Панацея

      Ксюша нервно дёргала ногами, смотря на Сашу, которая смеялась и кружилась в платье. «Ты выглядишь, как дорогая проститутка» — фраза Лёши, которая звучала, как комплимент. Ленская всё ещё не могла понять отношения между ними; да и не горела желанием, если честно. Ей бы сейчас со своими разобраться.       «Вот и всё» были последними словами, сказанные — точнее, написанными — Павельевым. Преподаватель не появлялся уже шесть дней. Пугало то, что даже Шестаков не знал, где друг находился. Каждый раз, когда в голове хоть на секунду задерживалась дурная мысль, у Ксюши болезненно сжималось сердце. «Во славу всех Генеральных секретарей ЦК КПСС и всей династии Романовых, пожалуйста, пусть он будет в порядке», — думала Ленская, кусая ногти.       — Так, хватит, — прошипела Саша, слегка ударив подругу по рукам. — Хватит грызть ногти.       — Это нервное, — тихо ответила Ксюша, прикрывая глаза. — Саш, ну должна же понимать. Будто ты по Мише не скучаешь и не переживаешь.       Короткова молча сузила глаза и вышла из комнаты. Лёша усмехнулся.       — Да найдутся ваши мужики. — Парень встал с мягкого кресла и довольно улыбнулся. — Сейчас ещё вина выпьете, пойдёте танцевать и вообще обо всём забудете.       — У нас сессия скоро. Как такое забыть?

***

      Саша в очередной раз убеждалась, что празднование её дня рождения был лишь поводом встретиться всей семьёй и поболтать о всякой чепухе. «А вы смотрели…?», «А вы слышали новость?», «А что вы думаете…?», «Такое прекрасное платье!» — девушка закатывала глаза, фыркала и пила. Вся «молодёжь» сидела вместе: Ксюша рядом с Сашей, напротив них сидели Лёша и Алиса, которая поглядывала на отца не очень доброжелательно.       «Вот и недовольство в чью–то сторону. — Саша наблюдала за сестрой и отцом без особого интереса. — А я предупреждала, что она будет более требовательной, чем я». Короткова в очередной раз отпила красного вина и посмотрела на телефон. Было чуть больше восьми, они сидели в ресторане только час, а она уже хотела выйти покурить и оказаться подальше от родителей. Саша любила всех: и отца, и мать, брата, сестру, даже мачеху, — но по отдельности. Сейчас её все бесили. В добавок, сеть ловила просто отвратительно.       Алиса посмотрела на Сашу, затем куда–то ей за спину и только успела охнуть.       — Принцесса, — над ухом Саши прозвучал знакомый голос. — Прости, я опоздал. Искал место для парковки.       Ксюша понять не успела, как подруга так быстро оказалась на Мише. Она буквально повисла на его шее и что–то яростно ему шептала. Ленская ухмыльнулась.       — Как ты узнал, что мы будем тут? — Саша прикрыла красные щёки руками — алкоголь делал своё дело. — Боже, я так соскучилась!       — Спасибо Оксане, — Миша кивнул в сторону матери Саши, которая довольно улыбалась. Мужчина выпрямился и осмотрел присутствующих. — Добрый вечер всем.       — Добрый. — Александр Васильевич Коротков смотрел то на дочь, то на неизвестного ему мужчину, как он всегда смотрел на подчинённых: холодно, без каких–либо эмоций. — Прошу прощения, не помню, чтобы вы были приглашены.       — Да, извините, неудобно вышло. Я только из командировки. Как понимаю, вы Александр Васильевич, да? — Миша посмотрел на рядом сидящую шатенку. — А вы Елена? Саша много о вас рассказывала.       — О, спасибо, — Лена вежливо улыбнулась и кивнула на свободное место. — Присаживайтесь. И как вас зовут?       — Простите за забывчивость. Михаил Астахов. Рад знакомству. — Он посмотрел на Лёшу и Алису. — И про вас я тоже знаю всё.       — Вот уж не сомневаюсь, — хмыкнул Александр Васильевич. Лёша и Миша пожали друг другу руки; Алиса, чтобы показаться взрослой, сделала то же самое. — Как интересно: вы про нас знаете, а мы про вас нет.       — За себя говори. — Оксана сделала глоток коньяка. — Мы с Мишей познакомились ещё месяц назад. Ксюша ещё раньше.       — Мне Саша про него рассказала в понедельник, — поддержал Лёша.       — Мне она по телефону рассказала вчера, — тихо добавила Алиса. Лена поджала губы и так же тихо произнесла:       — Ну, а мне Саша сказала сегодня, когда мы Оксану встречали.       Александр Васильевич сжал губы в тонкую линию и встал.       — Саша, Михаил, отойдём?

***

      В холле людей почти не было; они стояли недалеко от входа в основной зал. Саша переминалась с одной ноги на другую от волнения, зато мужчины выглядели уж слишком уверено. «Как два барана», — пронеслось в голове Коротковой. Тут же вспомнилась фраза подруги: «Картинка смешная, ситуация страшная».       — Пап, я хотела тебе рассказать чуть позже, потому что знаю, как ты реагируешь.       Попытка Саши оправдаться удачи не принесла: отец не отреагировал. Александр Васильевич, будучи человеком сдержанным, слегка улыбнулся.       — Михаил, прошу прощения за свою реакцию.       — Ничего страшного, Александр Васильевич, — Миша улыбнулся. Саша выдохнула и аккуратно взяла его под руку. — Я бы на вашем месте был не менее удивлён. И просто Миша.       — Да–да. — Коротков коротко рассмеялся. «К чему весь этот цирк, пап?», — думала Саша, внимательно следя за отцом. — Знаешь, я как–то привык уже, что все её молодые люди старше максимум на три года, а тут… какая у вас разница? Пять–семь лет?       Девушка заскулила не хуже раненной собаки.       — Тринадцать.       Александр Васильевич переменился в лице. В холл вышли Елена и Оксана. Завидев побледневшую дочь, Оксана Петровна положила ладонь на плечо бывшего мужа.       — Саш, пошли, — Лена, оказавшаяся рядом, мягко его поцеловала в щёку. — Пошли на улицу, подышим.       — Тринадцать?       Рык Александра Васильевича до такого испугал Сашу, что у неё невольно заслезились глаза.       — Пап…       — Я тебе напомню кое–что, Саша. Тебе девятнадцать. Если ты решила последовать примеру…       — Кого? — Саша вскинула голову, чтобы смотреть отцу прямо в голубые глаза. — Твоему? Тебе было двадцать один, когда у тебя и первой жены появился Лёша! И что ты хочешь сказать, что это была ошибка?       — Я хочу сказать, что это слишком много для тебя сейчас, — прошипел в ответ Александр Васильевич. Саша вспыхнула.       — Да у тебя с Леной одиннадцать лет разница!       — Принцесса, успокойся. — Миша слегка сжал её руку. — Александр Васильевич, не думаю, что есть смысл выяснять отношения сейчас. Давайте вернёмся в зал? Я скоро уеду.       — Откажусь от твоего предложения. — Коротков повернулся к дочери. — Я против ваших отношений. Или что у вас там.       — Прошу прощения? — Саша, не слушая слова Миши, выбралась из мёртвой хватки Астахова и попыталась не бросить в отца клатч. — Ты против? А кто тебя вообще спрашивать будет?       — Я знаю, что сейчас выгляжу в твоих глазах…       — Полным мудаком, да. — Саша, иронично улыбнулась. — Знаешь, тебя никогда не было рядом, когда ты мне был нужен. Ты никогда не участвовал в моей жизни. С чего это ты решил сделать это сейчас?       — Это ради твоего блага. — Александр Васильевич поджал губы. — Пусть ты это и отрицаешь, но я волнуюсь за тебя и хочу, чтобы ты была счастлива.       — Я счастлива с Мишей. — Саша упрямо смотрела на отца. Астахов положил на её плечо горячую ладонь. — Пап, пожалуйста, давай хотя бы не сейчас.       Коротков ничего не отвечал и лишь продолжал смотреть на дочь. Саша знала этот взгляд — он на неё всегда так смотрел, когда был недоволен. То есть, примерно, каждый раз, когда они встречались. Саша вытерла влажные от слёз щёки, тихо взвыла и спешно покинула здание ресторана, доставая по пути сигарету и зажигалку.       Табачный дым клубами выходил из её рта, Саша дрожала от злости и холода; на улице была далеко не майская погода. Ногти впились в ладони. Девушка уже корила себя, что не взяла сначала пальто. «Нет, надо же было драматично уйти. Глупая».       — Прости, что всё так получилось. — Как рядом оказался Миша, она не поняла и сразу списала всё на большое количество вина. Астахов накинул на её плечи своё чёрное пальто. — Надо было тебя предупредить. А лучше — приехать завтра.       — Этот разговор бы всё равно состоялся, — Саша сделала очередную затяжку. — Я не хочу возвращаться.       — Надо. Я сейчас уеду, — Он тоже закурил. — Знаешь, принцесса, твой отец прав. Не хотел этого признавать, но…       — Ну уж нет. — Она качала головой в разные стороны, будто ей физически было больно говорить. — Если бы он заботился…       — Он оберегает тебя. По-своему. — Миша, зажав сигарету между зубов, достал из внутреннего кармана пиджака бархатную продолговатую коробочку и протянул девушке. — С днём рождения.       — Миш, не стоило. — Саша через силу улыбнулась, не решаясь взять подарок. Миша, вздохнув, сунул коробочку в руки Коротковой. — Спасибо.       Она потянулась за поцелуем.       — Нет. — Голос Астахова был настойчивым. — Саш, нет. Твой отец прав, и я не думаю, что нам стоит продолжать.       У неё закружилась голова.       — Если это пранк, то лучше скажи мне сейчас, — она невесело усмехнулась. — Не люблю сюрпризы.       Миша молчал. Девушка смотрела на него долго, пытаясь найти в любимом лице хоть намёк на шутку. С ужасом она подумала, что сделать этого не удаётся. Саша выронила недокуренную сигарету и попятилась.       — От кого угодно, но не от тебя, Миш.       Астахов, неожиданно для самого себя, улыбнулся, тихо посмеялся и притянул девушку к себе. Саша, уткнувшись в его грудь, всхлипнула.       — Ну-ну, принцесса. — Он легко, успокаивающе гладил её по волосам. — Я тебя не оставлю. Но отец у тебя, конечно, жесть. Почти, как мой. Так что будем с ними воевать вместе.       — Ну ты и п-приду-урок, — ныла Саша, обхватив его за талию. — Самый идиотский идиот!       Миша засмеялся:       — Справедливо.

***

      Юля поймала себя на мысли, что смотрела на Дениса, как когда-то на мужа. Поправочка; почти бывшего мужа.       — Так вы разводитесь, — мужчина довольно улыбнулся, притягивая её к себе, требуя поцелуй. — Я рад.       — Ещё бы. — Она с такой же улыбкой прижалась к нему. В их постели было тепло, вставать не хотелось вообще. — Теперь я только твоя. Твоя и ничья больше.       — То, что я всегда хотел услышать.       Мягкий поцелуй в шею.

***

      Ксюша смотрела на Юлю, как на музейный экспонат, и пыталась найти смысл их встречи. Они сидели в молчании уже больше пяти минут и просто смотрели друг на друга. Ленская неуверенно отвела взгляд. Ей вообще не нравилась вся эта затея. Встречаться спустя шесть месяцев — толку уже нет.       — Так, значит, ты Ксюша. — Женщина приветливо улыбнулась. — Не поверишь, но я рада с тобой познакомиться.       — Вы правы. Не поверю. — Ленская снова взглянула на неё. — Извините, но, серьёзно, зачем всё это?       — Я просто хотела познакомиться. — «И посмотреть, кого я должна благодарить». — Поболтать. Ничего странного.       — И всё же, странно. Давайте просто побыстрее закончим? Я это делаю только из-за Са… Александра Дмитриевича.       — Ой, да ладно. Саша так Саша. Вы же вместе, да? — Юля продолжала разглядывать девушку и не могла найти в ней ничего особенного. «Да, милая. Приятная, вежливая. Но почему она?».       — Не думаете, что вас это не касается больше? — Ксения в очередной раз посмотрела на обручальное кольцо Юли, хмыкнув. — Поздравляю, кстати. Не долго вы расстраивались.       — Мы с Сашей квиты. А с тобой я и правда хотела просто поговорить. — Она сделала небольшую паузу. — Понимаешь, мы с ним встретились ещё в институте, оба были молоды. Как и ты сейчас. Не пожалеешь ли ты в будущем, через год или пять лет, что у вас что-то было?       У Ксюши покраснели щёки от злости. Девушка быстро накинула на плечи горчичного цвета бомбер и встала.       — Хорошей свадьбы.       Она, не попрощавшись, покинула кафе и направилась в сторону метро. «Будет мне ещё указывать! Зря только собиралась. — Ксюша достала телефон, чтобы позвонить Коротковой или Павельеву. — А с Сашей у нас всё хорошо. И, думаю, так и будет».