Отныне ты — бандит

— Браво, пацаны и девки! — воскликнул Прозрачный, разливая водку, — Мы готовы! Шесть защитных комбинезонов есть, шесть стволов с боеприпасами — тоже. — Так, значит, хватило всё-таки? — спросил Сухарь. Прозрачный заулыбался ещё шире: — А то! В тех кейсах артефактов оказалось на пять миллиардов рублей! И как вообще вертолёт был без какой-либо защиты? Там же до фига зелёных было сосредоточено! Итак, мы имеем: два тяжёлых экзоскелета, два «Булата», одну «СЕВ-у» для меня, ну и, конечно, женский «Zone Explorer» для Алины. — Хо-хо! — синхронно всплеснули руками Фраер и Шприц. — Ну ни фига себе… — пробурчал Меткий, понимая всю серьёзность ситуации, — Можно сказать, мы готовы. Вся провизия и медикаменты здесь, в ящиках, патроны тоже. Больше времени терять нельзя. Сталкеры сейчас обосновались в заброшенной автостоянке; все остальные группировки тоже неподалёку. Пока что ещё не предпринималось попыток атаковать ДК «Энергетик» — главную базу Монолита. Но это случится вот-вот, причём, желательно, к нашему приходу в Припять, так что надо бы поспешить. — Это будет самое грандиозное событие в истории Бандитов! — ошеломлённо промолвил Фраер, после чего присвистнул. — Ну что, в путь? — развёл руками техник. — По коням. Одевайте броню и пошли, — скомандовал Меткий, вслед за чем сам принялся за свой «Panzer».       Через пару минут штурмовой отряд был готов. Патроны, медикаменты и пища уже были равномерно распределены между всеми. — А кто таки бугром заделается? — послышался приглушённый герметичным шлемом голос Прозрачного. Голос Меткого, также приглушённый шлемом, ответил: — Зуб. Он не дурак, да и на том достаточно. Будешь присматривать за всем, пока мы не вернёмся, — последние слова от адресовал торговцу. — В натуре! — ответил тот, — Всё сделаем! Да вы не волнуйтесь, я тут порядок-то наведу. — Или не вернёмся, хе-хе, — съехидничал Фраер, попытавшись щёлкнуть пальцами. — Фраер! — почти хором крикнули все. — Всё-всё, молчу, — поднял руки бандит и принялся гладить рукой по стволу свой, ставший уже любимым, «Печенег». — Стоп, стоп, а это как? — смотря на бандита произнёс Андрей, — А почему Фраер в экзоскелете? Сухарь, ты же должен был… — Не-а, — перебив его, покачал головой Вова, — Не люблю, когда я стеснён в движениях. Пусть этот грузоподъёмник со шлангами достанется тому, кто от него фанатеет. Сухарь кивнул в сторону Фраера. — Присядем-ка на дорожку! — перехватила инициативу Пустышка, помахав над головой руками. Все согласились и, кто куда мог, присели. Завязалась тишина. Бандиты переводили взгляд с одного на другого. Почти никто этого не замечал, так как все были в защитных шлемах. Экзоскелетчики сидели на бетонных блоках, так как только они могли выдержать их вес. Каждый из экземпляров подобного рода экипировки весил не меньше двухсот килограмм, а с хозяином и амуницией со снаряжением — так и все триста.       Спустя минуту все не спеша встали, тишина тем самым кончилась. — Ну что, в путь? — Шприц потоптался на месте, привыкая к костюму. — Вперёд! — вновь скомандовал Меткий, с жужжанием сервомоторов подходя к проёму, — Время не ждёт. — Удачи вам, ребята! — воскликнул на прощание Зуб, отправляясь во двор, следом за эдакой колонной, которая одним своим видом устрашала и деморализовала.       Остальные бандиты, находящиеся на базе, с уважением смотрели им вслед. И каждый из них знал: они могут не вернутся. Фактически, они шли сейчас, как думали все, спасать свою группировку от кризиса. Удивительный и потрясающий факт, но каждый бандит считал их настоящими героями. Даже тень лёгкой тоски осталась, как только отряд скрылся за холмами…       Сталкерские группировки расчистили путь на Радаре день назад, да и Меченый тоже постарался. Вот только к приходу к Выжигателю группы бандитов монолитовцы успели загородить путь ещё одним блокпостом. Он преграждал дорогу, которая была единственным известным путём в город. Бандиты не сразу заметили на дороге зомбированных стражей Монолита, за что Сухарь чуть не поплатился жизнью: бронебойная пуля СВД ударила в асфальт в шаге от него. Меткий тут-же приказал всем укрыться за автобусной остановкой, попутно дёрнув друга за руку. — Вот уроды! — прошипел Сухарь, беря в руки «Грозу», — И как этих фраеров ещё не перебили?! — Чёрт знает, — ответил Андрей, не рискуя высунуть голову из-за укрытия, — Но нам надо продвигаться дальше. До вершины холма метров сто; да и у них где-то засел снайпер. А снайпера Монолита редко промахиваются. — И как мы обнаружим, где он? — подошёл ближе Фраер, — Предлагаете болванчика подбросить? — Чего? — буркнул Сухарь. — Боюсь, другого выхода нет… — констатировал Меткий с сожалением, — Кому-то придётся отплясывать в прицеле этого урода, чтобы хоть понять, где он. — Может, по блокпосту того? — Прозрачный похлопал затянутой в резину ладонью по трубе РПГ, — Ну, может так всех накроет? — Пока мы их не отвлечём, — продолжал Меткий, — они вышибут мозги любому, кто хоть на миг высунется. Ёлки, и что же делать?.. — Пожелайте мне удачи, друзья, — ни с того ни с сего сказал Сухой, после чего выбежал из-под защиты бетона. Разнокалиберные пули тут-же посыпались ему под ноги и он, сделав довольно трудный в его броне перекат, прислонился к проржавевшему военному автомобилю, заглохшему когда-то прямо посреди дороги. — Смертник! — глухо крикнул Андрей, наблюдая, как целые очереди грызут остов, чудом не задевая Вову. Через пару секунд, однако, патроны в штурмовых винтовках монолитовцев разом кончились, чем поспешил воспользоваться Сухарь. — Ловите подарочек, падлы! — с этими словами он резко встал, почти не целясь пальнул из подствольного гранатомёта, и так-же быстро укрылся вновь. Заряд поразил взрывом лишь кучу бетонных обломков, что лежали на блокпосту, тем самым не причинив вреда врагам. Но свою задачу они выполнили: монолитовцы, услышав выстрел, попрятались по укрытиям. — Давай!!! — заорал Меткий Прозрачному, вслед за чем тот, выйдя из-за противоположного края остановки, пустил по блокпосту осколочно-фугасную ракету. Выхлоп ненадолго осветил укрывшихся за остановкой бандитов. Техник сразу же прыгнул к остальным, заряжая в трубу новый снаряд. А вслед за этим было сногсшибательное зрелище: весь блокпост сектантов озарился множеством вспышек, громыхая на весь Радар. В следующий миг с неба стали падать осколки всякого мусора, а также опалённые фрагменты бронированных комбинезонов монолитовцев. Деревья, что находились в непосредственной близости от блокпоста, воспламенились. Покорёженная радиацией и мутациями листва горела не хуже напалма. — Есть! Это победа! — радостно прокричал Фраер, но Меткий его одёрнул: — Эй, Сухарь! Ты там в порядке? — Лучше и не бывает! — бодро ответил тот, подбегая к остановке, — Так, только пуля одного из этих выродков Зоны попала мне прямо в грудь. Чёрт, синяк теперь будет… — Ничего, не дрейфь, — похлопал друга по плечу Андрей, — Заживёт. Прозрачный! Снайпер мёртв? — Не совсем… — ответил механик, разглядывая в бинокль останки блокпоста монолитовцев, — Висит на толстой ветке, а дерево-то горит! Да и вон, кровь с его ноги струйками стекает. А ведь всё жить хочет, падла. — Легко! — звонким голоском выдала Алина, после чего не опасаясь вынырнула из-за стены и, прицелившись из модернизированной СВУ, выстрелила в монолитовца. Пуля калибра 7,62 попала сектанту точно в грудь, пробив тело и бронежилет насквозь. Моментально брызнула кровь, а на комбинезоне врага разрослось алое пятно, посредине которого зияла вишнёвого цвета дыра. Мёртвое тело упало на землю рядом с горящим деревом. Все монолитовцы были убиты. — Эх… — просопела девушка, — Ещё одна человеческая жизнь в мою копилочку… — Не стоит так расстраиваться из-за них, — Меткий погладил Алину по бронированному плечу, — Это всего-лишь сектанты. Они — зло. — Ну, если можно так выразится, — вступил в разговор Сухарь, — Ведь зло — понятие, напрямую связанное с понятием разума. А разума у монолитовцев нет. Их его просто напросто лишают кодировкой. Они — как роботы. Вот контролёр, например, зомбирует людей, а мы думаем, что он совершает, с нашей точки зрения, зло. Но ведь у него разума-то нету. Он лишь заботится о своей безопасности. — А можно тогда сделать так, чтобы зла не было? — вдруг резко спросила Пустышка, вспомнив убийство своего отца, — Ведь можно же! Скажи, что можно! — Может, и можно, — отвёл взгляд Вова, — Но не так. Где есть разум — обязательно будет зло. Зло порождают не знания — разум! И для того, чтобы уничтожить зло, нужно будет уничтожить и теперешний разум. Или создать другую его структуру. — Я, конечно, извиняюсь, — подключился Шприц, — Но давайте обсудим это как-нибудь в другой раз, а то, понимаете, здесь пули над головой свистят. — Да, и вправду, — голос Меткого вновь стал командным, но не властным, — Помеха прибрана с пути; продолжаем продвижение к городу! С этими словами он, вскинув девятый АК, вышел из-за остановки и направился вверх по дороге. Остальные, держась на расстоянии друг от друга, направились следом. Эдакая колонна бронированной пехоты продвигалась в Южную Припять.       Продвижение по южной части города было, по сравнению с ожиданиями, просто экскурсией: сталкеры и группировки уже успели расчистить дорогу к центру города. По пути приходилось только отстреливаться от редких уцелевших монолитовцев и обходить аномалии, коварно запрятанные Зоной за поворотами. Над всем городом стоял шум. Какофония выстрелов разнокалиберного оружия сливалась воедино со звуками города, криками, а также рычанием редких мутантов. Казавшийся поначалу пугающим город оказался не таким уж и мрачным: напряжённая атмосфера боя брала свое. А ведь до этого можно было насладиться неповторимой атмосферой заброшенной Припяти… Громовые раскаты и молнии озаряли небо синим светом вновь и вновь, безмолвные стражи великого Монолита не спеша патрулировали город, вглядываясь в каждый куст. Да и наслаждаться-то особо было некому. Монолитовцам любая атмосфера была по боку, а больше здесь никого и не было. Поскольку большая часть города была под контролем секты, мутантам оставалось только притаиться в самых опасных и обходимых стороной даже монолитовцами местах, быть загнанными в угол. Но сегодня Припять бушевала, как никогда ранее…       На центральной площади перед зданием Дворца Культуры шли ожесточённые бои между силами одиночек и долговцев, самыми ярыми врагами бандитов, Свободы же пока не было видно. Отряд Меткого подоспел как раз вовремя. Штурм «Энергетика» только начинал набирать обороты. Ступени перед входом в ДК были буквально усеяны трупами монолитовцев, однако снайпера на балконе не позволяли пройти дальше по площади. Бронированное тело одного из смельчаков с дырой во лбу Андрей увидел из-за укрытия, коим служил угол пятиэтажного жилого здания. Рядом с ним находились Сухарь и Алина, остальной же части отряда Меткий приказал продвигаться через заброшенную автостоянку, бок о бок со Свободой. — Чёрт, Андрей! — проворчал Вова, — эти камуфлированные ублюдки не позволяют и носа высунуть! Надо что-то с ними делать! Проблема состояла в том, что комбинезоны сектантов имели весьма подходящий под бледно-серый окрас ДК камуфляж, не позволяющий вычислить их на фоне здания. Вспышки винтовок тоже были не вариантом: их просто напросто не было. Снайпера использовали, по догадками Меткого, либо СВУ, либо СВД со специальным ПБС, который, однако, был очень редок в Зоне и достать его было практически невозможно. Но, если дело касалось группировки Монолит, удивляться было нечему. — Играть с ним надо! — сказал Андрей, — Не зря же мы здесь торчим: весь припятский бой сосредоточен как раз здесь. И пока мы все будем отплясывать под дулом винтовок, остальной отряд проберётся в здание и вычистит его от этих уродов! — Разумно, — кивнул Сухарь, — И долго нам ждать? — Не знаю. — Одну минуту! — вдруг сказала девушка и, приложив запечатанные в кевларовые перчатки пальцы к шлему, напряглась. Меткий не сразу понял, что она делает, зато понял Сухой. Он, без какой-либо опаски высунувшись из-за угла, принялся поливать свинцом края балконов. Потраченный магазин бронебойных снарядов того стоил — одна из них чудом, или чистой случайностью, угодила одному из монолитовцев в грудь. Тяжёлая шестнадцати-граммовая пуля пробила бронежилет, окровавив тем самым комбинезон сектанта. Только вот сам он оказался поразительно живуч — схватившись за край балкона, он не отпустил своей винтовки, которая продолжала стрелять. Пули летели в разные стороны, зачастую не цепляя вообще ничего. Но своё должное бандиты сделали: группировщики и одиночки, вразумив, что снайпера рассеяны, тут же превратили раненного в дуршлаг, упавший с балкона вниз. — Скорее вперёд!.. — прохрипела Алина, — Я так больше не могу!.. — Что за? — удивлённо глядя на девушку произнёс Андрей. — Давай, шевелись! — Сухарь вытолкал Меткого на площадь, сам же подхватил за руку Пустышку, — Быстрее, быстрее! — Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?! — спросил Меткий, когда они втроём уже заняли позицию поближе. Алина, расслабившись, грустно склонила голову на бок: — Я мутант… — Что? — не поверил командир. — Я — мутант-телепат, — пояснила девушка, — Как контролёр. Только вот разумная и… Может, ещё даже человек. — Апофеоз… — еле слышно буркнул Сухарь, отведя взгляд. — Но почему ты раньше ничего не сказала? — Андрей положил руку Алине на плечо. — Я боялась, что ты меня любить не будешь!.. — выдала девушка, прижавшись к мужу, — Боялась, что ты меня убьёшь, как несчастного мутанта… — Нет, нет, милая, — Меткий положил ладонь на её алюминиево-титановый шлем, — Как же я могу?.. Я тебя люблю не смотря на то, мутант ты или нет. Ты моя девушка, а я твой парень. И плевать я хотел на то, что может кто-то подумать. Пустышка жалобно мяукнула, встряхнув головой. Сухарь, всё это время отстреливающий фанатиков, изъяснил: — Ваша семейная драма — это, конечно, хорошо, но мы тут как-бы посреди поля боя, так что вы слегка не то место выбрали. — Поговорим позже, милашка, — услышал Сухаря Андрей, — Сейчас надо немного повоевать. А теперь выноси сволочей, вперёд! Стоило Меткому сказать это, как Сухого что-то сильно толкнуло вперёд и он, не удержавшись, упал на землю. Пули фанатиков на ДК стали колотить асфальт рядом с его головой и бандит, чертыхнувшись, вполз обратно в укрытие. — Вот чёрт! — выругался снова он, — Мне, кажется, в спину прилетело! После его слов раздался ещё один выстрел, выбивший бетонную крошку рядом с головой Вовы. — Это долгари! — бандит прицелился в подъезд пятиэтажки, — Мочи их! — Чёрт, да что ж за напасть-то такая?! — выпалил Меткий, — Перекрёстный огонь! Обложили со всех сторон! Алина, не говоря ни слова, взяла в руки СВУ и выстрелила в бронированного долговца, который, к своему несчастью, посмел высунутся из-за дверного проёма. Пуля 7H14 запросто пробила бронекостюм, выбив из врага кровавый фонтанчик. Долговец упал на спину и больше не встал. — Вот дерьмо… — сказал Андрей, — Ещё и с этими разбираться. Неужели они не понимают, что необходимо действовать вместе? — Не существует в Зоне «вместе», — сказал Сухарь, для надёжности всадив выстрел ВОГ-25 в темноту подъезда, — Тут каждый сам за себя и против всех. Вот увидишь — все, кто останутся здесь после того, как тот сталкер доберётся до саркофага, перегрызут друг другу глотки, не сумев поделить хабар. Знаешь, как говорилось в моей любимой игре: «Тот, кто от жизни хочет слишком многого — рискует потерять всё, но в то-же время тот, кто хочет слишком малого, может вообще ничего не получить». — Не знал, что ты у нас играть любишь… — Должны же быть в жизни развлечения, — пожал бронированными плечами бандит. — Эх, и где этих слюнтяев носит?.. Фраер, вроде, не тормоз… ЧЗО, центральная Припять, ДК «Энергетик», в то-же время — От сучара! — прошипел Фраер, поднимаясь на ноги. Фанатики Монолита в две очереди смели его с ног. К счастью, тяжёлая армированная броня сделала своё дело, как, собственно, и Прозрачный со Шприцем, изрешетившие наглых врагов. Оба монолитовца упали на видавший виды пол «Энергетика». — Ты окей, Серёга? — техник подал товарищу руку, — Не сильно задело? — В порядке, вроде, — Фраер отряхнулся, — Вы хоть прищучили этих гадов… А теперь смотреть по сторонам, они могут вылезти откуда угодно. Да и Меткий с компанией долго ждать не станут, хе-хе. — Сзади! — крикнул Шприц, полоснув очередью куда-то за спину Фраеру. Прозрачный прицелился в дверной проём, за которым, по идее, должна была находиться лестница наверх. Послышались шаги, вслед за чем из пустого проёма показался монолитовец в экзоскелете. — Берегись, здесь враг! — механическим, чуждым для человека голосом сообщил сектант, приникнув к коллиматорному прицелу своей штурмовой винтовки. Механик выстрелил на опережение — монолитовца сбило с ног и отбросило назад. — Эта падла ещё живая! — крикнул Прозрачный, перезаряжая модифицированный SIG. Фраер, направив от бедра дуло пулемёта на врага, выстелил длинной очередью. Экзоскелет монолитовца не смог выдержать «Печенег» в упор, погубив своего хозяина. Только кровавые брызги разлетелись в стороны. Сама же броня сектанта вмиг окрасилась алым; под телом начала увеличиваться лужа крови. — Скорее к лестнице! — сказал Сергей, зашагав по ступеням. Следом за ним, не выпуская оружия из рук, направился медик. Прозрачный же был замыкающим и взошёл на пролёт задом, прикрывая тыл. Пожалуй, впервые за столько времени он не был пьян.       Лестница вела на левый край балкона, если смотреть на юг. На полу перед перилами лежала винтовка одного из погибших снайперов. Рядом с ней было кровяное пятно, медленно пускавшее струйки на лестницу. Балкон был довольно длинным — на нём могло разместиться хоть несколько рядов сектантов. Их там, однако, не было, если не считать снайперов, которые по прежнему продолжали обстреливать позиции укрывшихся сталкеров. — Т-с! — поднял указательный палец Фраер, — Эти придурки нас пока не заметили. Прозрачный и Шприц — вы прикрываете, пока я буду резать горлышки нашим приятелям. Всё ясно? — Типа, так точно, босс, — хихикнул Шприц, выстроив линию огня. Прозрачный остался молчалив. Фраер, согнув колени, как можно тише пошёл к монолитовцам. Фоновый шум перестрелок должен был свести на нет жужжание сервоприводов. Оставался, правда, один приятный аспект: мощные сервомоторы давали возможность не чувствуя дискомфорта передвигаться в согнутом положении. Первый снайпер не заметил приближение своего убийцы. Фраер, подойдя сзади, ухватил левой рукой монолитовца за голову, тем самым закрыв ему рот, скользнул лезвием боевого ножа по горлу сектанта. Потекла струйкой кровь, тело обмякло и повисло на перегородке, свесив руки вниз. Обрадовавшись было, Сергей повернулся передом к следующей цели, которая, — вот незадача! — заметила бандита. Снайпер, повернув винтовку в сторону Фраера, выстрелил. Пуля калибра 7,62X54 миллиметра ударила бандиту в ногу. Бронепластина, предназначенная для остановки осколков, не смогла выдержать прямое попадание такого калибра — в ней образовалась аккуратная дырочка, тут же начавшая кровоточить. — Ай, мля!!! — заорал Фраер, упав на спину и поджав ногу к себе, — Ну, сука, тебе конец!!! Скрипя зубами от боли и злости, бандит достал из специальной кобуры на поясе костюма немецкий пистолет USP и, почти не прицелившись, принялся палить по монолитовцу. Только потом от заметил, что последний стреляет по нему в ответ, но промахивается. Через секунду камуфлированного сектанта насквозь прошило очередью. — Вали его! — только и прокричал Прозрачный, подбегая к раненному товарищу вместе со Шприцем. Последний несколькими движениями снял пробитый броневой лист с ноги Фраера, после чего отстегнул на том месте прошитую кевларовыми нитями ткань. Все эти возможности были грамотно предусмотрены конструкцией бронекостюма. — Смотри, чтобы никто не замочил! — сказал технику Шприц, доставая из рюкзака, подобного кофру, специальную аптечку, приспособленную под все случаи физических повреждений в Зоне. Обычно сталкеры называют её просто «научной». — Понял, уже работаем, — бодро отозвался механик, водя стволом винтовки в разные стороны. В ту-же минуту на его ПДА пришло сообщение от Меткого: «Прозрачный! Вы там где? И почему Фраер не отвечает? Мы не можем ждать здесь вечно, нас уже и так долговцы поджимают!» Прозрачный, выругавшись тихо, быстро ответил: «Уже отработали, Меткий! Фраер тут немного маслину поймал, сейчас Шприц его залатает и двинем дальше.» Техник и сам не заметил, что начал произносить слова вслух. — Я тебе сейчас покажу маслину! — возмутился бандит. — Да не дёргайся ты! — гаркнул на него врач, — Или ты чё, хочешь, чтоб я тебе иглу не в то место сунул? — Народ, по ходу у босса проблемки нарисовались! — положив наладонник произнёс Прозрачный, после чего приник к стволу и стрелял по кому-то на площади.       Меткий, Пустышка, а также Сухарь прибыли к зданию через несколько минут. Два отряда встретились. — Так что там с Фраером? — деловито поинтересовался Андрей, окидывая последнего взглядом. Бандит заметно прихрамывал даже в экзоскелете. — Да ничё так, легко отделался ещё — всего-то одна дырка… — Я ему обезболивающего ввёл, да синтетического аналога витамина К, так что он у нас ещё пошагает, — выдал отчёт Шприц. — Отлично, тогда двигаем, — заключил Андрей и направился дальше к северу. Бандитский отряд следом пошёл за ним, продолжая сохранять бдительность. ЧЗО, чернобыльская АЭС На ЧАЭС было ещё жарче, чем в Припяти. Оно и было понятно: десант военных пытался установить контроль над станцией, встречая яростное и отчаянное сопротивление фанатиков группировки Монолит. Это уже была не просто бойня — резня. Причём довольно кровавая. Вертолёты пролетали над головой, поливая огнём монолитовцев. Отряд бандитов, как ни странно, пришёл в Припять последним, но до самой станции добрался быстрее всех. Совпадение фактов, просто удача?.. На все эти вопросы ответов до сих пор не было. — Меткий, а тебе тоже иногда видится что-то про Зону? — неожиданно спросил Сухарь, осматривая резервные охладители с моста. — А я-то в последнее время начал думать, что это всё проделки Алины… — Эй! — обиделась девушка, — Вот ещё почему я боялась тебе говорить! — Да ладно, ладно, шучу я… — если бы была возможность потрепать Пустышку за волосы, Меткий бы ею воспользовался, — Но юмор в сторону — нам и к станции надо. Отряд прошёл ещё немного перед тем, как оказался на крыше одного из зданий, с которого открывался совершенно неповторимый вид на происходившее. Бандитов, однако, пока не заметили. — И что теперь?.. — смотря на громаду саркофага спросил Сухарь. — Теперь мы будем идти в саркофаг, — решительно произнёс бандит, — слишком поздно отступать. — Что?! — посмотрел на него круглыми глазами Сухой, — Но ведь мы не должны этого делать! Я хотел сказать это ещё тогда, в каморке у Прозрачного! — Да что за чушь ты несешь?! — Саркофаг — это гигантский ящик Пандоры! И если мы его откроем — будет плохо всем. Да и радиация внутри такая, от которой у нас нет защиты. — Что ты несёшь, Вова?! Мы, по твоему, так долго сюда шли, чтобы вот так вот развернутся и уйти прочь?! — Мы не можем сделать этого. Не можем обречь мир на погибель! — Грёбаный монолитовец! — Меткий толкнул Сухаря в плечи, — Не для того я сюда шёл, чтобы от тебя эту херню выслушивать! Хочешь — драпай, я пойду дальше! — Андрей, подожди! — окликнула мужа Алина, но тот опять всё не так понял. — И ты тоже с ним заодно? — зло буркнул он, остановившись. — Да нет же, ты не… — девушку прервал выстрел. Роковой выстрел. Меткий, да и все остальные, даже не сразу поняли, что случилось. Алина вдруг пошатнулась, раскрыв рот, схватилась за бронеплиту и, не удержав равновесие, упала. — Алина!!! — прокричал Андрей, вмиг очутившись над девушкой. Он аккуратно, не спеша, снял с девушки шлем. Её большие глаза были почти остекленевшими, из уголка рта потекла кровь. — Андрей… — с трудом выдавила она, — Я люблю… Тебя… Она упустила снайпера Монолита, которого уже и в живых-то не было. Но он успел произвести последний выстрел. Она поняла, что жизнь сейчас дарована всего лишь на несколько секунд, и успела сказать самому важному в жизни человеку самые важные в мире слова. — Алина?.. Алина!!! — вырвалось у бандита, — Нет, Алиночка, вставай, прошу, это неправда, вставай!.. В этот самый момент где-то недалеко в землю ударили ракеты, выпущенные вертолётом. Поверхность содрогнулась, крыша здания пошла трещинами. — Чёрт! — начал Сухарь, — Дьявол! Нужно уходить, живо!!! Остальной отряд хоть и был несколько деморализован, но жить хотели все. Всё пространство начинал окутывать чёрный непроглядный дым. И последним в нём исчез Сухарь. — Меткий, надо идти! — без какой-либо надежды произнёс бандит. — Уходите. Я с вами не пойду. Я останусь здесь. Последним, что во всём этом мраке сражения увидел Сухарь — это открытая голова его лучшего друга, по щеке которого текла слеза, перед тем, как всё поглотил чёрный вонючий дым. — По пути к тайне… — непроизвольно вырвалось у Вовы, который уже потерял чувство собственного бытия.