Непреодолимая Грань

      Чуя медленно шёл в мою сторону с приготовленными большими чёрными дырами в своих руках. Я была в замешательстве. «Что же делать? Как мне его остановить?» В голову ничего не приходило. Он размахнулся одной рукой и направил на меня чёрную дыру и я, так ничего не придумав, рефлекторно прикрылась правой рукой.       Меня отбросило метра на два. Жуткая боль начала распространяться по всему телу, и снова раздался громкий хохот напарника. Взглянув на свою руку, я не обнаружила её. Только кость торчала из локтевой области и водопад крови струился оттуда.       Я совсем не хотела ранить Чую, и поэтому встав на ноги, я стала с трудом уворачиваться от летящих на меня дыр и вот, я уже почти добралась до двери, как вдруг я зависла в воздухе. Дело плохо. Он же управляет гравитацией! Не могу сдвинуться. Взглянув в его сторону, я поняла, что в меня опять летит та самая дыра. Удар. Боль.       Дикая боль распространилась по всему телу. Опять безумный смех. Рухнув на пол, я не ощутила своих ног. Их так же оторвало, как и руку. Увидев снова приближающегося Накахару, я стала отползать назад, оставляя за собой кровавый след. Когда я опёрлась о карниз, то поняла, что сейчас могу лишиться и головы.       Напарник всё приближался и приближался ко мне, по пути разбрасывая дыры в разные стороны. Я не могла ни о чём думать, кроме Как привести его в нормальное состояние. Но осознав что всё бесполезно, в том числе и я, то совсем поникла.       Не успев смириться со своей участью, как вдруг через дверь ворвались очень знакомые мне лица. Парни из Вооружённого Детективного Агентства… откуда они тут взялись? — Д… Дазай… П…помоги! — из последних сил выдавила я, перед тем как потерять сознание от большой потери крови.

***

      Мрак. Такой знакомый. Практически родной. Я услышала голос Люцифера, который на этот раз не собирался показывать свой облик. — Ты не справилась… Я думал ты сильнее. — А разве ты бы смог остановить его на моём месте? — крикнула я. — Я Владыка Ада! Одним щелчком пальца, я могу любого стереть в порошок. «Хвастун!» — Я — не Ты! Я просто не могла… это… это состояние я уже видела однажды. Давным давно… И тот человек — девушка, и я не смогла её остановить. Она погибла в том состоянии. Попросту взорвалась как мясной шарик от переизбытка энергии! Эта порча не что иное, как бомба замедленного действия! — мне стало очень грустно. — Чуя… как он вообще справляется с ней? Эта сила… она ужасна… — Если ты не могла остановить его, то могла бы попросту убить и избавить его от страданий! Чего тебе стоит ещё одно имя в твоём очень длинном списке жертв и игрушек? Неожиданно голос затих. Стало светлеть.

***

Я очнулась от того, что меня трясли. С трудом разлепив свои очи, я увидела перед собой взволнованное лицо… — Ацуши?       Кое-как сдвинувшись с места я поняла, что нахожусь на диване, и слева от меня сидит каштановолосый. С одной комнаты то в другую бегал тот очкастый (вроде Куникида его зовут) и записывал что-то в свой дневник. Заметив мои признаки жизни Ацуши глубоко вздохнул и улыбнулся. — Всё-таки жива… — тихо произнесла я. — Хотя на что я рассчитывала… — я взглянула на себя. Конечности начали потихоньку отрастать. Можно уже шевелить коленями. — Да ты прям как Дазай-сан!!! — вспылил парень, от чего тот усмехнулся. Я не поняла что светловолосый имел ввиду, но решила проигнорировать эту реакцию. Затем Ацуши куда-то свалил, предварительно сказав что-то Куникиде. Тот подошёл к нам. — Как там тебя, Валери? Не хочешь разъяснить ситуацию произошедшую здесь, раз уж твой напарник нагло свалил, оставив тебя. Взглянув на него, я ответила: — Для начала говорите вы. Что вы здесь забыли? — Это конфиденциальная информация. — Пфф, да ладно тебе, с чего бы Агентству браться за дело Портовой мафии? Дазай вздохнул и всё же ответил: — Поговаривали слухи о самом ящике пандоры и о том, что у лидера этой организации он был. Зная о чудовищной силе этого предмета, мы решили конфисковать его, а лидера посадить за торговлю наркотиками и многочисленные убийства, хоть и все жертвы были преступниками. — Какое совпадение. У нас была такая же цель, вот только лидера мы собирались ликвидировать, а ящик доставить Мори, да вот только Чуя его уничтожил.       Всё сказанное Куникида быстро записал и поняв, что делать здесь больше нечего, стал подгонять своего напарника, но тот сказал, что вернётся позже, отчего очкастый распсиховался, поистерил, но после ушёл, гневно сказав, чтобы через час уже был в их штабе. И вот… мы снова одни. У меня было столько вопросов, на секунду вспомнив один момент, произошедший в день вступления в мафию. — Когда мне сказали, что я буду его напарницей, Чуя случайно ляпнул, что я — не Дазай. Что он имел ввиду? Получается ты когда-то был мафиози? И что же тебя заставило встать на светлый путь? От такого внезапного вопроса каштановолосый немного замешкался. Походу я задела что-то личное. — Было время, когда я был напарником со шляпником. Моя способность дезактивации могла остановить порчу, что я и сделал полчаса назад. Его способность очень опасна для него самого. Повезло, что мы вовремя успели… — я заметила в его глазах нотку печали. — Раньше в Портовой Мафии был один человек. Единственный мафиози не убивающий людей. Он был моим другом, и он погиб прямо на моих руках. Если бы не его последние слова, я бы никогда не сумел встать на путь истинный. Даже после всего, что я натворил… — в этот момент он взглянул на меня. Прямо в мои глаза, словно заглядывал в самую душу. На секунду я почувствовала его скрытую боль и грусть, которую он отлично скрывал. Вот только от меня ничего не скроешь… — Даже если кажется, что нет спасенья, найдётся тот человек, что будет не согласен с тобой. Запомни, сколько бы ты не сделала ужасного в своей долгой жизни, у тебя всегда есть шанс начать всё сначала. Никогда не поздно всё изменить, я живое доказательство. На этих словах он встал и подошел к окну. Близился рассвет. Его слова меня чем-то задели. «Начать всё сначала?» — ни разу я ещё о таком не думала…       Взглянув на свои конечности, мне очень хотелось быстрее регенерировать и поэтому я попросила Дазая принести какой-нибудь труп. Было очень неудобно просить о таком, но просьбу всё же выполнили. Крепко схватив одной целой рукой тело мёртвого человека, я впилась в сонную артерию, выпила столько, сколько смогла, откусила часть плоти и, отбросив тело, стала ждать. Боль в теле нарастала. Регенерация костей — самое неприятное для меня. Каштановолосый с нескрываемым интересом смотрел на этот процесс. Сначала регенерировали кости, затем стали появляться нервные волокна, мышцы, и всё это покрылось чистой кожей. Встав наконец на ноги, я поняла, что теперь босиком. Снова выйдя на крышу, я отыскала свои бывшие оторванные конечности и надела свои любимые криперсы.       Вскоре выйдя из здания вместе с Дазаем, я попрощалась с ним и направилась в тот самый переулок, где встретила старика. Пошарив по разным улицам, заведениям, я заметила его, выходящего из одного здания. Подкараулив его за углом, я схватила его и отошла с ним подальше от чужих глаз и ушей. Прижав его к стене, я взглянула ему в глаза. Они полны спокойствия и даже того же самого желания быть испробованным. Он до сих пор загипнотизирован. Спустя столько лет заклятие моего бывшего товарища ещё действует! — Госпожа… — Они здесь? И не лги мне! Я насквозь тебя вижу! — спросила я, не скрывая волнение и лёгкий гнев. — На данный момент нет, но совсем скоро будут. — Почему они тебя тогда не убили? — Потому что я ваша собственность. И еще… — он достал из кармана конверт. — Просили передать вам.       Я ослабила хватку и, взяв конверт, развернула его. В нем лежал датчик слежения и прослушка с запиской: «Мы идём за тобой, сестричка Вал.» — почерк одной из Окаянных. Чёрт. Скомкав бумагу, а остальное разбив вдребезги, я достала из кармана нож и приставила к горлу старика. — Почему я раньше тебя не убила?! — сквозь зубы прошипела я. — Я так долго этого ждал. Прошу, госпожа, заберите мою жизнь! Съешьте меня без остатка! Умоляю! — он произнёс это с нескрываемой радостью, отчего я опешила.       Моё тело невольно затряслось. Почему его слова мне были противны, а слова, недавно сказанные Дазаем, до сих пор эхом раздавались в моей голове? Я опустила руку с ножом. На глазах появились слёзы. «Нет! Я больше не хочу убивать невинных людей! Издеваться над ними… Нет! Хватит с меня трупов!» Слёзы ручьём стекали по щеке к подбородку и падали на асфальт. Почему же я чувствую себя так хреново? Из-за того, что я сломала жизнь этому человеку? Сделала своим персональным деликатесом, а потом, как надоело, сбежала, бросив всё позади… Как подло и низко с моей стороны. — Госпожа… Почему вы плачете? — удивился старик. — Нет! Я так больше не могу! Живи! Забудь меня и доживай свои годы в покое! Ты свободен! — воскликнула я, утирая слёзы, затем быстро направилась в штаб. Позади я услышала слова: — Вы изменились…

***

      Идя к нужному зданию, где-то отдалённо я услышала смех. Как ни странно, он был мне знаком. Но, осмотревшись, я поняла, что мне показалось, ведь не может быть такого, чтобы тот человек был здесь… Хотя откуда мне знать? Всё это время в голове было тихо. Люцифер молчал… Оно и к лучшему.       Зачем я захотела посетить штаб, я не знала, но меня словно тянуло туда. Пока я поднималась на лифте на верхние этажи, меня вдруг снова окатила волна эмоций. Почему мне так плохо? Это чувство невыносимо! Надо это остановить… Хотя бы временно…       Сменив курс, я оказалась на крыше небоскрёба. Подойдя к краю, я взглянула вниз. Высоко. Как же давно я не прыгала с крыши, не считая тех моментов, когда меня ловил Чуя, а их почти за два месяца было немало.       Чуя… могу ли я вообще быть его напарницей? После того случая, у меня появилось очень много сомнений и вопросов. Почему он ушел тогда? Он разочаровался во мне или он просто не мог на меня взглянуть после сотворившего им же ужаса? Или же просто я его достала и он решил таким способом избавиться от меня?       На время отбросив свои мысли, я закрыла глаза расставив руки в стороны. Самый действенный способ избавиться от душевной боли — просто нанести себе физическую, и не важно каким способом. Когда настал момент сделать шаг вперёд, я вдруг услышала позади себя голос: — Ты что с ума сошла? Ах даа, ты же у нас бессмертная… От внезапного голоса, я чуть не полетела вниз, но, справившись с равновесием, я обернулась. «Акутагава…» — Что ты здесь делаешь? — ляпнула я первое, что пришло в голову. Бледнолицый, прикрыв рот рукой и слегка прокашлявшись, подошёл немного ближе и осуждающе взглянул на меня. — Не важно… Знаешь, по правде говоря, я восхищён твоей регенерацией. Но больше меня поражает то, что ты не довольствуешься тем, что имеешь. Хочешь умереть? Делаешь попытки суицида, хоть и знаешь, что не умрёшь? Да ты сущая мазохиста! Этим ты мне напоминаешь одного человека и из-за этого ужасно бесишь! — услышанные слова меня немного поразили. Не думала, что Рюноскэ способен откровенничать… — Что ты хочешь этим сказать? — Многие в курсе, что я не терплю слабых в мафии. Они портят лицо компании. А твои действия не иначе, как способ от чего-то убежать и это один из признаков слабости. Может ты и сильна телом, но уж точно не духом. Заруби себе на носу, мелкая, прыгая с этой крыши, ты даёшь понять не только мне, но и другим мафиози, что твой дух слаб, а это значит, что твой авторитет заметно упадет. — Аку подошёл к двери, и напоследок сказал: — Мне, в принципе, плевать на твой выбор, но всё же задумайся… — дверь захлопнулась, тем самым оставив меня одну. Что это вообще сейчас было? Это тонкий намёк на то, чтобы я этого не делала? Клянусь, это был самый необычный способ заставить меня одуматься.       Отойдя от края, я села на поверхность и стала рассматривать небо, которое с каждой секундой светлело. Это была самая странная для меня ночь, оставившую после себя кучу вопросов и сомнений. Я задремала. Устала от всего уже. И, походу, пока дремала, совсем уснула.

***

      Проснулась я от яркого света солнца и от того, кто находился сейчас передо мной. Открыв глаза, я увидела удивлённого мафиози, который вскоре меня сопроводил до выхода, по его желанию, ибо сама на вид я выглядела неважно. Более бледная, чем обычно. Наверное из-за холода.       Направляясь домой, я завернула на одну из улиц, где обычно люди не ходят. Мне хотелось побыть одной и поразмышлять о прошлых моментах и всех услышанных фразах. Пока я шла, взглядом рассматривая свою обувь, я случайно столкнулась с кем-то. Встретившись взглядами с этим человеком, меня посетило лёгкое оцепенение. — Д…Достоевский? — шокировано произнесла я. — Валери? — с таким же удивлением произнёс парень. Когда мы убедились, что нам не мерещится, он крепко обнял меня так же как и я его с улыбкой на лице. — Мы искали тебя… он искал тебя. — Как же я по вам скучала. — на глазах навернулись слёзы, но, уткнувшись в его одежду я скрыла их, на некоторое время позабыв обо всех своих проблемах. — Хей, рубашку мою не намочи своими слезами, а то выжимать придётся. — немного отпрянув, я взглянула в его тёмно-фиолетовые глаза, он утер слёзы, отчего я ещё сильнее заулыбалась. — Вот так то лучше. Какой была плаксой, такой и осталась. — он усмехнулся. — Что ж, а теперь не хочешь со мной прогуляться и встретиться с кое-кем? — я моментально согласилась, ведь я знаю кого он имел ввиду. Дойдя до какой-то машины, мы поехали по указанному маршруту и по пути мы расспрашивали друг друга обо всём. Достоевский был для меня как старший брат, может даже больше, но этого я не могу сказать. Я всегда могла на него положиться. И на его друга, с которым я вот вот встречусь.       Когда я сбежала от Окаянных, я бросила и их, поэтому я чувствовала себя виноватой. Они были для меня как семья и это огромное счастье, что я встретила их. Но раз они сюда приехали из далёкой России, не значит ли, что в город могли приехать и те, которых я покинула?       Когда машина остановилась, мы вышли из транспорта и зашли в одно небольшое здание, напоминающее отель. Поднявшись на несколько этажей, мы зашли в один из номеров и сразу у порога я услышала знакомый голос из гостиной: — ДОСТ-КУУУН, ТЫ УЖЕ ВЕРНУЛСЯ? НЕ ЗАБЫЛ КУПИТЬ ТОРТИК? — из-за угла выглянула белобрысая голова, которая приняла шоковую физиономию, но затем парень резко выбежал и повалил меня в объятьях так, что дышать было трудно. — СЕСТРИЧКА, ТЫ ВЕРНУЛАСЬ! — Да, малыш Гоголь… я здесь. — я нежно обняла своего потомка. Да… Потомка… Мы одной крови…