favourite worst nightmare

Удобным фактором оказывается отъезд родителей Кабелло на выходные к родственникам, что позволяет Камиле отсутствовать дома без лишнего надзора. Она даже не уверена, когда они с Дайной уже находятся на пути к нужному дому, что сможет там узнать что-то новое о Лорен. Камила не понимает этого сама; это исходит только на подсознательном уровне, но даже там что-что в Камиле хочет увидеть Лорен. Камила никогда не допустила бы такой мысли, потому что этому не было бы логического объяснения, к которым она так любит прибегать, а любое другое ей просто не нужно, потому что для Камилы только логические объяснения имели какой-то смысл. Но первый взгляд Лорен на только вошедшую Камилу не излучает ненависти или неприязни, и это не имеет никакого объяснения. Камила не может отвести взгляд от Лорен, губы которой слегка приоткрылись, а глаза были наполнены приятным удивлением, и это не имеет объяснения. Лорен думает, что Камила отлично выглядит, чем оказывается поражена, потому что не могла и представить, что Кабелло может быть так привлекательна, и это тоже не имеет объяснения. Слишком много вещей между Лорен и Камилой не имеют объяснения, отчего, по идее, и не имеют смысла. Но есть ли вообще необходимость в объяснениях и смысле? Завидев Нормани на кухне, Дайна тащит туда Камилу, которой становится не по себе от количества алкоголя в этом доме. Она не настроена против выпивки категорически, но она также не видит в этом особого развлечения. — Почему все всегда разлито по бумажным стаканчикам? — Не понимающая в этом ничего Камила задается этим вопросом, не видя совершенного никакой другой посуды. — Я не знаю, честно говоря. — Этот факт никогда не волновал Нормани. — Может, это что-то вроде традиции? — Предположение Дайны. — Чтобы избежать битого стекла. — В планах Лорен было напиться, но кто же знал, что Дайна поведет Камилу прямо к алкоголю, создавая тем самым прямой контакт Хурэги и Кабелло. Взяв чистый стаканчик, Лорен наливает в него водку, смешивает со спрайтом и выпивает залпом, заедая потом шоколадом из открытой упаковки на столе. — Ведь, смотри, что может случиться. — Лорен демонстративно разжимает пальцы, отпуская стаканчик. — Было бы неприятно убирать стекло, да? — Говорит она, поднимая потом его с пола. Выпрямившись во весь рост, Лорен оказывается слишком близко к Камиле. Между ними есть расстояние в несколько сантиметров, но даже так они могут слышать дыхание друг друга, которое обе стараются держать ровным. Они знают, что никто не смотрит за ними, неотчетливо слыша разговор Дайны и Нормани, поэтому не беспокоятся о вопросах, которые могли бы быть, продолжая и дальше смотреть друг на друга. Но это не может длиться слишком долго, и Лорен первая берет себя в руки, наливает себе из той же бутылки, но уже больше водки и меньше спрайта. — Пойду подышу свежим воздухом. — Обращается Лорен, вроде, к Нормани, но она не очень-то и уверена в этом, пока скрывается за стеклянными дверьми, ведущими во внутренний двор дома. Пока она поднимала стаканчик с пола, у Лорен было достаточно времени, чтобы осмотреть все тело Камилы. Да, она уже видела ее в одном нижнем белье, тогда, в раздевалке, но она снова думает, что Камила слишком привлекательна, и она даже не пытается убрать эти мысли. Да, ее может не радовать возникновение каких-либо чувств по отношению к Камиле, но она не может отрицать, что ей нравится внешность Кабелло, ведь, черт, она действительно хороша. Но находиться слишком долго рядом с Камилой не было бы хорошей идеей, потому что Лорен не умеет должным образом себя контролировать, и она знает, что сделала бы что-то глупое, останься она там. Держаться подальше было лучшим вариантом, которого она старается придерживаться на протяжении всей вечеринки. Как бы она не пыталась держаться подальше, она все равно слышит диалог каких-то парней, которые, очевидно, хотят сделать что-то слишком ужасное. — Вон та? — Один из них указывает прямо на Камилу, когда они находятся во дворе. — Да, я слышал, как ее называли Камилой. — А она горячая. Да, Лорен не может поспорить с последним заявлением, но ей чертовски не нравится, что какие-то отморозки вроде этих парней хотят приблизиться к Камиле. — Вам двоим, — Лорен подходит и хлопает их обоих по плечам, — лучше не приближаться к этой горячей Камиле. — Она старается сделать свою улыбку как можно милее, чтобы не выглядеть слишком угрожающе, но получается наоборот в сочетании с ее словами. — Иначе что, Хурэги? — Один из них пытается быть слишком дерзким, но Лорен всегда знает, что способна пресечь любую дерзость. — О, ты можешь, конечно, проверить, но не обижайся потом. — Она хлопает этого парня по плечу и уходит в дом.

[depeche mode - personal jesus]

Лорен понимает, что простые слова их не остановят. Она может оставить все как есть, но вряд ли она сама сможет простить себе бездействие, в случае, если с Камилой что-то действительно случится этой ночью. Она думает, что это ненормально, когда Камила становится единственным объектом ее внимания, потому что так не должно быть, и Лорен стоит оставаться равнодушной, но она не может, и это раздражает. Видя, что все идет слишком хорошо, она уверена, что что-то обязательно случится, потому что все не может идти слишком гладко, а тем более после слов тех парней, так что она старается оставаться готовой к любому дерьму, которое может произойти. Однако, Хурэги пытается не быть слишком зацикленной на этом, продолжая свое веселье в компании людей и алкоголя. Слишком очевидное наблюдение вызвало бы много расспросов, как минимум, со стороны Нормани, а это совершенно точно не нужно Лорен, так что она держится на расстоянии от Камилы, но изредка проверяя ее взглядом, убеждаясь, что все нормально. Она даже успевает удивиться, замечая, что Камила пьет алкоголь, хотя она думала, что Кабелло из тех правильных девочек, ведущих строго здоровый образ жизни и боящихся притронуться к алкоголю. До этого не имея особого опыта работы с алкоголем, Камила остается осторожной, не зная, чего можно ожидать, но она доверяет Дайне и Нормани в этом плане, советующим, что лучше пить, чтобы не достичь сильного опьянения. И все, вроде бы, идет своим чередом и не выходит за рамки, но только на протяжении первых часов вечеринки. Но что-то идет не так, и рамки, кажется, просто рушатся, когда Камила чувствует какие-то изменения в ее теле, приводящие к нарушению равновесия. Она думает, что это из-за слишком жаркой температуры и решает уйти в ванную комнату, считая, что может справиться в одиночку, но все становится только хуже со считанными секундами, на протяжении которых ее ноги будто отказываются ее слушаться, а изображение перед глазами кружится пуще прежнего, размываясь неясной картиной. Эти самые изменения не остаются не замечены Лорен, которая чувствует что-то неладное, видя шатающуюся Камилу, держащуюся за стену рукой, и следующего за ней того отморозка, которому Хурэги сказала держаться подальше, но он, очевидно, решил поступить по-своему. Чужие руки настигают Камилу, когда она уже преодолевает лестницу и идет по коридору на втором этаже. Она совершенно не понимает, что происходит, а случившееся доходит до нее только отрывками. Успевшая вовремя Лорен, увидев его хватку на плече Камилы, хватает парня за волосы на затылке, оттягивая его от Кабелло. Он не понял, не послушался предупреждения Хурэги, и это ее чертовски злит, потому что ему определенно точно не стоило лезть, когда ему сказали держаться подальше. Абсолютно нетрезвая и рассерженная, Лорен создает столкновение лица того парня и ближайшей стены. — Я, блять, не в настроении портить тебе твое ебучее лицо еще больше, так что проваливай нахуй отсюда. — Фирменный запугивающий оскал, который хорошо работает с такими «дилетантами», как их сама Хурэги и называет. Он слишком напуган, в его носу слишком сильная боль, что заставляет его просто убраться прочь после проверки способностей Лорен, хотя он до последнего не верил, что она может ему помешать. Его уже нет рядом, и Лорен старается придумать какое-нибудь объяснение этому перед Камилой, но вместо любых слов, ей приходится ловить шатенку, которая падает прямо на Хурэги, не в силах больше стоять на ногах. Уверенная на сто процентов, что Камила не пила ничего, что было бы высокого градуса, Лорен кажется, что Кабелло могли что-то подмешать, и, в таком случае, она не будет в нормальном состоянии еще долгое время, потому что тем парням определенно захотелось бы чего-то подольше. Самым лучшим вариантом оказывается принести Камилу в какую-то комнату, потому что стоять посреди коридора, держа ее в своих руках, почти обнимая, идея не самая лучшая. Но никакой другой идеи для дальнейшего развития событий у нее нет, хотя она сильно старается придумать хоть что-нибудь, пока Камила лежит на кровати. Ее руки лежат на ее животе. Грудная клетка поднимается и опускается со вдохами и выдохами, которые составляют большую часть шума в комнате, соответственно. Глаза закрыты. Нижняя губа слегка дергается, будто Камила напугана, но Лорен уверена, что шатенка сейчас не знает, что здесь происходит, ведь, знай она, что находится в одной комнате с Лорен, определенно не лежала бы так спокойно. Эта Камила является воплощением невинности. В голове Лорен совершенно не укладывается, что маленькая Кабелло может узнать информацию, которую не знает совершенно никто, только своими руками; что она может быть так любопытна до самой готовности пойти на любой риск, и Лорен не может поспорить с привлекательностью такой дерзости. Лорен Хурэги даже не станет отрицать, что ее привлекает Камила Кабелло. Но именно в этот момент Камила так беззащитна и беспомощна, что только пробуждает желание Лорен сделать что-то с ней. Лорен подходит ближе к кровати и опирается на нее правым коленом. Она двигается медленно, проверяя насколько Камила не в состоянии сделать хоть что-нибудь. Она прекрасно осознает даже не в трезвом уме, что это желание ненормально, но Лорен не уверена, что сможет с ним бороться, пока стоит на кровати на коленях прямо перед Камилой. Не зная, чего именно она хочет, брюнетка двигается дальше, приближаясь к умиротворенному телу все ближе. Все эти недели Камила была так близка и далека от Лорен одновременно, что это просто сводило с ума. Кабелло вмешивалась не в свои дела, но это только сближало их, ведь они, по большому счету, даже не делали друг другу ничего плохого. В какой-то момент, все пошло наоборот, и они перестали плохо думать друг о друге. Лорен не отрицает этого, но она понимает, что так не должно быть, потому что она — Лорен Хурэги, а девушка, вмешивающаяся в ее дела и лежащая прямо сейчас перед ней, — Камила Кабелло. Просто невозможно, чтобы между ними появилось что-то большее, чем ненависть. Но даже со всеми стараниями убедить себя в этом, Лорен не может сопротивляться своим желаниям, когда садится на бедра Камилы и медленно приближается к ее лицу. Дыхание такое безмятежное, даже если не тихое, а Лорен, стук сердца которой отдается ей в виски, свое приходится всячески сдерживать. Она даже не в состоянии понять свои чувства. Руки Лорен находятся по обе стороны от лица Камилы, которая, почувствовав на своей щеке некоторые черные пряди, слегка поворачивает голову, оказываясь еще ближе к губам Лорен, которая не спешит отдаляться. Уверенная, что ненавидит Камилу, Лорен хочет уничтожить ее, заставить понять, что нехорошо совать нос в чужие дела; растерзать, измучить, причинить боль своими руками, и неважно, будет она физическая или моральная. Как бы много таких желаний не было, она не может сделать совершенно ничего. Это будто неподвластно ей. Слишком неиспорченный, безупречно-чистый вид Камилы разбивает все желания Лорен в прах, заставляя Хурэги чувствовать себя неподвластной себе до самого бессилия. И нет для нее ничего хуже необъяснимости этому. Лорен не может объяснить, почему она так слаба и не в силах привести свои желания в действие, и это вынуждает ее ощущать себя такой растерянной. — Я хочу домой. Так по-детски просто и бесхитростно, что Лорен просто сдается. Наверное, именно это она ненавидит больше всего. Отступив от желания сделать что-то плохое, Лорен садится уже просто на кровать и вызывает такси. Она может сесть за руль, но она не рискнет в нетрезвом состоянии вести машину, когда она будет в ней не одна, хотя в одиночку она не раз таким занималась. К ее удивлению, Камила называет свой адрес, хотя и не понимает, кто ее спрашивает. В полной безопасности Камила доставлена прямо на свою кровать на руках Лорен, которая удивилась не меньше, увидев, что дом пустует. В комнату Камилы Лорен доносит шатенку по тихим указаниям направления, что тоже немало странно. Понимает ли Камила, у кого на руках она находится? Лорен никогда этого не узнает, но запах вишневой жвачки дает понять Камиле, кто находится рядом с ней, и Камила уверена, что руки Лорен — единственные руки, которым она бы позволила себя нести. Ни Дайна, ни Нормани не видели, как Лорен уходила с вечеринки с Камилой, так что с телефона Камилы Лорен звонит Нормани, потому что лучшая подруга Кабелло не берет трубку, предупреждая, что Камила уже дома. Оставлять входную дверь открытой было бы глупо, поэтому Лорен закрывает ее изнутри и выбирается через окно в гостиной, закрывая его потом снаружи. Не став заказывать другое такси, Лорен плетется по улицам города к своему дому, зная, что ее ждет впереди долгая пешая дорога. Зато это дает ей много времени на размышления.  Вся эта ночь пошла совершенно не по плану.  В планах Лорен было напиться до беспамятства, познакомиться с какой-то девушкой и, может быть, провести с ней ночь.  Вместо всего этого, Лорен оградила Камилу от неприятностей и доставила ее домой в целости и сохранности, даже не сделав ничего плохого.  Обычной ее ненависти к уходам от планов нет. Она даже не жалеет, что все заканчивается таким образом, когда вдыхает запах свежести, который она портит дымом сигареты, а на небе уже переливаются первые оттенки утра. Разобраться в себе и своих чувствах становится ее новой целью особой важности, хотя этот приоритет не особо помогает против усталости, берущей верх по возвращению Лорен домой. Солнце в зените, а телефон почему-то сохраняет свой заряд до этого времени, оповещая о себе мелодией звонка, которую Камила начинает ненавидеть с самого ее пробуждения, даже несмотря на факт звонка ее лучшей подруги.  — Пускай ты и привезла меня домой, я готова убить тебя прямо сейчас. — Хрипом почти умирающего человека говорит Камила в телефон, даже не открывая своих глаз больше.  — И тебе доброе утро, задрот. Надеюсь, ты не умрешь сегодня? — Дайна решает пока не делать утро Камилы еще хуже, слегка оттягивая этот момент.  — Я постараюсь не умереть, но пустыня в моем горле мне не позволит, кажется.  — Советую залить в себя побольше воды, и чем раньше, тем лучше.  — Как скажешь, Чичи.  — А еще, — она не очень хочет говорить это Камиле, боясь последующей реакции, но Дайна надеется, что это хоть чуть-чуть, но изменит мнение Камилы о Хурэги, — тебя привезла домой не я, а Лорен. — Это заставляет Камилу мигом проснуться и открыть глаза в полном недоумении, и она даже не обращает внимания на головную боль. — Отличная шутка. — Едкий неправдоподобный смешок, потому что она действительно надеется, что это шутка.  — Я не шучу, Мила. Тебя серьезно Лорен привезла. Она позвонила Мани уже из твоего дома и сказала, что ты выпила что-то не то и была никакая, а меня она не нашла.  — О, боже, а если она что-то со мной сделала? — По телефону Дайна слышит, как Камила подрывается с места и быстро куда-то идет. — Кто знает, на что она способна? — Испуг на самом деле есть, ведь сложно забыть слова Лорен о неприязни к Кабелло, которая прямо сейчас осматривала себя в зеркале в попытках найти что-то — Камила. — Грозный тон, заставивший девушку успокоиться. — Лорен просто привезла тебя домой. Это все. Перестань думать, что она изверг какой-то, потому что это совсем не так.  — Ладно, — становится понятно, что Дайне не нравится такое отношение Камилы к лучшей подруге ее девушки, что Кабелло решает относиться к этому не так критично, — может быть, ты права.  — Другое дело. Хорошо, постарайся выжить сегодня, потому что кто-то должен объяснять мне математику. А меня ждет завтрак и Нормани.  — Или ты позавтракаешь Нормани?  — Ну и это тоже. Все, я побежала, завтрак ждет. — Не дослушав смех Камилы, она сбрасывает трубку. Не помня совершенно ничего из этой ночи после желания пойти в ванную комнату, Камила считала Дайну своей спасительницей, но, как оказалось, на месте спасительницы совершенно другой человек, что сначала действительно напугало.  Это ведь реально Лорен, отношения с которой у Камилы не задались с самого начала, но в дальнейшем, все шло не так уж и плохо, ведь они хотя бы разговаривали друг с другом, даже если просто о математике. Теперь же Лорен помогла Камиле добраться до дома, не сделав при этом ничего поганого, что удивляет даже саму Лорен.  По большей части, Хурэги не делает ничего плохого, но Камила все равно настроена к ней не положительным образом, но, получается, что это происходит исходя из слухов и личных предрассудков?  Да, досье не было чисто, но делают ли ее все эти нарушения закона плохим человеком?  Да, ужасная ситуация с Рэйчел не показывает Лорен с хорошей стороны, но даже на это можно смотреть с разной стороны, и, кажется, Камила начинает понимать или принимать это спустя пару недель после вечеринки, но принять определенную сторону ей все равно сложно, ведь она все еще не знает целой картины.  Камила все еще только предполагает насчет наркотиков, но ей определенно нужно это либо опровергнуть, либо доказать.