Corruptio optimi pessima

Отлеживаться по причине болезни Уилл никогда не умел: бездействие и чувство вины за него угнетали даже тогда, когда можно было найти себе занятие, чтобы потратить время с пользой или хотя бы с удовольствием. Даже Ганнибалу с его трепетной заботой и Виндзору с его умильными глазами удается удержать Уильяма дома всего на несколько дней, тем более, что больным Уилл себя не чувствует уже к концу второго дня. Проходит и головная боль, и легкая нечеткость зрения, и даже все простудные симптомы исчезают, а тело наполняется неизвестно откуда берущейся энергией. Ганнибал, с присущим ему нежным сарказмом утверждает, что Уилл просто высыпается, хорошо ест и не нервничает. Ведет нормальный образ жизни и именно поэтому чувствует себя нормальным и полным сил. Уилл не смог возразить ему - аргументов не было. Зато Ганнибал не смог возразить - хотя было заметно, что хотел, когда Уилл объявил, что на следующее утро у него запланирована лекция в Куантико. Они так и не поговорили толком ни о чем, и наверняка Лектера это если и не задевало, то беспокоило. Уилл чувствует, что нужно покончить с этими недомолвками, привести все в прежнее русло раньше, чем Ганнибал возьмется за это в качестве психотерапевта. Жизнь кажется удивительно хорошей в те три дня, когда Уилл не вспоминает ни о чем за пределами дома и ближайшего парка, куда они ходят с Виндзором. И даже не стены Академии возвращают Уилла в реальный мир, такой, каким он его помнит - полный неуверенности и подспудных страхов. И не студенты с их зачастую бездарными вопросами. Академия, лекции, студенты, их ужасающие работы, среди которых трудно, но возможно найти нечто талантливое, все это Уилл оставил бы в своей жизни. Вместе с Ганнибалом, прогулками по парку и рыбалкой, съездить на которую у него не было времени уже слишком долго. Неприятно об этом думать, но мельком в коридоре Уилл видит Кроуфорда, и именно тогда мир вокруг выцветает до невнятных серых цветов. Тогда Уилл вспоминает с ошеломляющей, тошнотворной ясностью теплую кровь на своих руках и лицо женщины, которую он не хотел убивать. А следом вспоминает другое лицо, так долго изводившее его в кошмарах и так давно не объявлявшееся в них. Уилл действительно думал, что похоронил Гаррета Джейкоба Хоббса под прочным могильным камнем психотерапии. В офис Ганнибала Уилл отправляется сразу после лекции. На самом деле, он сбегает настолько поспешно, что выходит из аудитории почти вместе с последними замешкавшимися студентами. Заодно ему удается смешаться со студенческой толпой, чтобы добраться до первого этажа, а дальше остается только сдерживать себя, чтобы не побежать по парковке до своей машины. Только сев за руль и выехав с территории Академии Уилл позволяет себе спокойно выдохнуть - словно Джек не смог бы и здесь его достать, если б захотел! - и достать телефон. Ганнибал очень бы рассердился, если бы узнал, что Уилл набирает смс, находясь за рулем автомобиля. Но Уиллу даже не стыдно - он медленно тащится по тихой, не обремененной движением улочке и ему совсем не хочется ехать зря. У тебя есть пациенты на ближайшее время? Ответ приходит не сразу, чтобы его прочитать Уиллу приходится припарковаться в ближайшем кармане. Через двадцать минут заканчиваю, затем перерыв. Я буду рад тебя видеть. Слова наполняют мысли теплом, воспоминанием о том, какой может быть его, Уилла, жизнь вдали от Куантико. Осталось только перестать чувствовать вину - а лучше вообще перестать чувствовать, - и тогда все будет хорошо. С этими, не слишком приятными мыслями, Уилл добирается до офиса Ганнибала, покружив несколько минут по кварталу просто чтобы не торчать под окнами или в приемной лишнее время. Он даже задерживается на несколько минут, но все равно сталкивается в холле с ухоженной, немолодой дамой, которую уже видел здесь как-то раз. То, с каким томным обожанием она смотрит на Ганнибала должно бы раздражать, но нет. Для начала, Уилл прекрасно её понимает. - Всего доброго, мисс Ольсен, - с профессиональной улыбкой и с профессиональной же мягкостью произносит Ганнибал, скользнув взглядом по Уиллу, отошедшему в сторону под предлогом рассмотреть одну из висящих на стене репродукций. - Удачи вам с вашим новым врачом. Женщина благодарит его, затем еще раз, не замечая, кажется, ничего вокруг. Не то что Уилл, вся академия Куантико не смутила бы её сейчас, когда она еще надеялась завязать разговор с Лектером. - Я не солгу, если скажу, что от этой мадам было трудно избавиться, - резюмирует Уилл, когда Ганнибал возвращается и жестом приглашает его проходить в кабинет. - Грубо, Уилл, грубо, - хмыкает Ганнибал, прикрывая дверь и без снисходительности позволяя Уиллу урвать короткий, теплый поцелуй. - Зато очень, очень, честно, - Уилл запускает обе ладони в волосы, уже отросшие настолько, что неплохо было бы постричься, и идет вдоль книжных полок, точно зная, что Ганнибал не сводит с него взгляда. - Джек отозвал мою лицензию на оружие, - скороговоркой выпаливает Уилл, обернувшись и старается продолжить раньше, чем Ганнибал успеет вставить хоть слово: - И я рад, что ты написал в своем отчете о том, что я творил. Я рад, - повторяет с нажимом, - потому что больше всего не хочу, чтобы Джек начал сомневаться в тебе и в том, что ты для меня делаешь. Ганнибалу нравятся эти слова, они звучат обещанием, надеждой, спасением и дышат любовью. Он позволяет Уиллу увидеть эти эмоции, отчасти потому, что нет причин скрывать от него свое удовольствие, и видит, как тот в ответ расслабляется, даже почти улыбается. - Мне приятно это слышать, Уилл, - подтверждает Лектер все, увиденное в нем словами. - Но я не в восторге от принятого Джеком решения. - Он пообещал, что не выпустит меня дальше лаборатории. Деланной беспечностью Уиллу даже самого себя не обмануть, не то что Ганнибала, отошедшего от двери и двинувшегося за Уиллом следом, словно охотник. Словно хищник. - Профайлеры не должны преследовать убийц, Уилл. Мне кажется, так это работает. Обманчивая мягкость его голоса выдает Уиллу только то, что Ганнибал пока еще балансирует на грани, выбирая, какую сторону отношений сейчас предложить. Выбирает, кто именно сейчас ему нужнее. - А убийцы не должны приходить домой к профайлерам, - откликается Уилл, взглянув на Ганнибала из-под дивно отросшей челки. - В теории эти два мира вообще не должны пересекаться. - В теории, - соглашается Лектер. - Что ты чувствуешь в связи с этим? - Беспокойство. Столько всего происходило с нами… С тобой, со мной, - Уилл завершает круг по кабинету, садясь в кресло и замолкая до тех пор, пока Лектер не сядет напротив него. И тогда молчит еще несколько мгновений, рассматривая красивое лицо и длинные, сильные пальцы, сплетенные в замок. - Это беспокойство понятно и вполне объяснимо. - Дело не в оружии как таковом, - Уилл прикрывает глаза, разрывая зрительный контакт. - Пистолет не дает мне чувства безопасности и защищенности. Ганнибал, я, если начистоту, пришел поговорить вообще не об этом. Я просто хотел, чтобы ты знал, и чтобы знал, что я об этом думаю. - Тогда что привело тебя в мой офис и так поспешно? - Я видел Гаррета Джейкоба Хоббса. Снова. - Расскажешь, как это произошло? И Уилл рассказывает. Все до последней мысли, до последнего образа, промелькнувшего в голове в те минуты. - Тебе не стоит испытывать вину из-за самообороны, - медленно произносит Ганнибал, когда Уилл договаривает и замолкает. - Ты видел Хоббса там, в той квартире, где убил её? - Я не вспоминал о нем до сегодняшнего дня, Ганнибал, - Уилл снова запускает пальцы в волосы. сжимая и низко наклоняя голову. - Я не вспоминал о нем так долго, что… вообще не вспоминал. Не вспоминал даже о том, что не вспоминал. - Уилл переводит дыхание, понимая, что его речь становится сумбурной. - Но там ведь было совершенно иное. Она даже нож выронила, но в этом кошмаре я даже не заметил этого. Меня вообще не должно было там быть. Уилл замолкает снова, жестом попросив Ганнибала не произносить ни слова, и тот подчиняется, только наблюдая. - Меня много где не должно было быть. Мое место в лаборатории, во всяком случае теперь. Или в аудитории перед студентами. Мне нравится преподавать. Уилл столько раз повторял эту фразу перед Лектером, что она уже набила оскомину. - Мое время еще не закончилось, доктор? Лектер даже не переводит взгляд на часы, качая головой. - Еще нет, Уилл. Ты хочешь уйти? - Я хочу тебя поцеловать, - обескураживающе честно улыбается Уильям, наклоняясь вперед и укладывая ладони на колени Ганнибала. - Ты уходишь от неприятного тебе разговора, - осуждает Лектер, не делая попыток остановить Уилла. Тот останавливается сам, замирая в прежней позе и снизу вверх глядя на Ганнибала. - Спрашивайте о чем хотите, доктор. Ганнибал смотрит на него долго и внимательно, любуясь, словно произведением искусства, и не давая Уиллу увидеть этого любования. - Ты думал, что эта женщина собирается убить тебя? - Несомненно, - медленно кивает Уилл, не тратя времени на раздумья: он достаточно уже думал об этом, достаточно прокручивал в голове произошедшее. - Но я не хотел её убивать. Она была отчаявшейся, злой, очень одинокой и несчастной. И несомненно хотела избавиться от меня. Я её понимаю. - И это тоже тебя не беспокоит? - Ганнибал накрывает ладони Уилла своими, сдвигаясь немного вперед, чтобы его пальцы скользнули по бедрам, обтянутым темно-синей тканью брюк. - Теперь, когда я проговорил это, не беспокоит. - Тогда что заставило тебя сбежать так быстро? Уилл тянется вперед всем телом, еще немного и ему останется только соскользнуть с кресла и либо встать перед Ганнибалом на колени, либо заставить того откинуться назад и нависнуть сверху. - Ты, - просто отвечает Уилл, перехватив руки Ганнибала и ловко переплетая их пальцы. - Ты даешь мне больше спокойствия, чем оружие, - Уилл на секунду замолкает, заметив в глазах Лектера просто великолепное собственническое выражение. - Рядом с тобой я могу быть таким, какой я есть. Не выдержав слишком долгого зрительного контакта, Уилл опускает глаза, скользнув взглядом по скулам, губам и шее. - Надеюсь, что ты тоже, - добавляет Уилл через мгновение, мысленно уже выбрав первый вариант развития событий. Он опирается ладонями о бедра Ганнибала и тянется вперед, к нему, соскальзывая с кресла и опускаясь коленями на мягкий ковер. На секунду прижимается лбом к животу, замирая, наслаждаясь, затем неторопливо начиная расстегивать пуговицы, снова поднимая взгляд на Ганнибала. Пиджак, жилет, несколько нижних пуговиц рубашки - Ганнибал следит за его глазами, не отрываясь ни на мгновение, протягивает руку, прикасаясь к виску, чтобы снять очки Уилла. Картинка тут же расплывается перед глазами, но Уилл так хорошо выучил его лицо, что ему хватает и этих образов. Пальцы уже наощупь расправляются с металлической пряжкой ремня и тянут вниз брюки и белье, обнажая еще мягкий, крупный член. Уилл наклоняется, в первую секунду только вдыхая мускусный запах возбуждения, наслаждаясь им, и только затем ведет языком по всей длине, чувствуя как плоть напрягается под его ласками. Ганнибал откидывается на спинку кресла с громким, чувственным вздохом, когда Уилл берет его член в рот, проводя губами вдоль ствола и тщательно облизывая головку. Уилл поднимает на него взгляд, чувствуя, что тот смотрит. - Прошу тебя, продолжай, - хрипло и тихо произносит Ганнибал, снова шумно выдохнув, когда Уилл наклоняет голову, пропуская член глубоко в глотку. Уилл ведет ладонями по его напряженным ногам, по бокам, чувствуя под пальцами натянутые, словно тетива мышцы, и ни на мгновение не прекращая двигаться. Уилл легко царапает кожу под ребрами, довольно зажмурившись, когда Ганнибал толкается глубже в его горло, на мгновение почти теряя контроль над собой. От этого возбуждение прошивает разрядом тока вдоль позвоночника, несмотря на то, что горло начинает саднить от глубоких резких толчков, но Уилл ни за что бы не отстранился сам, ни на что не променял бы это ощущение, смесь покорности и власти. Если бы только Ганнибал сам не отстранил его, потянув за волосы и впившись голодным поцелуем в рот. Это даже еще лучше - Уилл едва не тянет Лектера на себя, забыв, что они не в постели даже не на каком-нибудь диване. Ганнибал не поддается, конечно, напротив, тянет Уилла к себе, поднимая с колен и поднимаясь сам, и, разорвав поцелуй, мягко толкает Уилла грудью на кресло, прижимаясь сзади и помогая стянуть с бедер джинсы. Уилл цепляется за него, не глядя, тянет к себе, не желая отпускать ни на мгновение, с трудом переждав те несколько секунд, которые нужны Ганнибалу, чтобы достать крем для рук из ящика стола и вернуться. Уилл упирается лбом в скрещенные на спинке кресла руки, и облегченно выдыхает, когда наконец-то чувствует Ганнибала, то как он прислоняется грудью к спине, как прижимает головку члена к податливому входу. Как толкается внутрь, ловко закрыв ладонью рот собравшемуся застонать Уиллу. Уилл выгибается, чувствуя, как в бедро впиваются сильные пальцы, и подается назад, плавно насаживаясь на член до тех пор, пока не падает Ганнибалу на грудь, заполненный до предела и едва дышащий. Ганнибал убирает ладонь ото рта и обнимает Уилла поперек груди, почти вслепую находя губами его губы для долгого и лишающего воздуха поцелуя. Когда их губы размыкаются, у Уилла уже темно перед глазами и все, что он может чувствовать - Ганнибала внутри, двигающегося так сильно и глубоко, что Уилл теряется в этих ощущениях, теряется в нем, растворяется, становясь с Ганнибалом единым целым - идеальным и тонущим в наслаждении. Только когда ладонь Ганнибала обнимает его член, Уилл словно выныривает из эйфории единения, но только для того, чтобы ухнуть в другой омут - содрогаясь в оргазме, он чувствует, как Лектер замирает после нескольких коротких, рваных толчков, как прижимается губами к шее у самой кромки волос, как прикасается зубами в слепом желании укусить. Уилл обессилено роняет голову на руки, несколько минут просто рассматривая белые потеки своей спермы на кожаном кресле. - Не двигайся, - шепчет Ганнибал на ухо, погладив по взмокшей спине. - Я и не могу, - легко соглашается Уилл, закрывая глаза и расслабляясь, несмотря на неудобную, открытую позу. По внутренней стороне бедра стекает сперма, но это только добавляет Уиллу самодовольного удовлетворения. Через минуту возвращается Ганнибал с влажным полотенцем в руках, начиная приводить Уилла в порядок. Когда вся одежда Уилла оказывается на своем месте и застегнута, Лектер пересаживает его в другое кресло, неторопливо и чуть ли не благоговейно стирая потеки семени с темно-серой кожи. - У тебя еще есть пациенты на сегодня? - расслабленно интересуется Уилл, наблюдая за четкими, уверенными движениями любовника. - К сожалению да, - кивает Ганнибал. - Будет ложью утверждать, что я не хотел бы сейчас отправиться домой с тобой. - Не усаживай их в это кресло, - хмыкает Уилл, чувствуя приятную опустошенность, избавившую даже от дурных мыслей. - Оно только твое теперь. - Хорошо, - соглашается Лектер, подавляя вдруг вспыхнувшее желание срезать еще не очищенную от спермы кожаную обивку и закатать под стекло, в рамку, чтобы повесить в спальне или, быть может, в кабинете, где-нибудь, где эта странно-роскошная картина будет видна ему одному. - А у тебя еще есть сегодня лекции? Уилл трогает кончиками пальцев припухшие красные губы и качает головой. - Жаль, - усмехается Ганнибал. - А может и к лучшему. Ты очень красив сейчас. Уилл дарит ему в ответ смущенную улыбку.