Помни, что смертен

      Июль в этом году настолько душный, что Хёнвон, в очередной раз, просыпается раньше обычного — в полдень. — Доброе утро, мама, папа, хён, Мари, Чжухи, Юсон.       Как будто все живы, просто не выходят из комнат. Че выпивает стакан воды и удивляется, что ещё так мало времени, ему бы как раз поспать перед работой, поскольку сегодня знакомый позвал диджеем в новый клуб. Однако сон, к большому удивлению любителя забыться сновидениями, словно рукой сняло.       Так как готовит Че, мягко говоря, неочень, то решает пойти позавтракать в ближайшее кафе, которое славится очень вкусными бельгийскими вафлями. Юноша надевает рваные джинсы и огромного размера белую футболку, чтобы редкий ветерок продувал на жаре. Как обычно вертит в руках бейсболку, подаренную Юсоном, с мыслями надеть или нет, и оставляет в итоге, потому что прошлое не должно выходить из этого дома. Он слишком дорожит им, хотя где-то на задворках сознания еще и побаивается давать было заполнять еще и «внешний мир». Немного приладив черные торчащие пряди волос перед зеркалом, юноша выходит навстречу июльскому солнцу.       В почте валяются счета, приглашение на летнюю встречу выпускников и письмо от дяди с просьбой перечислить им немного денег. У Хёнвона все родственники находятся в чёрном списке телефона, поскольку эти люди кляли еще живых родителей парня за богатство, несмотря на получаемые от них деньги и покровительство, к тому же — буквально за никакие заслуги. Просто многим людям всегда мало: садятся на шею — и хорошо. Че всегда их ненавидел и не понимал родителей, но не лез, однако после гибели близких перекрыл все связи.       Благодаря солидному наследству, на которое как раз и покушаются родственники, Хёнвон может не работать ещё лет двадцать, а продав дом — все пятьдесят, однако боится, что начнет деградировать. Закончив факультет искусств, Хёнвон посвятил себя музыке, пусть и совсем не той, что изучают в университетах и консерваториях. Главное — это его отдушина и то, что не дает голосам пробиться в его сознание.       А ещё зимой, когда холодно для долгих прогулок, берет выходные смены в маленьком круглосуточном магазине неподалеку от дома. Просто, чтобы не дать себе срастись с домом, словно иначе из него не будет выхода. Ли Минхек, его знакомый по университету, никогда не понимал — зачем это всё такому богачу. Он и правда считает Че своим другом, потому что может рассказать всё, что на душе и получить совет, зная, что младший никому не расскажет, просто некому. А Хёнвон думает, что его единственный друг — Юсон. Этот парень живет в правом крыле дома, на втором этаже, и очень любит бейсбол, пусть уже восемь лет не играет в него. Не может играть, потому что его нет в этом мире, есть только в его проклятом доме. И больше, по мнению самого Че, он не имеет право на друзей.       Вон ни разу, за пять лет знакомства с Мином, не смотрел ему в глаза, хотя этот очень активный и любящий контакт человек, постоянно вглядывался в его лицо. Хёнвон пусть и не считал, что они близки, боялся, что и с Ли что-то произойдет, а он не успеет. Лучше не быть в курсе чужого будущего вообще. Эгоизм. Че знает это. Как и то, что всё равно будет винить себя за любую невозможность помочь.       Выкинув письмо, Хёнвон включает в плеере папку со своими треками, чтобы выбрать плейлист для сегодняшнего вечера, и направляется завтракать.

***

— О, очнулся! — знакомый голос, знакомое лицо — тот самый парень из клуба. Прошлое мелькает, как перематываемый фильм на плёнке:

Автобусная остановка возле кафе, пристальный взгляд черных глаз /один, два, три, четыре, пять/ «Ты проклят и должен умереть». Выстрел в лоб.

— Что, блять, это значит? — Хёнвон никак не может заставить себя нормально смотреть, боясь вновь погрузиться в эти почти черные глубокие глаза. — Это у меня вопрос: почему ты второй день падаешь, смотря на меня? Так понравился?       Че спрашивает самого себя и даже теряется, услышав ответ не в тему. «Он убьёт меня? Но почему я не боюсь его? Не могу ещё нормально соображать. Пережить свою смерть — оказывается, довольно сложно». — Я — натурал, не нравишься ты мне. Совпадение, — всё-таки подает голос парень. — Ты такой щуплый, не ешь нормально? — виновник «падения в будущее» игнорирует сказанное, однако в его интонации мелькает забота. — Ты меня сюда привёз? — и вроде как неприлично лежать, отвернувшись от человека, что просидел с ним неизвестно сколько, и просто невозможно перебороть себя. — Скорая привезла. — Если была скорая, то ты зачем? — Опекун нужен был, а у тебя не было ни одного контакта с собой.       «Их нет вообще», — думает Хёнвон, но не озвучивает. — Тебе помочь дойти до дома? — темноволосый парень ерзает на неудобном больничном стуле, чувствуя легкую обиду от того, как к нему относится пациент. — Нет, спасибо, на такси доеду. Я могу как-то отблагодарить тебя? — и даже спрашивает, отвернувшись. — Хмм, сходи со мной на свидание, — виновник, не подозревающий, что именно он стал причиной такого состояния лежащего напротив, уже не знает, как привлечь внимание. — Сказал же! — Хёнвон резко поворачивается, тут же встречаясь с улыбающимся лицом. — Ну, наконец-то ты смотришь на меня, — Че смущается своей же реакции и отрывает взгляд на четвёртой секунде.

«Не выдержу ещё одного падения в будущее этих глаз».