0 3 7 2

Горячий кофе не стоил ожидания и траты времени, ведь он ужасен. Но в летнюю стужу за периметром кафетерия вкус не имеет значения, стоит добавить лишь сахар. И в жизни так всегда, к слову. Что-то сладкое всегда затмит горечь жизни. Кирилл осматривается. Ничем непримечательное место. За окном гроза накрыла город. Деревья гнутся от мощного порыва ветра, зеленая листва срывается с веток и летит куда-то вдаль, закручиваясь в танец. Ти прекрасно знает, как сильно Настя боится грома и молнии, но ничего сделать не может. Они оставили её в одиночестве, придя к выводу, что разговор не терпит больничных стен, а вот кафе возле неё больше подходит для этого.        — Кирилл, я хочу сказвть тебе огромное спасибо. Меня это всё выбило из колеи, в общем-то я долго не мог придти в себя, до сих пор не могу этого принять. Но вот видишь, как оно сегодня всё случилось... Ты и твои пацаны помогли с делом, твой брат помог с клиникой, а Наташа... она просто замечательная, я не знаю, как бы мы справились по-другому, — всё было бы так же, но в разы медленнее, учитывая дорогу с ЛА в Черновцы и то шоковое состояние, в котором Даня был порядком четырёх дней, — я должен вам... тебе.       — Я думаю, ты понимаешь – единственное, что я могу просить у тебя, это не мешать мне, — Незборецкий говорит уверенно, четко, но до жути медленно. Будто выбрасывает весь свой яд, приподнося его вальяжно, словно на блюдце.        — Кир, мы с Настей сироты не так давно официально, но по ощущениям уже несколько лет, ты знаешь. Я ей сейчас, как и всегда, и брат, и папа, и если надо, то и мама. Ради неё было всё в моей жизни, абсолютно. Тебя никогда не интересовала за что она живет, на какие средства? Я сделал многое, чтобы она жила так, как ей хотелось. Я очень сильно люблю её... и ты думаешь, мне легко сейчас сидеть с тобой после всего того, что она пережила в результате встречи с тобой? — почему-то слова её брата кидают Кирилла в легкую дрожь по телу, скорее всего из-за глубой боли в глазах и словах Дани. И Кирилл только сейчас понииает насколько похожи Кучмы между собой, у них поразительно одинаковые глаза и их глубина, — видишь ли, какая чаша весов. На одной стороне всё то, что она пережила из-за тебя. С другой — твоя огромнейшая помощь ей... Какая-то боль разливается на душе обоих. Один создал её девушке, а другой - её брат и как никто другой хотел уберечь её от неприятного чувства внутри. Кирилл опускает взгляд вниз, делает так всегда, когда в нем есть неуверенность. Ему хочется кричать о том, что он и хотел уберечь Настю. Но, по сути, сделал хуже. Все проблемы из-за мыслей в голове, все проблемы от этого. И нет ничего хуже, чем сидеть с каким-то рвением ответить и доказать что-то, но у тебя просто нет сил и слов.        — Если бы мне было похуй на неё, меня бы тут не было. Сейчас так хочется прогуляться по родным районам, плевать на дождь и всё, что может встать на пути. И Кир редко когда себе отказывает, вот и на этот раз не видит причин отказывать себе. Черновцы - место его силы. Ти кидает деньги за ужасный напиток, как будто со вкусом грязи. Слова лишние, когда у людей в голове огромный груз. Уходит как всегда эффектно - без слов. Обида на самого себя сидит в нем, удушая его. Ти противится себя в какой-то степени. Но дождь попытается смыть всю грязь. Фэст кинет тачку где-то возле дома родителей, пойдёт по дороге, которую помнит наизусть. Ветер будет трепать его волосы, так непривычно быть без косичек. Очки на глазах будут скрывать всю глубину голубого цвета с нотками печали. А телефон будет разрываться от звонков Макса. Дорога приведёт его к школе, которую он окинет взглядом. Так много изменилось с момента его последнего посещения этого места. Изменения по сути лишь в Незборецком. И сейчас Ти смотрит на это место совершенно другими глазами, вспоминая свои подростковые проблемы. Подростковый максимализм - его главная проблема в старшей школе. Это время, когда ты кажешься таким взрослым самому себе. Но что делать, если сейчас он ощущает себя ребёнком?

Молодость такого взрослого малыша.

*** ᅠ

Мы лучше, чем они и ты знаешь о чём я. Ты не просто друг… а впрочем, мы все не просто. Мы сейчас, как корабли: у пассажиров паника. Всем страшно, все напуганы… всё, как у Титаника.

*** Пионы отображают нежность, их розовый цвет добавляет жизни в палату. Кирилл всё ещё держит их в своих руках, боясь создать шум и разбудить девушку на больничной койке. Лицо сравнительно ушло от бледного, почти серого оттенка. До чего же отменно не видеть маски от аппарата вентиляции легких на её лице. Так красива. Хаотичное попадание солнечных лучей в пространство подсвечивает темный волос Насти, которые с отблеском сияют в глаза Незборецкого. И с виду может показаться, что он пьян. Нет, он просто чувствует, что находится там, где должен. Глаза болят будто от сухости, ведь Кирилл не спал нормально уже очень долго. Но эта девушка на кровати заставляет его двигаться не смотря ни на что.        — Кир, — голос эхом раздаётся в сознании, проходит по каждой клеточке и царапает внутри, — зачем ты здесь? Это ведь правда ты? Говорит ослабленно, шепча каждое слово с паузами. Ещё слаба. А он и сказать ничего не может, полное поражение внутренних органов. На лице нет ни тени эмоций. И самое страшное, что он не может взять себя в руки. Один... два... три...        — Я не оставлю тебя больше, — осторожно кладет букет на тумбу у кровати и так же осторожно поднимает её руку, обхватывая своими ладонями. И если сейчас не лучший момент признаться самому себе в чувствах, то когда?        — Уходи, — ее шепот рвёт Незборецкого на части. Кровь проходит по венам, словно закипает. И он обязательно выплеснет сегодня всё накипевшее, но не сейчас. А когда вновь заедет по дороги домой к следователю, чисто узнать как дела.        — Насть, прости меня. Казалось бы, извиниться не составит труда. Ты хочешь каяться, кричать об этом, но так сложно иногда бывает сказать эти чертовы слова. И сердце будет биться все чаще и чаще до тех пор, пока совесть не одолеет тебя в обьективно неравной битве. Но вот слова будут сказаны с огромным трудом, пускай даже искренне. Другое дело человеку, которому слово "прости" ничего не значит. Он кидается им и будет кидаться, пока жизнь не нагнёт его за каждую наглую ложь.        — Уходи, Кирилл, — на её глазах её же прошлое нагло пытается вернуться обратно. Но девушка так фальшиво просит уйти, что сама же держится за его ладонь замком. Сил нет, чтобы провести рукой по золотым волосам, которые раньше были в косичках. Настя даже и подумать не могла, что цвет его волос может быть таким. Хочет провести рукой по скулам, дотронуться до губ и долго смотреть в стеклянные глаза, но даже убрать руку с его ладони она бессильна.        — Я прошу тебя, прости. Они - идеальный сценарий для душевных терзаний и мук. Космическмй сбой. Но почему-то самим себе боятся признаться, что их игры в какой-то момент обернулись против них.        — Мне страшно, Кирь... останься. *** Его студия в Черновцах возращает в недалекое прошлое. Аппаратура не сравнится с московской, ведь его домашняя самая обычная, немного потрёпанная, но родная. Выстреливший альбом с легкостью доказывает рвение Кирилла к цели и его упертость. Приятное чувство внутри переполняет. Это вдохновение рвётся. Кирилл не писал почти ничего в последнее время, а ведь новый альбом сам себя не напишет. И вот сейчас, когда что-то ожило внутри парня, он долго смотрит на монитор, боясь запустить его. Монитор медленно запускается под гудящий звук его механизма, больше в квартире ничего не работает, поэтому рык просто разрушает идеальную тишину, которая немного давила и уничтожала вдохновение. Ведь постепенно к Ти подходило осознание, что он вновь один на один с собой. А мысли в голове давненько ждут его. Компьютер требует пароля, и было бы крайне иронично, если бы он забыл его. Но четырехзначное число всегда с ним, ведь это 0372. И теперь, когда доступ открыт, стоило бы проверить наличие частей аппаратуры, ведь Макс немного похозяйничал здесь и присвоил себе детали. Программа записи открывается как обычно долго, за это время Кир успел убедиться в том, что ему точно стоит записать пару строк из головы. И когда она уже полностью открыта и готова к работе, Кир прогоняет еще раз текст в голове, стоя перед микрофоном. Как в старые добрые. И вновь о ней.

Я достану тебя, как наркотик, как свой собственный. Ты разбавляешь грусть этих спальных районов, всех районов. Ты учащаешь пульс, ты — трабл законам, всем законам Потеряла голову со мной Эти стены, что между нами Каждый день мы докладывали камень И те слова затоптали мы ногами Мы хотели оригами, а сложили хуй знает.

Всё, мысли закончились. Точнее, их много, как звёзд в космосе. Но их чертовски сложно выстроить. Он обязательно подумает перед сном, но в итоге заснёт. Будет думать, если вспомнит, ведь дела не ждут. А потом увидит карий оттенок глаз и не сможет не поддаться искушению и накидать пару строк в голове, назвав Настю Луной. Пожалуй, именно так. Объяснение в этом можно найти, и не одно. Но пусть это будет так: освещает его, ведь любит лишь это ночное время суток, и его душу, ведь там темно. *** Йогурт с клубникой, любимый с детства джем, пачка яиц, куриный стейк, бутылка воды, виски - стандартный мужской набор. Кирилл уже несколько месяцев как предпочитает доставку еды вместо домашней, холостяцкой пищи. Не хватает лишь пачки сигарет, но ту он возьмёт уже на кассе. Чисто «фор мэн». Настроение сегодня заметно лучше, чем было до этого. Улыбка начала прорезаться на его усталом лице. Красные глаза от переутомления подчеркивают его острые скулы, до чего же прекрасен в любом виде.        — Кир? — женский голос за спиной он узнает в миг, к слову, давно он не слышал его вживую, а не в её инстасториз. Сара словно и не изменилась. Темные, словно угольного цвета, волосы гармонируют с бордовой помадой. Кирилл помнит это её любимое шифоновое платье. Мелкий рисунок в виде белой луны придавал ей, как она считала, удачи. Девушка любит вгонять себе в голову разные причуды, от этого и сформировался такой себе загадочный образ миловидной девушки с прекрасными глазами.        — Привет. Радости от встречи в голосе не так много, как ей хотелось бы. Но та всё понимает.        — В городе уже давно говорят, что ты здесь. Ты приехал к ней? Провинциальный город, где всё друг о друге знают. Информация разлетается тут быстрее, чем мобильный интернет загрузит видео на ютубе. Поэтому когда Кирилл был замечен первый раз, город уже говорил об этом.        — Да, Сар.        — Я слышала про неё, это ужасная история... Мы не ладили, ты знаешь. Она мне не нравилась абсолютно. Но, Кирь, мне очень жаль. Как она?        — Она пришла в себя после комы. Можешь себе представить, шесть дней в коме и нарушений в организме нет. Это случай редкий, очень редкий. Парень смотрит в одну точку, куда-то вдаль. Он будто в своём мире, вдали от всех и в том числе от Сары прямо сейчас. Она же видит в нём что-то такое, чего не видела никогда ранее в Кирилле. Безусловно, люди меняются, но даже не в этом дело. Даже с их разницей в росте замечательно видно, как зелено-голубые глаза горят сквозь пелену, что являет собой усталость и боль.        — Значит, всё хорошо?        — Всё будет нормально, стоит сделать глубокий вдох и набраться терпения, помнишь? Пожалуй, эти слова значат многое для обоих. Сара твердила это всегда, подключая фразу «всему своё время и место» и дружба Кирилла с ней передала эти мысли и ему. А однажды, бессонной ночью, когда дело с музыкой не шло толи от недостатка вдохновения, толи от другой причины на душе, а телефон сел после разговора с темноволосой подругой, он написал трек и подкрепил туда эту фразу. А теперь есть клип на эту самую песню, который собрал несколько миллионов. Поэтому перед Незборецким стоит человек, который когда-то дал основу для начала прорыва.        — Помню, Ти... мне кажется, ты забыл кое-что... Твой любимый, — просовывает шоколадный батончик, ведь знает как белый любит сладкое. Всё ещё такой ребёнок. *** Вечер опустился на город. Облака затянулись и не видно полнолуния, лето в этом году немного меняет свои планы и заливает город дождями. Кажется, в прогнозе обещали солнце и жару уже через три дня. Интересно, что будет через три дня? Но мы живём сегодня. Но это «сейчас» повторяется. Незборецкий улавливает это в своей голове, ведь, как и пару месяцев назад, он сидит в тачке под подъездом одной особы. Постукивает пальцами по рулю, но уверяет себя, что совершено не переживает. Но с легким раздражением сидит в ожидании. Он выбрал изначально тактику неверную. Она уже не та, что была раньше. Они оба не те. Но есть одно "но". Сейчас можно и нужно снять эти чертовы замки в голове и скинуть барьер между собой и человеком, который значит хоть что-то весомое в жизни. Дверь подъезда всегда открывалась с противным писком домофона. А сейчас как-то по особенному ужасно звучит. И это бы выбесило Кирилла ещё больше, если бы дверь не открылась от её руки. Фонарь у входа в подъезд роняет свет на ее лицо, ни капли не подчеркивая болезненно худое лицо. Ветер лишь осторожно правит её волосы так, как считает нужным. Настя поднимает взгляд с пола и застывает на мгновенье. Неужели она зацепилась за его взгляд сквозь тонированные стекло автомобиля. Смешно говорить, что девушка согласилась выйти после первого же сообщения от белого. Редкость, но приятно. Запахивает кожаную куртку, прячась от летнего, но не такого уж и тёплого ветра. И, быстро преодолев пару метров, она садится на пассажирское. Сука, до чего же наше теперешнее похоже с нашим прошлым. Просто удар воспоминаний в лицо.        — Как ты? Вновь самое ненавистное. Да так, что они просто обожают. Обожают эти разговоры без смысла.        — Я в полном поряде, спасибо... Минутное молчание повисло. Слишком банально.        — Почему всё вот так, Кир?        — Так неприятно внутри? — Кучма кивает головой, а волосы осторожно спадают на лицо. Но убирает из не она, а очаровательный блондин с уверенным лицом. Всё как всегда в общем, — слишком много ошибок... мои слова сейчас ванильные?        — Немного, — её улыбка не изменилась. Мягкая, красивая, тёплая. — Расскажи мне, как ты была без меня.        — Смотря что ты хочешь услышать... у тебя замечательный брат. Я очень рада, что вы похожи в своей душевной теплоте. Но при этом разны по своему... Знаешь, было много тех, с кем я ходила в кино, пила кофе, гуляла... -        — Я знаю, — ой, как много он знает. Настолько, что брюнетка даже представить себе не может. Но ведь это 0372.        — Но есть два человека, которые изменили меня. Один безумно любит меня, а второй... а второй растоптал меня своими словами. Надеюсь, ты сейчас можешь понять о ком я.        — Насть, пойми, так должно было быть лучше. Я так считал. И если ты мне сейчас не веришь, то подумай, сидел бы я здесь сейчас. Так всегда сложно прощать. Не вспоминать эти обиды - муки. Какой смельчак сможет переступить через себя и простить?        Ты всё время играешь в свои игры. В прошлый раз я осталась бездыханная. Ты сейчас можешь проявить ко мне жалость, но я не бездомный щенок. Кирилл, ты любишь быть победителем. Я очень не хочу вновь проходить заново эту гребанную игру. Настя не успевает встать с места и уйти так, как уходят девушки в фильмах. Сухо, резко и не в тот момент. Он хватает её за руку, точно зная, чего хочет именно сейчас. А животное желание никак не остановить сейчас. Но это не грубо, не пошло. Лишь нежный поцелуй с оттенками горечи от ледяных рук Фэста на её шее.