Нет времени на осторожность

Вообще-то искать Локи на Земле было идеей Старка. Тору эта мысль показалась дикой. Конечно, от трикстера можно было ожидать абсолютно чего угодно, но предположение о том, что он, бог, может оказаться в какой-то мидгардской больнице, сквоте, или где-нибудь ещё казалась совершенно дикой. Это как... Искать замороженную свинину в хлебнице. Нет ни одного шанса на то, что она может оказаться там. И, тем не менее, других хоть сколько-нибудь дельных предложений больше не было. Правда, тут же возникала очередная сложность – где именно искать? Вариант со сжиганием стога сена и бесцельным маханием магнитом над пеплом в глупой надежде на то, что что-нибудь, да примагнитится, казался не то, чтобы нелепым – абсолютно немыслимым. Да и не сработало бы. Магнит оказался заблокированным по какой-то непонятной причине, отрезая все пути к такому способу поиска. Тогда Тони и предложил начать с малого. Его возможности вполне позволяли искать человека, используя одно лишь описание, ведь кто знает, каким именем мог представиться Локи. План был долгоиграющий – предполагалось, что в случае неудачного исхода, в котором, в общем-то, никто почти не сомневался, неофициальные запросы будут отправлены дальше по стране, а там уже... Но сейчас удача оказалась на их стороне. Своего рода авантюра выгорела в первом же штате. "Предположительно, человек, которого вы ищете, находился в больнице [...] без документов, проходил лечение после автомобильной аварии. Несколько дней назад совершил побег в неизвестном направлении". К сообщению прилагался сопроводительный лист с диагнозами. Грубейшее нарушение врачебной тайны, впрочем... Физические травмы не несли особого интереса, разве что было не слишком понятно, как со сломанной ногой можно было уйти дальше туалета. Но главное явно было не в этом. Амнезия... Что ж, это частично всё объясняло. Не полностью, ведь сама возможность того, что нарушения связи могут возникнуть из-за этого, равно как и факт того, что что-то подобное вообще могло произойти, была под большим сомнением. И определенно давало новую почву для раздумий. Куда может пойти человек, который, судя по словам медиков, не помнит абсолютно ничего? Вряд ли далеко – скорее уж, он останется в том месте, где оказался. По крайней мере, пока не освоится. С момента побега Локи из больницы прошло несколько дней, значит... Значит, скорее всего, он всё ещё в Нью-Йорке. Тут появлялась вторая проблема – где именно? Нигде в полиции он не светился, а искать по карте было бессмысленно – просто потому, что взять её ему было просто негде. А отсмотр часов и часов пленки с камер видеонаблюдения был бы просто пустой тратой времени. Оставалось лишь искать своими силами. Тор подозревал, что Локи вполне мог бы примазаться к чему-нибудь не совсем (а если быть честными, то совсем не) законному, но связей в мире криминала ни у кого из них не было. Первый день бесцельного мотания по городу ничего не дал. Исходив вдоль и поперек всё вокруг больницы, к вечеру громовержец валился с ног от усталости. Остальные изображали поиски скорее для галочки – по большей части потому, что до конца не верили в такую возможность, решив, что Тор просто слегка поехал крышей после того, как трикстера убили у него на глазах. А информация из больницы... Каких только совпадений не бывает. Тем больше было удивление в глазах, когда Тор под вечер третьего дня притащился в Санктум Санкторум с Локи практически под мышкой. Весьма потрепанным и совершенно не соображающим, где он и что вообще происходит – но, тем не менее, живым.

***

Первый день без результатов буквально сбивал с ног. Умом Тор понимал, что даже если Локи действительно в Нью-Йорке, то найти его за день будет чуть больше, чем нереально. Но всё же продолжал подсознательно надеятся, что стоит ему прийти в тот захолустный округ, где находилась больница – сразу же найдёт и Локи, и, желательно перчатку со всеми камнями бесконечности впридачу. Но когда его надежды в последний раз сбывались? Второй день казался не менее бессмысленным. Исчез, растворился в воздухе. Так, словно и не существовал никогда, оставаясь только в зараженных странным вирусом мыслях. Третий имел все шансы не превзойти по продуктивности первые два, но что-то всё же решило сжалиться над громовержцем. Никто ничего не видел и не слышал, словно люди в момент прекратили воспринимать происходящее. Но в какой-то момент в голове будто что-то коротко укололо, заставляя на мгновение застыть на месте от столь знакомого ощущения присутствия. Восприятие словно разорвалось надвое, разбивая все не самые радужные картины, что услужливо подкидывало воображение. Что-то остановило его на полпути, и он замер, прислушиваясь к ощущениям. Всё перевернулось, мгновенно полностью сменив вектор мыслей и чувств. Вокруг витало что-то подозрительно знакомое, что-то, что принадлежало жизни до, в минуту безвольной слабости казавшейся окончательно сгоревшей во мгле. Фатум забрал у него всё, чем он дорожил, уничтожая каждую его слабость, без которых существование казалось бессмысленным. И вот теперь настало время вернуть себе хоть часть. На все всплывшие в голове вопросы требовалось срочно дать хоть сколько-нибудь значимые ответы. Узнает ли его Локи? Если нет, то как правильнее, лучше будет убедить его пойти куда-то с абсолютно незнакомым человеком, поверить? Что-то внутри словно подсказывало правильную модель поведения, давая тонкие намеки, которых, впрочем, хватило, чтобы по телу стремительно расползалась скользкая, будто пленка, уверенность. Не показывать эмоций. Не повышать голос. Сохранять спокойствие. Оставить все мысли и чувства на потом. И действительно – дорога до Санктум Санкторум запомнилась какими-то вспышками, то и дело хаотично загорающимися в глубине разума. Локи почему-то быстро поверил ему – так, словно тоже чувствовал, не пытаясь обмануть или убежать. Собственные ощущения и эмоции отступили куда-то на задний план, словно скрываясь до поры, до времени, готовясь напомнить о себе чуть позже. Весь мир на мгновение будто сжался до размеров булавочной головки, практически тут же возвращаясь в первоначальное состояние. С каждым новым шагом сердце билось всё сильнее, едва не разбиваясь о ребра. В голове почти неслышно стучал маленький молоточек, с каждым новым ударом о наковальню рождая всё более и более нервирующие вопросы. А что, если он так и не вспомнит? Пожалуй, сейчас это было на вершине списка. Всё остальное отлетало куда-то в сторону, отметаясь мозгом как "неважное", но... Этот вопрос совершенно не желал уходить, уверенно захватывая всё новые позиции, не давая переключиться на что-либо ещё. Думать об этом совершенно не хотелось. Варианты возможных исходов всплывали в голове один за другим, чем дальше, тем хуже, становясь всё более мрачными по нарастающей, будто катящийся с горы снежный ком. Не избавиться окончательно, но хотя бы задвинуть это в дальний уголок сознания, давая мозгу возможность состредоточиться на чем-то более важном стоило очень больших усилий. Когда Тор вошёл в Санктум Санкторум, первым их встретил Стрендж. Кинул короткий взгляд на недовольно посматривающего изподлобья Локи и, коротко хмыкнув, отвернулся, мгновенно теряя всякий интерес. Конечно, того, что Стивен слышал, было достаточно, чтобы задать определенную планку ожиданий, а он им явно не соответствовал. Проведенная наспех диагностика ничего не дала – магически Трикстер был абсолютно в порядке. Причина крылась в чём-то другом, но... Но предположений о том, в чём именно, совершенно не было.

***

Создавалось ощущение, что до этих всполохов, озаряющих не только пространство вокруг, но и душу – хотя какая там душа, помилуйте – можно дотронуться, почувствовать каждую искру этого северного сияния в миниатюре и стать его частью. Каждая секунда ожидания, периодически озаряющаяся красочными вспышками энергии, заставляла сердце на мгновение замирать, словно в предвкушении чего-то. По венам растеклась безумная эйфория, которая, казалось, вот-вот загорится, смешиваясь с примешивающимся к ней адреналином. Что-то через три, два... Один. Когда в поле зрения – казалось, руку протяни, и почувствуешь – показался чей-то силуэт, Локи даже ни секунды не сомневался. Человек – Тор, он сказал, что его зовут Тор – словно стал тем кусочком пазла, нехватку которого он так остро ощущал последние несколько дней, собирая картину полностью. Теперь оставалось лишь понять, что на ней изображено. В горле сам собой встал комок, который Локи сразу же сглотнул, ещё сильнее сжимая пальцы с побелевшими от напряжения костяшками, впиваясь ногтями в ладонь. В глазах на секунду зарябило. Ощущение того, что разгадка как никогда близка, будоражила сознание, заставляя всё внутри заходиться в предвкушении. Он словно балансировал на лезвии ножа, где каждый неосторожный шаг мог стоить чего-то даже большего, чем жизни. Одно не до конца выверенное движение, неверный взмах – и настанет конец всему, шанс, замаячивший на горизонте, исчезнет окончательно. Спусковой крючок – шифр, состоящий из незнакомых формул и чисел – будет нажат, навсегда сталкивая его в темноту беспамятства, беспросветного и бессмысленного. Шаг, шаг, ещё один... С каждым новым движением мир вокруг словно замирал, спустя секунду озаряя пространство алым светом, на мгновение лишая зрения, отбирая возможность ориентироваться в пространстве. Все ощущения словно притупились, растворяясь в окружающей тьме. Впереди была она же, полная лишь страхов и потаённых, тщательно скрываемых желаний, которые казались такими несбыточными, невероятными сейчас. В груди что-то болезненно сжималось, когда взгляд падал на незащищённые ничем ноги, стоящие на остро наточенном лезвии. Под ним была лишь пропасть... Глубокая, как вся та боль и безвыходность, что таились внутри. Где-то на её дне, будто зазывая клубился туман. Он словно умолял оступиться, оттолкнуться от обжигающего холодом металла, и камнем рухнуть туда, к бесконечности... Одно движение – и все кончено. Одно малейшее движение, и он наконец-то освободится от всего, отправившись в короткий смертельный полет. Сердце болезненно стучало, с каждым ударом заставляя вырываться наружу едва слышный хрип. Внутри что-то кричало, разрываясь на части, как от страшной потери. Жизнь казалась никчемной игрой, которую он проиграл, поддавшись на азарт, словно на очередной партии в карты.  Просто шагни туда, просто улети, расправь крылья, как птица. Тело упадет вниз, разобьется, а душа – вдруг она всё же есть – бессмертная, великолепная, освободится от бренной оболочки. Жизнь не стоит этих мук. Для чего он дышит? Ради чего смотрит в этот мир, каждый день борясь со своими чувствами и эмоциями? Ради чего? Все сгорело еще несколько лет назад в тех бесконечных ледяных пустошах. Внезапно где-то впереди возник едва теплящийся огонёк, с каждым новым мгновением увеличивающийся, превращаясь в освещающую казавшейся беспросветной тьму. Локи посмотрел вниз и с удивлением понял, что вместо смертоносного лезвия у него под ногами возник радужный мост. Свет становился всё ярче, будто кто-то невидимый крутил ручку, усиливая его, и когда грань, за которой точно что-то было, практически подползла к ногам, трикстер решился. Глубоко вдохнув, словно перед прыжком в в воду, он сделал шаг вперёд.

***

Что-то было не так. Локи, лежащий на полу, выглядел слишком неестественно – безвольная изломанная кукла, словно события отмотались на несколько дней назад. На мгновение это вызвало сковывающий всё тело ступор, не дающий ни пошевелиться, ни придумать что-то хоть сколько-нибудь стоящее. Внезапно стрелки ресниц дрогнули, моментально словно смахивая накатившее оцепенение. Ещё секунда – и на Тора взглянули до боли где-то в груди знакомые глаза. Выглядел трикстер – хуже некуда. Голубоватые тени, залегшие под глазами, против логики делающие их ещё больше, какими-то совсем невозможными. Припухшие веки. Резкие, заострившиеся черты лица. Он выглядел так, словно перенёс тяжёлую болезнь и ещё не успел оправиться, но... Взгляд его почти полностью утратил потерянность, которая теперь, наспех скрытая, плескалась где-то на глубине, становясь куда более привычным – внимательным и цепким, с терпкой ноткой высокомерия. Это был взгляд Локи. Голос предательски дрогнул, словно после долгой молчанки. – Тор.