nemesis

       Высокая стройная фигура в помятом, но хорошо сидящем пиджаке стояла у аквариума наблюдая за передвижением рыб. Голубоватый свет от стеклянной коробки таинственно блестел в стеклянных глазах мужчины. Он облажался.        Том не был парнишкой чтобы убиваться из-за этого, но… Он был пуст, а в руках игрался стакан виски, так что он сделал очередной глоток дурманящего напитка, стараясь хоть чем-то себя заполнить.        Проезжающая на улице машина позволила лучам своих фонарей прорваться сквозь расшторенные окна и мимолётно озарить рыбок. Что-то в темноте отсветилось.        Хиддлстон очнулся. Его внимание сконцентрировалось на правом нижнем углу аквариума. Он наклонился ниже и пристально глянул в пещеру. Скинув с себя пиджак и ритмично расстегнув пуговицы на запястье левой руки, мужчина опустил пальчики в прохладную воду; красные плавники разбежались.       Том ясно представил свою недавнюю спутницу, чье имя немного обжигало его мозг, когда она стояла еще тут, с мокрыми руками, улыбаясь, как ее худенькие пальчики сжимали его забитые мышцы шеи… Как она смеялась…        Пальцы ощупали что-то твердое. Зацепившись, он вынес на поверхность пепельницу. Хиддлстона сразило недоумение.        Уже знакомая ему вещица каким-то образом оказалась здесь, в Париже, и, вероятнее всего, ее привезла сюда Ева. Переворачивая предмет, он почувствовал рельеф букв, которые нельзя было обнаружить не осознавая их присутствия, и прочел уже знакомую фразу с дополнениями, что лишь подтвердило его догадку.

***

       Пальцы плавно прохаживались по пыльному пианино. Лилась несложная, хрупкая мелодия, но ноты сбивались.        Близилась осень, она прощалась с последними тёплыми деньками августа. — Всё играешь?        Голос принадлежал ее младшему брату, наблюдавшему с внутренней лестничной площадки большого зала. — Ну, у меня ведь так и не получилось.        Григорий начал спускаться по дугообразным ступеням, и она прекратила. — Не надо же до совершенства… -…А в чем тогда смысл? -перебила она его, и начала играть что-то звонкое. — Например, в балете, в чем ты гораздо лучше. — Идеальна. — Тем более! — Гриша, отстань, а? — Эта постановка ведь не конец, и тебя сняли только из-за отца, ты знаешь это. — И какой смысл в ЭТОМ, — она хлопнула крышкой пианино, — если человек искусства отказывается его творить? Он прогнулся под моего отца и меня на это тянет! — Он трус, мы это выяснили, но ведь не весь балет? Не единственный театр? — она закатила глаза. — Тогда ты лицемерка. Ты поступаешь так из-за принципа, а не искусства. — Пусть так. — ее взгляд с него переключился в пустоту. — Балет уже осквернен… — Но кулон-то носишь!        Ее рука поймала маленькую балерину под нежно-бежевой тканью платья, и она, не оборачиваясь, вышла через ещё распахнутые большие двери зала в сад.        Босые ноги ступали по сырой от недавней поливки земле, огромные подсолнухи приятно раздражали глаза. Серебро у нее на шее чуть согрелось от новых прикосновений, да и сама она чуть разволновалась. Она словно вновь столкнулась с его глазами, живыми, почти жидкими, таков был вкус ее воспоминаний.        Хиддлстон, ну, а собственно, что Хиддлстон?        Вернёмся к…        Ладно!        Хиддлстон находился в Англии, в новом доме. Он сидел на ещё упакованным в целофан диване и пил кофе, читая сценарий.        Все это время он готовился к этой роли, он изучал жизнь своего героя, но слишком погрузился. Сейчас настало время подписать контракт, но желания иметь что-то общее с этой картиной исчезло. Возможно позже он и станет новым «Крейгом», но сегодня погода не та.        Он напечатал краткое сообщение Люку, и вскоре его телефон пронзился звонком. — Почему НЕТ? Том, ты шутишь? — Не сейчас Люк. Я все обдумал, ругать будешь позже… Можешь кое-что сделать для меня? — С удовольствием бы ответил: " Не в этой жизни!», но ты же знаешь что я отвечу «да». — Хиддлстон благодарно улыбнулся. — Мне нужен тот список, с адресами… — ему вдруг расхотелось уточнять, хотелось чтобы список просто оказался у него в руках, и он мог просто им воспользоваться. — Что за список? — что-то жуя переспросил собеседник. — Я был на свадьбе в мае, этот список, список гостей.        Люк замолчал, даже жевать перестал, затем он словно что-то выпил чтобы быстрее сглотнуть пищу и сразу же заговорил. — Ты просишь меня объявить об отказе от роли и дать тебе информацию касательно подготовки к ней? Что там у тебя случилось? — Хиддлстон мысленно скрестил пальцы. — Придется его откопать, как скажешь. Вроде как я его где-то сохранил… Перезвоню с новостями!        Он сменил рубашку на белую и убрал со стола. Ему понадобилась небольшая прогулка, прежде чем он окончательно решил вернуться в Россию.        Ужинали в малой столовой: здесь были лишь самые близкие. Григорий и Ева сидели по бокам от отца, а мадам Крошева сидела с другой стороны стола с сыном и невесткой.        Ева, не перебивая отца, пробовала блюда. Он вспоминал короткую поездку в Тибет давним летом, которую они совершили всей семьёй.        Ева вспомнила этот день и Мину, которая тоже отправилась с ними. Девочки каждое утро вставали пораньше и вдыхали культуру буддизма. Сейчас Мина сидела рядом с ее дальним братом и была его женой.        Девушка смотрела на нее в полоборота и фактически не моргала, что Нина не могла не заметить. — Что? — тихо спросила она, решив что Ева сейчас выплеснет на нее содержание своего стакана. Ева испытала неловкость и просто подалась порыву: — Может сходим сегодня куда-нибудь?        Мина на секунду растерялась, но тут же с охотой согласилась.        Федор, ее отец, внимательно на нее посмотрел, но ничего не сказал. — Мне ведь можно?        Ее отец приподнял брови, глянул на Мину и кивнул чуть ли не усмехнувшись. Грузная фигура встала из-за стола и пожелала всем приятного вечера.        Они с Миной безбеседно прогуливались по Питеру, когда Ева вдруг потянулась в сторону бутиков. — Хочешь пошопиться? На тебя не похоже. — Ну и что? — лениво протянула Деметрова. — Настроение бродить по магазинам! Ну, мы можем пойти в клуб, если хочешь. — Не, рановато для клуба. — Мина пришуренно глянула на свою старую подругу. — Все хорошо? Ты словно… разбита? — Все отлично! — она тряхнула головой. — Возможно, меня просто тянет в сон, но я знаю пару хороших местечек с классным кофе! Ну, что? — Погнали! — весело пожав плечами присоединилась Мина.        Ева оставила ее в женском отделе и сама углубилась в мужской. Она прикоснулась к висячим бархатным пиджакам и ощупала мягкую ткань. Рука скознула вниз, по рукавам, и пиджак соскользнул с вешалки, и она опустилась на колени, чтобы его поднять, бросив взгляд вперед. В трёх метрах стоял высокий манекен в тотал черном костюме тройке, и она замерла, глаза закрылись… Рядом стоял Том, он подошёл и присел рядом, гораздо ловчее повесив пиджак на место. Он взял ее за руку и потянул вверх… — Хватить витать в облаках. Здесь ничего интересного, пойдем?        Ева еле выдохнула и кивнула головой. Они решили отправиться в клуб развеяться. Мина как обычно немного выпила, ведь знала, что Ева ее проконтролирует.        К ним подошёл весьма подозрительный рыжий тип, и Ева поняла по соглашению своей подруги на очередной бокальчик, что им уже пора. — Ну и куда вы спешите, становится ведь только веселее.        Ева испытала дежавю, заметив наблюдающего за ними мужчину неподалеку. — Нам все равно надо идти. — мнимо-извиняюще поджав губы, сказала Ева, взяв свою спутницу за руку и потянув ее к выходу, но другую руку Мины поймал этот незнакомец, насильно останавливая их движение. Не успела Ева ухмыльнуться, как их белобрысый наблюдатель развернул рыжего, давя на него своими внушительными двумя метрами и упитанной фигурой. — Привет отцу. — кинула она заступнику, собираясь покинуть заведение. — Нет, я пришел тебе передать, что он уезжает по делам. — Она развернулась в недоумении. — Куда? — И добавил, цитирую: «Пусть смотрит под ноги, а то обожжется крапивой.» — Ева тяжело вздохнула анализируя ситуацию. — Я вас отвезу. — Мужчина прошел вперёд. — Саш, спасибо. — она взяла уже засыпающую Мину и они сели в машину. — Сначала к ней.        Том стоял перед внушительным частным домом, окружённым деревьями. На часах было почти два, и уже полчаса он не увидел признаков жизни в этом доме. Решив, что ожидать смысла больше нет, он поднялся по короткой лестнице и в течение секунд шести давил на круглую кнопочку, пробуждая дом звонкими колокольчиками. Дверь открылась спустя минуту, и за ней стояла ещё не проснувшаяся девушка среднего роста. Она прищурившись глянула на него и сразу же подавила желание хлопнуть дверью. — Один вопрос — какого хрена? — Я должен найти ее. — Меня нашел — ее нет? — Вряд ли она живёт в отеле, адрес которого есть в этом списке. — она взяла список и сразу же бросила его через плечо мужчины. — Просто скажи где она сейчас, или, может, где она могла бы быть, мне необходимо с ней встретиться. — Ни за что. — она попыталась хлопнуть дверью, но он поймал ручку двери. — Она разочаруется если узнает что ты не дала нам поговорить. — И с чего бы ей разочаровываться? — Эмин, — он опустил взгляд, — Я думаю она горит желанием выплеснуть пар… На мне.        Закатив глаза девушка закрыла дверь, но она тут же начала разрываться от странных по звуку стуков. Ее голова уже раскалывалась, поэтому она со злостью щёлкнула ручкой. — А ещё я должен передать ей это. — В его руках блестнула пепельница, как магический артефакт переливаясь от солнечных лучей. Ее глаза округлились, и она попыталась выхватить предмет, но Том ловко его отодвинул. — Адрес. — Девушка выпрямилась и с трудом оторвала взгляд от почти бытовой вещицы и с вызовом посмотрела на него. — Ладно! Она, в отличие от некоторых, работает. — Кто бы говорил, — глянув на ее пижаму, съязвил Хиддлстон. — Где? — Часто ходишь в стрип-клуб?        Она насладилась его недоумением, и назвала точный адрес, после чего протянула руку требуя пепельницу, но Хиддлстон пожал плечами и спустился вниз. — Сначала я проверю правильный ли адрес, а затем, если Ева будет не против, возможно ее тебе отдам. — Нет уж, спасибо, лучше просто не возвращайся.        Он сел в машину, но сначала поинтересовался: — Дома что, больше никого? — Все на работе. Моя работа как можно скорее родить потомков, если следующее, что ты хочешь спросить — почему я сижу дома. Еву тоже это ждёт, если…        Но Хиддлстон зажёг мотор, который приглушил ее голос, после чего умчался ближе к городу.        Она вышла ближе к четырем, из заведения, которое реально было стрип-клубом. Она оглянулась, но он был в машине, и потом она направилась вперёд, от Тома. Он вышел из транспорта и словно в подвешенном состоянии зашагал в ее сторону, но его рот неожиданно был прикрыт чей-то ладонью с намоченной тряпкой, как в старых фильмах. Его сопротивление было подавленно кем-то вторым, связавшим его руки и посадившим в другую машину.        Он очнулся от яркого света пробежавшего по его глазам в лежачем положении в каком-то гаражаобразном помещении, и первое что он увидел, мотоциклиста у раздвижных дверей гаража, но он был слишком ослеплён фарой мотоцикла, поэтому не мог различить лица, а видел лишь примерную фигуру.        Он попытался шевельнуться, но его тело ощутило тяжёлую боль. Во рту был странный металлический вкус, а руки затекли от долгого лежания в одной позе. Уже стемнело, и он предположил, что пробыл тут более часа. Фигура приблизилась к нему, коротко осмотрев, и он услышал лёгкий смешок. Видимо, эта личность не увидела никакой надобности дополнительной слежки за ним, и вошла в дом через гараж. Он слышал некоторые звуки за этой дверью, но его больше интересовал включенный мотоцикл, и он постарался встать, однако ему удалось лишь присесть, после чего пришлось признать, что организм его сейчас не готов к таким резким поворотам, и начал двигаться поаккуратнее. Он знал, что кричать ему не стоит, его лучший вариант, это мотоцикл, к которому он и тянулся.        Внезапно он услышал чьи-то шаги, точнее похрустывания травы. Человек явно старался быть потише, но в его крови бушевал адреналин, все чувства были обострены, а хруст резко контрастировал с шумом мотора.        Теперь он увидел фигуру, которую видел некоторое время назад. Это была Ева, и ее лицо выражало ужас. Она шокировано шагнула назад, но сразу же опомнилась и подбежала к нему. На ней была лишь свободная белая футболка и в руках был спортивный рюкзак.        Она на секунду замерла, глядя ему в глаза, и ее зрачки словно дрожали. Ее рука неосознанно для нее самой пробежалась по его лицу, словно ощупывая его реальность. — Мне нужна помощь…        Она резво кивнула и обернулась к мотоциклу. Голоса за дверью словно начали приближаться. — Я никогда не сидела за мотоциклом! — Ты справишься. — Она сильно зажмурила глаза и вдохнула ещё теплый воздух. Девушка помогла ему встать, у него дрожали руки, она лишь предположила, что он может потерять сознание. Он тяжело дышал, возможно, ему нанесли удар в область лёгких. Хиддлстон сел позади не без помощи Евы, и она скрестила его руки на своей талии, требуя держаться изо всех сил.        Дверь открылась, и Ева на автомате рванула на трассу, едва не оглохнув от выстрелов за спиной, и его руки впились в ее кожу, а голова уткнулась в плечи, тяжело дыша. Она постаралась искоса оглянуть его и чуть не улетела в заросли. Пуля слегка обожгла его икру на левой ноге. Ехали они очень быстро, погони ещё не было слышно, а они уже выехали ближе к городу, поначалу ей удавалось ехать ровно, но при первом же повороте ее снова чуть не унесло. — Куда мы едем?! — прокричала она, сжимая руль до мозолей. Том выглянул через ее плечо изучая дорогу. Она показалась ему странно знакомой.        Ева почувствовала его щетину у уха и туманно посмотрела на него, и мотоцикл начало клонить в сторону, мужчина поймал руль и выровнял машину. — Не отвлекайся. — он совершенно уверенно продолжил смотреть на дорогу, и Ева постаралась собраться подобно ему, но это было сложно, он был крайне близко, и она чуть не погрузилась в эту мысль, но Хиддлстон окликнул ее: — Здесь поверни налево, вот так, молодец.        Он еле мог шевелиться, но его разум мыслил яснее Евы, и Том это понимал, и сейчас скорее он спасал их, а она была инструментом. — Аккуратнее!        В метрах пятнадцати, в очень быстро сокращающихся тринадцати метрах, стояла девочка, глупо уставившаяся на мотоцикл, Ева в страхе выпустила руль и закрыла глаза, не было ни крика, все произошло мгновенно, мотоцикл резко повернул вправо и тормознул. Ева дрожала, и холодная рука прикоснулась к ее челюсти. Том вглядывался ей в глаза. — Тише, тише. — он чуть усмехнулся. Девочку обнимала, предположительно, ее мать, которая не знала звонить в полицию или нет, но Том уже завел мотор и лишил ее выбора. Через пару минут они остановились у одноэтажного дома. — Поможешь?        Она кинула сумку к порогу и дала ему себя приобнять, после чего они вместе дошагали до двери. — В цветочном горшке.        Он опёрся о стену здания, и она наклонилась достать из-под искуственного цветка ключи.        Он сразу же почти упал на диван и откинул голову на подушку. Она подбежала на кухню и взяла первое попавшееся полотенце, блюдце и кружку с водой. Гостиная была вся серо-коричневой и свет исходил от тусклых ламп, которые включились от одного выключателя. Стены были почти пустыми, одно окно и большой книжный шкаф рядом.        Он сполоснул горло и она начала протирать его от застывшей крови. — Какого хрена?        Он покачал головой и она подавила злость в одном тяжёлом выдохе. — Нет, мне просто интересно, — продолжила она не своим голосом, — Какого хрена? — Я помню лишь как ждал тебя у стрип-клуба. Интересное местечко… для работы. — И каким образом ты догадался ждать меня там? — Эмин, я нашел ее адрес.        Она перестала вытирать его лицо, что-то осознав. — Значит сначала она сказала тебе где меня искать, пригласила меня к себе и я затем нахожу твой полутруп у нее в гараже? Что ты ей сказал? — У нее в гараже? — Ее люди стреляли в нас… Они меня что, не узнали? — спросила она вслух себя. — Что ты ей черт возьми сказал?! — Что хочу поговорить с тобой. — И она просто такая: " Окей, вот держи ее адрес, номер и имя ее мертвой собаки?» — Нет, я ее уговаривал, я показал ей пепельницу, что ты спрятала в аквариуме, решил, это сработает.        Ева замерла и побледнела. Внезапно она вздрогнула, словно ее ударили током и на одном дыхании девушка достала телефон, с каждой секундой гораздо более холодной. — Гриша, Гриш, закрой дом, ладно? Ночь будет темной… И Крошевых не выпускай, никого, вообще, я постараюсь вернуться как можно скорее. От папы нет вестей? Ладно… Не жди меня. — диалог закончился.        Она сидела сжав губы. Брови были напряжённо натянуты к переносице, сквозь ее щеки проступили скулы. Затем она наклонила голову и со всей ненавистью посмотрела ему в глаза. — С хуя ли ты решил вернуться? Лучше бы ты умер, Томас. — Прости..? — ожидая объяснений подобно междометью отметил он. — Твои отношения с Тейлор так сильно ударили по тебе что ты решил цепляться за меня как за ее полную противоположность? С ней наверное было так мило и теперь тебе не терпится погрузиться в ад, чтобы забыть каково это? Я тебя искренне ненавижу, всей душой… Знаешь что больше всего меня бесит? Все, просто все так мило отзываются о тебе, даже Тейлор, хотя она сбежала от тебя, говорит что ей жаль что… — Ева, хватит. Я знаю, что тебе больно, но это не... -…она поступила так с таким "хорошим человеком", но со мной ты вел себя как козел! И сейчас, сейчас, ты моя заноза, вросшаяся, и хрена с два я тебя теперь вытащу. Но ведь ты у нас такой хороший, не так ли? - тон ее был агрессивным, но сейчас нотки вздрогнули, она фактически всхлипнула. Хиддлстон не опускал взгляда. — Так почему у тебя нет нормальных друзей и ты якшаешься со всяким сбродом? — Это было совершено неожиданно, и вовсе не то, что он был готов услышать. — Что ты забыл здесь, на краю вселенной? Почему нуждаешься в помощи такой никчёмной меня? Просто ты чертовски одинок, я думала я не идеальна, а проблема в том что ты паразитируешь на страданиях других.        Он оценивающе улыбнулся. — Это у тебя нет друзей, потому что им либо плевать на тебя, либо они хотят тебя убить. Передай привет Эмин, раз она твой реальный друг.        Хиддлстон с трудом встал и скрылся в ванной. Было болезненно очевидно, что ни одно ее слово не задело его.        Он осмотрел себя: начали проступать гематомы, боль с каждой секундой словно усиливалась и он принял душ терпеливо скрепя зубами.        Он завернулся в халат и вышел из ванной. Было безумно тихо, Е́вин неподвижный силуэт тут же нашелся на кухне, она так и не переоделась, а сидела спиной к нему в окровавленной футболке. - Гриша не берет трубку. — очень тихо сказала она, и быстро протёрла глаза. — Не думаю, что он в порядке.        Он достал что-то из шкатулки на книжном шкафу и приблизителся к ней, положив маленькое колечко на стол. - Решил ничего не добавлять и просто так вернуть? - Я добавил. Немного.        Она взяла колечко в руки и покрутила его . - "НЕ-свобода величайшая ложь"? Это шутка такая? Мне хватило твоих последних слов, ты прав, все, спасибо, урок понят, можешь отъебаться. - Ты слишком наивно слушаешь Локи, а он ведь раненное животное. - Кто бы говорил...       Хиддлстон взял ее за руку. - Ты в курсе, что ты прекрасна? Рванула мне на помощь, и ни слова не сказала. Ты хороший друг, и прости, за все что я сейчас скажу, но ты свободна.        Она устало закатила глаза. - Ты свободна, и всегда можешь сделать выбор. - он присел на колени чтобы поймать ее взгляд и не опускать его. - Мой отец- начала она чуть ли не грозно, - не раз доказывал мне, что все это чушь собачья. - И ты решила его послушать? Уроки садиста? Слушай, у любого действия есть последствия, но это не обязательно значит что ты в страхе должна выбрать более "удобный" вариант. Дай ему отпор! - Я постоянно даю ему отпор! - Нет, ты только и делаешь, что бежишь от него, избегаешь выбора. - Это тоже выбор. - Но никак не отпор. А в выборе твоя свобода.        Она на секунду откидывает голову назад, и медленно придвигается к его лицу. Вдохнув его аромат, она нежно целует его. - Это мой выбор, но что же в нем свободного?        Том это совершенно не ожидал, а потому просто в лёгком шоке смотрел ей в глаза.