Отныне ты — бандит

Последний уцелевший монолитовец со всей возможной скоростью, которую позволял экзоскелет, несся напролом, по коридорам саркофага. Плевать ему было на радиацию и возможные аномалии. Перед его кодированным мозгом сейчас стояла всего одна задача — бежать. Куда бежать, как бежать — неважно; главное смываться. Этот боец немало повидал смертей и трупов, в том числе и всей своей группы минуту назад. Эта минута чудом не оказалась для него роковой: разум Меткого не сразу смог заметить его. Бывшему бандиту удалось лишь вселить в его упрощённый до невозможности, уже, скорее, даже не человеческий мозг, панику. Однако, паника его была своеобразной: он не чувствовал абсолютно никаких эмоций — была лишь цель. А путь к этой цели и являла собой его паника. — Сложновато как-то, не находишь? — раздался в голове Андрея голос. Он, обострив умение, ответил: — Это не имеет значения. Хватит рыться в моей башке; лови его! Монолитовец неосторожно повернул в следующий коридор, зацепив броне-элементом кисти антресоль с проводами. Сильно дёрнув руку, сектант вырвал клок металлических проводов и… В это время что-то пошло не так. Эти самые провода давали энергию одной из пси-установок, державших под контролем определённую часть монолитовцев. Одному из них как будто воткнули иглы в мозг: он снова начал приобретать воспоминания и свою человеческую, чуть-ли не природную сложность. Первым, что пришло на идеально гладкий ум — было слово: Бродяга.       Бронированный сектант мчался по коридору, держа чёрную прядь в руке. Когда он уже собирался вписаться в следующий поворот, оттуда ему навстречу внезапно показалась чья-то рука. Она с силой ударила монолитовцу в шею, отчего тот невольно хрюкнул и упал наземь. Человек в чёрном кожаном плаще, пропитанном аномальной энергией, смертельной для обычного человека, вмиг оказался над над ним. Обладатель плаща собирался было наступить стражу на горло, но механический разум сработал идеально — так, как его и программировали: перехватив ногу обидчика, монолитовец свалил его с ног. Затем он сам воздался над человеком, чтобы применить его-же трюк против него самого. Сделать сектанту это, однако, не позволили: сухой хлопок выстрела, и монолитовец упал на пол. На сей раз уже с дырой в бронированном шлеме. — Больше не встанет, — констатировал Меткий, пряча в кобуру тысяча девятьсот одиннадцатый «Кольт». Человек в кожаном плаще встал и отряхнулся. — Чёрт, — сказал он, — Пронырливый на сей раз оказался. — А ты никогда не задумывался, Шрам, что ты вообще на ЧАЭС делаешь? — с заметной иронией в голосе спросил Андрей. — А где мне ещё ошиваться? — бывший наёмник поднял бровь, — О заказов этих грёбаных я уже устал. Ходить и таскать артефакты, пока не сдохну? Не-а, не мое. А на большую землю я больше не сунусь — кроме проблем с законом мне там больше ожидать нечего. Никого у меня там не осталось. — Сочувствую. — Слушай, я давно хотел тебе задать вопрос, — они оба зашагали в сторону лабиринтов, ведущих к ЧАЭС-2, — Почему ты тогда не пошёл со своими? — Потому, что я потерял всё. Сначала, как пришёл в Зону — цели не было. Потом к бандитам добровольно прибился. Нажил у них приключений на обе ягодицы, сотню раз чуть не сдох, понял потом, что не всё так просто и, в конце концов, потерял единственный смысл жизни. Вот мне и не было смысла идти с остальными. Тут я хотя бы за Алину отомстить смогу этим уродам. — …Ты больше не бандит и не сталкер. Ты — Легенда Зоны. Это разные вещи. — Наша следующая цель? — Группа монолитовских опричников на станции-2. Ничего необычного — всё по стандарту: я заставляю их танцевать под снайперскими пулями, а ты подбираешься поближе и мочишь гадов. — Замётано, — холодным голосом произнёс Меткий. С ним многое успело произойти тогда, после взрыва. Он и сам не знает, как изменился и что с ним теперь стало. Да и он больше не хотел об этому думать: пусть будет так, как будет. Никаких подробностей.       Несомненно, небо над Зоной всегда завораживало. Оно могло поразить даже самых безразличных ко всему людей, волей случая очутившихся на этой несомненно очень опасной, но по-своему прекрасной земле. Над самой же станцией оно было покрыто красной паутиной аномальной энергии, которая сочилась сквозь проход меж измерениями. Ноосфера… Даже те самые учёные проекта О-сознание не смогли до конца понять, что она собой являет. И за свое незнание они вынуждены были поплатиться. Только вот поплатились не они одни… Несомненно, Зона — шанс огромнейшего скачка в развитии техники и медицины, но стоило ли оно того? Кто знает, что станет с Зоной через год? Любая наука — огромные жертвы. Лишь бы в этот раз они не оказались слишком большими… — Красиво, правда? — спросил Шрам. Меткий отлип на секунду от бинокля и посмотрел на бывшего наёмника. — Именно. Впрочем, хоть капля чего-то хорошего. — Ложка мёда в бочке дёгтя? — съязвил Шрам, — Обманчива вся эта красота… «Электры» вон тоже красивые. Только вот убивают с одного раза… — Знаешь, Шрам, порой люди не умеют ценить то, что им дано. Вот некоторые сталкеры не умеют извлекать удовольствие от нахождения в Зоне. — А какое тут может быть удовольствие? — искренне удивился Легенда, — Только яйцеголовые могут ловить от своих анализов и пробирок какой-то там своеобразный кайф. — Не-а, дружище, — ухмыльнулся Меткий, — ошибаешься. Просто… Понимаешь, Зона — это место, где некоторым везёт найти себе приключений на пятую точку. А вот это-то они и не умеют ценить. А вот я умею. Знаешь, отчего я ещё не пустил себе пулю в лоб? — Честно говоря, — Шрам, задумавшись, отвёл взгляд, — понятия не имею. Ну вот правда. — Оттого, Шрам, что приключения эти самые у меня ещё не кончились. Пролетают дни, недели, месяца, годы… И у большинства ничего не меняется. У большинства тех, кто башкой думать отказывается. Пришёл с работы примитивной, поел, набухался, спать лёг. Вот так цикл повторяется. Да даже те, кто чего-то думают — ждут. Ждут чего-то необычного, приключений ждут. А приключения-то здесь, в Зоне. Только вот незадача, мало кто понимает, что его здесь ждёт. Всю жизнь до Зоны я прожил в ожидании. И вот сейчас получил то, что ожидал. Почти никто не получает, а я вот получил. И поплатился… Единственным, сука, человеком, который мне был как никто другой дорог. Но ведь должен был поплатиться я… Многие пропившиеся неудачники приходят в Зону и им приходится начинать шевелить мозгами, чтобы не сдохнуть в ближайшей же «Карусели». А вот те, кто всё это понимают и начинают Зону исследовать — вскоре склеивают ласты. Потому и говорят, что копаться в делах Зоны — это всё равно, что подписывать себе смертный приговор. Я вот тоже себе подписал… Но погибла она… Алина, а не я!!! Тот сучий снайпер должен был попасть в меня! — Спокойно, друг, — попытался что-то предпринять Шрам. Однако прежде, чем он успел что-то сделать, Меткий молниеносно вскочил с места, выпрямился и развёл руки вверх. Постояв так пару секунд, он чуть-ли не закричал: — Но несмотря на всё это дерьмо грёбаное, приключениям не пришёл конец! Я живу ради них! — Да ты что, с ума сошёл? — одёрнул Андрея Шрам, — А ну ляг, быстро! И Андрей лёг. Просто, совершенно спокойно взял и ляг. Достав вновь бинокль, он принялся со смешками рассматривать монолитовцев, что уже во всю глазели, пытаясь вычислить крикуна, чья речь прокатилась эхом по ЧАЭС. — Один из них странный какой-то, — обыденным голосом произнёс Андрей, — Фигура у него… Даже и не знаю, как сказать. Ты его не мочи сначала; я подберусь ближе и рассмотрю. — Ты уверен? — серьёзным тоном спросил Шрам, — Может, тебе передохнуть-успокоиться надо? — Не в коем случае, — ответил тот, — Всё в порядке. Действуем, как всегда. Ты отвлекаешь их до поры до времени, я подбираюсь ближе. Вперёд. С этими словами он подобрался к лестнице и принялся спускаться вниз. — Поехали, — пробубнил себе под нос Шрам, наводя прицел «Винтореза» на одного из фанатиков секты. Еле слышный хлопок — тяжёлая шестнадцати-граммовая пуля СП-6 впивается в голову одного из бойцов. В герметичном шлеме появляется дыра с растрескавшимися краями, и фонтанчик крови бьёт в небо. Тело грузно повалилось на землю, лязгнув броневыми пластинами. Монолитовцы то час же попрятались, время от времени стреляя очередями в сторону снайпера. Их попытки отбиться были, однако, не очень-то успешны. Но Шрам свою задачу выполнил: Меткий смог незаметно подобраться к врагам вплотную. Аккуратно выглянув из-за укрытия, Андрей поразил одного из сектантов выстрелом из АА-12. Тело фанатика отшвырнуло в сторону, разбрызгав кровь по земле и бетону. Бывший бандит сразу нырнул в укрытие — автоматная очередь выбила бетонную пыль из блока. — Защитим Монолит! — выкрикнул сектант, перезаряжая винтовку. Поступил он, однако, очень глупо в этой ситуации — так и остался стоять на месте. Впрочем, как и любой другой монолитовец на его месте. Их лишают даже последнего инстинкта самосохранения: они просто не умеют отступать, предпочитая «героически отдать жизнь» за великий кристалл.       Спустя секунду от бетонных стен отразилось ещё одно эхо мощного выстрела, и обезглавленный бездыханный монолитовец упал. Остался лишь последний — со странной, как показалось Меткому, фигурой. Да и был он к тому же более низкого роста, чем остальные. Но пока что его не было видно. — Спрятался, к-козлина, — процедил сквозь зубы Андрей и, беспечно выйдя наружу, принялся обходить металлические вентиляционные трубы, торчащие из земли. Остановился он у одной из них — почуял что-то. Вдруг, обострённый слух уловил рассекающее воздух движение. Шаг вперёд — и лезвие ножа лязгнуло по ржавому металлу трубы. Андрей обернулся, пытаясь врезать монолитовцу в висок пистолетной рукоятью. У того тоже реакция была на уровне — Меткий попал лишь в противогаз, сбив его тем самым головы. Лицо сектанта стало открыто и… Андрей поначалу не поверил собственным глазам: это знакомое до страшной боли лицо, эта фигура, эти глаза… Но ведь этого не может быть! Только вот она сама, похоже, его не узнала — ткнула в него дулом SIG SG 550. Разум захлёстывали эмоции, но тело само сделало свое дело: Меткий ударил по стволу винтовки, и очередь прошила трубу напротив. Бывший бандит напрягся и силой вырвал из её рук автомат. Отбросив оружие в сторону, он попытался прижать Алину к трубе, карая себя за то, что ему приходиться это делать. Хоть он и понимал, что его возлюбленная пребывает в беспамятстве, вызванным кодировкой. Да и лицо её было совершенно ничего не выражающим. Несмотря на то, что Меткий её удерживал, она вырывалась со всех сил, но поделать пока ничего не могла. — Прости, дорогая, — сказал, скорее, сам себе Андрей и быстрым движением вколол Алине шприц со снотворным. Через пару секунд тело девушки обмякло и легло на руки Меткому. — А вот это уже интересно, — Шрам вышел из-за одной из труб, — Вот она, твоя единственная? — Да, — ответил Андрей, однако эмоции было не передать словами, — Я и сам не могу поверить… Её надо вернуть! — Ты это о чём? — Вырвать её из корявых лапищ Монолита! Её сознание перекодировано, но всё равно не утрачено! Болотный Доктор может помочь. — Вот это да-а… — протянул Шрам. ЧЗО, Болота, дом Болотного Доктора — И как же ты нас всех просветить собираешься? — осведомился Сухарь, рассматривая интерьер дома, — Какие могут быть непонятки? — Важное кое-что сказать надо, — спокойным тоном ответил Болотный Доктор, — Я же в курсе того, что произошло. А также я в курсе того, что вы все — люди особенные. Но и по иронии судьбы, вы те, из-за кого всё произошло. Точнее, из-за Сухаря… — Вот только этого не надо! — быстро заявил тот, — Ну да, не кокнул я Йогу! И что? Я ж говорю — долг жизни отдавал! — Вот и подтверждение, — махнул рукой в сторону Сухого Прозрачный, — Из-за него вся эта каша, которую нам всем теперь опять расхлёбывать… — Что значит опять?! — попятился на бандита Сухарь. — Как бы там ни было, — продолжил Доктор, — это уже неважно. Нам надо спасать Зону. Спасать эту реальность… Ибо они все между собой связаны. Умерший мутант здесь — родившийся мутант там. Поэтому надо найти и остановить Йогу и бойцов войск НАТО. А самое-то печальное, эх… — он покачал головой, — Смерть Стрелка. Вся его группа теперь на том свете… — Стрелок?.. — озадачился Вова, — Это случайно не тот, кто отключил Выжигатель и добрался до самого Монолита? — Можно и так сказать, — согласился Доктор, — Но, правда, это он убил отца вашей подруги… — Борова?! — вскочил Сухарь, — Ну, значит, так этой суке и надо! Эх… Правда, от этого не легче. Да и самой Алины уже нет в живых… — Я бы на твоём месте не был так уверен, — сказал Доктор. Сразу после его слов из соседней комнаты послышались голос и шаги: — У нас что, гости? Голос показался Сухому очень знакомым. Просто неимоверно знакомым. Ну и вот, как это часто бывает, он понял: это Меткий! Подтвердив догадку бандита, Андрей появился в дверном проёме, молча и пристально глядя на друга. Тот тоже смерил приятеля взглядом, и через секунду радостно заговорил: — Андрей! Дружище! — ничего другого в голову просто напросто не пришло. — И я тоже рад тебя видеть, — голос был пугающе металлическим и холодным. Сухарь, впрочем, пытался не придавать этому особого значения. — Сейчас ваша семья почти в сборе, — Болотный Доктор предложил всем сесть за длинный деревянный стол, — Да-да, именно семья. Может, вы и сами пока не знаете, но вы уже считаете себя семьёй. «Семья — это не те, кто тебя родил; семья — это те, за которых ты готов умереть» — вспомнились Сухарю давние слова. — Алина, благодаря моим усилиям, жива, — продолжал Доктор, — И скоро снова сможет познавать мир. — Отличная новость! — воскликнул Прозрачный, поднимая рюмку. Все обрадовались и чокнулись. «Эх, Прозрачный, падла, знаешь же ты, когда вовремя!» — вновь подумал Сухарь. — Так зачем ты нас здесь всех, собственно, собрал? — спросил он. — Помочь вам надо, — взгляд Доктора стал тяжёлым, — Меткий, садись. Ну, Сухарь, скажешь своему лучшему другу пару слов? Тот невнятно ругнулся себе под нос и принялся рассказывать. — Хм, вот как, значит… — потёр подбородок Меткий, — Ну, недурно, дружище, недурно. Лапшу ты эту про учёных и Калугина мастерски всем наплёл. Хотя, позволь поинтересоваться чисто из интереса: Если Йога всё ещё жив, то кого я тогда продырявил? — Не знаю, — пожал плечами тот, — Я просто сообщил Йоге, что на него готовится покушение. Он сказал, что обо всём позаботится. — Ладно, хрен уже с ним, — махнул рукой Андрей, — Болотный Доктор. Ты хотел сказать слово. — Йога и главы отряда НАТО находятся в центре Зоны. Вам туда и дорога. Будет это, однако, непросто: натовцы нашли способ снова включить Выжигатель мозгов, в следствии чего перекрыли путь на север. Также, они тестируют у окрестностей Лиманска установку, способную управлять аномалиями. — Точно-точно! — вставил Вова, — Под Рыжим лесом находится что-то вроде развилки больших подземных путей. Путепровод «Припять-1», коллекторы, убежища, даже тоннели, ведущие от Подземелий Агропрома. Да и лаборатория там есть. Что-то такое там раньше и строили. В самом лесу что-то вроде аномальной энергетической связи между всеми деревьями и аномалиями. Это давным-давно изучалось. — Два пути есть, — заключил Доктор, — Первый — через Выжигатель, второй — через Лиманск. Но, в любом случае, вам сначала придётся заглянуть в бар «сто рентген». Я не очень-то в курсе всех дел, так что разузнаете побольше информации там. — Вопрос, Доктор, — сказал Сухарь, — Тебе-то зачем всё это? — Главным счётом — за Стрелка отомстить… Лучшим другом он мне был. Только Болотный Доктор закончил, как послышался скрип деревянных досок. Все устремили взгляду в дверной проём, из которого десть минут назад вышел Меткий. В дверях стояла, прикрываясь ладонью от света лампочки, Алина, получившая уже, однако, новое прозвище — Меткая.