To Find a Family

Без Сэма Дин никак не может ужиться в собственной квартире. Слишком тихо. Даже взрывные басы, крутящиеся по дерьмовому радио, не помогают - эхо, что отлетает от пустых стен только напоминает об отсутствии Сэма. Поэтому Дин делает единственное, что приходит ему в голову - выходит за бутылкой Дэнниэлса. Он вступор напивается на диване, наконец, прогоняя прочь пустые домыслы, заменив их блаженной темнотой беспамятства. Конечно, это работает до поры, до времени. Дин просыпается на следующий день с чувством куда более ужасным от осознания, что потратил время и деньги на алкоголь вместо того, чтобы найти способ вернуть Сэмми. Он выпутывается из клубка одеял; проклятия так и звенят в его голове, разбавляемые собственной глупостью. Один взгляд на квартиру, и его замешательство превращается в гнев. Как, чёрт побери, он позволил себе такой беспорядок? Несмотря на похмелье, Дина разрывала ярость. Он был зол на себя, что потерял работу, сердился на Наоми за то, что для визита из всех недель она выбрала именно эту, ненавидел весь мир, потому что не знал, как ему со всем этим управиться. Ему больше некуда было девать избыток энергии, кроме как на уборку квартиры, приводя её даже в лучший вид, чем до этого. Как он принял душ, было уже почти под полночь. Дин падает на кровать и долго смотрит в потолок, он настроен решительно. Буря внутри уже стихла, и Дин направил мысли только на одно: он вернёт назад своего братишку. *** К сожалению, как оказалось, отчаянная решимость его не покинула. Дин проводит следующие несколько дней в поисках работы и ещё пару дней на собеседованиях. Увы, недостатка продавцов или механиков не было, и все те люди, с которыми он знакомился, казались достаточно любезными, но они все его динамили, один за другим. Растерянность и разочарование выматывают похлеще Ада, но Дин, наконец, берёт перерыв после своего собеседования - восьмого за эти сутки, - когда весёленький механик посылает его, только лишь поинтересовавшись его именем и предыдущим местом работы. - Хорошо, а если на чистоту, - выпалил Дин. - Почему не берёте? Мужчина выглядел слегка сбитым с толку. - Очень жаль, мистер Винчестер, но мне кажется, вы не подходите для этой должности. - Как, чёрт возьми, вы смогли это определить, посмотрев только на моё имя и последнее место работы? - парировал Дин. - Мужик, у меня есть квалификация и солидный стаж. Я с шестнадцати лет пахал в гаражах - всегда был высоким и легко пролезал под капот, - так что же делает меня "неподходящим для этой должности"? Начальник - приветливый, опрятный старикан - снимает очки и трёт глаза, после переводя взгляд на Дина. - Не буду отрицать, что вы квалифицированы для работы, мистер Винчестер, - говорит он. - Но я получил письмо от вашего прежнего работодателя со слегка... настораживающей информацией. - Настораживающей? Чёрт, что это значит? - требует Дин. - Я был проинформирован о том, что, в то время как у вас есть квалификация, ваша работа нерегулярна и ваше отношение к ней делает вас довольно "проблематичным" работником. Я не скажу, что этого в тебе не заметил, сынок, - говорит человек, указывая на руки Дина, гневно сжатые в кулаки на столе. - Да ведь... - Дин осекается, расстроенно вздыхая и заставляя свои руки расслабиться, отказываясь от попыток оспорить слова. - Спасибо, что уделили мне время, - говорит он незадолго до выхода из назойливого заведения. Негодование нахлынуло, когда Дин уже был за рулём Импалы. Он не мог поверить, что Дик Роман так далеко зашёл и предупредил все другие предприятия в городе о своём бывшем проблематичном работнике. Он был здоровским работником в автосалоне Романа, и ему чертовски нравилась та работа. - Какого хрена?! - срывается Дин и ударяет кулаками по рулю. Он извиняется перед машиной и понимает, что нужно расслабиться - пытаясь успокоить свои руки, кладёт их на приборную панель автомобиля, и его внутреннее "я" - единственое, что остаётся в негодовании. Стерпев поражение, он едет домой. Ему нужны пиво и сон. Завтра он пойдёт на встречу с Диком Романом. *** Дин просыпается на следующее утро с ощущением страха, уже заполонившего весь желудок. Он должен вернуться в свой старый салон и поговорить с Диком, должен попытаться сделать хоть что-нибудь, что могло бы заставить бывшего босса вычеркнуть его из чёрного списка каждого заведения в городе. Тем не менее, это не кажется такой уж лёгкой задачей, он не мог просто встать с постели и действительно пойти и сделать то, что задумал. Через какое-то время Дин заезжает на стоянку в гараже Романа; кажется, тревожный ком переместился из желудка в его горло. Он пытается проглотить его, проходя через двери приёмной, явно ожидая, что он без колебаний исчезнет. На пути в офис Романа он проходит мимо комнаты отдыха, встречая нескольких бывших коллег, но ни один из них даже не поздоровался. С чего бы они так? Конечно, Дин ни с кем из них не был достаточно близко знаком, несмотря на то, что проработал здесь целый год. Спускаясь в стерильный белый коридор, Дин вспомнил, насколько ненавистно ему это место. Конечно, это не сравнимо с тем, насколько он ненавидит Дика Романа. Дин заходит в офис, разыскивая бывшего босса, а тот, как оказалось, уже дожидался его, встречая своей обычной самодовольной улыбочкой. Дин делает всё, что в его силах, пытаясь сдержать себя от удара в его самодовольную физиономию. - Мистер Винчестер! - неискренне дружелюбным тоном приветствует Дик, также фальшиво улыбаясь. - Чем я могу помочь? А лучше, он мог бы пойти и начистить самому себе морду, нежели торчать здесь и "мило" беседовать с Диком; и Дин стиснул зубы, чтобы не ляпнуть чего лишнего, например, это самое. - Мистер Роман, - выдаёт он. - не могли бы вы оказать услугу и перестать лгать обо мне другим работодателям. Дик откидывается на спинку кресла, каким-то образом улыбаясь ещё шире. - Так с чего бы мне это делать? Дин просто молчит и неотрывно смотрит на него пару секунд, раздумывая над своим ответом. - Потому что так поступают все порядочные люди? - под конец выпаливает он. - О, Дин, - проговаривает Дик, - в бизнесе нет ничего порядочного. И что я получу взамен на твоё предложение? Я могу помочь тебе, а хотя... да, я мог бы нанять тебя обратно, если ты, конечно, захочешь. Я полагаю, это единственное, что тебе остаётся на случай, если никто другой не захочет иметь с тобой дело, ведь так? Дин не может поверить в то, что слышит. - В чём подвох? - спрашивает он недоверчиво, полностью теряя свою хладнокровность. - Что за хрень? Вы же меня уволили. - А-аа, - предупреждает Дик, - почему ты не веришь, что кто-то может совершенно бескорыстно что-нибудь для тебя сделать? А быть может, я просто решил тебя нанять, потому что это проще, чем пытаться найти нового работника? Проводить собеседования не очень-то весело, улавливаешь? - Дик усаживается ровнее, протягивает руку к столу, и тянется к папке, открывает её на нужной странице и показывает Дину. - Правда мы должны будем немного подкорректировать твою зарплату и трудовые часы, исходя из... Ярость внутри закипает, и Дин наклоняется вперёд. - Немного? - он почти кричит. - Половина из того, что я отрабатывал раньше - немного?! А это ведь даже не минимальная оплата труда. Охренеть, это вообще законно? Дик пожимает плечами. - Всё, что могу предложить, Дин. Как ни как, больше, чем ты получишь от других работодателей, да? - он обращает равнодушное внимание на другой документ на своём столе. - Тебе выбирать, Дин: примешь предложение или отклонишь. - Ну уж нет, - фыркает Дин, сердито отталкиваясь от своего стула. - Спасибо, Дик. - Кстати, - голос Дика останавливает его на пути к выходу из кабинета, - ты удивишься, но я не только сотрудничаю со многими заведениями в городе. Удачи в поиске работы механика где бы там ни было. Дин оборачивается и с открытым ртом прожигает взглядом своего бывшего босса. - Зачем, блин, вы это делаете? Дик просто пожимает плечами, зло усмехаясь, и парирует равнодушным тоном: - Бизнес, мистер Винчестер. Всего лишь... бизнес. Дин осекается, чтобы не сказать ему, куда он может засунуть свой бизнес, и замечает охранника, наблюдавшего за ним из-за дверного проёма. Ему арест не нужен. Сколь бы велико не было искушение оставить за собой последнее слово, он сохранит своё достоинство и быстро ретируется из здания. На полпути к своей машине он понимает, что Дик не просто сокрушил его последний шанс на другую работу в сфере механики. Чёрт возьми, что ему вообще делать? *** На следующее утро после кошмара Сэма, в их отношениях что-то меняется. Когда Сэм выходит из своей спальни прямиком на кухню, тихо забравшись на стул, ставший его местом, Кастиэль уж подготовился к очередной, молчаливой утренней рутине. Однако, когда он ставит завтрак у Сэма перед носом, мальчик смотрит ему в глаза и даже не прерывает зрительного контакта. - Спасибо, - бормочет он. Так тихо, но приветливо, теплее, чем всё, что тот говорил ему раньше. - На здоровье, Сэм, - искренне отвечает Кастиэль, осторожно улыбаясь, и присаживается на своё место. Они едят молча, как и всегда, но это молчание не казалось неловким или напряжённым, к коему Кастиэль привык за всё время пребывания Сэма в его доме. А ещё, когда он поедал свой завтрак - яйца и тосты, - его обычно ссутуленные плечи были куда расслабленнее, чем раньше. Позавтракав, Кастиэль думал, Сэм, как и всегда, заляжет на диван, проведя весь день за просмотром телевизора. Вместо этого он медлил, неуютно переминаясь на своём стуле. - Сэм, - Кастиэль пытался что-нибудь предпринять, - всё в порядке? Сэм рывком кивает. - Можно я, мм... Я хочу принять ванну, - выпаливает он, нервно взглянув на Кастиэля так, словно бы спрашивая у него о чём-то безумном. - О, конечно, - Кастиэль пытается его успокоить. - Ну, тогда я всё подготовлю? - он ведёт Сэма в ванную, настраивает воду и достаёт из шкафа запасное полотенце и детский шампунь. - У меня нет никаких игрушек для ванны или чего-то типа того, - извиняется он, - но если ты захочешь, мы могли бы потом их купить. Сэм лишь недоверчиво поглядывает на него, как будто он говорил о чём-то запретном, и Кастиэль понимает, что у ребёнка могло и не быть вовсе такой роскоши, как игрушка для купания. Он поклялся, что приобретёт хотя бы одну уже в ближайший срок. - Ладно, - произносит он, выкидывая все прочие мысли из своей головы, - хорошо, я тебя оставлю, ну, личная жизнь там... Но мне было бы спокойнее, оставив дверь немного приоткрытой, чтобы я знал, что с тобой всё порядке. Сэм, с тобой ведь всё хорошо? Мальчишка кивает с облегчением от того, что Кастиэль не будет торчать тут вместе с ним. - Я просто... я буду здесь, а ты, - говорит ему Кас, выходя из ванной. - крикни, если тебе что-нибудь понадобится. Он идёт на кухню и завтракает с улыбкой на лице. Кажется, Сэм, наконец, начинает хоть немного ему доверять. *** Кастиэль ожидал, что Сэм просидит в ванной около часа - в конце концов, маленькие дети любят подолгу купаться, - но через пятнадцать минут он идёт мыть посуду и вздрагивает от неожиданности, когда на глаза ему попадается Сэм, мирно дожидавшийся чего-то позади него. Мальчик завернулся в слишком большое для него полотенце, и его края ненужными лохмотьями болтались по полу. - Я не могу найти свою одежду, - говорит он Кастиэлю. - О. Прости, Сэм, я не знал, чистая она или грязная, поэтому постирал всё в тот же день, когда ты сюда приехал. Одежда до сих пор в сушилке, - объясняет он, вытирая руки, а потом следует по коридору, - Иди за мной. Сэм ничего не говорит в ответ, но Кастиэль слышит шлёпанье влажных ножек по паркету. Внутри него разлилась какая-то неожиданная теплота и затопила его грудь. Он показывает Сэму где стиральная машина и сушилка, и где следует оставлять грязную одежду на случай, если он хочет её постирать, а потом помогает мальчику вытащить из сушилки пару измятых пижам. Он склонился к Сэму, а мальчик отвернулся, собираясь вернуться в свою комнату, его полотенце немного соскользнуло вниз когда он шёл, оголяя тонкие плечи Сэма так, что Кастиэль успел разглядеть чёткие полосы на коже. Он видел перед собой красные отметины. Эти шрамы напоминали ожоги от сигарет, а в некоторых местах кожа была расщеплена, словно от ударов кулаком или ремнём. Он достаточно долго работал в отделении неотложной помощи по уходу за детьми, подростками и даже взрослыми людьми, и не раз встречался со схожими шрамами. Но он никогда не видел такое количество рубцов от шрамов на ком-то столь молодом. Каким нужно быть монстром, чтобы бить малыша? Все кусочки складываются в цельную картину - "тяжёлые времена", упомянутые Наоми, ночные кошмары Сэма, то, как мальчик отшатнулся от прикосновения - и это злит Кастиэля, приводит его в ярость. Кастиэль задаётся вопросом, что тот человек мог ещё сотворить с ребёнком; насколько злым надо быть, чтобы позволить причинять такую ​​боль своему малышу, собственной плоти и крови. Он также интересовался, сколько времени потребовалось мальчику, чтобы вырваться из подобной ситуации, которая так его травмировала, что он перестал доверять людям. Единственное, что закаляло его ярость на чувство благодарности - тот факт, что Сэм уже не с тем, кто сотворил с ним всё это, и что у Кастиэля есть шанс подарить Сэму заботу, которой явно не хватало ему в своей недолгой жизни. *** Остальную часть недели Дин тратит на безделье, попусту пытаясь найти работу. После провала с Диком Романом, он отказался даже от попыток найти какую-либо работу в области механики. К сожалению, многого не добиться лишь с дипломом об окончании средней школы и неполной магистратурой. Он ограничивает список вакансий до минимальных по заработной плате, которых, в свою очередь, не так-то много. Со столь большим количеством школьников, работающих на тех же самых работах, все звонки Дина оканчивались доводом, что они больше не ищут работников, лучше перезвонить в июне. К выходным Дин уже готов был драть с себя волосы. Он осушил свою бутылку Джека в тот же день, когда и купил, и не сумел оправдать расходы со своими-то скудными сбережениями. Без алкоголя Дин несколько дней не мог как-следует поспать, и он устал. Единственный лучик света - тот факт, что он увидит Сэма уже в воскресенье, но даже то разочаровывало. Он продолжал слышать в голове своё же обещание, что скоро вернёт Сэмми домой, а с неудачей в поисках работы, он понятия не имел, как его сдержать. Но несмотря на весь стресс, ему всё равно придётся храбриться перед лицом младшего братишки. И несмотря на то, что из-за волнения он всю ночь то и делал, что ворочался, да крутился, он вскакивает с постели в воскресное утро, чтобы придумать, как бы справить те короткие пару часов, что они проведут вместе с Сэмом. *** В воскресенье утром, Кастиэль и Сэм осознают, что стали чувствовать себя намного комфортнее, чем в течение первых нескольких дней. Сэм выбегает из своей комнаты, когда Кастиэль выставляет завтрак на столешницу, и оба садятся за стол. Они больше не едят в тишине; вместо этого Кастиэль начинает задавать Сэму вопросы, пытаясь получше узнать мальчика. Сегодня он не мог не приметить, что Сэм, кажется, улыбался чуть шире, чем обычно, когда подскакивал за своей едой. - Что ж тебе сегодня так весело? - спросил Кастиэль. Сэм смотрел на Кастиэля так, словно тот и без объяснения должен был уже догадаться. - Сегодня воскресенье, - глядя на замешательство Кастиэля, Сэм сбивается. - Воскресный день посещения, ну? - Да, верно, - отвечает Кастиэль, все ещё в смущении, - И ты так волнуешься, потому что...? - Он не понимал, отчего Сэм был взволнован встречей с тем, кто позаботился о нём так, что его пришлось забрать; как Сэм мог улыбаться, зная, что вновь увидит монстра, нанёсшего ему эти увечья. Но Сэм просто уставился на него, как на идиота. - Ну и что с того, Кастиэль, - произносит он, и, несмотря на его смятение, то, как Сэм произносит его имя, слегка спотыкаясь на согласных, заставляет улыбнуться. - С чего бы мне не радоваться? Кастиэль очень тщательно подбирает следующие слова: - Ну, просто Наоми объяснила, что у тебя были... трудные времена, прежде чем ты попал сюда, и твой... - Это не его вина! - спорил Сэм, улыбка постепенно блекла на его лице. - Он просто очень много работает, и сильно переживает, но он обо мне заботится, он ведь меня любит! Кастиэль смотрел на разгорячённого мальчика. Он слышал эти же самые слова и раньше, от супругов, оскорблённых партнёрами, но никогда не ожидал услышать нечто подобное от пятилетнего ребёнка. Он решил, что, наверное, лучше пока оставить эту тему. - Сэм, прости, - говорит он, успокаивающе протягивая руки. - Я, наверное, неправильно понял. Сэм резко кивает, но, похоже, легко успокаивается, как и все дети, а Кастиэль почти выдыхает от облегчения. Вместо этого он спрашивает Сэма о любимом предмете в школе. Однако, их разговор его не покидает, и когда через некоторое время звонит звонок в дверь, он просит Сэма ненадолго посидеть в своей комнате. - Но почему? - жалуется Сэм. - Я просто хочу обсудить кое-что с твоим... - пытается объяснить Кастиэль, обрываясь, когда взгляд Сэма начинает мрачнеть. - Это, мм, просто взрослый разговор, - продолжает он. - Угу, ладно, - бормочет Сэм и плюхается на кровать, чтобы переждать то время. - Спасибо, Сэм, - говорит Кастиэль. - Я вернусь за тобой, когда мы закончим. Он закрывает за собой дверь, позволяя своей улыбке померкнуть, и берёт себя в руки, пробираясь в прихожую и открывая входную дверь. Пришло время дать Сэму, так называемый, родительский контроль. *** Дин подпевает радио, подъезжая к более ухоженной части города, и счастливо барабанит по рулю. Несмотря на всё, с чем ему пришлось столкнуться на прошлой неделе, тот факт, что сегодня он встретится с Сэмом, приподнимал ему настроение. Он до сих пор понятия не имеет, как вернуть младшего брата, но только об этом всё время и думает. Сегодня он просто повидает Сэмми, убедится, что с ним всё хорошо, и что он знает, что Дин его не бросил. Нервы начали сдавать, когда Дин приехал по выданному адресу. Небольшой дом - особенно по сравнению с остальной частью улицы - но за ним явно ухаживали. Что-то в желудке Дина скрутилось от мысли, что он никогда не сможет позволить себе и Сэму проживание в подобном месте. Он вытесняет эту мысль из головы и натягивает на лицо улыбку, вылезая из машины, после чего следует вперёд по улице. Сейчас он мог надеяться только на то, что у Сэма всё хорошо, и что приёмная семья, в которую он попал - хорошие люди. *** Кастиэль, бегло осмотрев посетителя, убеждается, что мужчина, стоящий по другую сторону двери, оправдывает все его ожидания - потёртые ботинки, рваные и с жирными пятнами джинсы, поношенная рубашка - пока он не добирается до его лица. Он куда моложе, чем ожидал Кастиэль и - что самое возмутительное, - слишком красив. Что лишь подпитывает гнев Кастиэля. Среди обидчиков, с коими ему приходилось сталкиваться, работая в больнице, всегда находились привлекательные, кто с наибольшей вероятностью выпутывались из неприятностей. Поэтому он и не отвечает на улыбку мужчины, вместо этого крепко сжимая губы и скрещивая руки в замок. - Приветик. Я Дин, - приветствует тот, вытягивая шею в попытках заглянуть внутрь квартиры. - Где Сэмми? - Я хотел переговорить с тобой, прежде чем ты его увидишь, - говорит Кастиэль, неохотно позволяя Дину войти и ведя его на кухню. - Что-нибудь случилось? - спрашивает Дин, и озабоченность всё-таки просачивается в тон его голоса. - Что-то здесь неладно, - выговаривает Кастиэль, бросая взгляд на другого мужчину. - Я просто считаю категорически неправильным, что тебе вообще разрешили навещать Сэма. - Что, чёрт возьми, заставило тебя такое ляпнуть? - Дин был шокирован. - Ты не можешь запретить мне с ним видеться! Наоми дала мне все разрешения. - Мне просто кажется это до возмутимости нелепым, - усмехается Кастиэль. - Как кто-то вообще может сохранить на это право, после того, как вытворял те гнусные вещи, я понять не могу. - Гнусные вещи? - Дин явно свирепствовал, и он сделал шаг, нарушая личное пространство Кастиэля, чтобы посмотреть на него в упор. - О чём ты, чёрт возьми, говоришь? - Дин, я видел шрамы, - огрызается Кастиэль, отказываясь отступать, несмотря на то, что сейчас над ним навис Дин. - Какой человек будет так обращаться со своим ребёнком... - Воу-воу, остановись! - Дин вытягивает руку, тем самым прерывая Кастиэля. Что-то вроде понимания мелькает на его лице, и он отступает, чтобы объясниться. - Ну, во-первых, Сэмми не мой сын, ясно? Он мой брат. Это потрясает Кастиэля. А он ведь предпологал, что Сэм просто пытался выгородить своих родителей - или, по крайней мере, родителя. В его желудке замирает странное ощущение, когда он осознаёт, что очень неправильно истолковал всю ситуацию. Дин не дает ему возможности ответить, кажется, вновь переполняемый гневом, который тщетно пытался утихомирить. - И во-вторых, те... те чёртовы побои нанёс не я. Это любезный подарок нашего дорогого папаши, который был достаточно великодушен оставить и мне парочку - так, на всякий - когда я узнал о происходящем, - выговаривает он, и его гнев исчезает, превращаясь в горечь. А потом он отдёргивает вверх подол своей рубашки, показывая большой, зарубцованный шрам, проходящий через весь его правый бок. Кастиэль замер и не отмер даже тогда, когда Дин опустил рубашку, чтобы прикрыть шрам. Его охватывало множество эмоций - он был смущён за ложные обвинения, всё ещё зол на обидчика Сэма и, прежде всего, сожалел о своём отношении к Дину. - Я... боже, Дин, прости пожалуйста, - бормочет он, смущённо взъерошивая волосы. - Я просто... я видел шрамы Сэма, и мне не впервой видеть следы насилия, я, вообще-то, постоянно их вижу в неотложке, я там работаю. И Наоми сказала, что ему было тяжко в последнее время, из-за этого я просто подумал... - он умоляюще посмотрел на Дина, в надежде, что не до конца потерял любой шанс на хорошие отношения с опекуном приёмного ребёнка. - Мы ведь можем забыть обо всём и начать с начала? *** Какая-то его часть пришла в бешенство от заданного вопроса, другая насмехалась над перспективой "начать всё с начала" с человеком, предпологавшим, что ему ничего не стоит избить ребёнка. Но другая часть Дина, слава Богу, более главенствующая, почти ликовала от реакции того мужчины, утверждавших его гнев, как подлинную заботу о Сэме. И разве он не с этого собирался начать? - Пожалуй, - выдыхает Дин и пытается свести свой гнев на нет, прежде, чем протянуть руку. - Дин Винчестер, приятно познакомиться. Мужчина робко улыбается, но протягивает руку, чтобы поздороваться с Дином. - Кастиэль Новак. Далее, после того, как они потянули назад свои руки, между ними повисло неловкое молчание, как обычно бывает, когда люди не знают, что сказать. - Так, эмм, - Дин попытался что-то предпринять, - минуту назад ты говорил о неотложке. Кас, ты врач? - когда он поинтересовался, он вообще даже не думал о Докторе Секси, и вовсе не представлял Кастиэля – который, по правде говоря, был чертовски привлекательным, когда не смотрел на Дина так, словно хочет стереть его с лица Земли – в халате и ковбойских сапогах. - Я медбрат, - поправил Кас, в миг развеяв все фантазии Дина. - Мне объяснили, что именно поэтому они и решили передать Сэма мне, учитывая, что он болеет астмой, а ещё и гриппом, от которого он, кстати, уже вылечился. - Отлично, - говорит Дин, и он на самом деле это и имеет в виду. - Как он себя чувствует? - Ему куда лучше. Знаешь, он целый день не мог нарадоваться, что наконец тебя увидит. Давай я схожу за ним? - Кас поворачивает голову в сторону комнаты Сэма. Рука Дина дёрнулась прежде, чем он успел хорошенько это обдумать, и опустилась на плечо, прерывая все движения Каса. Тот повернулся и недоуменно уставился на него своими голубыми глазами. - Ты не против, если я... если я устрою ему сюрприз? Кас улыбнулся доброй и широкой улыбкой. - Конечно, - он указывает рукой в сторону, прежде чем тот успевает двинуться. - Вторая дверь слева. *** Кастиэль наблюдает, как Дин тихо и бесшумно, пытаясь заглушить собственные шаги по деревянному полу, подходит к двери в комнату брата. И всё это - юношеская игривость на лице другого парня, искры в его глазах, которые загорались, несмотря на мешки под ними - заставляло Кастиэля следовать за ним с той же осторожностью. Дин постучал в дверь и дождался приглушенного лепета Сэма: “войдите”, затем распахнул дверь и, улыбаясь, раскинул руки. - Приветик, Сэмми. Успел соскучиться? После чего из комнаты последовал громкий восклик “Дин!”, и неожиданно выбежал Сэм, повиснув на руках своего брата. Всё это время Кастиэль со стороны наблюдал за их приветствием, яркими улыбками и братским подначиванием, самому себе удивляясь, как можно было подумать, что этот человек - монстр. *** После всего, Дин задерживается ещё на пару часов, Сэм, решил, что они обязательно должны посмотреть фильм. Кастиэль оставляет их наедине, а сам уходит в комнату вместе с книгой. Звуки смеха и киноэффектов доносились из другой комнаты, под конец убаюкивая, но ненадолго, его будит неуверенный стук в дверь. - Ммм? - бормочет он уже сонный. Дин просовывает свою голову в дверной проём. - Эй, Кас. Сэмми уснул, думаю, мне пора домой. - О, - произносит Кастиэль, поднимаясь на ноги, и спотыкается, подходя к открытой двери. - Хорошо. Давай я провожу тебя. В уютной тишине они подходят к входной двери. Накинув куртку, Дин расправляет её на плечах и поворачивается к Кастиэлю. - Хочу сказать спасибо, - говорит он, - за то, что позволил мне и Сэмми побыть вместе. Я даже не могу передать словами, насколько это для меня важно. Кастиэль улыбается. - Не стоит благодарности, Дин. Жаль, что у нас было такое... непростое знакомство. Ты прекрасно с ним ладишь, и ты явно его очень любишь. Дин пожимает плечами, но крошечная улыбка расплывается на его лице, и он потирает спину. - Да уж, я так скучаю по мелкому, ты не представляешь. Дома без него как не в своей тарелке. Любопытство Кастиэля пересиливает, и следующие слова срываются с губ, кажется, несогласованно с ним самим. - Если не возражаешь, мне интересно, как его у тебя забрали? Ты, кажется, вполне способен о нём позаботиться, - он мысленно даёт себе пинка, когда замечает, что улыбка Дина кривится, превращаясь в болезненную гримасу. - Ага, - бормочет Дин, не поднимая глаз. - Скажи это детской опеке. - Прости, Дин, - сыпет извинениями Кастиэль, - Я не хочу вмешиваться. - Нет, всё нормально. Просто немного неприятно. Ну, на твоём месте мне тоже хотелось бы знать, что случилось, - говорит Дин и тяжко вздыхает, поднимая взгляд посмотреть на Кастиэля. - Я потерял Сэмми из-за своего увольнения. - Тебя... уволили? - говорит Кастиэль, пытаясь понять, с чего это вообще является преступлением. - Это... вообще... что?? - И не говори, - фыркает Дин, горько усмехаясь, прежде чем объясниться: - Увы, мне точно не удастся законно забрать Сэмми себе после всего, что случилось с моим отцом. Незадолго до того, как поселиться здесь, мы частенько переезжали, ну, и Служба Опеки была не слишком довольна тем, что я не оповестил их раньше, в особенности из-за того, что формально мой отец всё ещё имеет родительские права. Поэтому, одно из условий содержания Сэмми заключается в том, что я должен обеспечивать стабильные условия проживания, что означает, иметь постоянную работу. Я за день лишился обеих, как видишь, - он машет рукой в сторону Кастиэля. - Я заберу его обратно, как только найду работу. Кастиэль был всё ещё шокирован тем, что этих двух братьев разлучили по столь банальной причине. Что ещё больше огорчает, так это то, что его слова звучат искренне. - Надеюсь, уже вскоре ты найдёшь работу. - Спасибо, Кас, - Дин повернулся, чтобы уйти, но остановился на полпути к двери и обернулся к Кастиэлю. - Не возражаешь, если я оставлю тебе свой номер? Ты сможешь, мм, сообщать мне как у него дела, ну или позвонить, если с ним что-нибудь случится? Кастиэль улыбнулся. - Конечно, Дин. *** Когда Кастиэль забил в мобильник номер Дина - и продиктовал ему свой, так, на всякий случай - он даже не подозревал, что тот ему вскоре пригодится. Но когда Сэм с криками просыпается той ночью, абсолютно безутешный и с ужасом на лице, Кастиэлю ничего лучше не приходит в голову. И он звонит Дину. - Кас? - голос Дина был сонным, грубым, но бдительным. - Что случилось? - Сэму приснился кошмар, и я никак не могу его успокоить. Прости, что звоню так поздно, я просто не знаю, что ещё делать. Дин вздыхает. - Всё в порядке, чувак. Кошмары частенько снятся, это ужасно, я понимаю. Можешь, мм... включить громкую связь что ли, ну или ещё что придумать, чтобы я с ним поболтал? - Конечно, - произносит он, прибавляя звук, и присаживается на кровать Сэма. Мальчик сидит с поджатыми коленями, спрятанным в сплетении рук лицом, свернувшись в клубочек, словно отказываясь на что-либо обращать внимание. - Сэмми? - голос Дина, кажется, его отвлекает, и он поднимает голову. - Дин? - его голос звучит скрипуче и глухо из-за слёз. - Да-да, это я, приятель. Кас сказал, тебе приснился страшный сон? - Угу-у, - Сэм кивает, и его глаза наливаются слезами, а голос срывается на писк. - Там был папа, и он нашёл нас, он забрал тебя и... - Воу, эй, Сэмми! - голос Дина прерывает панический лепет брата: - Это был всего-навсего сон, малыш, ты мне веришь? Я здесь, рядом с тобой Кас, и папа никогда нас не найдёт, понял? Ты ведь знаешь, я всегда буду тебя защищать. - Но Дин, - фыркнул Сэм, - тебя ведь здесь даже нет. Почему ты не со мной? Когда в следующей момент Дин берёт короткую паузу, сердце Кастиэля разбивается, всё ещё неспособное поверить, что кто-то разделил этих двоих. - Я... мне нужно кое-что уладить, Сэм, - говорит Дин, и Кастиэль может расслышать боль, которую тот пытается скрыть. - Но как только я закончу, я обещаю, мы снова будем вместе. А пока с тобой побудет Кас, хорошо? Сэм замирает, уставившись на телефон, будто может залезть внутрь и оттуда перевести взгляд на Кастиэля. - Да, - говорит он Дину. - Отлично, он хорошенько за тобой присмотрит. Верно, Кас? - Точно, - заверяет их Кастиэль, прежде чем повернуться к Винчестеру, сидевшему перед ним. - Сэм, я обещаю, клянусь, что буду тебя оберегать. - Видишь, приятель, - говорит Дин, - с тобой всё будет в порядке. Ты мне веришь? - Угу, - Сэм, похоже, осознав это, разворачивается, чтобы откинуться назад и смахнуть слёзы с глаз. - Дин? - спрашивает он. - Да, Сэмми? - Ты споёшь мне перед сном? Кастиэль, кажется, может даже расслышать улыбку Дина на том конце провода, когда тот соглашается, и он решает оставить братьев наедине. Но как только он встает с кровати, рука хватается за подол его пижамной рубашки. - Кастиэль, - протестует Сэм. - Ты должен уложить меня в спать, потому что здесь нет Дина. - Я? - Ага, - Дин соглашается через трубку. - Только убедись, что по краям ты подоткнул одеялко достаточно плотно и более, чем надёжно, чтобы увериться, что монстры его не сцапают. Правда, Сэмми? Сэм серьёзно кивает, глядя на Кастиэля. - Правда, Дин. - Я сделаю всё возможное, - сообщает им Кастиэль, натягивая одеяло вокруг и заправляя все края, словно бы Сэм - буррито. Пока он это делал, Дин начал запевать с другого конца трубки: - Хэй, Джуд, смени аккорд, грустной песне не дай распеться. Запомни: до сердца песня дойдёт, если пройдёт песня сквозь сердце...* Когда он закончил, Сэм уже провалился в сон, уютно завёрнутый в кучку одеял. Кастиэль взял телефон с подушки Сэма, выключил громкую связь и вышел из комнаты. - Он спит? - тихо интересуется Дин. - Да, - говорит Кастиэль. - Спасибо, Дин. - Нет проблем, чувак. Позаботься о Сэмми, пока меня нет рядом. - Ладно, я обязательно тебе позвоню, если подобное случится вновь, - говорит Кастиэль. - Просто моё пение далеко не так хорошо, как твоё. Дин смеётся. - Я уверен, ты не настолько плох. - Однажды мне сказали, что умирающие кошки и то звучат приятнее, - притворился серьёзным Кастиэль. В трубке смех стал ещё громче. - А, ну тогда, может, пусть эта обязанность останется за мной. Звучишь так, словно тебя заметно потрепало, - дразнится Дин. Повисла пауза, прежде чем он продолжил уже заботливым голосом: - Сэм от тебя без ума, ты же в курсе? - Мне он тоже нравится, - искренне говорит Кастиэль. - Я с удовольствием поухаживаю за ним, пока ты не встанешь на ноги, - добавляет он, напоминая себе и Дину, что всё это только временно, и ему не стоит слишком сильно привязываться. - Спасибо... ещё раз, - говорит Дин. - Пожалуйста, Дин, - произносит Кастиэль с улыбкой, - ...ещё раз. Кастиэль не знает, что ещё добавить, и они на мгновение неловко молчат, а потом Дин прочищает горло. - Ну, я не знаю как для тебя, чувак, но, как по мне, три часа ночи не лучшее время бодрствовать. Я бы вернулся в кроватку. - Конечно, - говорит Кастиэль, он даже не заметил, сколько прошло времени с тех пор, как они уложили Сэма. - Кажется, я тоже должен поспать. Спокойной ночи, Дин. Он не уверен, но ему показалось, что Дин улыбается. - Сладких снов, Кас. [*слова песни The Beatles - "Hey Jude" (перевод с сайта: http://www.amalgama-lab.com/songs/b/beatles/hey_jude.html), а ещё, любимая песня Мэри Винчестер; кто помнит?]