Всё может быть иначе

***

      — Можешь открыть глаза, Деревце, — прошептал Билл, с ухмылкой наблюдая за подрагивающими ресницами мальчика.       Диппер ничего не ответил, с тихим вдохом распахнув глаза и с любопытством оглядываясь вокруг. Он до сих пор немного боялся, что всё это окажется сном. Мальчик боялся проснуться, боялся снова оказаться в одиночестве. Он неосознанно придвинулся к демону и сжал его рукав дрожащими пальцами. Билл рядом, можно успокоиться.        — Странная реакция, — заметил Билл, с интересом оглядывая шатена. Тот лишь виновато улыбнулся, но рукав не отпустил.        — Я просто… — Диппер запнулся, не зная, что ответить. Наверное, Билл подумает, что он просто глупый мальчишка, если узнает, что он до сих пор боится. Не демона, нет. Он боится того, что однажды проснётся в своей комнате от криков пьяного отца, что всё это окажется просто хорошим сном, а ему снова придётся идти в ненавистную школу и терпеть унижения. — Я счастлив…       Диппер оглядывался вокруг, с интересом осматривая обстановку. Он не знал, чего ждать от мира Билла, немного боялся увидеть непроглядную темноту, как тогда, в их первую встречу. Перед собой он увидел обычную прихожую, немного пустоватую, пыльную, слабо освещённую. Мальчик рассматривал золотистые обои, полки со странными предметами и дверь, ведущую внутрь дома. Он чувствовал себя чужим в незнакомой комнате, и только присутствие Билла немного успокаивало, мальчик чувствовал, что он в безопасности.        — Знаешь, это странно, — протянул шатен, осматриваясь, — я ожидал чего-то более… зловещего?        — Черепов, огня и крови убитых девственниц? — рассмеялся Билл, и мальчик тут же смутился, ругая себя за болтливость. Нет, он не ожидал чего-то настолько ужасного, как описывал Билл, но это ведь измерение демона! Разве тут не должно быть что-то пугающее?        — Ой, — мальчик удивлённо посмотрел в окно, разглядывая бесконечный космос, среди которого мирно плыли позабытые вещи. Диппер жадно следил за каждой из них, когда среди звёзд ярко сверкнула красная вспышка, волной окрашивая всё вокруг в ярко-алый. Мальчик, не успев досмотреть, вздрогнул, когда окно громко захлопнулось, тут же заслонённое плотными досками.        — Не смотри, — глухо отозвался Билл, тяжело дыша и взволнованно оглядывая мальчика. — Не смотри и даже не пытайся выбраться наружу.        — Это… это твоя вселенная? — восторженно спросил Диппер, не понимая беспокойства демона. — Это так красиво… А что это была за вспышка?        — Нет, не моя, — нехотя ответил Билл, проигнорировав последний вопрос. В пару шагов оказавшись рядом с мальчиком, он схватил его за руку, уводя за собой. — Моего мира не существует уже очень давно, а это… — он усмехнулся, вспоминая, как уничтожал жителей этого измерения, — это место не принимает меня, не признаёт хозяином. Этот мир ломает сам себя, медленно умирает, не желая подчиняться…        — Мне жаль, — тихо сказал Диппер, жалея, что вообще начал этот разговор. Мальчик активно обкусывал губы, раздумывая над тем, как сменить тему и поднять Биллу настроение, но тот, похоже, уже и сам забыл о последних словах.        — Наружу не выходи, не думаю, что ты умрёшь сразу, но больно будет, — инструктировал Билл, проходя мимо бесконечных дверей, и чуть ли не за шкирку тянул мальчишку за собой. Диппера, очевидно, интересовало всё вокруг и ему не нравилось, что демон не даёт ему всё рассмотреть. — Здесь, внутри, есть много чего, но лучше не заглядывай во все комнаты без разбору, некоторые из них… не предназначены для детей.        Мальчик фыркнул, обиженный. Он прекрасно понимал, что Билл старше его на пару тысяч лет, но всё равно было обидно, когда его называют ребёнком. Демон в ответ на это только тихо усмехнулся. Действительно, лучше мальчишка будет обижаться, чем случайно забредёт не туда. Демону бы не очень хотелось, чтобы Сосенка случайно попал в пыточную или открыл дверь в чей-то кошмар. Нет, он, конечно же, не даст своей глупой Сосенке умереть так просто, но вот хрупкую психику уберечь не сможет. Билл до сих пор сомневался, стоило ли пускать сюда этого мальчишку, правильно ли он поступил. Во всяком случае, пока он здесь, можно будет не бояться, что он исчезнет. Он просто не даст его Сосновому Деревцу сбежать от него.

***

       Место, в котором Диппер провёл не один день, до сих пор казалось ужасно непривычным и чужим. Он постоянно путался и терялся в коридорах, двери не слушались и отказывались открываться, а иногда и исчезали прямо перед ним. Диппер злился и сердито пыхтел, пытаясь изучить странный дом, рисовал карту и запоминал каждую деталь, но уже на следующий день понимал, что обстановка поменялась и он не знает, куда идти. Конечно, так было не везде. Некоторые комнаты не меняли расположения, чем мальчик и пользовался, осознав свою беспомощность. Нет, он не собирался проигрывать этому сумасшедшему дому, он всё равно выведает все его секреты. Просто чуть попозже… и с помощью Билла, тот наверняка знает, что здесь творится.        Демон, к слову, открыто смеялся над попытками мальчика исследовать небольшой уголок его мира. Он не раз объяснял своей Сосенке, что это бессмысленно, ведь всё вокруг точно так же безумно, как и он сам. Мальчишка в ответ лишь хмурился, кусал губы и долго размышлял, а затем с серьёзным видом доказывал демону, что тот абсолютно адекватен и просто преувеличивает. Эти слова смешили мужчину ещё больше, ведь он довольно чётко слышал в своей голове голоса, сводящие его с ума. К счастью, они замолкали в присутствии мальчишки.       Уже на второй день мальчик случайно набрёл на библиотеку. Именно она впечатлила Диппера больше всего и заняла лидирующее место в списке его любимых комнат (если, конечно, исключить кабинет Билла). Это была огромная комната, с полками и стеллажами, которые возвышались до самого потолка. Когда мальчик увидел это великолепие впервые, то не мог вымолвить ни слова. Его просто захлестнуло потоком эмоций, и он только восхищённо озирался по сторонам, жадно осматривался, решая, откуда начнёт. Билл только беззвучно смеялся, наблюдая, как мальчик бегает из стороны в сторону, визжа от радости, и сгребает в охапку все книги, что только попадаются ему на глаза. Правда, эта радость быстро сменилась обречённостью, когда Диппер вдруг понял, что больше половины этих книг написаны на других языках, если не на древних иероглифах, так что без Билла ему было не суждено их прочесть.        В библиотеке было много разных книг всех категорий. Мальчик иногда находил там относительно свежие, которые мог бы прочесть, но чаще натыкался на древние фолианты, которые рассыпались прямо в руках. Там были самые разные книги: от привычных бумажных со знакомыми буквами до кусков пергаментов; иногда попадались странные дощечки с аккуратными знаками, а иногда жуткие книги с кровью на страницах и обложками из кожи. Диппер очень надеялся, что это были безобидные книги по уходу за домашними животными, но рисунки в них никак не подтверждали его теорий. Билл в ответ на это лишь пожимал плечами, ему не особо была интересна история создания этих книг, он интересовался лишь их содержанием. Да и в другое время были другие нравы, тогда подобное считалось нормой, люди верили в разные ритуалы, в ведьм и демонов. Так что содержание было соответствующим. Не писать же о единорогах и радуге, кому такое будет интересно?        Диппер приподнялся на своей кровати и сонно потянулся. Спальня не особо ему нравилась, она была большой и просторной, но в ней было не так уж много вещей. Парень старался находиться в ней как можно реже, ему не очень-то хотелось оставаться здесь одному. Диппер почти никогда не спал один, он засыпал только рядом с Биллом, потому что постоянно боялся проснуться в одиночестве. Он больше всего боялся быть брошенным, боялся потерять демона. Впрочем, Билл, кажется, не был против, позволяя мальчику находиться рядом.        Диппер со вздохом спрыгнул с мягкой постели, стянув с неё покрывало. Ему уже хочется спать, а Билла рядом нет. Мальчик боялся засыпать один, поэтому решение было вполне очевидным — найти демона и уболтать его полежать рядом, пока он не уснёт. Вряд ли Билл будет против, он ведь сам просил обращаться с любыми вопросами к нему. Такая незначительная просьба вряд ли разозлит его, наоборот, он будет рад, что мальчик доверяет ему. Диппер не раз замечал, как демон проверяет его преданность. Это немного обижало Пайнса, ведь тот верил Биллу больше, чем кому-либо ещё. Одна мысль о том, что это ставят под сомнение, приносила ему боль.        В коридоре было темно и Диппер еле поборол желание вернуться обратно. В этой черноте он видел воплощение своих страхов — ужас и безысходность. Он боялся темноты, но лишь тогда, когда рядом не было демона, а сейчас был именно такой случай. Мальчик осторожно прикрыл дверь в спальню и протянул руку, чтобы коснуться стены. Ему нужно было чувствовать шершавые обои под своими пальцами, чтобы удостовериться, что всё в порядке, однако он почему-то никак не мог до них дотянуться. Парень судорожно вдохнул, делая рывок, но вместо того, чтобы наткнуться на знакомые стены, упал, так и не найдя опоры.        Диппер с трудом подавил подкатившую истерику и оглянулся назад. Лучик света, исходящий из спальни, был очень слабым и едва заметным. Его едва хватало, чтобы осветить мягкий ковёр на полу, не говоря уже о том, чтобы рассеять окружавшую мальчика темноту. Пайнс медленно поднялся и уверенно направился к этому свету, решив вернуться туда, откуда он начал. Нужно просто открыть дверь пошире и постараться запомнить окружающее его пространство. Это ведь было просто, какие-то пару шагов отделяли его от спасительного света. Диппер не смог сдержать волнение и рывком преодолел оставшееся пространство, юркнув внутрь и захлопнув за собой дверь.        Мальчик медленно сполз вниз, коря себя за такие детские страхи. Он ведь не маленький мальчик, чтобы бояться темноты! Билл бы точно посмеялся… Наверное, он сейчас работает, раз до сих пор не пришёл. Диппер часто замечал, как Билл перечитывает какие-то книги, словно ищет что-то. Он выписывал отдельные фрагменты, задумчиво оглядывал только что прочитанный текст, иногда не замечая ничего вокруг себя. Мальчик не обижался, он понимал, что если Билл над чем-то работает, то это очень важно. Не нужно лишний раз его беспокоить, он может и подождать.        Диппер вздрогнул, когда свет в комнате замерцал и на мгновение погас. Он судорожно сжал в пальцах край футболки и напряжённо вглядывался в темноту. Где-то в углу комнаты послышался тихий шорох, заставивший мальчика сжаться и задрожать. Он не любил темноту, потому что не мог ничего увидеть, не мог подготовиться к атаке. Он не знал, как ему защититься без Билла, поэтому не мог сдвинуться с места.        Когда свет снова включился, мальчик облегчённо выдохнул. В темноте слышать шорохи было особенно страшно, но на свету все вымышленные монстры исчезают. Он приподнялся, хватаясь за дверь и убеждая себя, что бояться нечего, что это всего лишь мышь или какое-нибудь насекомое. Он недолго потоптался на месте и всё же решил, что лучше удостовериться в том, что там ничего нет. Неуверенно двинувшись в сторону угла, он задержал дыхание, медленно приближаясь к кровати и обходя её. Мальчик вздрогнул, когда свет заморгал, но продолжил идти. Что-то подсказывало ему, что этого делать не стоит, что лучше развернуться и убежать. Диппер не послушал своё подсознание, ведь был уверен, что бояться нечего, что у него просто разыгралось воображение. Он обошёл диван и замер, не в силах больше дышать от охватившего его ужаса. Прежде, чем его снова поглотила тьма, он увидел существо, отдалённо напоминавшее Билла, которое взглянуло на него красными, полными безумия и гнева глазами, и жутко улыбнулось, обнажая заострённые зубы, покрытые свежей кровью.

***

       Мальчик с криком раскрыл глаза, тяжело дыша и стирая рукой проступившие слёзы. Это был очередной кошмар, он и не заметил, как уснул. Диппер поднялся и спрыгнул с постели, бросившись в коридор. Ему было страшно, нужно было срочно найти Билла, иначе он просто сойдёт с ума. В последнее время ему часто снились кошмары, когда рядом не было демона. Он уже сотни раз видел, как его бросают одного, сотни раз просыпался с криками, когда перед глазами всё ещё маячил последний фрагмент сна — холодное и неподвижное тело Сайфера, но чаще он просыпался после своей же смерти во сне, и его убийцей оказывалось существо, ужасно похожее на Билла. Самым страшным было то, что эти сны были очень реалистичными, мальчик не помнил, как заснул, и всё происходящее для него было реальностью. Кроме того, он часто видел в своих снах одну и ту же деталь — красное небо и трещину в нём, словно портал в другой мир.        Диппер не был точно уверен, проснулся он или нет. Пробегая по коридорам, он едва обращал внимание на окружавшую его обстановку, иногда подмечал знакомые детали, но всё же не был уверен, что это всё же реальность. Он боялся остановиться и успокоился лишь на третьем повороте, когда до его слуха донеслась тихая мелодия, которая с каждым шагом становилась всё громче. Мальчик неуверенно потоптался возле двери, не решаясь войти. Он не был уверен, что ему можно заходить, Билл говорил, что некоторые комнаты могут быть опасными. Диппер судорожно вдохнул, хватаясь за ручку, и потянул дверь на себя.        Он удивлённо раскрыл глаза и не сдержал восхищённого вздоха. Мальчик облегчённо улыбнулся, увидев Билла, но не решился сделать хоть шаг, не решился мешать ему. Он медленно сполз на пол, с улыбкой наблюдая за демоном, чувствуя, как страхи уходят, уступая место счастью и благоговению. Воспоминания о недавнем кошмаре тут же затуманились и отошли на второй план. Ему больше нечего бояться, он может успокоиться и просто наблюдать за демоном. Впрочем, даже если бы он захотел, он бы не смог оторвать от него взгляд. Мальчик, конечно, знал, что Билл умеет играть на музыкальных инструментах, но никогда не считал это важным, никогда не задумывался об этом. Теперь же он начал понимать, что никогда не знал демона, видел только часть его.        Музыка лилась ручьём, обрушивалась весенним дождём и градом, врезалась холодным ветром. Пальцы в чёрных перчатках перепрыгивали с одних клавиш на другие так быстро, что почти невозможно было за этим уследить. Мелодия была то медленной и спокойной, то вдруг ускорялась, словно взрыв била по ушам своей громкостью и яростью. Билл был полностью погружён в мысли, не обращая внимания ни на что вокруг, а все эмоции переносил в музыку. Он то гневно обрушивал пальцы на клавиши, то легко и нежно опускал их, едва задевая. Самым удивительным было то, что при этом мелодия казалась цельной, словно так и было задумано. Внезапные порывы не казались неуместными, наоборот, они настолько хорошо вписывались, что без них музыка была бы другой, незавершённой. Громкие, почти оглушительные аккорды сменялись тихими, плавными переходами. Звуки казались далёкими и близкими одновременно, они гипнотизировали и заставляли сердце биться чаще. При всём этом Биллу не нужно было смотреть на клавиатуру инструмента, которая едва освещалась призрачным светом из окна, он знал расположение клавиш наизусть, пальцы сами тянулись к ним, играючи набирая аккорды. Он играл с закрытыми глазами, выливая в музыку все свои мысли и эмоции, полностью погружаясь в свой разум и успокаиваясь.        Билл неожиданно замер, резко развернувшись и всматриваясь в темноту. Музыка затихла, погружая зал в непривычную тишину. Впрочем, ещё недавно она была вполне обыденной, изредка прерываемая безумными речами и криками демона. Сейчас же это место оживало, в коридорах всё чаще раздавался звонкий смех гостя, а ему в ответ звучал громкий хохот демона, почти потерявший свои металлические нотки. Медленно поднявшись, Билл направился к приоткрытой двери, остановившись совсем недалеко от неё. Он долго смотрел на что-то, а затем опустился, протянув руку. Пальцы сразу же коснулись мягких волос, но на этом он не остановился, медленно опуская руку чуть ниже, обводя знакомые черты лица. Билл усмехнулся, ненадолго остановившись на губах, а затем похлопал мальчика по плечу.        — Билл? — шатен сонно оглядывался вокруг, не совсем понимая, что он здесь делает. Затем взгляд упал на пианино, на демона, оказавшегося рядом. Мальчик напряг память, пытаясь понять, что он здесь делает, а затем виновато опустил взгляд. — Прости… я помешал?        — Ничуть, — спокойно ответил Билл, взъерошив волосы мальчишки. Конечно, он отвлёкся от своих раздумий, но это было к лучшему. Присутствие его Сосенки успокаивает лучше, чем часы бесполезной игры на фортепиано. — Но вот за то, что ты спал на полу, я по головке тебя не поглажу.        — Я… случайно, — смущённо ответил мальчик, отводя взгляд. Он действительно не собирался засыпать, просто… мелодия была такой успокаивающей, да и Билл выглядел так, что словами было невозможно передать. — Я больше не буду, честно!        — Предположим, я тебе поверил, — усмехнулся Билл, щёлкнув по носу мальчишки. Тот забавно зажмурился, кинув недовольный взгляд в сторону демона.        — Если бы ты пришёл раньше, я бы спал в своей кровати, — тихо пробурчал Диппер себе под нос, прекрасно зная, что его услышат. Билл в ответ на это лишь тихо рассмеялся, заставив мальчика смутиться и пожалеть о своих словах. Впрочем, тот почти сразу забыл об этом, терзаемый невысказанными словами. — Ты… ты не говорил, что умеешь играть так красиво…        — А я должен был? — ехидно спросил Билл, еле сдерживая рвущийся наружу смех. Его всегда забавляло смущённое личико его Сосенки, этот обиженный взгляд, полный упрёка. — Ты не спрашивал — я не отвечал, — демон безразлично пожал плечами, внимательно разглядывая шатена и ожидая его реакции.        — Как будто я мог сам об этом узнать, — Диппер раздосадовано вздохнул, поняв, что Билл не испытывает уколов совести. Ему было обидно, ведь он почти ничего не знал о демоне, а тот и не пытался как-то это исправить и о себе почти не рассказывал.        — Ты ведь не собираешься ложиться спать? — спросил Билл, прекрасно зная ответ. Нет, он не читал мысли мальчишки, хотя мог бы. Они маячили прямо перед глазами, так соблазнительно звали его, предлагали прочесть. Однако демон игнорировал это, ведь иначе было бы слишком скучно. Гораздо интереснее было раздумывать над каждым действием мальчишки, наблюдать за ним и предполагать, что именно он скажет. Он нарушал своё же правило очень редко, лишь для того, чтобы утонуть в чистых эмоциях и забыть о голосах в голове, которые так настойчиво уговаривают его убить мальчишку.        — Я… — Диппер не был уверен, стоит ли ему говорить правду, но Билл, похоже, уже и сам догадался. Ему не хотелось спать, он и тогда уснул случайно, потому что услышанная музыка успокаивала и клонила в сон лучше любой колыбельной. Потому что её играл Билл, потому что демон был рядом. — Не думаю, что смогу сейчас заснуть.        — Что ж, тогда… — Билл резко поднялся, потянув за собой мальчишку, и тот неуклюже зашатался, чуть не упав, но сумел сохранить равновесие. Диппер, приготовившись обиженно ответить что-нибудь демону, который не удосужился предупредить его, неожиданно замер, широко раскрыв глаза от удивления. Билл изящно поклонился перед ним и, растянув губы в улыбке, протянул руку. — Удостоишь ли меня чести потанцевать с тобой?        Дипперу показалось, что он ослышался. Он едва сдержался от того, чтобы ущипнуть себя, был готов поверить, что всё ещё спит. Это ведь просто не могло быть реальностью! Впрочем, протянутая рука Билла и его взгляд говорили об обратном. Мальчик же явно не ожидал подобного предложения, поэтому не был уверен в своём ответе. Хотелось радостно воскликнуть «Да, конечно!», но он ужасно боялся разочарования. Он совершенно не умел танцевать, всегда избегал парных танцев, потому что знал, что его не только не пригласят, но ещё и высмеют у всех на глазах. Слова застряли в горле, и Диппер боялся поднять глаза и увидеть выжидательный взгляд демона. Он боялся разочаровать Билла, боялся разозлить его. Отказ уже вертелся на языке и мальчик приготовился высказать его, объяснить, что устал, но вместо этого с губ слетело тихое «да».        Диппер забыл, как дышать, тело не слушалось его, и рука предательски потянулась вперёд, накрывая протянутую ладонь демона. Хотелось извиниться, сказать, что это недоразумение, что он передумал. Вместо этого он посильнее закусил губу и заставил себя замолчать, пообещав себе, что не покажет своего волнения. Диппер не был уверен, что не будет путаться и наступать на ноги мужчине, но был уверен в том, что постарается изо всех сил. Он же не раз наблюдал, как танцуют другие, наверняка у него тоже что-то получится… Билл тем временем лениво махнул рукой, чтобы в следующую секунду услышать первые тихие звуки инструмента. Ему не нужно было сидеть за инструментом, чтобы услышать музыку, он мог заставить пианино наигрывать вальс самостоятельно. Клавиши нажимались сами, заставляя молоточки внутри звонко ударять по струнам. Тихо и медленно полилась музыка, а ей в такт последовали первые движения. Демон тут же отправил мальчику успокаивающую улыбку, заметив, как тот нервничает. Он осторожно положил свободную руку на его талию, прождав несколько томительных секунд, прежде чем ладонь шатена опустилась на его плечо и дрожащие пальцы неуверенно сжали его рубашку.        Диппер сам не замечал, как задерживает дыхание и кусает губы от напряжения. Он впился взглядом в пол, рассматривая свои ноги, чтобы случайно не споткнуться. Впрочем, может ему просто было стыдно поднять взгляд на Билла, потому что танцевал он действительно отвратительно. Он знал, что так и получится, хоть и надеялся на обратное. Ему ужасно не хватало практики, тело не слушалось, не желало подчиняться и двигаться так, как положено. Сердце усиленно билось о грудную клетку, поддаваясь волнению. Это было похоже на истерику, он едва контролировал себя. Глаза предательски защипало, а голос в голове так противно нашёптывал: «У тебя ничего не получается, он смотрит на тебя, он видит, что ты ничтожество, ведь ты не можешь сделать даже что-то настолько лёгкое…». Этот голос сводил его с ума, хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю и забыть об этом. «Билл смотрит на меня, он всё видит, он думает, что я бесполезен и ничего не умею…» — звучало в голове, затмевая все звуки вокруг, и Диппер почувствовал, что ещё немного, и он не сдержит слёз от волнения и просто сбежит.        — Успокойся, — прошептал Билл, подавшись чуть вперёд. Он резко развернул мальчика, заставив того поднять взгляд. — Расслабь плечи, выпрями спину и перестань разглядывать свои ноги, это тебе не поможет, — мальчик едва заметно кивнул, хотя было видно, что ему очень сложно исполнять советы демона. — Не волнуйся, просто следуй за мной…        Расслабиться было сложно, как и избавиться от панических мыслей. Однако мальчик всё же смог спокойно выдохнуть, почувствовав, как сжалась на его талии рука демона, как пальцы едва заметно поглаживают спину, успокаивая его. С каждым шагом становилось проще, вскоре он смог поднять взгляд и тут же забыться, заворожено разглядывая янтарный глаз Билла. Диппер старался не задумываться о своих действиях, просто следовать за демоном, как тот и сказал. К его удивлению, так действительно было легче. Во всяком случае, он смог расслабленно улыбнуться и насладиться происходящим. Было немного неловко, особенно из-за внимательного взгляда Билла, однако мальчик вдруг понял, что не может оторвать от него глаз. Он чувствовал себя на своём месте, уже не слышал ни музыки, ни их шагов. Хотелось просто закрыть глаза и забыться, чтобы время остановилось на этом моменте. Мальчик был уверен, что если бы в этот момент его жизнь оборвалась, он не пожалел бы об этом.        — Ты определённо делаешь успехи, — похвалил Билл, заставив мальчика смущённо улыбнуться. Демон вытянул руку, позволив ему откинуться назад, и удовлетворённо хмыкнул, увидев счастливый взгляд мальчишки. Самодовольно ухмыльнувшись, Билл наклонился, прошептав мальчишке в самое ухо первое, что пришло ему в голову. — Respice in me tantum, omni momento, ad finem saeculorum…        Мальчик недоуменно взглянул на Билла. Он действительно жалел, что не знал латыни, потому что не смог понять ни слова. Ему казалось, что это было что-то важное, и он не мог избавиться от мысли, что упустил это. Диппер поднял глаза, тут же встречаясь с взглядом Билла. Тот смотрел как-то странно — жадно, так, словно хотел закрыть своё сокровище ото всех и никому не показывать. Мальчик едва удержал себя от того, чтобы обернуться. Он боялся, что увидит за спиной что-то ещё, боялся, что этот взгляд направлен на кого-то другого. Он судорожно сглотнул, не отрываясь от янтарного глаза Билла, ему хотелось, чтобы тот сказал что-нибудь, уверил, что не собирается смотреть так на кого-то ещё.        Диппер приподнялся на носках, потянувшись к лицу демона. Музыка всё ещё играла, но он не слышал её, для него больше ничего не существовало. Мальчик рвано вдохнул, сжав пальцы на плече Билла, и одним лишь взглядом умолял демона наклониться. Мужчина всегда начинал первым, парень и не подумал бы делать это самостоятельно. Разве он может поцеловать кого-то первым? Нет, он может только ответить на поцелуй, иначе это будет неправильно, иначе он будет странным. К его счастью, Билл словно прочёл его мысли, наклонившись, и едва касаясь мягких губ. Диппер едва сдержал волну счастья и облегчения, потянулся, готовясь раствориться в объятиях.        Демон мягко притянул его за талию, лишь невесомо касаясь губ, не накидываясь на них и не впиваясь грубым поцелуем. Мальчишка должен сделать это сам, иначе было бы совсем не интересно. Билл медленно отпустил руку шатена и провёл пальцами вдоль его спины, останавливаясь на шее и едва касаясь её. Мальчишка едва заметно вздрогнул и судорожно вдохнул, не отводя затуманенного взгляда с лица демона. Билл только слегка подтолкнул его, чтобы шатен сделал всё сам. Всё шло идеально, тихая музыка на фоне, медленные движения, туманный взгляд мальчишки и его покрасневшее лицо. Ещё секунда и он бы накинулся на него с привычным властным поцелуем, доказывая, что это ему принадлежит маленькая наивная Сосенка. К его удивлению, глаза мальчишки широко распахнулись, обдавая демона ужасом и странным осознанием. Парень внезапно оттолкнул демона и выбежал из комнаты, исчезнув в темноте.

***

       Билл задумчиво разглядывал символы на бумаге. Заваленный книгами и длинными свёртками пергамента стол явно нуждался в уборке, но демону было плевать. Гораздо больше его интересовало содержание книг и тетрадь, исписанная уже наполовину. У него не было возможности построить портал с помощью земных технологий, поэтому нужно было составить альтернативу. Дело продвигалось ужасно медленно, у него было слишком мало информации и не было права на ошибку. Ко всему прочему добавилась и другая проблема.        Он постоянно отвлекался. Мысли то и дело перетекали в другую тему, над которой у него не было ни малейшего желания раздумывать. Однако стоило только вспомнить о ней, как думать о чём-то другом больше не представлялось возможным. Его поглощали посторонние мысли, отвлекали и сбивали с расчётов. Он терял нить рассуждений, забывал, что только что решал и что собирался написать.        Мальчишка. Всему виной была его марионетка, которую он так долго и упорно перетягивал на свою сторону. Его Сосновое Деревце. Билл пытался выкинуть его из головы, но стоило только появиться в голове какой-то отдельной детали, как образ робкого и полностью преданного ему мальчишки затмевал всё остальное. Как только это происходило, демон отчётливо понимал, что не сможет продолжать работу и ему срочно нужно занять себя чем-то другим.        Сможет ли он убить его? Раньше Билл бы, не задумываясь, ответил «да», ведь это человек — паразит, низшее существо, которое он ненавидит всей своей чёрной душой. Несмотря на всё, он был уверен, что его план будет просто выполнить, ведь он не раз обманывал людей и использовал их в своих корыстных целях. Сейчас же эта уверенность сменилась неопределённостью и желанием отложить всё и ещё раз пересмотреть свой план. Он просто не сможет так просто оборвать жизнь мальчишки, не сможет безразлично отвернуться и наслаждаться своим правлением, как сделал бы раньше. Он всё чаще склонялся к мысли оставить Сосенку при себе, приковать его к своему трону и не позволить сбежать, даже если мальчишка возненавидит его. Он был уверен, что так и будет, что доверие Пайнса разобьётся на мелкие осколки, стоит только открыться порталу.        Как так вышло? В какой момент он поставил этого мальчишку выше других, наравне с собой? Что послужило виной этому решению? Разум упорно искал объяснения несвойственному демону поведению, находил безумные отговорки, шептал, что мальчишка каким-то образом околдовал его. Билл смеялся над этими мыслями, потому что человек никак бы не смог сотворить что-либо с демоном, потому что это целиком и полностью его вина. Он сам позволил этому случиться, сам позволил мальчишке приблизиться к себе. Развлекаясь, он не заметил, как подпустил Сосну слишком близко, как сам привязался к человеку.        Он ненавидел эти чувства, ненавидел то, что не мог заставить их исчезнуть. Было ужасно непривычно испытывать что-то подобное, ведь он никогда ничего не чувствовал по отношению к другим. Он с безразличием смотрел на то, как умирают люди, не знал, что такое радость или страх. Окунаясь в эмоции мальчишки, он удивлялся, как тот способен испытывать что-то настолько яркое. Удивлялся и не замечал, как многие из этих эмоций принадлежат теперь ему самому.        Впрочем то, что он испытывал, сложно было назвать обычной человеческой любовью. Это было желание, тёмная одержимость. Он желал, чтобы мальчишка принадлежал ему полностью — его душа, его мысли, его эмоции и его тело. И если вначале он пытался использовать это и объяснять всё обычным демоническим голодом, то позже от этих мыслей становилось противно. Он не хотел никого другого, он хотел именно мальчишку, желал получить всего его. От одной только мысли, что его Сосновое Деревце могло отдаться кому-либо другому, хотелось рвать и метать, хотелось немедленно сделать так, чтобы это стало невозможным.        Если бы раньше ему сказали, что он возжелает человека, он бы сжёг этого безумца не задумываясь. Сейчас же Билл изо всех сил пытался избавиться от навязчивых мыслей и сдержать себя, чтобы не изнасиловать мальчишку. Потому что каждый раз, стоило только хрупким пальчикам сжать его рубашку, стоило только его собственному имени сорваться с манящих губ Сосенки, его тут же охватывал жар. Пока парнишка, ничего не подозревая, смеялся рядом с ним и бросал на него восхищённый взгляд, его терзали грязные мысли и невыносимое желание. Желание схватить шатена за волосы, разорвать его одежду и вбиваться в него, срывая с губ Сосенки до одури пьянящие пошлые стоны.        Билл раздражённо отбросил тетрадь, откинувшись на спинку кресла. Вот опять его мысли ушли не туда и вместо цифр и знаков в голове лишь грязные мысли и Сосновое Деревце в главной роли. Раньше он не замечал в себе таких увлечений. Мог ли он вообще предположить, что своё невероятное воображение будет использовать для того, чтобы представлять какого-то мальчишку в совершенно разных позах и на разных поверхностях? Даже мысли о том, как он свяжет его и возьмёт силой, наблюдая за ужасом и отчаянием на лице, казались ему соблазнительными. Нет, конечно, не все его мысли были забиты только этим. Иногда ему просто хотелось увидеть улыбку, принадлежащую только ему, хватало и простого тёплого взгляда. Однако эти мысли были определённо не такими интересными и заканчивались довольно быстро.        Впрочем, гораздо больше его волновало другое. С того самого дня, как он пригласил Сосновое Деревце на танец, тот стал отдаляться. Билл не сразу заметил, что мальчишка всё реже приходит к нему, а вскоре и вовсе стал избегать демона. Пайнс старался не смотреть ему в глаза, избегал прикосновений и всё время прятался в библиотеке. Даже его мысли вдруг стали далёкими и отвлечёнными, их почти невозможно было прочесть. И если сначала это не сильно волновало демона, то вскоре стало навевать не самые приятные мысли.        Мальчишка понял, что его собираются использовать? Или же он перестал доверять ему? Сосенка собирается сбежать? Эти мысли не покидали демона, раздражали его и вызывали что-то, похожее на волнение. Что именно заставляет мальчишку отдаляться? Вариантов было слишком много и все они не предвещали ничего хорошего. Он не сможет запереть Сосенку сейчас, иначе встанет на одну ступень с Шестипалом. Это лишь усугубит ситуацию и не приведёт ни к чему хорошему. Впрочем… в крайнем случае, он всегда может использовать силы и ворваться в разум мальчишки, прочесть его мысли и сделать то, что даст максимальный эффект. Если Сосна начал что-то подозревать, то лучше развеять его опасения как можно скорее, чтобы не потерять всё.        Билл поднялся, отбросив в сторону бумаги. Нетерпеливо зашагал по комнате из стороны в сторону, а затем сорвался, бросившись вперёд. Прищёлкнув пальцами, чтобы дверь открылась перед ним сама и тут же захлопнулась за его спиной. Он остановился лишь на мгновение, прислушиваясь к чувствам и прикрывая глаза, чтобы тут же отыскать мальчишку. Быстрыми, размеренными шагами он направился по коридору в сторону библиотеки. Конечно же, где ещё мог находиться этот наглый мальчишка? Игнорируя демона, он всё время проводил в библиотеке, зарывшись в немногочисленные книги, написанные на английском и с помощью словаря пытаясь разобрать другие. Облюбовав небольшой диван с чайным столиком, Пайнс не покидал своей обители, пока не появлялся достаточно веский повод для этого. Временами демон жалел, что не запер эту комнату вместе с остальными, потому что теперь выгнать мальчишку отсюда не представлялось возможным.        Билл не стал задерживаться перед дверью и, резко открыв её, оказался в библиотеке. Парень, читавший очередной скучный учебник, случайно найденный среди остальных книг, вздрогнул и перевёл растерянный взгляд на демона. Билл тут же заметил во взгляде мальчишки страх, что мгновенно разозлило его. Что он сделал такого, что заставило его Сосенку бояться? Разве в последнее время он давал для этого повод? Демон наслаждался страхом других людей, упиваясь их ужасом, выслушивая сбивчивые мольбы, но стоило только появиться страху на лице мальчишки, его настроение портилось моментально. Его Деревце не должно бояться, в его взгляде не должно быть ничего, кроме восхищения и преданности.        Билл сохранил безучастное выражение лица, не давая раздражению показаться. Окинув холодным, незаинтересованным взглядом помещение, он остановил его на мальчишке, заставив того вздрогнуть и съёжиться. Сайфер направился в его сторону, замечая, как с каждым его шагом шатен напрягается всё больше, сжимая в пальцах книгу и неуверенно поглядывая в его сторону. Мысли мальчишки тут же стали отвлечёнными, словно он специально заставлял себя думать о другом. Он что-то скрывает. Билл опустился в кресло напротив, окидывая взглядом стопку книг и бросил его в сторону мальчишки, открыто рассматривая книгу в его руках. «История Рима», том пятый, за авторством Теодора Моммзена, кажется, он даже помнит содержание. Ему всегда нравилось собирать подобные книги, наблюдать, как их авторы коверкают прошлое за неимением более подробной информации о нём, было действительно забавно. Рядом на столе обнаружился словарь латинских выражений. Билл еле сдержал усмешку, кажется, мальчишка надеется выучить этот язык, чтобы понимать его случайные фразы.        Билл расслабленно откинулся назад, наблюдая за мальчишкой. Тот нервно сглотнул, делая вид, что ничего не заметил и продолжил читать. Впрочем, глаза не двигались с места, рассматривая страницу, и лишь иногда украдкой перебегали в сторону, бросая короткий взгляд на демона. Билл не собирался уходить, не начинал диалог, просто рассматривая мальчишку. Было видно, как тот напряжён, обкусывая губы и старательно делая вид, что продолжает читать, и не замечает чужого присутствия. Впрочем, его хватило ненадолго. В конце концов, он сдался, отложив книгу в сторону, и неуверенно поднялся, собираясь уходить.        — И куда это ты направляешься? — протянул Билл, не отрывая взгляда от шатена. Тот мгновенно замер, замешкавшись, а затем обернулся, натянув на лицо улыбку.        — Я… устал, вот… поспать собирался… — ответил Диппер дрожащим голосом, сделав ещё шаг.        — Я тебе мешаю? — Билл умело изобразил удивление, склонив голову в сторону и приподняв брови. Мальчик тут же замотал головой, уверяя его, что не так. — Тогда почему же ты уходишь? Насколько я знаю, ты почти всегда спишь прямо здесь.        — Ну… это неудобно, — неуверенно ответил мальчик, топчась на месте. — Я подумал, что сегодня лучше нормально выспаться…        — Ах, понимаю, — Билл растянул губы в улыбке, и мальчик расслабленно выдохнул, собираясь продолжить свой путь, однако дверь в коридор неожиданно захлопнулась, запирая его внутри. — Именно поэтому ты решил пойти спать именно тогда, когда я пришёл навестить тебя.        — Нет, это п-просто… — Диппер не знал, как ответить, чтобы убедить мужчину. Он то и дело поглядывал на дверь, понимая, что так просто отсюда не выйдет. — Просто ты пришёл уже тогда, когда я собирался уходить.        — Как же так совпало? — состроив удивление и обиду, Билл едва сдерживал гнев. — Каждый раз, когда я прихожу, у тебя появляются неотложные дела… — мальчик активно закивал, убеждая, что всё так и есть. — Но в этот раз мне повезло больше! Я тоже устал и могу присоединиться к тебе, тебе ведь легче уснуть, когда я рядом?        — Я… — мальчик дёрнулся, не зная, что ответить. Он опустил взгляд, впиваясь ногтями в кожу, и лихорадочно обдумывал свой ответ. — Я с-сегодня собирался поспать один, так что…        — Я ненавижу ложь, — безэмоционально ответил Билл, окатив мальчишку холодным взглядом. — Меня ужасно раздражает, когда люди врут мне прямо в глаза, надеясь, что я не замечу этого.        Диппер моментально побледнел, застыв на месте. Все мысли и придуманные только что отговорки снесло волной страха и отчаяния. Он уже очень давно не видел этого ледяного взгляда и ужасно боялся увидеть его снова. Хотелось тут же извиняться и умолять простить его за ошибки, но мальчик не мог вымолвить ни слова. Билл не сводил с него взгляда, а затем щёлкнул, и Диппер почувствовал, как его тут же притянуло обратно к дивану. Мальчик плюхнулся напротив демона и словно примёрз к месту, не в силах пошевелиться, без шанса сбежать.        — Ответь мне, Сосна, я плохо обращался с тобой? — холодно спросил Билл, не отрывая взгляда от мальчишки. Тот удивлённо раскрыл глаза и тут же уверенно замотал головой. — Я причинял тебе боль, заставлял делать то, что тебе не нравится? — мальчик тихо ответил чёткое «нет», взволнованно перебирая край рубашки. — Тогда какова же причина того, что ты избегаешь меня?        — Я вовсе не… — Диппер мгновенно замолчал, стоило только демону кинуть на него взгляд. Мальчик просто не решился продолжать.        — Ты избегаешь меня, моего взгляда, моих прикосновений, — его раздражало это, ведь если бы мальчишка просто ответил ему, если бы назвал причину своего поведения, а не врал, он бы смог просто забыть об этом и простить его. Билл неожиданно сорвался на безумный хохот, заставив мальчика вздрогнуть и сжаться. — Считаешь меня монстром?        — Нет! Вовсе нет! — испуганно ответил Диппер, активно замотав головой. — Я никогда так не думал!        — Уже лучше, — хмыкнул Билл, довольный прогрессом. Мальчишка не испытывает отвращения, что уже было хорошо. Возможно, всему виной какое-нибудь нелепое недоразумение и можно было не волноваться. — Тогда назови причину своего поведения, и я забуду о твоём проступке.        — Я просто… — мальчик не ответил, просто отвёл взгляд, кусая губы и не продолжая фразу. Он не пытался соврать, но и не дал ответа, который успокоил бы демона. Он просто замолчал, принимая участь быть наказанным за своё поведение.        — Я разве прошу о чём-то сложном? — остывшая ярость снова разгоралась с каждой секундой молчания мальчишки. — Отвечай! — мальчик вздрогнул, но не дал ответа. — Если не ответишь сейчас же, я не пощажу твой разум и достану ответ на свой вопрос из твоей головы, наглый мальчишка!        — Не надо! — испуганно воскликнул Диппер, подняв руки в защитном жесте. — Я… я скажу сам…        Мальчик поднял обречённый, полный отчаяния взгляд на демона и тут же отвернулся, поджав дрожащие губы. Он медленно выдохнул, посильнее сжав в пальцах рубашку и подбадривая самого себя. Выжидательный и раздражённый взгляд демона ничуть не помогал и лишь отгонял его уверенность. Диппер на секунду зажмурился, словно надеясь, что когда он откроет глаза, всё исчезнет. К сожалению, его надеждам не суждено было сбыться, перед ним всё также сидел Билл, прожигая его ледяным взглядом и ожидая объяснений.        — Я… я не могу быть рядом с тобой, — осторожно начал Диппер, боясь, что демон прервёт его, но в то же время желая, чтобы это произошло и ему не пришлось продолжать. — Временно, думаю, что скоро это пройдёт…        — Это не объяснение, — прервал его Билл, одаривая хмурым взглядом, полным упрёка и раздражения. Мальчик тут же вздрогнул и отвёл взгляд, сжимая пальцы до побеления костяшек.        — Ты не понимаешь… — хотелось спрятаться от этого внимательного взгляда, мальчику хотелось просто исчезнуть. — Мне очень больно, я просто не могу… — заметив, что раздражение сменилось заинтересованностью и недоверием, он через силу заставил себя продолжить.  — На самом деле мне, наоборот, хочется находиться рядом с тобой, хочется смотреть на тебя, хотя бы издалека, я просто не могу себя удержать, — Диппер заставил себя поверить, что рядом никого нет, и он говорит сам с собой, потому что так было легче. — Мне больно от мысли, что на моём месте мог быть кто-то другой, что ты мог прикасаться к кому-то другому. Я постоянно хочу быть рядом, хочу сделать хоть что-то для тебя, хочу, чтобы ты смотрел только на меня, — мальчик уже не сдерживал себя, высказывая всё, что терзало его в последние дни.  — Я… я постоянно думаю о тебе, не могу сосредоточиться, на чём-то, потому что… в голове лишь мысли о том, что ты сейчас где-то в другом месте. Мне страшно от мысли, что если я исчезну, ты даже не заметишь этого. Я… я хочу сказать тебе что-нибудь, но все мысли мешаются, и я просто не могу произнести что-то внятное, — Диппер рассказывал взволнованно и быстро, запинаясь, потому что боялся остановиться, боялся поднять взгляд и разрушить иллюзию одиночества. — Когда ты говоришь, что недоволен мной, когда не обращаешь внимания, мне становится так больно, что хочется просто умереть. Мне страшно от мысли, что ты будешь н-ненавидеть меня, но… ещё страшнее, если ты просто забудешь обо мне… — мальчик резко вскочил, поднимая мокрые от слёз глаза и дрожащим голосом произнёс последние слова:  — Ты… ты мне нравишься, Билл, п-понимаешь? Не как друг или знакомый, а как… как обычно н-нравятся. Я… я не могу думать о чём-то другом, пытаюсь отвлечься, но не получается. М-может, если я буду реже видеть тебя, это пройдёт… — мальчик всхлипнул, стирая рукой всё льющиеся слёзы. Он не хотел признаваться, не хотел, чтобы Билл узнал об этом. Скрывал свои чувства, запирал их глубоко внутри, убеждая себя, что о них никто не узнает. — П-прости, пожалуйста, я… я не хотел, правда! Я… я просто н-ненормальный, понимаешь?        Билл застыл, неверяще рассматривая мальчишку перед ним. Он чувствовал, что тот не лжёт, но разве это могло быть правдой? Ещё недавно этот же мальчишка, потерявший память, с волнением рассказывал о своей любви к какой-то рыжей, а теперь со слезами признавался в любви ему. Билл едва сдержал расползающуюся по лицу довольную улыбку. Мальчишка не просто предан, он любит его, он готов на всё ради него. Чувства Соснового Деревца теперь принадлежат ему. Билл резко поднялся, хватая парня за запястье, и с грохотом повалил его на стол, нависая сверху.        — Т-ты не слышал? — испуганно спрашивал Диппер, упираясь руками в грудь мужчины. — Я странный! Тебе нельзя приближаться ко мне, иначе я… иначе это не пройдёт!        — И почему же ты странный? — ласково спросил демон и, к его удивлению, ему даже не пришлось изображать нежность в своём голосе. — Amor non est medicabilis herbis. Никто не вправе судить тебя за твою любовь, мой ангел.        Парень мгновенно затих, широко распахнув глаза и не сводя взгляда с лица демона. Он боялся, что во взгляде Билла вдруг появится ненависть и отвращение, но этого не происходило. «Тебе… тебе не противно?» — задыхаясь от волнения, спросил мальчик, боясь услышать ответ.        — Нет, конечно, глупое полено, — раздражённо ответил Билл, не понимая, почему мальчишка не видит очевидного. — Разве я могу испытывать отвращения к такой милой и наивной Сосенке?        Мальчик тут же смущённо отвёл взгляд, покраснев. Последние слова ему явно понравились, потому что уголки губ дрогнули, когда он попытался скрыть счастливую улыбку. Впрочем, мальчик тут же вернул свой взгляд, не сдержав вопрос, который продолжал терзать его, пока оставался невысказанным: «А что… что ты чувствуешь?»        — А ты сам посмотри, — ехидно улыбнулся Билл, прижавшись к мальчишке всем телом, и потёрся пахом о его бедро. Мальчик тут же удивлённо охнул, покраснев до самых кончиков ушей, когда почувствовал чужое возбуждение сквозь одежду. Билл в ответ на это растянул губы в ухмылке, прищурив единственный глаз, и горячо прошептал ему в самое ухо. — Учти, если ты сейчас попробуешь взять свои слова назад и сбежать, я, не раздумывая, изнасилую тебя на этом самом столе.        — А если… — Диппер смущённо отвёл взгляд, пытаясь успокоить бешеный ритм сердца. — Если я х-хочу этого… мне всё равно нужно попробовать сбежать?        Билл громко рассмеялся, заставив мальчика смутиться сильнее прежнего и запищать, отрицая свои слова. Глубоко внутри он волновался, что после его слов мальчишка испугается и сбежит, закроется от него. К счастью, чувства его Сосенки оказались сильнее испытываемого им страха. «Я и не знал, что у меня такая развратная Сосенка», — смеялся Билл, наблюдая за тем, как мальчишка закрывает красное лицо руками, уверяя, что его здесь нет, и это был не он.        Мальчик попытался выползти из-под демона, слишком смущённый, чтобы продолжать этот диалог. Он успел сделать лишь пару движений, остановленный внезапно успокоившимся демоном. Тот прижал мальчишку к столу, перехватив его запястья одной рукой и сжав подбородок другой. Заставив обратить на себя взгляд, Билл довольно улыбнулся, накинувшись на губы мальчишки властным поцелуем. Теперь Сосенка станет принадлежать ему полностью. Никто больше не сможет заполучить его, никто кроме него не увидит этих эмоций. Билл наслаждался поцелуем, несмотря на неопытность мальчишки, несмотря на то, что тот почти не отвечал, отдаваясь демону. Терзал его губы, в то время как рука потянулась к пуговицам рубашки, расстёгивая их одним движением. Теперь можно было не задумываться о своих действиях, теперь можно было сделать всё, о чём он так долго думал. Оторвавшись от искусанных губ, он медленно прошёлся языком вдоль шеи, а затем остановился, кусая бледную кожу.        Мальчик тут же охнул и дёрнулся, почувствовав несильную боль. Он опустил туманный взгляд на ухмыляющегося демона и, увидев любимое лицо, расслабленно откинулся назад, наслаждаясь его прикосновениями. Билл в свою очередь медленно спускался к ключицам, оставляя всё больше укусов и ярких меток на шее своей Сосенки. Пусть все знают, кому принадлежит этот мальчишка, а он уж точно постарается, чтобы эти следы не сходили ещё очень долго. Билл наслаждался тихими, рваными вдохами шатена, покрывая поцелуями его плечи. Ему нравилось приносить мальчишке удовольствие, потому что он мог ощутить его эмоции, почувствовать его наслаждение. Руки блуждали по хрупкому телу его Сосенки, и тот не останавливал их, лишь смущённо отводил взгляд и тихо постанывал, когда демон оказывался слишком близко. Пока парнишка всё больше погружался в туман, Билл играл с его телом как угодно, не забывая немного грубовато и сильнее подминать шатена под себя. Одарив мальчишку поцелуем, он вжал его в стол, упираясь до предела возбуждённым бугорком в штанах парню между разведённых ног.        — Билл… ох… п-постой! — сквозь тихий стон мальчик неожиданно дёрнулся, прервав демона. Билл тут же замер, не решаясь продолжить. Ещё рано? Деревце ещё не готов к такой близости? — М-может лучше на кровать?        Билл усмехнулся, едва не сорвавшись в громкий хохот снова. Этот мальчишка умеет поражать своими словами, когда от него меньше всего этого ожидаешь. И как ему это удаётся? Пайнс неловко заёрзал, собираясь повторить свой вопрос, но так и не успел этого сделать. Билл довольно улыбнулся и, подхватив удивлённо вскрикнувшего, невинного мальчишку на руки, понёс его в ближайшую спальню. Ему хватило пары шагов от библиотеки, дверь появилась перед ним сама собой и широко распахнулась, приглашая войти. Демон не стал тратить время на разглядывание комнаты, сразу же направившись к постели. Сбросив Пайнса на жалобно скрипнувшую кровать, он расслабил галстук-бабочку, швырнув его куда-то в сторону, и тут же опустился рядом с мальчишкой.        — Теперь доволен? — с ехидной ухмылкой спросил демон, нависая над ним. Мальчик тут же смущённо кивнул, не слишком жалея о сказанных словах. Он ведь не уточнял, что они будут делать на этой кровати? Он вполне мог предложить просто лечь спать вместе, а не заниматься… этим.        — Спокойной ночи? — сказал он, заставив демона перевести на него свой удивлённый взгляд. Заснуть теперь, конечно, будет сложно, но если что, он справится.        — Ну уж нет, — протянул Билл, осклабившись и уместив руки по обе стороны от шатена, не давая ни шанса на побег. — Так просто ты не отвертишься, Сосновое Деревце, я не дам тебе спокойно поспать этой ночью.        — Х-хорошо, — тихо прошептал Диппер, пряча красное от смущения и внутреннего жара лицо, и, к удивлению Билла, обхватил его шею руками и, приподнявшись, робко коснулся его губ.        Билл тут же сорвался, вжав мальчишку в постель и с увлечением продолжив покрывать его своими метками. Рука нежно легла на грудь парня, исследуя её, поглаживая нежную кожу, и двинулась в сторону. Диппер выдохнул горячий воздух, еле сдержав стон, когда пальцы сжали горошину соска. Это было непривычно, всё его тело подрагивало, каждое прикосновение демона словно обжигало, и ещё долго чувствовалось на коже. Мальчик опустил затуманенный взгляд, рассматривая поглаживающие его тело руки, и неожиданно остановил демона.        — Билл… — Диппер взглянул на его перчатки и больше не смог думать о чём-то другом. Неужели Биллу противно касаться его без них? Ему было всё равно, даже если сейчас он всё испортит своей просьбой, он просто не мог выкинуть это из своей головы. Он коснулся руки демона, едва забираясь пальцами под холодную кожу перчаток, и хрипло попросил, — пожалуйста, перчатки… сними их…        Билл удивлённо взглянул на него, а затем перевёл взгляд на свои руки. Это то, что так волнует мальчишку? Демон усмехнулся, уже просто устав удивляться. Сосенка не боялся их близости, не пытался сбежать, остановить его. Он просил снять чёртовы перчатки, чтобы чувствовать его настоящие прикосновения. Билл одним резким движением стянул их со своих рук, обнажая кожу. Он внимательно наблюдал за взглядом мальчишки и облегчённо выдохнул, не найдя там ничего, кроме любопытства и восхищения. Действительно, интересоваться было чем: фаланги его пальцев были чёрными, словно их окунули в краску и немного смазали края. Решив на этом не останавливаться, Билл расстегнул собственную рубашку, самодовольно ухмыльнувшись, когда заметил восторженный и немного завистливый взгляд мальчишки. В отличие от худого, хрупкого тельца Сосенки, его собственное тело было похоже на скульптуру, выточенную умелым мастером. Упругие мышцы приковывали внимание, хотя демон догадывался, что гораздо больше мальчишку поразили золотые татуировки, которыми был покрыт каждый сантиметр его тела.        Возбуждение, впрочем, быстро отвлекло его от посторонних мыслей. В узких брюках было невыносимо тесно, а перед ним лежало смущённое, с интересом разглядывающее его, решение этой проблемы — Сосновое Деревце. Он неожиданно мягко толкнул мальчишку обратно на кровать, плотно удерживая его на месте, чтобы тот и не подумал уворачиваться. Затем медленно и нежно провёл дорожку из поцелуев к животу, с удовольствием замечая возбуждение мальчишки, которое тот пытался скрыть, то и дело сводя ноги и ворочаясь на месте. Мужчина усмехнулся, руками спустившись ниже поясницы и рывком вплотную прижав к себе таз парня, медленно потираясь и склоняя голову к груди шатена. Тот едва слышно застонал и зарылся пальцами в золотые волосы демона, наслаждаясь новой волной удовольствия. Большего поощрения демону и не требовалось, чтобы он продолжил покрывать открытые участки кожи поцелуями, изредка оставляя яркие следы. Приглаживая живот Сосенки рукой, Билл спустился ниже, оттягивая край шортов, и принялся медленно стягивать их вниз. Мальчишка покраснел ещё сильнее, слабо сопротивляясь, но этого было мало, чтобы остановить демона и не позволить ему раздеть себя. Чужие ладони бережно накрыли его колени и начали потихоньку раздвигать их. Рука демона медленно прошлась по внутренней стороне бедра парнишки, и пальцы коснулись возбуждённой плоти.        — Нет, н-не трогай! — пропищал парень, не зная, куда себя деть от стыда. Не хватало ещё, чтобы Билл делал что-то настолько грязное… Он ведь просто не выдержит этого!        — Как скажешь, — ответил Билл, неожиданно растянув губы в ухмылке. — Я доведу тебя до предела, даже не касаясь его.        С этими словами демон припал к губам мальчишки, целуя грубо и быстро. Парень и не заметил, как в руках Билла появилась странная баночка, как мужчина окунул пальцы в вязкую жидкость. Парень судорожно сжимал ткань, с нетерпением ожидая, что же будет дальше. Успешно отвлекая Сосенку от неприятных ощущений, демон с новым усердием накинулся на губы мальчишки, отвлекая от своих действий. Тот лишь гулко простонал, привыкая к новым ощущениям внизу, и зажмурился, готовясь умереть от стыда. Он пытался скрыться от взгляда демона, но это не представлялось возможным в такой ситуации. Он мог лишь тихо постанывать, свыкаясь со странными ощущениями и ужасно смущающим положением, в то время как демон постепенно добавлял пальцы, едва сдерживая своё нетерпение.        Так медленно растягивать мальчишку было ужасно трудно. Хотелось сорваться, плюнуть на всё и ворваться в неподготовленное тело, срывая крики и стоны с губ партнёра. Его останавливала лишь отчётливая мысль о том, что у Сосенки это был первый раз, что он, по сути, ребёнок, не чувствовавший на себе прежде столь откровенных ласк. Он мог с лёгкостью испортить всё, принести ужасную боль своей Сосенке, и парень больше никогда не позволит сделать с собой подобное, никогда не ляжет с ним в одну постель.        Вынув, наконец, влажные пальцы, Сайфер отёр их о простыню, тихо щёлкая и освобождая себя от остальной одежды. Мальчишка под ним явно занервничал, ёрзая из стороны в сторону и пряча взгляд. Ему было страшно, ведь он не знал, что будет дальше, кусал истерзанные губы и старательно отводил взгляд, чтобы случайно не посмотреть на демона, а точнее на то, что находится чуть ниже живота.        — Деревце, — обратил на себя внимание Билл, отвлекая мальчишку. Он медленно наклонился и прошептал в самое ухо. — Скажи мне ещё раз, скажи, что ты чувствуешь, мой ангел.        — Я… — Диппер поднял взгляд на демона, утопая в янтарном зрачке его единственного глаза. Сквозь пелену наслаждения до него не сразу дошёл смысл просьбы демона, но он быстро понял, что от него хотят. — Я лю…        Парень вскрикнул, откинувшись назад и сжав в пальцах простыню. Демон ворвался в его тело неожиданно, резким и сильным толчком входя до конца, рыкнув и застонав от узости мальчишки. Пайнс болезненно простонал, закусив губу и закрываясь руками, чтобы скрыть проступившие слёзы. Это было больнее, чем он представлял, но он не хотел, чтобы Билл выходил из него. Даже если бы ему дали выбор и позволили отмотать время на час назад, он бы повторил каждое своё действие.        — Я люблю тебя… — хрипло просипел он, удивив демона, и был готов повторить это ещё сотни раз. Парень тут же почувствовал слабый толчок и сильнее сжал светлую ткань в своих пальцах. Его тело не принимало непрошеного гостя, болезненно сжималось, не принимая демона внутри себя.        — Чш-ш-ш, расслабься, — успокаивающе шептал Билл, ласково поглаживая лицо парня и мягко целуя его, пытаясь облегчить боль. — Всё хорошо, скоро станет легче.        Билл еле сдерживался, желая поскорее начать двигаться, столь долгожданна и прекрасна была узость желанного тела. Как же он желал сейчас выбивать из него отчаянные, полные наслаждения и боли крики, как хотел иметь его до тех пор, пока не насытится этим отзывчивым, неискушённым телом. Однако прекрасно понимал, что это принесёт удовольствие лишь ему. Повлажневшие глаза и дрожащие губы Сосенки отрезвляли, но не избавляли от этого желания, поэтому демон всё же не смог сдержаться, начиная медленные толчки. Парень дёрнулся в его руках и замер, напряжённо, изо всех сил зажмурившись. Он, впрочем, не смотря ни на что, не отталкивал мужчину, не просил остановиться.        Каждый толчок демона был аккуратен, но постепенно становился чуть быстрее, глубже, сильнее. Совсем скоро болезненные стоны сменились другими — протяжными и полными удовольствия. Сосенка пытался сдерживать их, зажимал рот руками и прятал глаза, стесняясь странных звуков, слетавших с его губ. Билл в ответ на это только рычал, толкаясь сильнее и глубже и отрывая руки мальчишки ото рта. Он желал слышать их, хотел, чтобы эти сладкие стоны заполнили каждый уголок этой комнаты и потекли дальше. Он восторженно вслушивался в них, получая неимоверное удовольствие от осознания, что эти прекрасные звуки услышит лишь он.        Услышав собственное имя, сорвавшееся с губ Сосенки, Билл мгновенно потерял голову, сорвавшись в бешеный темп. Он вбивал парня в матрац, с наслаждением выслушивая ответные стоны и вскрики. Его Сосновое Деревце не просил прекратить, вовсе нет, он умолял о большем. Цеплялся за демона и в полузабытье выкрикивал его имя. Мальчишка сдерживался изо всех сил, чувствуя, как неумолимо приближается разрядка. Он закрывал глаза руками, чувствуя, что больше не в силах терпеть. Пайнс выгнулся, громко простонал и вскрикнул, когда тело пронзило невероятное ощущение, что он никогда не испытывал. Тяжело дыша, он не сводил затуманенного взгляда с потолка. Мужчина же стиснул зубы и зарычал, с трудом сдержавшись, усмехнулся, опустив взгляд на приходящего в себя парня.        — Побереги… силы, Деревце, — хрипло произнёс демон, подхватив бёдра Сосенки и тихим стоном насадив его обратно. — Ночь ещё только началась…