Магический пират

      Не сказать, что Люси была готова к тому, что, когда проснётся, увидит хмурого Джимбея и нереально огромного человека со странными усами, растущими вверх. — «Он чем-то на «Усатого дядьку»* похож, » — подумала Люси, пока разглядывала собравшихся на палубе пиратов, а то, что это пираты, указывал развивающий флаг с черепом на мачте. Хартфилия так увлеклась, что не слышала о чем говорил капитан рыболюдей с, судя по тому, что он такой большой, и за ним стояли пираты, капитаном этого корабля. Внимание привлек парень, одетый в женскую одежду, что сразу вызвало ассоциации с мастером Бобом, хотя, если тот выглядел жутко, то этот пират смотрелся прилично и даже симпатично. Тот, увидев повышенное внимание к своей персоне от какой-то мелюзги, фыркнул, что возмутило Люси. Она уже собиралась высказать ему все, о чем думает, о правилах этикета с незнакомыми людьми и всему-всему, но Джимбей, обращаясь к ней сотый раз, вздохнул, встал и начал тормошить. — Чего? — недовольно пробурчала девочка, искося поглядывая на женоподобного мужика и коварно ухмылялась, прекрасно зная, что не оставит того без своего женского внимания, не зря же жила с дьявольскими братьями, пусть и не долго. — Как ты оказалась в море? — эта фраза звучала двусмысленно, и это понимали все, кроме, кажется, самого Джимбея, так как тот смотрел на нее серьёзно и даже строго. — Как бы…ты взял меня с собой? — подняла бровь Люси, поглядывая на своего капитана, как на новое чудо света. Кто-то в толпе прыснул от смеха, но его тут же увели от греха подальше. Рыбочеловек моргнул и хлопнул себя по лицу: вот поняла же эта девчонка все! А Хартфилия наигранно непонимающе смотрела на него, прекрасно зная, что если Джимбей все узнает, то ей и Кироу будет очень плохо. И если за дрянного мальчишку она не переживала, то за себя ой как. — Люси… — ей показалось или рыбочеловек рыкнул? Они и такое умеют?       Джимбей, поняв, что от золотоволосой ни черта не узнать информации, вздохнул. Где он ошибся, когда соглашался на условия той русалки? Кто же знал, что девочка будет раздражать своим поведением? И выбросить за борт что-то не даёт, будто если он это сделает, то совершит что-то ужасное, сравнимое с потерей его капитана**.       Хвостатая же в это время бодренько встала со своего места, охнула и шлепнулась обратно на доски. Девушка-медсестра, которая стояла рядом, подбежала к ней и начала осматривать её, причитая, что какого морского черта она так дёргается. Девочке аж стыдно стало.       За всей этой сценой молча наблюдали пираты Белоуса. И когда осмотр закончился, и девочка благополучно встала, опираясь на принесенную кем-то бочку, при этом, наконец-то, обращая свой взор на самого Белоуса, тот заговорил: — Интересного ребёнка ты подобрал, Джимбей, — и засмеялся странным смехом. В этом мире это нормально смеяться слогами? — Теперь понятно к кому ты сваливал все это время, ка-пи-тан, — Хартфилия редко называла его так, поэтому Джимбей почуял подлянку и молился, чтобы это никак не разозлило этого великого человека. — Дядь, а вам не кажется, что ваши усы какие-то деформированные? С вами все в порядке? Вы не болеете? Нынче в море ходят слухи, что обитатели надморья заболевают странной болезнью. Может, это является одной из причин роста ваших усов? Так вот почему возле вас так много девушек-медсестёр, или же вы просто «интересуетесь» ими, но знаете, в вашем возрасте…       Тут Люси заткнул Джимбей, уставший от бессмысленной болтовни своего накама, да и от нервов, так как каждое слово девочки выбивало дух рыбочеловека. Заклинательница же не чуяла никакой беды. Если этот человек похож на Звёздного Владыку, то он ничего не сделает. Так она думала, по крайней мере, пока тот женоподобный мужик и все остальные на палубе не достали оружие и не направили на неё, грозно смотря прямо на девочку, которая не отрывала взгляда от капитана этих людей. — Гурарарара, а ты забавная! — корабль аж затрясся от смеха этого человека. Люси вздрогнула не столько от неожиданности, сколько от громкости. — Ну и как же тебя звать? — Люси Хартфилия, а вас как? — так, ладно, заканчиваем этот балаган и показываем себя с хорошей стороны. Все-таки она аристократка, и вежливость у неё в крови. Поэтому, стойко встав на ноги, Хартфилия сделала небольшой реверанс, пусть это и выглядит нелепо со стороны на корабле пиратов. — Гурарара, меня зовут Эдвард Ньюгейт или же Белоус.