Дневник

ГИНТОКИ

      Я дурак? Идиот? Дебил? Старый извращенец? Растлитель малолетних? Уголовник последний? Какого хера я творю? Примерно с этими мыслями я бежал как ошпаренный, словно за мной гналась стая церберов. Пригнав домой, я первым делом кинулся в душ, но это мало помогло. Дурацкий мозг всё еще помнил эту мягкую кожу под пальцами, тихие стоны, красный румянец на щеках и нежно-розовые соски. А его поцелуи! Я ведь украл его первый поцелуй, тут к гадалке не ходи!       И ведь мне это нравилось. Не хотелось его отпускать, хотелось повалить на пол, закусать, зализать до смерти, чтобы он кричал в моих руках, моля о пощаде. Мне в срочном порядке необходимо было посетить ближайшее питейное заведение, подцепить там какую-нибудь красотку и трахать её всю ночь, чтобы выбить эту дурь из моей кудрявой башки.       Но как бы я ни старался, он всё равно предстаёт перед моими очами, и ни в какую не хочет уходить. Я даже не могу сосредоточиться на работе, когда он рядом, он будто одним своим видом призывает завалить его. Хотя, может, это моё воображение разыгралось? В его позе видна неуверенность и опаска.       – Ты так и будешь тут сидеть? – не выдержал я.       – А что мне делать?       – Иди хоть кофе свари.       – Но я не знаю, где у вас что лежит.       – Где-то на кухне в верхних шкафах. Разберёшься, не маленький.       Необходимо было выпроводить его из комнаты хоть ненадолго. Парень пробурчал себе что-то под нос, нехотя поднялся на ноги и вышел, а я глубоко вздохнул и углубился в чтение.       Сколько я просидел – не знаю, однако через некоторое время до моих ушей донёсся нудный, тихий, но настойчивый мяв. Оторвавшись от страниц, я поднял голову и глянул на кота, который сидел на столе и безучастно смотрел на меня. Он наверняка просил поесть. Я повернул голову к окну и понял, что день уже клонится к вечеру и солнце почти село. Зато прочитан весь дневник. Правда, информации там и впрямь немного, но хватит, чтобы уцепиться и потянуть за ниточки. Записи наталкивают на самое очевидное: жену прибил её собственный муж, а труп прикопал на клумбе за домом. Однако чутьё подсказывало мне, что всё не так просто. И муж явно что-то знал, но по каким-то причинам решил умолчать. Однозначно стоило покопаться в архивах полицейских, и тут как раз мог пригодиться Кондо-сан. С его помощью у меня будут все доступные документы по давно закрытому делу. Надеюсь, он в ближайшее же время обживётся на новом рабочем месте и им можно будет вовсю крутить.       Я вертел дневник в руках, задумчиво разглядывая потемневшую от времени обложку. А может, стоит найти эту девочку? Она, наверняка, уже старуха, но всё же есть надежда, что она сможет рассказать что-то стоящее. Хотя будоражить из-за этого старые раны, наверное, не стоит? Всё же потеряла мать в таком юном возрасте, и вряд ли даже спустя столько лет оправилась от этого.       Положив дневник на стол, я заметил стоящий на нём уже остывший кофе.       Твою ж мать! Я совсем забыл про пацана!       Я метнулся на кухню, но там его не было. Только одиноко стоящая в раковине чистая кружка. Должно быть, он ушёл домой. Ну и слава богам! Я снова посмотрел в окно. День неумолимо приближался к концу, и солнце всё так же клонилось к закату. Покормив Широ, я направился в спальню. Сегодня хотелось лечь пораньше.       Однако зайдя в комнату, единственное, чего мне захотелось, так это пойти и с разбегу выпрыгнуть в окно. На моей кровати, свернувшись, лежал этот мелкий демонёнок и сопел в обе дырки. Он совсем ничего не понимает? У современных детей напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, что ли? Он завозился, перевернулся на спину и раскинул обе руки в стороны. От этого футболка задралась, немного оголяя светлую кожу живота. Я, держась на остатках самоконтроля, резко развернулся к двери, но то, что я услышал, заставило меня развернуться к нему вновь:       – Гин… Гин… Сан…       Этот тихий стон сорвал мои предохранители. Во мне проснулись животное, извращенец и Садист с большой буквы «С». Я приблизился к кровати и застыл над ним, наблюдая, выжидая момент, когда можно накинуться.       Хиджиката резко открыл глаза, словно почувствовав, что я рядом. Что опасность рядом.       – Гин-сан, что вы делаете?       – Это я тебя должен спросить, – вкрадчиво произнёс я. – Что ты делаешь в моей постели?       – Я не выспался и как-то так получилось…       – И что тебе мешало уйти к себе домой?       – Ну, ваша спальня была ближе. - "О, мы опять на Вы", - мелькнуло у меня.       – Ты звал меня?       – Нет, – растерянно пробормотал Тоши, недоумённо косясь на меня.       – Звал. Я слышал. Только что.       В глазах Хиджикаты промелькнул испуг.       – Что тебе снилось? – я присел на кровать, пристально рассматривая парня.       – Ничего.       – Лжёшь.       – Я не помню.       – Опять лжёшь.       – Вам-то какая разница?       – Ты звал меня, вот я и пришёл. А хотя, ты прав, мне не интересно, что творится в твоей голове. Мне больше интересно, как ты отреагируешь на поцелуй.       – Чт…       Договорить я ему не дал, сминая всё его возмущение.       – Ст… Ты… – он уперся мне в грудь, отталкивая и снова перескакивая на более неформально обращение. Какой же он забавный. – Ты чё творишь?       – Тебе не нравится?       – Нет!       – Правда? – засомневался я. – Тогда ударь меня.       – Я… – Парень со злостью поглядел в ответ. Затем занёс руку, а я инстинктивно прикрыл глаза. Однако я почувствовал не удар, а его пальцы в моих волосах. Ухватившись за них, он притянул меня ближе, впиваясь в губы поцелуем. Целоваться он не умел, это я понял ещё по прошлому разу, но компенсировал всё своим рвением.       Оторвав Тоширо от себя, я окинул его вожделеющим взглядом, а он в ответ смотрел слегка затуманенным взором, облизывая губы. Мне захотелось его связать.       – Хочешь, мы с тобой поиграем?       – Чего?       Я окинул взглядом комнату, и нашёл на полу пояс от халата.       Поднявшись с кровати, я взял его в руки и развернулся к парню с плотоядной усмешкой. Тот закусил губу и с тревогой посмотрел на лоскут ткани.       – Всё хорошо. Тебе понравится, – проворковал я, приближаясь к кровати. Хиджиката начал отползать от меня. Для него мои действия расходились со словами. Я метнулся и вжал его в матрас.       – Тихо-тихо, не дергайся, – пробормотал я, ловко привязывая ему руки к спинке кровати.       – Ты ублюдок! – прошипел он. – Зачем ты?..       – Тише-тише, – повторил я, сильнее прижимая его к кровати. – Чем сильнее будешь сопротивляться, тем больнее будет. Доверься мне.       – Да ты издеваешься?!       Тоширо попытался вырваться, дёргая руками, но от этого узел затягивался только туже. Поняв тщетность бытия, он, не скрывая страха, посмотрел на меня со всей безнадёжностью этого тщетного бытия во взгляде. Я же сел сверху, придавив его колени между своих ног, чтобы он лишний раз не дергался и не вмазал мне куда не надо.       – Ты урод, – дрожащим голосом начал парень. – Больной ублюдок! Извращенец!       – Ага, как скажешь, – усмехнулся я, – давай, детка, твои грязные словечки меня только больше заводят. Или ты добиваешься, чтобы я вставил тебе кляп в твой милый ротик?       Парень в ответ только злобно рыкнул.       Я задрал футболку, и, наклонившись, прикусил его розовый сосок. Хиджиката дёрнулся, а я продолжил, не обращая внимания на его попытки уйти от прикосновений. Мои губы и язык блуждали по телу, а Тоши всё же перестал дёргаться и начал стонать в голос. Иногда я возвращался к губам, целуя стонущий рот, упиваясь его вкусом.       У меня, конечно, был сексуальный опыт с мужчинами, но с таким мальчишкой… Если бы неделю назад мне кто-то сказал, что я захочу заняться сексом с парнем гораздо младше себя, я бы послал их далеко и надолго.       «Я хочу съесть его!» – с возбуждением подумал я, разглядывая распростёртого подо мной пацана.       Я опустился ниже, стал стягивать с него штаны, и Тоширо вновь стал брыкаться. Мне это не понравилось, и я, подавшись вперед, укусил его. Тоши вскрикнул. Под левым соском, на рёбрах, алел яркий след от моих зубов.       – Не дёргайся, малыш, иначе снова будет больно, – прошептал я, продолжая стягивать с него штаны, наблюдая, как его вставший член выпрыгивает из трусов. Сняв с себя футболку, я закинул его ноги себе на плечи, и моя голова оказалась у него между ног.       – Нет! Это слиш.. ком… подо… Ах! – Я без промедлений взял в рот головку.       Парень прогнулся в пояснице и громко застонал, а я насасывал его член как леденец. Облизывая головку и проводя языком по всей длине, я наблюдал, как он мечется по кровати, насколько ему позволяли связанные руки, и что-то бессвязно бормочет.       – Я сейчас… кон…       Я вовремя убрал лицо, и он кончил себе на живот.       Мой собственный член стоял колом, и я хотел засадить ему по самые яйца, наблюдая, как он будет извиваться, но уже на моём члене. Однако умом я понимал, что для этого ещё рановато.       Захотелось кое-чего другого. Я раскинул его ноги, подполз так, что его голова оказалась между моих ног, а мой пах оказался на уровне его глаз. Я приспустил шорты, и мой чуть ли не горящий член оказался у его лица. Хиджиката уставился на меня мутным взором, отходя от только что пережитого оргазма, и явно не понимал, чего от него хотят.       – Давай, киска, открой ротик, – пробормотал я, раскрывая его губы пальцами, проталкиваясь в рот. Тоши послушно раскрыл его, вбирая член в себя. Я одобрительно погладил его по волосам, поощряя к дальнейшим действиям. Хиджиката начал двигать головой, неумело, но старательно, а я толкался навстречу его языку, ловя потрясающий кайф от его горячего рта и мягких губ. Пришлось, правда, приостановиться, когда он захрипел от нехватки воздуха, но эти несколько секунд передышки возместились сполна. Чувствуя, что близок к разрядке, я отодвинулся от его лица, снова переместился к нему между ног.       – У тебя снова встал, пока ты мне отсасывал? – усмехнулся я. – Тебе настолько понравилось?       Хиджиката не ответил, но залился ярким румянцем. А я сдвинул его ноги вместе, закидывая их повыше, и просунул свой член между его бёдер. Ляжки у него, конечно, тощие, но чувствовать, как мой член трётся о его, было восхитительно. Я ускорил движения и кончил, крепко сжимая его лодыжки. Осторожно опустив ноги, я заметил, что у самого Тоширо ещё стоит. Взяв его в ладонь, я пару раз быстро провёл по стволу, и Хиджиката, судорожно застонав, излился мне в руку.       Откуда-то с пола резко зазвонил телефон. Я кинулся к валявшимся на полу джинсам Тоши и достал мобильный. Звонил, разумеется, Кондо-сан.       – Да?       – Тоширо? – недоумённо переспросил тот.       – М, нет, – пробормотал я.       – А где…       – Он уснул у меня на диване. Я заработался и не заметил…       – Ох, он вас не отвлекал?       – Ну что вы, совсем нет, – проговорил я, косясь на тело, лежащее на кровати и хрипящее, казалось, на всю комнату, – если надо, я его разбужу…       – Нет-нет, пускай спит. Я вам доверяю, так что всё в порядке.       Я забил на попытавшуюся тявкнуть совесть, и, вежливо попрощавшись, отключился.       Подойдя к кровати, я развязал руки, которые безвольно упали на подушки. Хиджиката действительно спал. Потом я пошёл в ванну, взял полотенце и, намочив его, вернулся и обтёр тело Тоширо, убрав с него следы недавнего непотребства.       На запястьях у него начали назревать синяки, так что, снова намочив полотенце холодной водой, я постарался как-то смягчить отёк. Когда с обтиранием было покончено, я надел на него трусы, одёрнул футболку и накрыл его одеялом, а сам пошёл в душ. Где-то в глубине души я понадеялся, что он проснётся и убежит от меня сломя голову, но нет. Вернувшись, я обнаружил, что он всё так же лежит под одеялом. Нырнув к нему, я развернулся спиной и через некоторое время уснул, уже не почувствовав, как он прильнул ко мне во сне.