с пола на меня. "Что я сказал?" он уставился на меня. Я закрыла глаза, пытаясь спрятаться за цветами. Все шло не очень хорошо. А потом я услышал какой-то звук. Незнакомый звук. Это была моя мать ... Она смеялась. Я открыла глаза, чтобы убедиться, что была права. Я не помнила, когда в последний раз слышала ее смех. Юзу бросил еще один взгляд в мою сторону, смущенно. Я беспомощно покачала головой. Я ничем не могла ему помочь. «Вставай. Вставай,» - наконец сказала мама по-английски, и он медленно, нерешительно повиновался. «Итак. Ты хочешь видеть мою дочь?» Ее тон снова вернулся к деловому. Юзу сглотнул, а потом кивнул, видимо, опасаясь сейчас что-либо говорить. «Откуда мне знать, что ты достаточно хорош для нее? У тебя есть деньги?» У меня отвисла челюсть, и я с ужасом посмотрела на нее. «Мама! Он двукратный олимпийский чемпион», - сказала я по-русски. «Ну, я не знаю,» - ответила она по-английски, оглядывая его с головы до ног оценивающим взглядом. «Может, он спускает все. Костюм, машина... туфли.» Юзу обеспокоенно посмотрел на свои туфли, и я почти ухмыльнулась. Они были ничего. «Что ты собираешься делать после завершения карьеры?» спросила она. Юзу откашлялся и немного приподнял подбородок. «Я бы хотел быть тренером.» Я повернулась к нему. Тренером? Слово, казалось, просочилось сквозь меня. Я никогда не слышала, чтобы он это говорил. А потом вдруг мой разум снова проанализировал его предложение, и я вспомнила его на льду, как он анализировал мое катание, направлял меня... тренировал меня. Я сделала глубокий вдох. Да, с гордостью подумала я. Юзуру Ханю был бы отличным тренером. «Ты любишь ее?» Он немного покраснел, и я повернулась к матери, чтобы снова вмешаться. «Он хочет со мной встречаться, а не жениться», - прошептала я ей по-русски. «Я люблю ее.» Мы обе посмотрели на него, но его глаза были устремлены на меня. Я чувствовала что-то неописуемое, удивляясь, что я могла такого сделать, чтобы заслужить это. Он пришел сюда ради меня, он сделал все это для меня, он сказал все это для меня, зная, что я не знаю, как сделать это в одиночку. Он так сильно боролся за меня. Кто-нибудь когда-нибудь делал что-то подобное для меня? «Ты его любишь», - сказала мне мама по-русски. Это было утверждение, а не вопрос, но я все равно кивнула в ответ. «И вы действительно думаете, что это не будет мешать вашим карьерам?» Надежда пронзила меня, и слова сами вывалились изо рта. «Я обещаю, что не позволю этому случиться. У меня действительно есть тройной лутц. Он тренировал меня.» Она долго смотрела на Юзу. «Тогда я не буду тебя прогонять,» - решительно сказала она. Я посмотрела на нее в изумлении, не веря своим ушам. Она посмотрела на меня, ее взгляд был мягким, почти... печальным. «Если я выгоню ещё одного мужчину, которого она любит... она может не простить меня.» У меня перехватило дыхание. Мы никогда об этом не говорили... о моем отце. О дыре, которую создало его отсутствие. «Так... ты позаботишься о ней?» Теперь ее голос был яснее, сильнее. Юзу и сам стоял в шоке, но ее вопрос вдруг вернул его к жизни. «Hai», - сказал он, и покачал головой, чтобы поправить себя. «Да, - нет... да». Последнее "да" было по-русски. Моя мать снова рассмеялась, и через секунду я тоже засмеялась. Насколько нелепой была эта ситуация, когда японский мальчик и две русские женщины изо всех сил пытались общаться на трех языках? Будет ли этот хаос моей новой жизнью? Я не хотела, чтобы было по-другому. Юзу все еще выглядел обеспокоенным, не уверенным, что допрос окончен. «Все в порядке,» - наконец сказала я, похлопывая его по руке и ухмыляясь. «Ты смог.» Я отдала ему цветы, а он посмотрел на мою маму, протягивая их ей. «И что мне теперь делать со всем этим?» пробормотала она, забрав их и начав уходить. А потом она остановилась и посмотрела через плечо. «Ах, да. Ее комендантский час по выходным-полночь, а не 5 утра, как прошлой ночью.» Я побледнела. "Матери всегда знают,» - прошептал Юзу. Моя мать ушла, но я все еще стояла на месте. «Но.....но....» «Я подожду снаружи,» - тихо сказал Юзу, и я рассеянно кивнула ему, прежде чем пойти за ней. Она была на маленькой кухне, отрезала концы цветочных стеблей и ставила их в вазу. «Если ты знала, то почему не стала...» «Читать тебе лекцию? Наказывать тебя? Ты теперь взрослая, Женя. Разве я не должна верить себе, что вырастила тебя правильно?» Я медленно моргнула, пытаясь понять. «Кроме того,» - продолжала она, не отводя глаз от своей задачи. «Если я что-то и узнала о тебе за последние несколько месяцев, так это то, что ты хочешь свободы. Если я не дам тебе её... ты и меня оставишь?» Ее слова словно сбили меня с ног. Моя мама... боялась... потерять меня? Она боялась, что я уйду так же, как ушла от... Этери? Почему мне захотелось плакать прямо сейчас? «О, мама,» - сказала я, бросаясь к ней и обнимая ее. «Ты совсем на нее не похожа. Я знаю, что ты просто хочешь лучшего для меня. Я знаю, что ты любишь меня.» Я была внезапно поражена тем, насколько мы похожи, всегда пытаясь отступить от того, что любили, потому что не хотели, чтобы оно исчезло. Она остановилась на мгновение, а потом я почувствовала, как ее рука гладит меня по спине. - «Ты все, что у меня есть, Дженни.» «Я всегда буду с тобой,» - прошептала я, дорожа этим редким нежным моментом с ней. Она откашлялась и отступила от меня. - «Только теперь мне придется делить тебя с этим мальчиком,» - сказала она раздраженно. Я рассмеялась. «В следующий раз я тебя так просто не отпущу,» - ответила она сердито. «И лучше бы не было следующего раза. Это по-прежнему мой дом.» «Ты можешь доверять мне», - сказала я, мое сердце наполнилось счастьем, когда я отступила от нее. Как это могло случиться? Я спустилась по наружной лестнице к крыльцу, ожидая увидеть Юзу, но его там не было. Сердце остановилось на секунду. «Евгения.» Я обернулась, и вот он позади меня, и на этот раз он был освещен заходящим солнцем, блистательные лучи проливались на его угловатые плечи и задевали меня своим теплом. Он был таким волшебным. Он всегда был волшебным для меня. «Пойдем со мной», - сказал он, и я едва чувствовала землю под ногами, когда шла к нему. «Я и не думала, что мы не увидимся сегодня», - тихо сказала я, когда наши пальцы переплелись. Он улыбнулся и потянул мою руку, подтягивая меня ближе к себе, когда мы шли по дорожке между зданиями, через маленькие ландшафтные сады, которые я раньше даже не замечала. «Я говорил тебе, что не смогу держаться от тебя подальше.» Я посмотрела на него, и мы остановились и посмотрели друг на друга. В этом свете я видела золотые блики в его карих глазах. В нем все было золотым? Я потрясенно покачала головой. «Как тебе удалось это сделать? Брайан... моя мама... ты можешь все.» «Все, что могу,» - сказал он, поднимая руку и касаясь моего лица. «Я не ожидала, что все будет так просто, так быстро», - призналась я. «Это было необходимо,» - сказал он. «Я много думал об этом, и это должно было случиться сейчас. Прежде, чем все изменится.» Я вопросительно посмотрела на него. Что он хотел этим сказать? В этот момент солнце скрылось за горизонтом. Все вокруг нас стало фиолетовым и синим, сигнализируя о начале сумерек. Он убрал руку от моего лица, и я вдруг почувствовала холод в воздухе. «У меня осталось четыре недели,» - серьезно сказал он. «Брайан завтра переводит меня на интенсивную программу.» Его первое соревнование. У меня было немного больше времени, но почему-то со всем этим я забыла, что он начинает раньше, чем я. Я сглотнула. "Что ты пытаешься сказать?" «Сегодня мы дали много обещаний, Женя.» Я вспомнила все, что он говорил Брайану, все, что я говорила матери. Мы обещали, что не позволим нашим отношениям повлиять на нашу карьеру. Мы обещали, что не собьемся с намеченного пути. Я и не думала, что нам придется так быстро это проверить. Теперь на нас было еще больше давления, не так ли? «Итак, мы все ещё не знаем, как это будет работать», - сказала я, глядя вниз. Почему он вдруг снова казался таким далеким? Между нами была долгая минута молчания, а потом он вздохнул. "Не смотри так." «Прости. Я просто перешла от мыслей о том, как все может быть так просто, к мыслям о том, почему все так сложно.» «Мы не можем лгать самим себе. Будут и более сложные вещи. Мы просто должны помочь друг другу пройти через них, когда они случатся», - сказал он. «Можем ли мы пообещать это друг другу?» Я посмотрела на него и, преодолевая свой страх, напомнила себе обо всем, что он сделал для меня сегодня. Я сделаю все, что он попросит. «Я обещаю.»