Верность до конца

Тони не знал, зачем он устроил эту акцию ублажения. Даже самому себе он не признавался, что это нечто большее, чем простое ослабление бдительности бога, которая, к слову, лишь обострилась. Старк чувствовал себя Иудой, хотя с чего бы? Все было правильно. Но ему не хотелось вдаваться в эти размышления сейчас. Мужчина вспомнил день победы бога над Мстителями. И призыв Локи примкнуть к нему. И Старк, в разбитом костюме, не задумываясь, присоединился к Лафейсону, встав по правое плечо от него. Разгромленные, подавленные, обессиленные... Товарищи по команде взирали на него с тихим ужасом. - Без обид, ребята, но я либо сильнейший, либо с сильнейшим. - Тони знал, что врага можно победить лишь изнутри, но сперва следовало выяснить, а надо ли его побеждать? Лофт засмеялся, взирая на ошеломленных героев. - А теперь принеси мне клятву верности, - в голосе его был беспрекословный металл. Локи был необычайно рад, что единственный враг, неподвластный Тессаракту, добровольно принял его сторону. Но он не был настолько глуп, чтобы не подстраховаться. После того, как Старк, преклонив колени, пообещал быть верным до конца, Лафейсон, коснувшись ладонью реактора, произнес: - Что же, отныне ты и пяти шагов ступить не сможешь, если предашь меня. Будто в подтверждение этих слов, сердце гения сдавило невидимой рукой, буквально на секунду, но и этого было достаточно. Только сейчас мужчина в полной мере осознал, на что подписался. Но обратного пути не было. Да и Тони был не из тех, кто отступал. Впрочем, если сперва Старк не был уверен, что властвование Локи будет таким уж страшным, то со временем он убедился в однозначном решении вопроса - а стоит ли побеждать этого врага? Лафейсон готовился к войне, и главным оружейником был Тони, некогда отказавшийся от разрушения мира и бросив все силы на созидание. В любом случае, пока бог был на Земле, ей грозила опасность. Враги Лофта выстроятся в очередь, сделав планету полем боевых действий. И вряд ли человечество выживет после атак извне. Несмотря на все самые гениальные и современные разработки, включая базу на Южном полюсе, Старк и ломаного гроша не поставил бы на победу Локи. Но изначально проблема была локальной, даже невзирая на то, что бог сделал с Мстителями, предварительно уничтожив все базы Щ.И.Т.а. Естественно, при помощи Тони. Фьюри стал первой жертвой. Он был вынужден наблюдать за гибелью своего детища, но как истинный капитан ушел под воду вместе с кораблем. Богу каким-то образом удалось запереть Халка внутри Беннера. И если раньше Брюс был бы этому рад, то сейчас зеленый монстр крушил ученого изнутри. Однако убить его все еще не представлялось возможным. Лофт запер его в полностью изолированной комнате, без света и звука, оставив сходить с ума. Вдоволь наиздевавшись над Стивом, Лафейсон не придумал ничего остроумнее, как снова заморозить Кэпа. У Роджерса текли слезы, пока в крио-камере понижалась температура. Тони долго не мог спать после этого, вспоминая укоряющий и беспомощный взгляд своего бывшего командира. С тех пор Старк каждое утро надевал очки и не снимал их до самого вечера, отгораживаясь стеклянной стеной от внешнего мира. И от проницательно-издевательского взгляда бога. Локи снова подчинил Клинта, сделав из Наташи спарринг-партнера для него. "Что может быть забавнее, чем два любовника, убивающих друг друга?" - у Лофта было ужасающее чувство юмора. Оба агента находились в полном сознании, но были не в силах сбросить с себя оковы подвластия. Бойня закончилась морем крови и двумя истерзанными телами. И все эти моменты изощренных пыток и гибели бывших соратников Старк наблюдал, стоя за правым плечом Локи. Тора Лафейсон решил не убивать, а лишь заточил в клетку. Каким-то образом получилось изолировать молот. Специально для аса была создана тюрьма внутри башни. Локи нечасто, но регулярно навещал бывшего брата. Во время его родственных визитов в здании дребезжали окна от полных боли криков Громовержца. Признав в Локи неподражаемого и непревзойденного садиста-палача, Тони решил беречь оставшиеся нервы, уезжая во время таких визитов куда подальше. Старк изучал бога и не мог покривить душой перед самим собой - он бы тоже уничтожил бывших, хоть и разгромленных врагов. Так было правильно. Но упрочнившиеся со временем нервы гения пошатнулись, когда на очередную казнь Лофту доставили Пеппер. Тони был в ужасе, и флюиды его страха, казалось, расходились на мили вокруг. Он не понимал, зачем Вирджиния понадобилась богу. Вернее, зачем понадобилось ее убивать? Старк был уверен, что его любимая женщина была надежно укрыта и не представляла опасности. Единственное, что Тони мог сделать для нее - убить быстро и безболезненно. Локи наблюдал эту картину с нескрываемым весельем. А гений, казалось, уничтожил в тот момент свою душу, впустив в сердце госпожу Месть. После убийства Пеппер Старк впервые спустился к Тору. Громовержец, закованный в цепи и беспрестанно истекающий кровью, создавал угнетающее впечатление. Тони показушно схватил аса за волосы, едва слышно прошептав: - Как его убить? Расскажи мне, если знаешь. - Клинок... - губы Тора едва шевелились, но Старк не мог дать ему даже воды. - Черный клинок... - Громовержец закашлялся, ведь от слов он давно отвык. - Но только в самый неожиданный момент, когда он будет больше всего открыт... Он должен дать тебе его сам... У гения сжималось сердце от жалости. Едва кивнув пленнику, Тони громко расхохотался на камеру. Перехватив посильнее некогда золотые волосы, резко дернул на себя голову Тора так, чтобы самому себе разбить нос. После, будто с отвращением, пнул Громовержца под ребра и вышел прочь. В тот вечер Локи вынес ему первое предупреждение, словно невзначай погладив реактор. - Старк... Магия, конечно, не различает намерения, а лишь действия... - словно прервав одну мысль, бог продолжил другую, более мягким тоном. - Не ходи туда. Никогда. Тони согласно кивнул, размышляя о своем. Он знает, как одолеть бога. Осталось лишь найти оружие и дождаться, когда Лофт вложит свою смерть в руки Старка. Гений перехватил собравшегося было уходить Лафейсона за плечо. - Не смей сомневаться во мне. Ты единственный, кто у меня есть. - Действительно. Всех остальных я же убил! - Лофт расхохотался своим безумным смехом, не заметив жало мести, что скрывалось в глубине глаз мужчины. Тони предстояла долгая работа по приручению бога. Впрочем, это оказалось почти не сложно. Локи был падок на ласки и теплоту, хотя тщательно скрывал это. Бог редко спал, предпочитая впадать в транс для восстановления сил. Но когда он все же решал уснуть, то Старку надлежало бросить все дела и по одному звонку мчаться хоть с другого конца Земли. И не важно, что бог в считанные секунды мог переместиться в любую точку мира - Тони следовало явиться пред зеленые очи и, пока Лафейсон спит, согревать его. Согревать вечно холодное тело Бога Огня. Ирония судьбы. Поначалу Старку казалось, что он лежит рядом с трупом, отчего начинало неимоверно тошнить. Но со временем, привыкнув, он стал различать дыхание, щекочущее кожу, и мерное биение сердца. И такие моменты не могли не врезаться в душу гения раскаленной стрелой. В конце концов, Тони был живым. Был Человеком. И, кажется, он начал привязываться к своему Богу, так пока и не продвинувшись на пути его устранения. Старк чуть ли не по кирпичику перебрал всю башню, но так и не нашел искомого оружия. Впрочем, довольно скоро удача все же улыбнулась гению. Это произошло вместе с тем, как Старк и Лофт стали делить постель не только в процессе сна. Локи, фанат боли и профессор издевательств, как-то позвал к себе Тони. - Смотри... Правда, прелесть? Мужчина едва справился с голосом и постарался не выдать лихорадочный блеск глаз. - Что это? - почти равнодушно, но едва заинтересованно. - Это... О, это мое сокровище... Клинок, чье лезвие сделано из того же материала, что и молот Тора... А рукоять я сам вырезал из одного очень редкого дерева... И вплавил в нее руны золотом. Старк потянулся, чтобы коснуться оружия. - Не трогай! Здесь руны защиты и принадлежности. Никто без моего ведома и разрешения не сможет прикоснуться к этой вещи. Хотя, может, конечно. Но вот потом будут проблемы со здоровьем. Или с жизнью, - бог кровожадно усмехнулся, дотронувшись до камня в основании лезвия. - А это что за камушек? - О, это то, что усиливает боль от ран, наносимых этим клинком. Или же, наоборот, доставляет удовольствие. Проверим? - Локи повертел клинок в руке, безумно сверкая глазами. И Тони постепенно стал привыкать к этой боли, ожидая, когда же удача повернется к нему. Шло время, и вроде Лофт становился лояльнее. Но и Тони, чьи душевные раны уже затянулись, ощущал ненормальную привязанность к этому сумасшедшему и сеющему хаос богу. Когда его начали мучить кошмары с участием Пеппер, он все же решился форсировать события. Тогда Старк второй раз спустился к Тору. - Сегодня... Все должно закончиться сегодня... - он шептал это в лицо Громовержцу, практически не шевеля губами, - если завтра до полудня он не придет к тебе, выбирайся отсюда. Ты сможешь призвать Мьелльнир. И... Забери его тело... Тор лишь глазами дал понять, что все уяснил. И для правдоподобности наблюдателей плюнул гению в лицо. Тони усмехнулся, напоследок обругав пленника. Гений, казалось, все продумал. Он запрограммировал все свои объекты на процесс медленного самоуничтожения без возможности отмены. Даже если сегодняшняя диверсия сорвется, Локи останется без всех старковских разработок. Джарвис удалит все с носителей. Что касается денег, то Тони принял решение распределить их во все научные и благотворительные фонды. Старк почему-то некстати вспомнил улыбку Лофта. Редкую, искреннюю, появляющуюся случайно, когда бог слушал какие-то истории Тони. Сердце защемило. Но тут же образ Лафейсона заменило воспоминание о Пеппер. Она молила его о спасении, когда он приставил дуло к ее виску. И ее последние слова преследовали Старка во всех кошмарах. "Тони... Пожалуйста..."