Не может быть...

Когда Донни делал тот эксперимент, он не был уверен, что у него получится. Но и такого не ожидал. Он думал случится взрыв, как это часто бывало. Но нет. Случилось то, чего точно никто не ожидал. Он стал девушкой. Девушкой-черепашкой. Донни был просто в шоке. В ванной он в тайне от всех, разглядывал своё новое тело. Было жутко не привычно с этими полу-шарами или же с грудью. Ощупывать себя в женском виде было жутко неловко. Но надо, ведь это всё так же его тело. Хоть и слабого пола. Грудь была твёрдой из-за пластрона, а та часть, где она не скрывала была очень мягкой. Будто шарик с водой, которой Микки любит запускать в друзей. Ноги стали стройнее. Бедра округлее, и появилась талия. Даже цвет кожи стал немного светлее. Но было в этом и плюсы. Дон наконец сблизился (лась) со своей любовью. Конечно он (она) всё так же оставался (лась) лишь другом, но теперь был (а) подругой. Но зато узнал (а) намного больше о ней. Стал (а) ночевать в её доме и ещё чаще приходить к ним в гости к своей подруге/друге. Эйприл понимала, что Донна это и всё тот же Донни. Но она просто хотела научит её/его, как быть девушкой. Но… в итоге что-то пошло не так. А теперь они обе сидят на кухне, друг против друга и молча пьют чай с лимоном. О’Нил приготовила ей каши из риса и велела всё съесть, а после выпить таблетки. Донна согласилась, хоть совсем и не болела. Просто щеки начинали каждый раз гореть, стоило только посмотреть на подругу.  — Ох, ты снова покраснела, — Эйприл раньше путалась и не знала как обращаться к черепашке теперь. На всё тот же мужском роде или женском? Но Донна разрешила на женском пока не вернёт обратно своё тело.  — Н-нет ничего такого. Просто… — черепашка опустила голову, разглядывая своё отражение в чае, — Эм, Эйприл. Ты н-не помнишь, ч-что было. вчера? Эйприл покачала головой, заинтересовано наклонив голову в бок:  — А ты помнишь?  — Н-ну… д-да? — смутилась девушка, — Частично.  — И что же? — рыжая встала с места и обойдя стол, села рядом. Она очень хотела узнать, что же случилось вчера. Хорошо, что отца дома не было и они успели убрать устроенный им же бардак.  — К-как бы э-это о-объяс… нить? — Донна начала заикаться из-за волнения, но отступать явно не собиралась. — Фух. Как ты помнишь, нас напоили Караи и Шинигами, — Эйприл кивнула, — так вот, я не тоже не всё помню, но… Последнее, что я запомнила было как мы играли в б-бутылочку, — голубых удивлённых глазах читалось понимания дальнейшего сюжета, — Т-так в-вот. Ты покрутила бутылку и… о-оно указало на м-меня… н-ну и да-дальше… в о-общим… м-мы…  — М-мы, — дрожавшим голосом, сглатывая ком в горле, зашептала Эйприл, внезапно осевшим голосом, — М-мы… п… поце… ловались? И Донна, собрав всю смелость кивнула. Эйприл побледнела. Кареглазая отвернулась, думая о том, что подруга наверняка сейчас жалеет о содеянном и точно попросит прощения. Но… Черепашка не хотела это слышать. Ведь даже в женском виде, она всё ещё надеется на взаимность.