Я любить тебя буду, можно?

Дорогие мои, спасибо вам, что продолжаете читать меня и ждать новой истории. Я очень благодарен каждому из вас за то, что моя работа вам нравится. Простите, что целых три дня не выкладывал работу, так как моя муза покинула меня, и я не смог ничего дельного написать, но всё равно спасибо вам, что продолжаете ждать мои работы.

       — Смирный, слушай, чего ты нос повесила? — подсела ко мне за столик вернувшаяся с одним стаканом морса и стаканом пива Даха. А что тут скажешь? Что-то пропало весёлое настроение, ушло в забвение или куда оно могло там уйти?       — Не парь мозг, а лучше расскажи мне, кто под тобой сегодня так томно стонал? — я улыбнулась и, сделав глоток ягодного морса, посмотрела на Дашу. Ведь не так часто под ней кто-либо прогибается и стонет. Помню, в прошлый раз это была очаровательная блондинка по имени Ксения, вроде, или Саша, запомнишь тут их всех. Но одна мне запомнилась больше всего. Запомнила я только цвет её ярких синих волос и глаза, она всегда надевала склеры чёрного цвета, когда общалась с нами, но именно тогда, в тот день, перед тем, как лечь в постель с сорокой, она сняла их, и мы смогли увидеть настоящий цвет её глаз. Видели ли вы когда-нибудь смесь голубого, красного и синего в одних глазах? А я вот увидела как-то раз и запомнились мне эти глаза надолго.       — Да там, особа одна, я даже не запомнила, как её звали, то ли Лена, то ли Женя, чёрт их знает. Но могу сказать одно, — она сделала глоток пива и, протерев губы ладонью, продолжила, — Грудь у неё знатного размера, а какая попка. Да и она такая сладенькая была, — она машинально облизнула губы и поднесла стакан к губам. Ну нельзя же так. Секс на одну ночь, стрёмно же. Хрен поймёшь, чем болела та особа. Может, у неё ВИЧ или того хуже, СПИД.       — Не пойму я тебя, как можно так легко спать со всеми? Стрёмно же без любви, — она пожала плечами, а я решила осмотреть помещение, в которое она меня привела: стены были красного цвета, в тон им и диванчики, и полы, но лишь столы выделялись. Так как они были белого цвета. За барной стойкой стоял парень в красном жилете и чёрной рубашке, а на ногах у него красовались чёрные шорты, — М-да, куда ты меня привела?       — Да там, познакомилась с одной девахой, фурией в постели, но это не важно, а она оказалась директором данного заведения, и хожу сюда бесплатно, беру всё, что угодно, — она вновь прикусила губы от своих воспоминаний, а мне даже страшно представить, что она там у себя в голове представляет, — И не бесплатно, приходится иногда поработать язычком и ручками.        — Фу, блин, без подробностей. Я, конечно, не против ЛГБТ, но знать, как у них происходит секс, особо не хочется. Мне и порно твоего на уроках ОБЖ хватает.       — Девушка, извините, вы бы не могли оставить свой номер? — ко мне подошёл тот самый парень, стоявший за барной стойкой. Вблизи он выглядел куда милее, чем издалека, — Вы мне очень понравились, и я решил познакомиться с вами, разрешите?       — Судя по тому, как стоит и ухмыляется тот официант, я могу предположить, что вы поспорили на меня. Исходя сейчас из ваших испуганных глаз, я могу убедиться в том, что я права. А теперь, как вас там? Антон, кажется, будьте добры, счёт и покиньте нас, — усмехнувшись проговорила я. Видели бы вы его испуганные глаза и слышали бы дикий ржач его дружка, вам бы стало не по себе, но вот лично мне было как-то обидно. А знаете, почему? А всё потому, что я не люблю, когда на меня спорят, я это просто ненавижу.       — Жестоко ты с ним, он вроде миленький, — сочувственно произнесла Даша, — Смирный, ну чего ты такой поникший сидишь? Мне даже не по себе становится от того, что ты такой хмурой ходишь. Влюбилась ли ты в кого или как?       — Сплюнь, не хватало мне ещё этого «счастья», — к нам подошёл Антон и положил на стол счёт. Так как Даше тут всё обходилось бесплатно, то я заплатила лишь за свой морс, и мы решили пойти в магазин, чтобы закупиться едой и завалиться домой.

***

      — Смирный, я и не знала, что у тебя такая огромная хата, — разуваясь, проговорила Даша. В её глазах читался восторг и зависть, а её открытый рот говорил о том, что она поистине удивлена.       — Знаешь, квартира большая только за счёт объединения двух квартир, но знала бы ты, как крипово сидеть ночью одной в этой квартире, — из кухни крикнула я. А у историка нашего квартира куда больше, чем моя. В моей всего пять дверей, а в его десять. Так что это ещё и не хоромы. Пока я раскладывала продукты по полочкам, Дашка обустроилась в комнате за ноутбуком в поисках какого-нибудь фильма.       — Даша, ты не будешь против, если к нам присоединятся две очаровательные киски? — когда я вошла в комнату, спросила Сорока. А вот это поворот. Зачем целых две, да ещё в мою квартиру, совести нет? Но с другой стороны, больше народу, меньше нервов. Комнаты родителей и будущего спиногрыза закрыты, а гостиная открыта одна, пусть приходят.       — Хорошо, приводи, в гостиной комнате кровать огромная, поместитесь все. Только одно условие, чтобы стоны я не слышала, — не успеваю договорить, как Даша уже набирает номер телефона и кому-то звонит. Быстро сработано. Ну, раз она с компанией, а я одна, то можно, наверное, подготовиться к тестам по истории и подучить старые темы.       — Они будут через час, я в душ. Мешать мы тебе не будем, только иногда будут слышны крики, но не обращай на нас внимания, — ко мне в спальню зашла Даша и уведомила о том, что её пассии шумные, но мне не стоит волноваться. Посмотри, как оно будет.

***

      На часах час ночи, а из соседней комнаты до сих пор раздаются стоны и дикие крики, молящие продолжать и не останавливаться. Куда ей интересно там две девушки? Когда парень и две бабы, тут всё ясно, но в данный момент я слабо понимаю, зачем две, и какое удовольствие они могут друг другу доставить. Хотя, мне далеко до понимания женского секса, как говорится, не пробовал — не поймешь.       — Интересно, а что это за блондиночка была сегодня вместе с Андреем? Красивая такая, статная и подтянутая. Даше бы явно понравилась она, — думала я, лёжа в кровати. Очень странно, что я думаю о нём так часто. Точнее, за сегодня очень часто, — Ох, пугает меня это всё, — за стеной стихли крики, а это значит, что можно ложиться спать.

***

      Три этих дня пролетели быстро и довольно спокойно. Правда, если не считать похождений Даши в моей квартире, после которых нам пришлось перестирывать три комплекта постельного белья и вымывать полы от женских соков и шампанского, пролитого не раз на пол. Но это ягодки, так как главным цветочком, украшающим идеальную картину стало то, что я не видела историка с того момента, как в последний раз увидела его у бара с той красоткой.        — Сегодня понедельник, а это значит, что первой парой у нас должна быть история с моим любимым учителем, — думала я, поднимаясь на третий этаж в заветный двадцать седьмой кабинет, у которого стояли все наши, — Неужели он опять опаздывает, ни стыда, ни совести у него нет. За неделю работы в школе он показал себя с худшей стороны.       — Да что ты говоришь, а ты, я смотрю, показала себя с наилучшей стороны, да, Смирнова? — послышался прокуренный голос нашего Козла Валерьевича. Ну, как обычно, даже выговориться против него нельзя, постоянно всё слышит.       — Я говорю то, что вы слышите своими большими ушами. А если вы плохо слышите, то я могу повторить громче или вообще подарить вам слуховой аппарат, хотите? — он лишь ехидно улыбнулся и пошёл в сторону кабинета. Поздоровавшись со всеми, он запустил их в класс. Как же меня бесит его самовольность и эгоистичность. Жаль, что теперь на протяжении долгого времени мне придётся видеть эту самодовольную рожу! Как же я была глупа, что не ценила эти святые три дня тишины и свободы от него. Хотя, знаете, мне не хватало его.       — Да нет, бредовые мысли, всего мне хватало, — постучавшись в дверь, я вошла в класс, где уже начался урок истории. Непривычно видеть его, рассказывающем материал, а не отпускающим свои шуточки. Послушаем, что он там преподаёт.       — Смирнова, когда ты уже научишься приходить вовремя? — он вздохнул и, потерев переносицу, фактически прорычал «входи». И чего он такой злой за пару минут стал? В коридоре же нормальным был.