The Dust Storm

      Эмма неслась в больницу, обгоняя тусклый свет фонарных столбов, изо всех сил стремившийся осветить ей дорогу. Она пока не представляла, что скажет Киллиану при встрече и не знала, радует ли ее неожиданно исполненное желание — остаться в городке подольше, — скорее, столь откровенное вмешательство в ее планы раздражало. Планы.… Пусть Эмма смутно представляла, куда отправится после Сторибрука, она, все же, не привыкла, чтобы кто-то, пусть и косвенно, но командовал ею. Она даже Нилу этого не позволяла, а с Нилом ее связывала целая вечность.        Эмма вздохнула и повернула направо, сверившись с собственным неразборчивым почерком, накарябанном на мятой бумажке. Скучала ли она по Нилу? Желала ли встретить его еще раз? А если и желала, то, скорее, для того, чтобы от всей души врезать ему в челюсть, и уйти, не оборачиваясь. Он посмел подарить ей ощущение того, что она нужна кому-то, что и такую, как Эмма, можно полюбить. Нет, не так, можно влюбить в себя, а после растоптать и уйти в ночь с гордо поднятой головой.       Свон кивнула самой себе и свернула под нужный указатель, осторожно выбирая место для парковки в залитом дождем больничном дворе. Сквозь зубы так и рвалось желание вслух послать Нила ко всем чертям, только, увы, легче не станет. Для начала, надо разобраться с… как его там? С Джонсом.       С такими мыслями Эмма вышла из машины, отругав себя за привычку хлопать дверью, и вошла в кристально чистое здание сторибрукской больницы. Она не любила подобные места, они напоминали ей о бесконечных детдомовских медосмотрах, ненавистных уколах, а позже — отчаянном подростковом желании найти у себя какой-то недуг, что поможет на пару дней откосить от занятий. Эмма усмехнулась и прошла к стойке регистратуры, где миловидная брюнетка с вызывающе бордовыми губами листала какой-то журнал.        — Простите, эээ, — Эмма прищурилась, рассматривая бейджик на груди медсестры, — Мисс Руби, где я могу найти Киллиана Джонса?        — А вы…. — брюнетка, наконец, оторвалась от созерцания модели в купальнике, напомнившем Эмме набор из связанных между собой бельевых веревок, нежели предмет одежды, и взглянула на возмутительницу своего спокойствия.        — Эмма. Эмма Свон, его контактное лицо.        — Ах, вот как, — задумчиво протянула Руби, — Вам прямо по коридору и налево, там вас ожидает доктор Вейл. Удачи.        — Удачи?         — На месте поймете, — все так же туманно ответила медсестра и вернулась к журналу.        Эмма пожала плечами и последовала совету брюнетки. Через несколько метров ей стала понятна причина столь странного напутствия: женщина в брючном костюме строго отчитывала доктора, отгородившегося от нее стопкой папок. Мужчина, одетый в джинсы и клетчатую рубашку — образец канадского лесоруба и, видимо, муж этой дамочки периодически пытался достучаться до своей спутницы, но пока тщетно.        — Реджина, дорогая, послушай….         — Робин, помолчи хоть ты! — огрызалась дамочка и вновь напускалась на доктора.        — Госпожа Миллс, пожалуйста, — неуверенно вставлял доктор.        — Вейл, что это за самоуправство? Прекратите мямлить и ответьте, наконец! И да, с недавних пор я госпожа Локсли.        Эмма улыбнулась: надо же, Робин Локсли. Действительно странное место этот Сторибрук.         — Прошу прощения, госпожа Локсли, но мистер Джонс сегодня утром поменял свое контактное лицо, потому я не имею права разглашать информацию о его состоянии кому бы то ни было до прихода мисс…. — с этими словами доктор зарылся носом в ближайшую папку, пытаясь разыскать в ней ответ.        — Пока что я — мэр этого города и хотите вы этого или нет, но вам придется впустить нас к Киллиану! — вновь взъярилась Реджина, впрочем, руку мужа не сбросила, — И да, кто его контактное лицо?        Эмма мысленно присвистнула, рассматривая властную дамочку, и прошла, наконец, к присутствующим.         — Я.        — Простите, а вы кто? — спросила Реджина, развернувшись вполоборота.        — А это — его контактное лицо, мисс Эмма Свон, госпожа Локсли, — ответил за Эмму Вейл.        — Верно, это я, — растерянно пробормотала Свон.        — Киллиан так вас и описал: нахальная блондинка, которая сведет любого с ума.         — Одному уже посчастливилось, — едко произнесла Реджина, внимательно рассматривая пришедшую, — Итак, мисс Свон, позвольте поинтересоваться, где вы изволили так долго пропадать, что нам стало известно о вашем существовании лишь сегодня?        Эмма фыркнула и переступила с ноги на ногу, отчаянно желая исчезнуть из этого чокнутого городка и его не менее адекватных жителей. Но сначала…. Проверенным движением охотницы за злостными неплательщиками Эмма отодвинула в сторону опешившую мадам мэра и прошла в палату. Сначала она расправится с невыносимым барменом!        За дверью вновь послышались разборки властной хозяйки города и нелепо лепетавшего что-то докторишки, потом, кажется, в дело вмешался муж Реджины и утащил женушку к кофейному автомату. Этот «лесоруб» Эмме понравился, что же до миссис Локсли, то она упорно напоминала одну из воспитателей детского дома. Свон отогнала противные мурашки и прошла к кровати, на которой возлежал Джонс.         — Ты…. Да ты…. — начала Эмма, набирая в грудь побольше воздуха для тирады.        — Сногсшибательный негодяй, ради которого ты отменила все свои планы, так, лапушка? — нахально усмехнулся Киллиан и изогнул правую бровь.        Эмма выругалась и оседлала ближайший стул.        — Скажи спасибо, что я спасла твою задницу от мэра, она там рвет и мечет.         — Реджина-то? Не переживай, ей свойственно, в ее положении, — подмигнул Джонс и попытался сесть в кровати.        — Сумасшедший дом какой-то: беременная женщина рассекает по больнице на двенадцатисантиметровых шпильках, чокнутый бармен указывает контактным лицом первую встречную, доктор двух слов не свяжет….        — Не переживай, красавица, ты привыкнешь. Я же привык, — обворожительно, насколько позволял забинтованный по самые глаза лоб, улыбнулся Джонс, пропустив мимо ушей все остальное.        — Что с тобой стряслось? — Эмма, наконец, вспомнила о цели своего визита.        — Да так: полез менять лампочки на вывеске, оступился, полетел со стремянки, сломал руку и заработал сотрясение.        — Додумался, — пробормотала Свон, — Чего тебя туда понесло вообще? Еще и такую погоду?        — Не придумал предлога лучше, чтобы вернуть тебя обратно.        Джонс нахально улыбался, рассматривая Эмму из-под сползшего бинта, а на лице Свон явственно читалось, что она с ним сделает в ближайшее время.        — Я тебе сейчас вторую руку сломаю, клянусь, — сквозь зубы пообещала взбешенная женщина, но выполнить задуманное ей не дали.        — Мисс Свон, уделите мне пару минут вашего драгоценного времени, а потом можете совершать самосуд над Киллианом.        Реджина, втиснувшаяся в приоткрытую дверь, несмотря на обоюдные протесты мужа и доктора, с интересом рассматривала метавшую молнии парочку. Эмма одарила Джонса хмурым взглядом.        — Мы еще не закончили.        — Конечно, лапушка.        — Кто она тебе, скажи честно? — наклонившись ближе, прошептала Свон.        — Они — единственная семья, которая у меня есть, — серьезно ответил Джонс, ловя на прощание ладонь Эммы.        — Точно ненормальные, — буркнула в ответ блондинка и направилась к выходу.